Часть 1
25 апреля 2014 г., 22:52
Дерек настолько привык видеть Стайлза на тренировках стаи, что, когда парень однажды не появился в особняке Хейлов, оборотень удивился настолько, что гонял волчат в два раза меньше, часто пропуская выпады и сломав на пару десятков костей меньше своей обыденной нормы. Айзек и Скотт удивленно переглядывались, не решаясь задавать вопросы, а Питер ухмылялся так, сидя на крыльце с очередной книгой в руках, словно знал всё обо всех. Хотя, строго говоря, так оно и было.
— А где Стайлз? — не выдержав первым, спросил Айзек после тренировки, когда уставшие волчата сидели на крыльце, на пару ступенек ниже старшего Хейла, и жадно пили воду, смешно отфыркиваясь. — Я, конечно, не против таких «смягченных» занятий, но что-то наш альфа больно рассеянный без своей личной занозы.
Скотт тихо хихикнул, но тут же замолчал, испуганно глядя в сторону Дерека, любовно моющего свою машину на приличном расстоянии от них, которое, в общем-то, совершенно не помешало ему услышать каждое слово Лейхи. Медленно повернув голову в сторону своих волчат, Хейл полыхнул алыми глазами и тихо, но весьма грозно, зарычал. Скотт внезапно заинтересовался прогнившими ступеньками, ковыряя доски с настойчивостью дятла, выбирающего жучков из-под коры, а Айзек же, взвизгнув на высокой ноте, мелко подпрыгнул и спрятался за спиной Питера, посчитав, что разъяренный альфа будет куда опаснее недовольного любовника, вынужденного оторваться от чтения и укоризненно посмотреть на племянника, взглядом обещая, что сам накажет нерадивого щенка.
— А вообще-то, я не знаю, — внезапно ответил на вопрос Маккол, не поднимая головы от безумно интересных досок. — Стайлз очень странно ведёт себя в последнее время. Он стал часто прогуливать школу, вечно витает в облаках, поздно приходит домой, ссылаясь на подготовку уроков со мной. Я, конечно, прикрываю его перед шерифом, но так и не смог добиться от него подробностей. Порой мне кажется, что Стайлз с кем-то встречается и просто не хочет посвящать нас в свои отношения.
Последние слова он договорил, внимательно глядя на Дерека, продолжавшего намывать и без того уже чистые антрацитовые бока шевроле. От внимательного взгляда не укрылось, как оборотень замер, услышав возможную версию, и как напряглась его спина, однако уже секунду спустя Хейл-младший продолжил мыть машину и даже начал беззаботно насвистывать какую-то мелодию себе под нос. Маккол досадно поморщился и очень тихо, едва ли не одними губами прошептал что-то про сумасшедших упрямцев.
(З.Ы. Так и вижу волка с фейспалмом)
— Ты действительно считаешь меня таким уродом? — ядовито спросил Стилински, сжимая кулаки до побеления костяшек. — Думаешь, я настолько безнадёжен, что даже понравиться никому не могу? Мудак ты, Хейл! Зря я вообще сюда приехал! Ненавижу!
Последнее слово Дерек ощутил словно пощечину, почти с жалостью глядя в спину убегающему парню, коря себя последними словами и соглашаясь с мнением своего волка о том, что в данный момент он действительно выглядел полным идиотом.
— Ты идиот, мой дорогой племянник, — подал голос Питер, озвучивая мнение внутреннего зверя Дерека, с хлопком закрывая книгу и совершенно не обращая внимания на заалевший в приступе ярости взгляд альфы. — Кто же так сразу и в лоб? Мог бы и помягче мальчишку отговорить. Тем более он был не особо против.
