A.W.

Я знал, что у меня нет выбора, никакой альтернативы, никакого компромисса. Был только путь – единственный, неизменимый. Неправы те, кто говорит, будто выбор есть всегда. Увы, очень часто тебе никто не дает такого счастливого шанса - выбирать. Стоишь, беспомощно смотришь этому факту в глаза и он никогда, никогда не отведет взгляда первым. Я старался держать себя в руках. Изо всех сил старался. Но все равно у меня дрожали руки и подгибались колени. По спине, словно маленькие разряды молний, пробегали мурашки. Мне было страшно. Одно дело – испуг. Пережил сотую секунды небольшой дозы адреналина и дело с концом, но страх – это совсем иное. Он будто живое существо, поселяется в тебе, грызет изнутри, давит, затуманивает разум. Страх порабощает. Однако, не всех. Есть те, кто может ему противостоять. Это не значит, что они совсем страху неподвластны, просто умеют играть в его игры. Знают правила и поэтому могут их обойти. Но мне было страшно. Я понимал, что у меня не хватает сил, что правила запутанны слишком сильно. Может и не полностью, но он уже поработил меня, и ничего больше не оставалось, кроме как идти вперед. Один путь. Одна дорога. Потрескавшийся асфальт хрустел под ногами, мелкие камушки откатывались в стороны. Мне казалось, что они создают неимоверно сильный грохот. Или только казалось? Я шел по самому краю дороги, хотя она была пустынна. Никто и никогда по этой дороге не ходил и не ездил, по той, какая она сейчас. Может раньше дорога была другой, может раньше кто-то и касался этого асфальта и тревожил эти грохочущие камешки. У меня были основания идти именно по левому краю. По крайней мере, между мной и лесом оставалось добрых пять метров. Он нависал надо мной, наползал, сочась густым туманом, будто кто молоко разлил в невесомости. Иногда меня так и подмывало броситься прочь от него, как можно дальше в поле, лишь бы эти белесые руки не дотянулись до моего плеча, но переводя взгляд налево, я все же продолжал идти, не сдвигаясь ни на сантиметр в сторону. Поросшее непонятной желто-серой короткой травой, поле напоминало шахматную доску. Повсюду стояли высокие стога сена. Они выглядели, будто идолы, стерегущие свои владения - ступишь на кромку травы, и тебя тут же собьет с ног порыв ветра или сверзится с небес молния. Я старался не дрожать, но слабо получалось. Было холодно. Черная толстовка и накинутая сверху серая куртка не особо грели. Откуда же я мог знать, что придется бродить ночью в неизвестных мне окрестностях этого проклятого городка. Или не ночью? Может уже утро или день? С усилием я попытался вспомнить, сколько времени прошло с тех пор, как я очнулся в разбитой машине, которая, судя по всему, упала с обрыва горной дороги. Казалось, будто целая неделя. Время с тех пор растянулось для меня в одну нескончаемую и ужасно безграничную линию. Послышался шорох прямо за спиной. Я резко развернулся, нацелив фонарик на поворот дороги. Черт, а мне ведь казалось, что я уже как минимум километр прошел. Тусклый луч света с неохотой вырывал из сумрачного пространства дорожный знак, обозначавший поворот. Как будто я шел, оставаясь на одном месте. Удостоверившись, что за спиной никого нет, я продолжил путь. Все мое существо уже привыкло к тому, что здесь и сейчас время и расстояние, в общем-то, не имели значения. Сколько часов я пытаюсь дойти до того дома, что сиротливо торчит на вершине невысокой скалы? Сколько на самом деле метров или километров я прошел? Снова шорох. Теперь справа. Я метнул луч света на мрачные высокие ели. На секунду мне показалось, будто кто-то отскочил вглубь деревьев. Нижняя ветка слабо покачнулась. Нервно сглотнув, я осмотрел пространство вокруг себя. Ничего. Тихо и мертво. На самом деле, я знал, чего можно было ожидать. Уже не раз видел их. Едва уловимые, они сгустками черного дыма появлялись в конце дорог, выглядывали из-за