Saving Henry.Версия Голденсвона.

Свон закрыла глаза и задумалась. Попыталась ощутить хоть что-то похожее на магию, но, увы, всё тщетно. "Магия - это эмоции, - вспомнилось Эмме. - легко ему говорить, когда он... Он, что? Колдун с трехсотлетним опытом? Но он тоже не просил об этом", - ответила самой себе Эмма. "Чтож, попытка номер два. Как там было? Представь, кого ты хочешь защитить?Это можно." И перед глазами девушки мелькнула картинка с Голдом, перемещающемся внутрь чудо-коробки. Эмма вскинула руки в отталкивающем жесте и тут же по её телу прошла волна теплого воздуха, как и в предыдущие разы. - НЕЕЕТ! - Пэн попытался побыстрее захлопнуть коробку Пандоры, но было поздно - Голд вывалился из неё прямо под ноги Эммы. Та присела рядом с мужчиной и, перевернув его на спину поинтересовалась: - Эй, ты как, в порядке? Голд открыл глаза а пару раз моргнув, ответил: - Если это рай, то я хочу остаться. Девушка усмехнулась. - Пока нет, но скоро ты там окажешься, - и жадно впилась в его губы, позволяя собственнически обхватить себя за шею. На минуту оторвавшись, она бросила ошеломленной Регине и удивленно переглядывающимся Чармингам: - Продолжите за меня, ок? - и вновь притянула к себе по-прежнему валяющегося на земле Голда. Регина скукожила презрительную мину, но сделала магический пас руками, переместив коробку себе на ладонь. В тот же миг, едва Королева коснулась яркого кристалла на крышке, она начала затягивать вечного мальчика во внутрь. Когда, наконец, его не стало, Генри устало объявил: - Ну вот ещё один поверженный злодей и ещё один счастливый конец. Обратную дорогу шли молча, сознавая неловкость ситуации. Подойдя к Весёлому Роджеру, Голд окликнул компанию: - Мы же не собираемся уплывать прямо сейчас? Крюк пожал плечами. - Положим, полчаса у нас есть. Голд повернулся к Эмме и, взяв блондинку за плечи, посмотрел ей прямо в глаза. - Эмма, ты доверяешь мне? - Смотря в чем, - хитро улыбнулась девушка. Голд прижал её к себе как можно ближе, а затем они канули в облаке сиреневого дыма. - Кролики, - фыркнула Регина. - Регина, - хором шикнули на неё Чарминги, прикрывая уши Генри. Тем временем Эмма осматривалась на новом месте. - Домик Тинк? Серьёзно? - Ну, мне помнится, кто-то обещал подарить мне рай, - и мужчина лукаво посмотрел на девушку. Блондинка рассмеялась. - Ага, и поэтому ты решил устроить его в шалаше? И они вместе опустились на небольшой матрац, положенный феей у окна. Руки Голда уже хотели было стянуть с Эммы топ, как она резко шлепнула по ним. - Эй! - отдернулся Голд. - Прости, просто на тебе больше... - Эмма смерила любимого обвиняющим взглядом. - Так нечестно. Голд закатил глаза вверх, но всё же снял сюртук. Эмма удовлетворительно кивнула. - Так-то лучше, - и жадно впилась губами в скулы волшебника, одновременно с этим шаря руками по его жилету. Он тоже полетел на пол вслед за верхней одеждой. Голд обхватил блондинку за попу и пересадил на свои бедра. Эмма не отрываясь изогнула одну бровь, но продолжила своё дело, теперь переместившись на ключицы. Они манили её всё времяпребывание в Неверлэнде и, наконец, она получила возможность пробежаться по ним языком, оставляя кое-где сильнейшие засосы. Блондинка собралась уже перейти к расстегиванию рубашки и наброситься на грудь мужчины, когда тот оторвал её от себя. - Что такое, Голд? - Вот мы и сравнялись, - ответил он, и, повалив девушку на скромное ложе, начал стягивать её майку. Эмма закусила губу и полуприкрыла глаза. Вот его взору предстали два лилейно-белых полушария с темнеющими вершинами. Он прилег к девушке сбоку, впиваясь губами в плечо и водя руками по столь соблазнительным формам, вначале по груди, затем по животу, и, наконец, бедрам. Эмма учащенно задышала. Голд на секунду отстранился и плотоядно облизнулся, и хотел уже дернуть вниз за молнию Эмминых брюк, как та перехватила его руку, а затем притворно покачала головой. - Ты до сих пор в рубашке. Кажется, мы так не