Дерек тихо зарычал, подавляя стойкое желание снова разорвать любимому дядюшке горло, в чём, к удивлению оборотня, волк был с ним полностью согласен. Питер на это лишь неопределённо хмыкнул и поднялся с крыльца, слегка потянувшись, разминая затекшие мышцы и усмехаясь голодному взгляду Айзека, который едва слюной не закапал. Младший Хейл, заметив, что его устрашающий взгляд уже не устрашает даже Лейхи, яростно зарычал, выпуская когти и демонстрируя в оскале внушительные клыки. Питер закатил глаза, наблюдая, как испуганные волчата прыснули в разные стороны от своего альфы, и тихо засмеялся, когда Скотт, стараясь побыстрее скрыться с поля зрения Дерека, споткнулся о сваленное в процессе тренировки дерево и пропахал носом землю, а Айзек, взвизгнув испуганным щенком, повис на своём любовнике, намертво вцепившись ему в плечи.
Оставшись удовлетворенным воспроизведенным эффектом, Хейл-младший скрылся в доме, а уже через минуту со второго этажа послышался хруст ломающегося дерева, и Питер снова закатил глаза, поудобней перехватывая Айзека и на автомате подсчитывая в уме, во сколько обойдётся бюджету Хейлов очередной приступ ревности его племянника.
***
На следующей тренировке, состоявшейся через пару дней, Стайлз всё же появился, сверкая, словно новенькая монетка. Как только парень вышел из машины, на него тут же уставились четыре пары горящих разноцветных глаз. Стилински дёрнулся от такого пристального внимания, но уверенно продолжил свой путь к оборотням, не обращая внимания на настороженность в золотистых глазах, любопытство в голубых и откровенное раздражение в алых. — Привет, ребята! — радостно завопил гиперактивный подросток, не дойдя до замерших несколько шагов. — Как вы тут без меня? Совсем небось заскучали? Ну ничего, великий Стайлз снова с вами и готов прийти на помощь! — Стайлз… — осторожно произнес Скотт, принюхиваясь, — что с тобой происходит последний месяц? Куда ты пропадаешь постоянно? Почему почти не появляешься в школе? И почему… — Почему от тебя пахнет чужим оборотнем? — внезапно прорычал Дерек, прерывая Маккола на полуслове. Подойдя к удивлённо замолчавшему мальчишке почти вплотную, Хейл едва не уткнулся носом ему в шею, шумно втягивая воздух, и грозно зарычал, ощущая тонкий, почти уже выветрившийся аромат молодого, но довольно сильного альфы. Стайлз замер, боясь пошевелиться, и выпучил свои и так огромные глаза, удивленно переводя взгляд с одного оборотня на другого. — Что? — заторможенно переспросил он, слепо делая шаг назад и натыкаясь спиной на Айзека. — От меня? Оборотнем? Вы о чём? Как? Я же сегодня виделся только с отцом. А вчера встречался с Джеком, и мы провели с ним весь день. А вы точно уверены? Это может быть… — С кем ты встречался? — произнесли все оборотни, помимо Питера, который снова читал, делая вид, что сложившаяся ситуация ни капли его не касается. — С Джеком, — повторил Стайлз, как-то странно взглянув на замершего Дерека и тут же опустив взгляд в землю. — Мы с ним…эмм…встречаемся. Уже три недели почти. Он очень хороший. Добрый, чуткий, интересный собеседник, в общем — полная противоположность кое-кому, — закончил говорить Стилински, ехидством подчеркнув последние слова, выразительно глянув при этом на младшего Хейла, заработав этим одобрительный хмык старшего. — А причём здесь то, что от меня волчатиной несёт? — Ты идиот, Стилински! — зарычал Дерек, заставляя волчат в испуге отступить на пару шагов назад. Рядом остался лишь сам Стайлз, которого грозное рычание, клыки и алые глаза уже давно не пугали. — Это обидно, между прочим, — возмущенно пробурчал парень, чувствуя, как колени начинают предательски