деревьев, смотрели из разбитых окон домов. Почти всегда у них в руках поблескивали ножи или топоры, иногда даже лопаты. А вот если бензопила, то сразу надо было бежать как можно быстрее, в надежде, что за тобой не последуют. Одержимые. Жуткие порождения тьмы. Они похожи на людей. В общем-то, это люди и есть, но уже без разума, сердца, души - внутри них только черная пустота. Тьма защищает их, поэтому жизненно необходимо иметь в руках фонарик, хорошо бы и с запасом батареек на ближайшую пару километров. Свет способен уничтожить оболочку. Ну а потом только пара выстрелов в голову или грудь и они разлетаются на мельчайшие частички тумана, вспыхнув снопом искр. Револьвер я использовал не раз. В большинстве случаев удавалось убежать, оторваться, но когда они действительно хотели напасть, то незамедлительно делали это. Мне было трудно привыкнуть к тому, что одержимые могли появиться совершенно в любом месте и так же совершенно неожиданно. Внезапно я понял, что слышу музыку. Она лилась откуда-то сверху и заполняла все пространство вокруг меня. Мои ноги, словно сами остановились, а уши вслушались в мягкий мотив. Где-то в мозгу стучала тревожная мысль, что стоять на месте опасно, однако я был полностью зачарован мелодией. Она казалась в этом месте совсем чужой, но тем интереснее было чувствовать, как она преображает атмосферу. На душе даже стало несколько спокойнее, руки расслабились, луч фонаря скользнул по асфальту и замер у моих ног. Но вдруг что-то изменилось. Музыка задрожала и метнулась к небу, а затем обрушилась на меня тревожными волнами. Краем глаза я уловил движение со стороны поля. Ближайший ко мне стог, словно вздохнул, воздух вокруг него заколебался, и во все стороны потянулись черные змейки тумана. Нет. Только не они. Неторопливо, как бы в замедленной съемке, из-за вороха скошенной травы выходил одержимый. В руках у него слабо поблескивал в лунном свете длинный резак. Я тут же поднял руки и, передвинув рычажок фонаря на «MAX», взял на прицел голову одержимого. Как только монстр попал в свет фонаря, окутывающий его черный туман сжался, съежился, отдернул свои гадкие щупальца, а сам одержимый дернулся и закрыл глаза рукой. Мне хватило пары секунд, чтобы принять более-менее удобную позицию, для отражения атаки. Спина осталась незащищенной, но я понадеялся на то, что нападающий был один. Я видел, как защитное поле монстра постепенно уменьшается, но он продолжал надвигаться на меня, все выше и выше поднимая над головой резак. Мне пришлось попятиться. Палец подрагивал на спусковом крючке. Наконец, тьма вокруг одержимого будто захлопнулась. Он пошатнулся, но не перестал наступать на меня. Я не успел нажать на курок. Боль пронзила левое плечо. От удара меня развернуло лицом к лесу, и я заметил ещё двоих монстров. Один из них, низко пригибаясь к земле, быстрыми и странными, будто приставными шагами, начал обходить меня по кругу. Плохо. Это стелс. Чтобы убить его, надо иметь необычайную сноровку и отменную реакцию. Свет не удерживает его на месте так же долго, как других, и у него всегда в руке легкий, но смертельно опасный нож. Звякнул, ударившись об асфальт, железный гаечный ключ, которым второй вышедший из леса одержимый запустил в меня. Я совсем потерял из виду первого, чья тьма уже была выжжена фонариком. Решив, что пора прикрыть спину, я побежал в поле, к ближайшему стогу сена. Развернувшись, обнаружил, что стелс пропал из поля зрения, а другой одержимый уже замахивается топором. Револьвер дернулся и раздался выстрел. Голова монстра откинулась назад, но уже через секунду он продолжил движение. Тьма вокруг него нехотя сжималась, но слишком медленно. Краем глаза я заметил размытое пятно слева. В растянувшийся густой черноте угадывался силуэт стелса с занесенным ножом. Вш-ш-ш-шу-ух. Красная вспышка ослепила даже меня. Последняя сигнальная ракета спасла мне жизнь. Я