договаривались. - и подмяв Голда под себя, рванула полы упомянутого предмета в разные стороны, подумав, что нет ничего, что позже не могла бы починить магия. Шелк с непонятным рисунком разошелся, обнажив плотно сбитое тело с напряженными мышцами. Лицо Эммы полыхнуло огнем. Голд решил окончательно стянуть с себя рубашку, отчего ему пришлось прильнуть торсом к такому же обнаженному телу девушки. И вот уже рубаха откинута в сторону и двум влюбленным ничто не мешает изучать тела друг друга, лаская все выпуклости и впадинки, вылизывая собственные укусы и шепча слова благодарности. Или почти ничего. Первой идиллию нарушила практичная Эмма. - Прости, милый, - и она заглянула в широко распахнутые глаза мужчины, черные в свете луны, льющемся из окна. - Но сколько прошло времени? Как бы нас не кинули здесь... Голд отрешённо посмотрел на девушку, но помотав головой, дабы отогнать сладостный морок, ответил ей: - Подождут, куда они денутся. Но если ты за форсирование событий, я не против, - и с этими словами Эмма снова оказалась под ним, со стянутыми вместе с трусами джинсами. Голд залюбовался длинными ногами девушки, когда она обиженно протянула: - Я так не играю. Мои ботинки скидываются гораздо проще твоих... э, как бы они не назывались. - и махнула в сторону Голдовских ботфорт. Голд усмехнулся и, пытаясь справиться вместе с этим с застежкой брюк, кротко поцеловал Свон в губы. - Ничего, дорогая, невозможность видеть мои ноги окупиться тебе сторицей, - произнес он, сомкнув губы в лукавой улыбке, что добавило его лицу лишние морщины. Эмма оторвалась от желанного мужчины, чтобы помочь содрать его брюки, но какого же было изумление Спасительницы, когда перед глазами после черной плотной кожи штанов предстала светлая. - Оох, Голд! - только и смогла промолвить девушка. Мысли Эммы стали принимать не свойственные ей пошлые обороты, как были прерваны магом. - Так что мешает нам проделать то, что ты задумала? - вырвал её из собственных мыслей знакомый голос. Эмма ещё ниже спустила штаны, мимоходом задев его восставшее достоинство. Низ голдовского живота обдало огнем, а хозяину пришла в голову мысль, что их прелюдия слишком становится похожей на пытку. Он мягко опрокинул Эмму на спину. Сейчас или никогда, он просто должен обладать этой женщиной! Он завел её руки за голову и, впившись зубами в мягкий бугорок груди, резко вошел в неё, заставив блондинку выгнуться ему навстречу. Эмма вскрикнула, но затем качнула бедрами, ещё больше насаживаясь на интересующий орган, горячий и влажный, от её соков или его - не разобрать. Мужчина отстранился на мгновение, чтобы найти нужный угол проникновения, и с рыком вошел обратно. Этого времени хватило, чтобы он отпустил руки Эммы, которым она тут же не нашла лучшего применения, чем примостить их ему чуть пониже спины. Наконец, после серии безудержных движений голдовского зада, они достигли пика и после недолгого оргазма, обессиленные, упали на кровать. Они ещё несколько минут лежали в обнимку. Девушке нравилось, как он расслабляется в ней, приходя в норму и издавая мурлыкающие звуки, что делало его похожим на кота, нализавшегося валерьянки. Эмма с грустью подавила желание почесать его за ухом и лишь ласково заправила длинную серебристую прядь. Позже на пристани им никто не сказал, что их "дела" длились гораздо дольше отведенного времени, а они и не заметили своего затянувшегося отсутствия. А в Сторибруке всё образовалось само собой. Белль повздыхала, но отпустила любимое "чудовище", а Генри вполне смирился с фактом, что его отчимом станет не красавчик-пират, а собственный дед. И даже Голду сей факт не смог испортить настроение. Ему было не до того. Им обоим. Ведь им предстояло построить рай на новом месте. В процессе которого Эмма периодически не могла спокойно смотреть на кухонный стол в его доме и постель Чармингов в квартире, на подсобку лавки и даже своего старого Жука. Рай, дело такое, за пару дней не строится.