подгибаться. И вовсе не от страха. — Мой дражайший племянник хочет сказать, что этот твой «чуткий и интересный собеседник» и есть тот самый оборотень, — подал наконец голос Питер, переворачивая страницу книги, внимательно глядя на мальчишку, не забывая при этом следить за своей беспокойной парой, которой обычно в такие моменты перепадало больше всех. — А ещё нас очень интересует, почему мы учуяли его запах на тебе только сейчас, если по твоим словам, вы встречаетесь уже три недели. Стайлз смущенно фыркнул и наклонил голову, внося в мысли Дерека худшие подозрения. — Ну… — замялся парень, разглядывая пыль под ногами, — он вчера поцеловал меня. Питер довольно ухмыльнулся, бросив взгляд на доведённого до состояния озверения племянника, и снова уткнулся в книгу, ставя точку на своём участии в разговоре. Младший Хейл на мгновение замер, переваривая информацию, а затем, к удивлению волчат, уже готовящихся спасать Стайлза от гнева альфы, расслабился, отодвинувшись от сжавшегося в комок парня, и только в серо-зелёных глазах продолжали плясать гневные искорки. — Ты больше не будешь с ним видеться, — не терпящим возражения тоном произнёс Дерек, внимательно глядя в глаза мальчишки, в которых непонимание, обида, злость и ещё невероятное количество других эмоций смешивались в единый водоворот, заставляя внутреннего волка скулить от досады на своего человека, который, при всей своей крутости и брутальности, не мог завоевать внимание пары, что не могло не расстраивать и злить зверя. — Это с чего вдруг? — вскинулся Стайлз, зло сощурившись и окидывая Хейла яростным взглядом. — Да с того, что это уловка для того, чтобы подобраться ближе к стае, — прорычал альфа, подавляя желание зажать руками уши, чтобы не слышать своего волка, истошно воющего внутри черепной коробки и вовсю матерящего нерадивого человека на своём волчьем языке. — Не может быть совпадением то, что этот неизвестный оборотень появился именно сейчас, когда стая настолько слаба. И если я прав — нас перебьют, словно щенков. А если он… — на мгновение Хейл-младший запнулся, словно подавился воздухом, а затем нехотя продолжил, наяву чувствуя яд, сочащийся из каждого слова, — поцеловал тебя, открыв таким образом себя нам, то ждать этого осталось недолго. Стайлз на секунду замер, а затем Дерек буквально почувствовал презрение и обиду, сквозившую во взгляде и его волк особенно надсадно взвыл, а оборотень словно наяву увидел, как тот, подперев лапой тяжелую морду, с укоризной смотрит на него, рассуждая про себя, что его человек полный идиот.***
Дни стекались в недели, а те в свою очередь соединились в месяц. Месяц. С момента побега Стайлза прошел ровно тридцать один день. И за все эти дни парень ни разу не появился в особняке Хейлов. Стилински всё так же ходил в школу, общался со Скоттом и Айзеком, иногда прогуливал уроки, ссылаясь на встречи с Джеком, но ни разу за эти четыре недели не появился на тренировке. Да что там тренировка, он даже просто о Дереке говорить не хотел, хмурясь и сразу же переводя разговор в другое русло, как только тема каким-то образом затрагивала альфу. Маккол и Лейхи после этого сразу же замолкали и бросали на друга сочувствующие взгляды. Только лишь слепой бы не заметил тех чувств, которые испытывали эти двое друг к другу, но ослиное упрямство Хейла и баранья упёртость Стилински стояли перед ними непреодолимой стеной. Было видно, что Стайлз чертовски жалеет, что вспылил тогда и не дослушал Дерека до конца, но жгучая обида на последние слова оборотня душит побуждения поговорить с ним снова, и парень упрямо продолжает ездить на встречи с Джеком, подавляя в себе всё