С кем мое сердце?

«Чёртов Слизнорт со своими отработками!»       Драко устало брел по склону, направляясь к хижине Хагрида. Через полчаса у его команды тренировка, перед завтрашним матчем с гриффиндором, а он должен был торчать на бессмысленной отработке. Холодный, пронизывающий ветер не добавлял ему настроения. Возле хижины уже стоял Уизли и что-то объяснял великану, активно размахивая руками. Нужно было попытаться как-то отпроситься. Но как? Малфой прекрасно понимал, что он явно не является любимчиком Хагрида. «Но попробовать всё-таки стоит.» — Привет Хагрид. — Драко оборвал Рона на полуслове и тот замолчал, насупившись. — Здравствуй Драко. А я тут как раз отпускаю Рона с отработки. У вас же завтра квиддич. — Рыжий победоносно улыбнулся, за что получил от слизеринца презрительный взгляд. — И ты тоже свободен. В конце-концов сегодня последний день. И вы оба славно потрудились за минувшую неделю. — Что?! — удивлению Уизли не было пределов. Как, собственно, и Драко. — Но Хагрид!       Пока рыжий собирался с мыслями, чтобы высказать великану своё возмущение, Драко пытался понять, не шутка ли это. Хагрид был абсолютно серьёзен, хоть и с привычной доброй улыбкой. — Тогда я могу идти? — слизеринец попытался сделать самую искреннюю улыбку и, кажется, великан ему поверил. — Иди конечно. Удачи вам завтра! Слизеринец удивился ещё больше, а Уизли от напряжения и негодования икнул. — Спасибо… — всё ещё удивленный, Малфой быстрым шагом направился к стадиону. — Хагрид! Какого Мерлина ты его отпустил?! — Ну тебя же я отпускаю. А он такой же ученик, как и ты. — Великан был абсолютно спокоен и явно не чувствовал за собой никакой вины. — Такой же?! Да ты спятил! Это же Малфой! Малфой, который вечно оскорбляет Гермиону. Малфой, который служил Тёмному Лорду. Малфой…который пытался убить Дамблдора! — Рон практически орал, пытаясь достучаться до великана. — Рон, послушай, я не люблю припоминать людям прошлое. Это дела минувших дней. Никому не пожелаю попасть на службу к Тёмному Лорду, и ты прекрасно знаешь, что он сделал это не добровольно. Но война закончилась. И люди способны меняться. — Люди! Люди, Хагрид! Но не Малфой! Он такой же высокомерный и заносчивый кретин! — Рон закинул сумку на плечо. — Я неделю наблюдал за вами обоими. И поверь мне, сейчас ты очень ошибаешься.

***

      Вся слизеринская команда была уже на стадионе, когда из раздевалок показался их капитан. К нему тут же подлетел Забини. — Ты сбежал с отработки? Не боишься, что великан сдаст тебя Слизнорту? — Он меня отпустил. Сам. Даже отпрашиваться не пришлось. — Драко держал метлу в руках и не спешил подниматься в небо, где бушевал ледяной ветер. — Он…что? — Блейз приземлился рядом. — Сам в шоке. Он отпустил и меня и рыжего. И, похоже, что Уизли с этим ужасно не согласен. — О да! Могу себе представить! — Так. Хватит болтать. До ужина осталось мало времени, а нам нужно как следует потренироваться. — Слушаюсь, мой капитан! — Блейз сверкнул белоснежной улыбкой и взмыл в небо.

