Поиграем в любовь? POV JR / part 1 /

Я погладил по его белокурым, мягким как шёлк, волосам. – Рен, не мог бы ты сказать мне правду? Почему ты не можешь принять чувства других людей? – Нет, – последовал резкий ответ. – Но почему ты не можешь открыться мне!? – я резко поднял его руку вверх, заставляя посмотреть на меня. – Скажи. – Нет, – громко повторил он, пытаясь выдернуть руку. Я словно вырывал из него правду, прямо из глубины его сердца, которую он навечно заковал внутри. Я крепко прижал его к себе. Он уперся обеими руками мне в грудь, собираясь оттолкнуть, но так и не решался. – Послушай, – сказал я, обнимая его ещё крепче, – Я не буду повторять дважды. Я люблю тебя Choi Minki. Люблю…. Рен посмотрел мне в глаза. В них, словно стёклышки, поблёскивали накатившие, но ещё не сорвавшиеся с ресниц слезинки. Он отплыл на пару метров назад. – Я знаю, что ты меня любишь, идиот… – смущённо выдавил он и посмотрел куда-то в сторону. – Прими мои чувства Рен! – выкрикнул я. – Я не могу, – его голос был спокоен, в то время как руки его дрожали. Он ушёл под воду, оставив снаружи только макушку. – Почему? Ты ведь тоже любишь меня. – Что ты сказал? – он возмущённо вынырнул и подплыл ко мне. – Не придумывай! Я к тебе ничего не чувствую! – его взгляд стал серьёзным. – Мне не нравятся такие идиоты, как ты, – он тыкнул в меня пальцем. Я схватил его руку и, притянув к себе, поцеловал в губы. – Ты что творишь!? – возмутился он. Я положил его руку ему на сердце, которое, неожиданно для меня, стучало так быстро, ясно давая нам обоим понять, что он чувствует на самом деле. – Ты ид… – он вырвал руку и поплыл к лестнице бассейна. – Рен, не ври самому себе! – разворачиваясь к нему, выкрикнул я. – Почему ты не можешь принять меня!? Отвечай! – Потому что причиню тебе боль, – ответил он себе под нос и выбежал из ванной комнаты, схватив, висевшее на стене полотенце. Я плюхнул кулаком по воде. – Ащщщ! И снова он убежал от меня… Да что с ним такое. Почему он волнуется о том, как больно будет мне. Гораздо больнее то, что он отталкивает меня. Я хочу, чтобы он был только моим. – Рен, я ни за что не отступлюсь от тебя! – прокричал я так громко, что смог услышать эхо, пролетевшее по всей комнате. Перед тем, как вернуться в комнату, я проплавал в бассейне минут 20, погрузившись в пучину раздумий. Я думал о том, что же мне теперь делать. Как мне узнать причину его препираний, чтобы бороться с ними. Самое первое, что мне приходило в голову это то, что когда-то ему разбили сердце, и он пережил много боли. После чего решил никогда больше ни в кого не влюбляться. С тех пор Рен причинял людям одну боль и стал зависим от этого. Наверное, он думает, что со мной будет так же. Но мне он отказал, то есть причинять боль так же как остальным, он не хочет. Это хороший знак. Значит, он беспокоится, и я ему не безразличен. Эти мысли согревали моё сердце и поддерживали меня. Выбравшись из бассейна, я вытерся полотенцем, нацепил свою, валявшуюся на полу, одежду и направился в спальню. *** Когда я пришёл, первое, что я увидел, было почти голое тело Рена, валявшееся на кровати. Он лежал, повернувшись лицом к стене и прикрывшись одним полотенцем. – Эй, ты, что с ума сошёл? Заболеть хочешь, почему ты не переоделся? – спросил я возмущенным голосом. В ответ услышал лишь тихое посапывание. «Он что, уснул? Прям так, почти голым?» – удивился. Я подошёл поближе и потряс его за плечо. «И правда спит – убедился я. И что мне теперь с тобой делать?» Я потрогал полотенце, оно было мокрым. «Он хотя бы трусы-то одел?» – я хотел уже было проверить, но отдёрнул руку. – Черт, ДжонгХён, ты же недавно бессовестно лапал его, а теперь даже прикоснуться, не можешь, – обратился я сам к себе. Моя рука тряслась и всё никак не могла решиться коснуться беззащитно спящего тела Рена. – Да что же это такое… – я сделал глубокий вдох и отдёрнул полотенце. Убедившись, что трусы он все-таки надел, я спокойно выдохнул. Но они оказались такими же мокрыми как полотенце. «Теперь мне придётся его переодевать», – осознал я ироничность ситуации. Соскочив с кровати, я начал наматывать круги, думая как это сделать. Мне было ужасно стыдно, я словно маньяк беспалевно фапающий из-за кустов. – Ащщщ. Просто возьму и одену. В голову пришла мысль. Я не стал рыться в его сумке, а просто взял свои запасные чистые трусы. Накрыв его одеялом, я залез под него руками. И тут меня осенило. «Что я делаю? Почему я просто не могу разбудить его и заставить переодеться? Я что ему мамочка?» Будет очень весело, если он проснётся в тот момент, когда я буду стягивать с него трусы. Я начал раскачивать его, толкая в бок. – Рен, проснись, ты должен переодеться иначе простынешь. Рен! Чёрт тебя подери, очнись! В ответ он лишь издавал какое-то бормотание и больше никак по-другому не реагировал. – Вот блин, нажрался же. «Будет вообще отлично, если он завтра ничего не вспомнит. Да я его голыми руками придушу». Теперь, когда я был зол на