нарастающее нехорошее предчувствие, которое обычно всегда оказывается правым. — Чувак, — устало произнёс Скотт на тридцать второй день добровольной самоизоляции Стайлза от дел стаи, — может ты как-нибудь помиришься с Дереком, а? — С чего мне это делать? — спросил Стилински, расслабленно валяясь на кровати друга и рассматривая знакомый до мельчайших подробностей потолок. — Да с того, что Дерек такими темпами убьет нас скоро, — ответил за Маккола Айзек, который, как и хозяин комнаты, был не в силах дойти до кровати и завалился прямо на полу рядом с тем же хозяином комнаты. — Это уже просто невозможно. Из-за своей ревности Дерек совсем с катушек слетел. Тренировки стали просто ужасающе сложными. После них у нас не остается ни одной целой кости, а вокруг — целого дерева. А ещё… — А ещё в свободное время он за тобой следом таскается, — внезапно закончил за друга Скотт и украдкой прислушался, стараясь уловить реакцию Стайлза на свои слова. Чувства оборотня не подвели и тот услышал, как сердце Стилински пустилось вскачь, отбивая ритм волнения, а дыхание участилось, подтверждая то, что и так было известно окружающим, но только не Дереку и Стайлзу. — Мне нет дела до него, — безапелляционно заявил парень, резко садясь на кровати. — Мне нравится Джек, и пусть он и впрямь оборотень — плевать. С этими словами Стилински поднялся и вышел из комнаты, оставив Айзека и Скотта одних. — А ведь он лжет, — произнёс Лейхи, прикрывая глаза и раскидывая руки в стороны, едва не засветив Макколу в глаз. — Ему совершенно точно не плевать. Ни на первое, ни на второе. Скотт удрученно вздохнул, прислушиваясь к удаляющимся шагам друга. Нужно немного поспать, ведь завтра очередная тренировка, а значит растущих деревьев в лесу снова поубавится. — Кстати, Скотт, — снова подал голос Айзек, поворачиваясь набок, — ты заметил, что сегодня от Стайлза пахло чужаком сильнее?***
— Завтра в то же время, — хмуро произнёс Дерек полуживым волчатам после окончания тренировки и, бросив быстрый взгляд в сторону, где обычно располагался Стайлз, отпускающий едкие комментарии, направился в дом, крушить от безысходности мебель, которую Питер вынужден был менять едва ли не каждый день. Зайдя в свою комнату, уже третий раз за неделю выбив ногой дверь, Хейл-младший пару раз хорошенько приложился лбом о только купленный недовольным дядюшкой шкаф. Дерек чувствовал себя шавкой, таскающейся за хозяином в ожидании косточки. Положение усугубляло то, что его волк был согласен даже на такое, лишь бы находиться рядом с мальчишкой, и Дереку с каждым днём всё сложнее было сдерживать порывы зверя броситься в ноги Стилински и позорно заскулить, выпрашивая ласку. Хейл убеждал себя, что безразличен к Стайлзу, но всё равно ночами сидел у него в комнате, наблюдая за подростком и исчезая с первыми лучами солнца, рычал в ответ на предложения Скотта помириться и постоянно думал о несносном мальчишке, ничего слышать не хотел о нём и в приступах ревности крушил дом, доводя бедного Айзека до икоты, а Питера до нервного тика, когда в очередной раз чуял от Стилински едва уловимый запах неизвестного альфы, становившийся всё сильнее и отчетливее. Замкнув круг безрадостных мыслей, катающихся в голове оборотня на протяжении месяца, Дерек зарычал и со всей своей волчьей дури ударил несчастный шкаф, пробив кулаком резную дверцу. — Ты снова буйствуешь, племянничек? — спросил Питер, с сожалением оглядывая выбитую дверь, установленную лишь вчера утром. — Разобрался бы ты уже со своим мальчишкой, иначе я выселю тебя на улицу. Дерек раздраженно зарычал, с треском выдёргивая руку из внушительной дыры в дверце, и развернулся