***

      Гермиона была рада вернуться в башню старост. Почти неделю она провела в башне гриффиндора. Ну как провела? Они с Гарри до позднего вечера засиживались в гостиной. Когда там оставалось не больше двух человек, кто-то из них уходил в спальню, а второй, дождавшись, когда все разойдутся, спешил в Выручай комнату и ждал там. Никому из гриффиндорцев и в голову не могло придти, что эта парочка вовсе не ночует в башне, а лишь возвращается ранним утром, чтобы переодеться и со всеми пойти на завтрак.       Самым забавным и любимым их ритуалом стало утреннее приветствие, когда они, спустившись в гостиную, сонно желали друг другу доброго утра. Это было так странно и так тепло. Ещё час назад они лежали в одной постели, а сейчас, успешно делали вид, что только проснулись и увиделись. — А знаешь Грейнджер, я скучал. — Тихий шепот возле самого уха оборвал ленту воспоминаний и заставил Гермиону вздрогнуть. Стоя возле окна, она даже не услышала, как он вошел в гостиную. — А знаешь, Малфой, это не взаимно. — Девушка скрестила руки на груди и даже не обернулась, стараясь не обращать внимание на парня, стоящего у неё за спиной. — Я не верю тебе, Гермиона Грейнджер…- он осторожно коснулся губами её шеи. Девушка тут же увернулась, стараясь отодвинуться от него. — Меня это не волнует, Драко. — Моя упрямая гриффиндорка… — Парень усмехнулся и, положив руки ей на талию, провел ими по животу вниз. Гермиона сбросила его руки и резко развернулась. В её глазах горел яростный огонёк, не то страсти, не то ненависти. — Я не твоя, Малфой. И твоей не буду. — Она хотела обойти его, но Малфой уперся рукой в стену, перекрывая ей дорогу. — Дай мне пройти. — Тон был просто обжигающим, что только сильнее раззадоривало Драко. Она с силой толкнула парня в грудь, от чего он, покачнувшись, отошел на пару шагов назад. — Тише-тише. Странно. От чего ты такая нервная? Поттер плохо удовлетворял тебя всю неделю? — Он ехидно усмехался, упершись спиной в край подоконника. — Откуда ты узнал, хорёк? — Гермиона застыла возле лестницы в свою комнату, борясь с желанием применить к нему Обливейт. — Фи, Грейнджер, слишком устаревшее оскорбление. Могла бы придумать что-то поинтересней. — Он крутил палочку между пальцев, ехидно смотря ей прямо в глаза. — Откуда. Ты. Узнал?! — Она медленно приближалась к слизеринцу, всё больше желая стереть эту гнусную улыбку каким-нибудь проклятьем. — Успокойся. Я никому не выдам ваш грязный секрет. Ну… Разве что Уизли. Обоим. Гермиона подошла к нему практически вплотную. — Ты не посмеешь… — Она практически шипела, испепеляя парня взглядом. — Ты думаешь? — Он глубоко вздохнул и наклонил голову набок — Как же сладко от тебя пахнет. — Я. Ненавижу тебя. Драко Малфой. — Гермиона проговаривала каждое слово настолько чётко, будто желая, чтобы они отпечатались на лице парня. — Взаимно, выскочка. Девушка с трудом поборола в себе желание залепить ему пощёчину. Она быстрым шагом пересекла гостиную и, поднявшись по лестнице, громко захлопнула дверь. Драко так и остался стоять, съедаемый изнутри бурей чувств. «Ненавидит она меня. Да какого Мерлина тебе ещё нужно?! Я перестал тебя унижать и оскорблять! Любезничаю, как кретин! Да катись ты к дементору! Не взаимно говоришь? Не скучала? А вот это мы и проверим!»

***

      Уже пятнадцать минут Гермиона мерила комнату шагами. Безумно хотелось разорвать Малфоя на куски. Или просто что-нибудь разгромить. Или зареветь. Или истерически смеяться. Или… «Нет! Нет! И ещё раз НЕТ! Даже думать об этом не смей!»       От мыслей, насколько Малфой наверное хорош в постели, её злость только усилилась. Ещё месяц назад она могла поклясться, что в её душе есть трепетные чувства только к Гарри. Только с ним ей было так хорошо и уютно, только с ним она могла часами говорить ни о чём. Только его глаза заставляли сердце биться чаще. Так что же изменилось? Откуда взялась эта дурацкая тяга к Малфою?! Почему она думает о нём перед сном? Почему высматривает в толпе студентов его платиновую шевелюру? Почему еле сдерживается, чтобы не броситься к нему с поцелуем?!       Слишком много вопросов, ответ на которые был очевиден. Слизеринец победил. Победил её, Гермиону Грейнджер. Она влюбилась.       Девушка замерла посреди комнаты, пристально глядя на дверь ванной. Сейчас их разделяла лишь эта небольшая комнатка, кажущаяся бескрайним океаном. Она сомневалась, принимая для себя важное решение. «Да будь что будет!»       Она влетела в ванную, направляясь в комнату Малфоя. Примерно на середине пути, её заставили остановиться до боли странные звуки, доносившиеся из его комнаты. И перепутать их с чем-то было невозможно. Тихие женские стоны отчетливо разрезали тишину, перемешиваясь с легким скрипом матраса.       Гермиона застыла, на секунду лишившись всех, терзавших её чувств. Мозг отказывался думать. Казалось, что она просто провалилась в пустоту. Помотав головой, она выбежала из ванной и упала на колени возле кровати. Разом вернулись все мысли. Боль и отчаянье накрывали с головой. Из глаз потекли слёзы, и ужасно захотелось орать, лишь бы как-то заглушить эту боль внутри. Она била кулаками об пол, рыдая навзрыд. С кровати было стянуто махровое одеяло, в которое она завернулась с головой. Она качалась вперёд-назад, прогоняя все мысли прочь.       Боль потихоньку унималась, оставляя место щемящей пустоте. Она так и уснула на полу, завернувшись в одеяло.

***

— Драко, милый, объясни мне, что мы делаем? — Паркинсон лежала на кровати возле слизеринца и изображала стоны удовольствия. — Трепим нервы этой гриффиндорской выскочке. — Драко лежал рядом, подложив руки под голову. — Так может мы и правда… — Она провела кончиками ногтей по его груди, цепляясь за мелкие пуговки. — Мне так тебя не хватает… Он перехватил её руку и посмотрел в глаза. — Просто сделай то, о чём я прошу. Я слишком устал на тренировке. Девушка недовольно фыркнула, затем игриво ему улыбнулась и, театрально прикрыв глаза и выгнувшись, снова протяжно застонала, слегка подпрыгивая на кровати. Драко усмехнулся, наблюдая за тем, как она дурачится на его постели. Раньше, он бы не задумываясь воспользовался ею. И они оба получили бы массу удовольствия. Но не теперь… Сейчас его скорее забавляли её протяжные стоны, чем возбуждали. Он хотел. Но вовсе не её.