него, это придало мне смелости, и я залез руками под одеяло и потянул трусы вниз. «Чёрт, возбуждаюсь» Я закусил губу и начал плавно стягивать их с его ног, чувствуя себя маньяком-извращенцем. Мои щеки горели, заставляя меня стыдиться. «Но не мог же я так оставить его спать в этих мокрых трусах» Наконец, закончив это дело, я вздохнул с облегчением и развалился рядом с ним на кровати. Пока я его переодевал, он успел перевернуться на другой бок, и теперь я мог любоваться его милым спящим личиком. Я водил пальчиком по контуру его губ вспоминая наш поцелуй. Наклонившись, я нежно чмокнул его губки. – Спокойной ночи, Минки. Ощущая приятный аромат, исходящий от волос Рена, я сомкнул глаза, и меня затянуло в прекрасный сон, смешавшийся с далёкими воспоминаниями из прошлого. *** Я проснулся от пинка по жопе. – Эй, хватит дрыхнуть, нам уже скоро уезжать, – послышался знакомый голос Бэкхо. Подняв голову, я одарил его взглядом, выражавшим всю "радость" встречи с ним. Рена рядом не оказалось. «А я так хотел, что бы он разбудил меня своим сладким поцелуем…» – от этих мыслей в лицо отдало жаром. – А где Рен? – спросил я, поднимаясь с кровати. – Он с МинХёном на кухне, они пытаются приготовить что-нибудь съедобное. Ты давай вставай, и тоже иди, ешь, а то Арон негодует. Сказал, что машина будет через 15 минут. – Что? 15 минут?! А раньше разбудить нельзя было? – я посмотрел на часы на стене, 9:45. – Надо было тогда отнести меня в машину и уже там и будить, – съязвил я, пытаясь отыграться на Бэкхо за свой полученный «нежный» пинок под зад. – Да, кто бы нас разбудил. Он сам проснулся 20 минут назад и пошёл пинать всех, – сказал Бэкхо, показывая всем своим видом, что его тоже сладко разбудили. – Оказывается, наш менеджер еще не отошел после вчера, вот и забыл нас предупредить. Так, ладно, я побежал на кухню есть, давай тоже подходи, – договорил он и скрылся за дверью. Вставая с кровати, я потянулся в разные стороны и побрёл в ванну. Проходя по коридору мимо кухни я услышал крики возмущенного Рена: – Смотри, где ты намазал, я теперь весь в креме. «Они что там играться ещё успевают» – ревностный укол потревожил мое сердце. Пока я умывался, я успел прокрутить в голове вчерашнюю ночь, и мысли о том, что теперь делать дальше, не давали мне покоя. Я зашёл на кухню и присел на стул. МинХён с Реном сразу посмотрели на меня. Я улыбнулся, помахал им рукой и стал наливать себе чай. – Как вам спалось? – спросил МинХён, поглядывая на Минки. Тот толкнул его в бочину и тема разговора сменилась на печеньки с маслом. Через 15 минут, как и сказал Бэкхо, приехала машина, и мы, наконец-то, отправились домой. По дороге я ломал голову над тем, как ещё раз поговорить с Реном, да так, чтобы он не убежал от меня. Наш менеджер обрисовал нам план предстоящих работ. Сегодня у нас ещё один выходной, а завтра будет интервью на радио. Когда мы приехали, Рен заперся в своей комнате, а я как дурак караулил его весь день. Конечно, были попытки зайти к нему поговорить, но мне лишь отвечал грубый голос за дверью с просьбой оставить в покое. Я сидел на кухне на первом этаже и вместе с МинХёном пил кофе, когда услышал топот спускающихся ног. Это был Рен. Он начал пересекать коридор по направлению к выходу на улицу. Я бросился к нему навстречу и перегородил дорогу со словами: – Нам нужно поговорить. – Убирайся с дороги, – ответил он грубо и даже не посмотрел на меня. Эти слова застали меня врасплох. Он ударил меня плечом в бок и пошёл дальше. Я схватил его за руку и развернул к себе. – Я сказал, пропусти! – повторил он, пытаясь вырвать руку. – Прекрати вести себя так, будто нас что-то связывает, я уже сказал, что я НИЧЕГО к тебе не чувствую! Прекрати выжидать меня и пытаться поговорить, – кричал на меня его голос, который словно был где-то далеко, моё сознание не хотело воспринимать эти слова всерьёз. – Я больше не хочу знать тебя! – наконец, договорил он. Я стоял в шоке, не зная как реагировать и что говорить. Его реакция была словно снег на голову посреди лета. Он никогда раньше так не кричал на меня, не был настолько грубым и злым. «Что я ему сделал?» – моё сердце обливалось кровью от столь жестоких слов. Мне казалось, что ещё немного и из моих глаз потекут слёзы. Я стоял и молча, смотрел на него. – Прекрати, Рен, твоё поведение переходит все границы, – вмешался Минхён, выходя из кухни. На его лице читалась неприязнь. Слова Рена, не могли оставить, доброго МинХёна, равнодушно стоять в стороне. – Не лезь не в своё дело! – цыкнул на него Минки. Он выдернул руку из моей крепкой хватки, одарив меня взглядом, полным ненависти. Развернувшись, он направился к выходу. Дверь громко хлопнула. Я остался, неподвижно стоять на месте, смотря на захлопнувшуюся дверь. Чувство – словно из груди вырвали сердце и растоптали, не оставляя ни единого целого кусочка. МинХён подошёл ко мне и провёл ладонью перед глазами, выводя меня из транса. Он махнул мне головой, и я последовал за ним.