к Питеру, сверкая алыми глазами. Сегодня альфа был более зол, чем предыдущие тридцать один день. Вчерашнюю ночь он снова провёл рядом со Стайлзом, сдерживая порывы найти чужака и без разговоров вырвать ему горло. От парня ещё сильнее, чем раньше пахло другим альфой, словно они обнимались некоторое время или… Что следовало за этим «или», Хейл тут же откинул, перебирая в уме все виды пыток, которые знал и которые хотел испробовать на чужаке, как только тот попадет к нему в руки. На рассвете, как обычно, Дерек исчез из комнаты Стилински, не выдержав и невесомо поцеловав неугомонного мальчишку в уголок губ. На тренировке же Хейл-младший, ненавидя себя за слабость, гонял волчат до звездочек перед глазами, в пылу драки снеся не так давно восстановленному дому часть стены. Питер на удивление на это ничего не сказал, лишь фыркнул и молча продолжил читать, всё так же сидя на крыльце и даже не обратил внимания на Скотта, несколькими минутами спустя пролетевшего мимо него, снеся собственной спиной входную дверь. Теперь же дядя явно пришел поговорить с племянником и попытаться убедить его не разрушать дом дальше. — Ты ведь помнишь, что завтра полнолуние? — внезапно посерьезнев, спросил Питер, совершенно бесцеремонно разваливаясь в кресле. — И если ты прав, что скорее всего так и есть, то именно завтра чужак сделает самый решительный шаг, после которого стае придет конец, а ты уже никогда не получишь Стайлза. И не сверкай глазенками, племянничек, ты знаешь, что я прав. Дерек коротко рыкнул, вынужденно соглашаясь с Питером, и снова засветил кулаком в шкаф, на этот раз ломая вторую дверцу. — Лучше бы ты так другому альфе морду бил, — фыркнул Хейл-старший, скептически оглядывая Дерека, остервенело сводившего счеты с мебелью. Альфа нахмурился, но ничего не сказал, прислушиваясь к своему волку, сила которого возрастала вместе с приближающейся луной. Зверь рвался в город. Туда, где сейчас находилась его пара, которая, возможно, снова собиралась на свидание с другим оборотнем. Тоска волка была такой оглушающей, что Дерек на мгновение потерял способность видеть, слышать и чуять одновременно. Нутро разрывало от противоречий: с одной стороны волка тянуло побыстрее отыскать наглого чужака и показать, чьи это земли, а с другой он хотел оказаться рядом с мальчишкой, потереться об него, вылизать с головы до ног, окружить своим запахом и, прихватив зубами кожу на загривке, заклеймить, сделать своим и никогда больше не отпускать. И чем ближе было полнолуние, тем острее чувствовалось напряжение. — Я тут, кстати, узнал, — продолжил Питер, разглядывая противоположную стену, изредка переводя взгляд на терзаемого мрачными мыслями Дерека, — где именно твой мальчишка встречается с тем альфой. Хейл-младший на мгновение замер, переваривая услышанное, а затем медленно повернулся, и от его взгляда передёрнуло даже Питера, мельком предположившего, что Айзека, попади он сейчас в комнату, просто хватил бы удар. — Ты ведь заметил, что на нашей территории чужак не появлялся, верно? — продолжил он, решив про себя, что ничего внятного, кроме рыка, не дождётся. — Ну, конечно, помимо запаха, исходящего от самого Стайлза. Услышав новый громкий хруст, Питер закатил глаза и потёр переносицу, пережидая очередную вспышку гнева своего племянника. Уклонившись от летящей в него вырванной с корнем дверцы несчастного шкафа, старший Хейл вернулся в прежнее положение, стряхнув невидимую миру пылинку, и снисходительно посмотрел на тяжело дышащего альфу, вцепившегося когтями в дерево, оставляя длинные глубокие борозды. — Так вот, — невозмутимо продолжил старший оборотень, когда Дерек