***

      Утро встретило студентов Хогвартса мелким дождем и липким туманом, который медленно окутывал окрестности замка.       Драко, облаченный в новенькую форму для игры, сидел перед камином и с нетерпением ждал, когда спустится Гермиона. Но она не спешила. Даже уже немного опаздывала. Парень начал нервничать. «Неужели вчерашний цирк подействовал на неё настолько сильно?»       Стало как-то не по себе. И если бы Малфой не знал себя так хорошо, то точно решил бы, что переживает за неё.       Но все его сомнения развеялись. Дверь спальни открылась и на лестнице показалась Грейнджер. Увидев Драко, выражение её лица переменилось с угрюмого на рассерженное. Она молча спустилась и, задрав подбородок прошла мимо него. — А здороваться тебя не учили? — Парень улыбался, и развернувшись внимательно наблюдая за выражением её лица. Она остановилась, но лишь на секунду. — Просто оставь меня в покое.

***

      Стадион гремел от крика воодушевлённых болельщиков. Гриффиндор вёл со счётом 40:20. Мелькающие в небе фигуры начинал окутывать туман. Но игроки продолжали бороться, желая заполучить победу. Драко завис высоко над стадионом и тёр ладони в перчатках, пытаясь хоть как-то их согреть. «Где же этот чёртов снитч?!»       Он внимательно вглядывался в сгущающийся туман. На другой стороне стадиона, чуть ниже Малфоя, так же пытался разглядеть заветный золотой шарик Поттер.       Мимо Драко что-то пролетело, издавая знакомое жужжание и едва не задев его ухо. Он тут же сорвался с места и устремился вслед за снитчем. Ближе. Ещё ближе. Ещё немного и он поймает его.       Где-то совсем рядом нарастал приглушенный свист. Драко изо всех сил потянулся вперед, стараясь ухватить мячик. Свист стал практически оглушающим. И вдруг он услышал голос. Её голос. Он будто бы звучал в его голове. Малфой повернул голову в сторону шума и…       Сильный удар в левый бок вышиб из него весь воздух. Он почувствовал, как стремительно летит вниз. От боли сознание помутилось и Драко отключился.

***

POW Гермиона Я лениво наблюдаю за игрой. Меньше всего мне сейчас хочется торчать на этом холоде. Но я обещала Гарри, что буду рядом. Хотя какое к чёрту рядом, если он мечется там, а я мёрзну здесь?! Ладно. Это не продлится вечность. Я пытаюсь рассмотреть летающие в небе фигуры. Но спустившийся туман всё больше и больше скрывает их. Вдруг я замечаю Малфоя, которые срывается с места, похоже заметив снитч. Джинни тоже видит это и кричит Гарри. Тот срывается в погоню. Но рыжая не унимается. Она выхватывает у Симуса биту и отбивает летящий бладжер в сторону Малфоя. Сердце вдруг замирает. Разом исчезает вся злость и обиды. «Драко!» Неистовый крик проносится в её голове. Хочется предупредить его. Но как? Она среди однокурсников да и всё равно он не услышит её. В считанные секунды бладжер достигает цели и сбивает Малфоя с метлы. Он стремительно летит на землю. Но в последнюю секунду мягко приземляется. В его руке машет крыльями золотой снитч, пытаясь выбраться на волю. Все думают, что это Мадам Трюк спасла слизеринца. И лишь Гермиона знает правду.

***

      Дикая боль в руке заставляет проснуться и открыть глаза. Над ним высокий потолок и пахнет костеростом. А левая рука туго примотана к его телу. «Отлично. Давненько я не попадал на больничную койку.»       Он чувствует, как кто-то охнув, встает с его кровати. Резкое движение вперед, чтобы схватить «гостя» за руку, и он рухнул обратно на подушку, съедаемый сильным головокружением. — Драко, тебе плохо?! — Он лежит с закрытыми глазами, пытаясь придти в чувства, и не верит своим ушам. «Мне наверное это снится»       Он открывает глаза и медленно поворачивает голову. На краю его кровати сидит Гермиона и с беспокойством в глазах, держит его руку. — Ты же меня ненавидишь… — Он отворачивается и смотрит в потолок. — Не стоило мне приходить. — Девушка отпускает его руку и встает с постели. — Я слышал твой голос. Там. В небе. Прежде чем бладжер сшиб меня с метлы. — Он сглатывает и переводит дыхание. Боль в голове и руке мешают нормально думать. — И теперь я практически уверен, что это ты меня подхватила. Она стоит в нескольких шагах, спиной к нему и молчит. Рука потянулась к лицу. Явно смахивает слёзы. — Гермиона… — В его голосе слишко много мягкости и мольбы. Это уже слишком для неё. Она срывается с места и выбегает из Больничного крыла.       Драко закрывает глаза. К физической боли примешивается какое-то отчаянье. Он просит Мадам Помфри дать ему что-нибудь для спокойного сна и мирно засыпает, желая просто провалиться в забытье.