бросил её под ноги, зная, что через десяток секунд она погаснет, нашарил в кармане патроны и быстро дозарядил револьвер. Сквозь дым, я видел, как закрывшись руками, одержимые отступали к дороге. Их защитные поля с тихим шипением сдавали в радиусе. Монстру с топором повезло меньше, так как он попал в самый центр вспышки. Его тьма теперь лишь слабо колыхалась у самого тела. Я навел на него фонарь, и черный туман с тихим хлопком исчез вовсе. Оружие тоже не заставило себя ждать – две пули пронзили грудь, одна попала в голову, и одержимый вспыхнул снопом искр. Сигнальная ракета уже догорала, нужно было скорее разобраться со стелсом. Его тьма тоже пострадала от ракеты, но не сильно - он наверняка успел отбежать подальше. Я перевел дыхание, озираясь по сторонам, не зная, откуда ждать нападения. Внезапно почувствовал слабый порыв ветра, и тут же по лопатке чиркнуло лезвие. Черт! Обернувшись, я понял, что в пылу битвы отошел от стога, открыв спину. Размытое пятно сразу же отскочило в сторону, уходя от луча света. Крутанувшись на месте, я все же поймал его. Очертания одержимого сразу стали четкими, тьма сжалась и почти сразу выжглась. Единственный плюс этих стелсов в том, что много света на их защитное поле не требовалось. Пара выстрелов, и очередной монстр исчез. Я выдохнул, и уже собрался было снова дозарядить револьвер, как услышал свист. Резак прошел буквально в сантиметре от моей правой руки, когда я перенес весь свой вес на левую ногу и уклонился. Одержимый сердито зарычал, когда я навел на него фонарик. К счастью, тьма уже не защищала его, поэтому оставалось только выстрелить. Пользуясь передышкой, я, наконец, дозарядил оружие и осмотрелся. Пусто. Их было только трое. До домика на скале оставалось на первый взгляд немного, и теперь я решил идти через поле. Плечо немного ныло, но ключ, к счастью, не поранил меня. Осторожно ступая, я двинулся вперед. Внезапно деревья по ту сторону дороги закачались. Откуда-то налетел сильный ветер, и белесый туман посерел, надвигаясь все больше и больше на поле. А вот это было уже совсем нехорошо. Я знал, что тьма беснуется не просто так. Она готовила сюрприз и этот сюрприз не заставил себя ждать. Раздалось механическое гудение, и, протаранив на ходу два стога травы, мне на встречу выехал темный комбайн. Тьма изобретательна - любые предметы могут стать вместилищем черного тумана, не только люди. Я убрал оружие в карман. Сейчас мне мог помочь только свет и ничего больше. Ну, разве что ещё собственные быстрые ноги. От первой атаки я увернулся, и адская машина промчалась мимо. Нацелив фонарь на кабину, я стал обходить комбайн с правой стороны, стараясь держаться теоретически у него за спиной. Тьмы в железе было много, но если использовать правильную тактику, через некоторое время бешеного танца, можно было выжечь её всю. Машина стала разворачиваться, я спиной вперед начал отбегать, не выпуская её из круга света. Но внезапно луч стал тускнеть, а через пару секунд и мигать. Нет. Только не это. Я знал, что запасных батареек у меня не имелось, была надежда найти их в том доме на скале. Рев мотора приближался и внезапно я понял, что уже не успею уйти с линии атаки, а умирающего света не хватит на все защитное поле. Фонарик мигнул последний раз и погас, а черный туман уже поглотил все вокруг меня. Последнее, что я почувствовал – это сильный удар в грудь. Музыка взвилась на последнем аккорде и затихла. -------- Я закусила губу и выдохнула. - М-да. Все-таки надо было взять лишнюю упаковку батареек, а не патронов, наверняка в том домике нашлось бы помповое или охотничье ружье. Потянувшись и тем самым размяв спину, я отложила геймпад в сторону. Надо отдать должное Ремеди – они сделали потрясную игру. Встав, и потянувшись снова, я отправилась на кухню за парочкой печенек, надеясь успеть до того момента, как снова загрузится контрольная точка.