всё же успокоился и сел на кровать напротив дяди, — я выяснил, что этот Джек живёт в ближайшем городе, который не входит в наши территории. Там же он встречается со Стайлзом, поэтому… Не дослушав дядю, Дерек сорвался с места и, не удосужившись воспользоваться дверью, выпрыгнул в окно, сразу же садясь за руль камаро и направляя её в город. В голове билась только одна мысль, вытесняющая здравый смысл: завтра полнолуние, а значит может совершиться непоправимое. Но Дерек не позволит этому случиться. Стайлз будет его, и никто не помешает этому. А кто попытается — повторит судьбу той несчастной мебели. Резко затормозив возле дома Стилински, альфа быстро вышел из машины и принюхался, выуживая из клубка запахов тонкий аромат парня, отдающий привкусом молока и мёда на кончике языка. Запах был довольно отчётливым, но самого мальчишки в доме не было. Раздраженно зарычав, Хейл вновь сел в машину и хорошенько приложился головой о руль, стараясь успокоиться. Волк внутри тихо рычал, уговаривая человека при встрече с чужаком вырвать ему горло и бросить бездыханное тело в ноги своей паре, на что Дерек фыркнул и, к собственному удивлению, развеселился от предложения зверя, представив выражение лица Стайлза, когда к его ногам рухнет, хлещущий кровью из разодранного горла, труп. Пару раз вздохнув и окончательно успокоившись, альфа загнал ярость поглубже, затягивая поводок воли на шее рвущегося волка потуже. Как бы Дерек ни хотел этого признавать, Питер был прав: всё началось с неспособности младшего Хейла держать себя в руках, и если сейчас он затеет драку на глазах Стайлза — всё может ухудшиться в разы. Городок располагался в сорока минутах езды от Бэкон-Хиллз. При желании Дерек мог доехать быстрее, но обгонять Стайлза не было никакого смысла. К тому же, для исполнения плана, придуманного оборотнем под воздействием внезапного наплыва бодрого настроения, нужно было, чтобы встреча состоялась. Чужаку нужно показать, кому принадлежит этот несносный мальчишка, а самого Стилински заставить выслушать и не дать сбежать. Ведя машину по главной дороге, Дерек лениво наблюдал за постепенно темнеющим горизонтом, обдумывая, как поговорить с альфой, не оторвав тому голову и правильно подобрать слова для разговора со Стайлзом, не оттолкнув мальчишку от себя ещё дальше. Если первое ещё более-менее вероятно при удачном стечении обстоятельств и сговорчивости чужака, то на второе нужна стальная выдержка, которой, по утверждению Питера, Хейлы, помимо Талии, никогда не обладали. Въехав в черту города, младший представитель самого темпераментного рода оборотней, не останавливаясь, направился в центр, где, как упоминал всё тот же Питер, Стайлз обычно встречался со своим «парнем». Остановившись в квартале от нужного ему места, Дерек вылез из Камаро, громче, чем следовало, хлопнув дверью, и принюхался, вдыхая глубоко и часто, пытаясь выделить среди десятка тысяч различных запахов нужный ему аромат. Вонь города, пусть и такого маленького, как Бэкон-Хиллз и этот городишко, названия которого младший Хейл даже не знал, сильно притупляла нюх. Его волк сейчас с большим удовольствием побегал бы по лесу, вдыхая свежие ароматы влажных листьев, коры и сырой земли, однако безопасность пары была априори важнее личных желаний, и зверь покладисто принюхивался, морщась от резких запахов бензина, сигаретного дыма и ещё не бог весть чего. Внезапно лёгкий порыв ветра донёс до альфы нежный молочно-медовый неповторимый запах, который Дерек узнал бы из сотни похожих. Стайлз уже был здесь и судя по не самому приятному аромату мокрой псины, вместе со своим ухажером. Тихо рыкнув, Хейл устремился к источнику запаха, в раз забывая увещевания своей совести, почему-то имеющей голос Питера. Выйдя на площадь, оборотень осмотрелся и без промедления направился к небольшому летнему кафе, уютно расположившемуся возле большого фонтана. Стайлз и альфа сидели за самым дальним столиком, о чём-то тихо беседуя. Дерек осмотрел эту идиллию, слегка прищурившись, удивляясь тому, что вся злость внезапно испарилась, когда внутренний волк учуял исходившие от Стилински запах скуки и безразличия, так явственно отличавшиеся от тех ярких пряно-острых эмоций, испытываемых им во время общения с самим Хейлом. Ухмыльнувшись своим мыслям, мужчина медленно подошёл к столику, довольно наблюдая за моментально напрягшимся чужаком, немедленно почуявшим более сильного противника. — Здравствуй, Стайлз, — произнёс Дерек, окидывая растерявшегося парня чуть насмешливым взглядом, — прости, но нам с твоим другом нужно поговорить. Не дав Стилински времени на ответ, он развернулся и направился в подворотню соседнего дома, даже не взглянув на альфу и так зная, что тот не сможет не последовать за ним. Стайлз проводил удаляющихся мужчин удивлённым взглядом и, взяв немного дрожащими руками стакан, глотнул воды, принявшись нервно выстукивать пальцами дробь по столу, иногда поглядывая в сторону, куда ушли оборотни. Некоторое время было тихо, но спустя пару минут из подворотни начали долетать глухие удары и тихий скулёж, больше под стать побитому щенку, чем альфе. Ещё через пару минут, когда парень уже трижды успел пожалеть, что родился на свет, вздрагивая после каждого тихого визга, на которые уже начали озираться люди, перед ним появился Дерек, сверкая редкой для его хмурого образа довольной улыбкой. Чересчур довольной. — И как это понимать? — спросил Стайлз, недовольно поглядывая на Хейла, невозмутимо усевшегося напротив него. — У меня тут вообще-то свидание. Было. А ты после всего, что наговорил мне, посмел прийти сюда и всё испортить? Ты… Альфа закатил глаза и пробурчав себе под нос что-то про неуравновешенных подростков, наклонился и притянул парня к себе, решив, что по-другому Стилински сейчас замолчать не заставишь, заткнул его рот поцелуем, сразу же толкаясь языком глубже. Стайлз дёрнулся от неожиданности, но тут же замер, распахнутыми от удивления глазами глядя на целующего его Хейла. Разорвав наконец поцелуй и лизнув напоследок нижнюю губу парня, Дерек как ни в чём не бывало снова сел ровно, оглядывая подростка, довольно отмечая «поплывший» взгляд, в котором, несмотря на это, мелькали искры радости. — И что это было, чувак? — спросил Стайлз, выровняв, наконец, дыхание, поднимая на оборотня всё ещё немного осоловевший взгляд. — Ты сначала почти прямым текстом посылаешь меня, а потом целуешь на глазах у половины города. Что за перепады настроения? — Прости, — тихо произносит Хейл, не вслушиваясь в возобновившуюся болтовню. Стайлз запнулся на полуслове, подавившись воздухом. Сам Дерек, мать его, Хейл попросил у него, ничтожного Стайлза Стилински, прощения? Никак его Скотт на пару с Айзеком покусали! Внутренний голос в голове подмывал съехидничать что-нибудь на эту тему, но парень одёрнул его и поднялся из-за столика, протягивая альфе руку. — Идём, хмурый волчара, — произнёс он широко улыбаясь, — уже поздно, а ещё перед стаей за отлично выполненную их альфой работу нужно отчитаться. Дерек улыбнулся в ответ и поднялся следом, притягивая парня в свои объятия, целуя в макушку, чувствуя, как слегка смущённый Стайлз обнимает его в ответ. Как бы оборотню не хотелось этого признавать, но Питер был прав, говоря о том, что ревность — самый эффективный двигатель прогресса.
