Don't touch me

Когда я проснулся, прошло уже три часа. Моя голова не так сильно болела, да и чувствовал я себя гораздо лучше. Но потом я вспомнил, при каких обстоятельствах я заснул и тут же вскочил с кровати. Я прислушался. С кухни доносился голос моей матери и… Фрэнка! Какого хрена он здесь? У меня так и чешутся руки приложить чем-нибудь тяжелым об его голову. Я поискал глазами нечто, что могло бы подойти под описание «очень тяжелый». Таким образом, я крался на кухню со статуэткой в руках. Я прислушался, о чем они говорят. - Фрэнк, ты такой милый. Как хорошо, что Джерард познакомился с тобой! - Я тоже рад, что познакомился с ним. Он очень интересный. Интересный говоришь? Я тебе покажу интересный! Потом послышался добродушный смех моей матери. Она еще не знает, что он за чудовище! За этой якобы милой улыбкой скрывается монстр, готовый в любой момент выпустить свои ядовитые шипы. Я старался действовать тихо и незаметно, но… - Джерард, ты проснулся! Я познакомилась с твоим другом Фрэнком. Очень милый парень… - Он мне не друг! – возмутился я, бросая на Фрэнка испепеляющий взгляд. Тот же в свою очередь спокойно попивал кофе. - Как ты себя чувствуешь, милый? – задала тем временем вопрос мама. - Как я себя чувствую? Как я себя чувствую?! Ты издеваешься?! Я, блять, погано себя чувствую! Что он тут делает?! - Джерард, не выражайся так и убавь громкость. - Как хочу, так и говорю! А теперь ответь на вопрос! - Ну, когда я вернулась домой, я застала его около твоей кровати. Фрэнк объяснил мне, что к чему. Джи, мы всего лишь пили чай. - Три часа?! Три часа, мама, - уже тише сказал я. Маман с грустью смотрела на меня. Почему от этой мысли мне стало больно в груди? - Зато теперь тебе лучше. Скажи спасибо Фрэнку. Вот уж нет. - Да, конечно! Какого хрена ты усыпил меня?! Да еще и гонял чаи с моей матерью?! Ты совсем офигел?! - кричал я на Фрэнка. Тот поднял на меня совершенно спокойный взгляд. - Джерард, прекрати так вести себя! Это неприлично! – возмутилась моя мать. Господи, да мне сейчас только о манерах и думать. Именно в таких ситуациях я просто не могу контролировать себя. Потом я очень жалею о содеянном, но в данный момент мой рот живет отдельно от всего тела. - А мне плевать, не веришь?! Мне плевать! Ты ничего не знаешь! Вы оба НИ-ЧЕ-ГО не знаете! И уж точно не тебе учить меня жизни! – кричал я на свою мать, которая стояла ни жива ни мертва. - Джерард… - послышался голос Фрэнка. - Что?! – возмутился я, поворачивая на его голос голову. - А вот что! – и с этими словами Фрэнк влепил мне пощечину. Смачную такую. От удара я упал, больно ударившись локтем. Место удара горело, посылая импульсы в мозг. Щеку словно лизали языки пламени. - Даже ты не имеешь никакого права говорить так со своей матерью! Ты должен ценить ее за все, что она сделал для тебя. Она любит тебя, Джерард. Можешь ли ты это понять, наконец?! – спросил Фрэнк, зло смотря на меня. - До свидания, миссис Уэй. – сказал он и вышел, хлопнув дверью. Я продолжал сидеть на полу, держась за щеку, не веря в то, что сейчас произошло. - Джерард, он ведь хотел как лучше. Фрэнк мне понравился, и я бы на твоем месте не разбрасывалась такими друзьями как он. Я разрешила ему приходить к нам в любое время, так что не будь глупым. И не веди себя так больше, это ужасно, - сказала мама и ушла, оставив меня одного. Я забрался под стол и обхватил свои колени. Не знаю, почему, но вся эта сцена на кухне… Боль в груди усилилась, а сердце стучало так сильно. Мои глаза наполнились слезами, и я зарыдал как младенец. Хотя мне не привыкать. Я не знал, почему плакал. От того, что Фрэнк меня ударил или от того, что на меня наорала родная мать? Не знаю, но мне нужно было погасить этот пожар в груди. Выплеснуть эмоции. Когда слезы высохли, и в душе осталась лишь пустота, я все-таки поднялся с пола. Мышцы ныли от неудобной позы, ноги затекли. Как-то некрасиво получилось с мамой. Да и с Фрэнком тоже. Если честно, то мне и, правда, лучше. Надо извиниться перед ними. Когда я тихонько приоткрыл дверь, ведущую в зал, я увидел, как моя мать смотрела некую телепередачу. Лучше времени и не найти. Я тихонько присел рядом, устремив свой взгляд, на экран, делая вид, что очень заинтересован в происходящем на экране. Иногда я бросал на нее взгляд, но она будто бы и не замечала меня. Набрав в легкие воздух, я уже приоткрыл рот что-то сказать, но мама взяла пульт и прибавила громкость. Неужели она так сильно обиделась? - Послушай, мама… - начал я, но она даже и бровью не повела. Растратив весь свой запас храбрости, я продолжил, но уже не так воодушевленно. - Мне, правда, жаль, что я повел себя так. Ты же знаешь, что иногда я не могу контролировать то, что говорю. Прости, пожалуйста. Она ни разу не посмотрела на меня и продолжала смотреть на экран. Я откинулся на спинку дивана, не зная, что еще сказать. Вдруг телек погас, и в зале наступила тишина. - Не у меня ты должен прощение просить, а у Фрэнка. Между прочим, он, правда, беспокоился о тебе. Это было жестоко. Ты обидел его. - Да, я знаю. Но ты не сердишься на меня? - Нет. Я был рад это слышать и счастливо улыбнулся. - И все же мне интересно, что вы делали эти три часа? - Мы просто беседовали. - И о чем же? - Обо всем. Он интересовался о тебе. Я рассказала ему, что ты не ходил в школу два года. Он все пытался узнать почему. - И ты сказала?! – изумился я. - Нет. Я решила, что придет время, и ты сам ему все расскажешь. - Ну, уж нет! Я этого ему точно никогда не расскажу! Даже под дулом пистолета! – мама как то уж слишком скептически посмотрела на меня, но промолчала. - И что же он рассказывал про себя? - Много чего. У него день рождения в Хэллоуин, представляешь? Я не понял чего в этом такого фантастического. - А ты видел все эти татуировки? Он сказал, что хочет сделать еще прокол в губе и носу! – моя мама так восторженно говорила об этом мне, я невольно поморщился. Только представлю, как игла протыкает губу насквозь, сразу нехорошо становится. Как вообще можно пойти и сделать пирсинг, при чем добровольно?! Он сумасшедший. Пока мама говорила неинтересную фигню на счет любимого цвета Фрэнка и сколько у него в доме собак, я успел даже подремать. Но когда она заговорила про его родителей, я оживился. И не потому что мне хотелось узнать всех дядюшек и тетушек Айеро, нет, но когда ты слышишь слово «смерть» ты невольно вздрагиваешь. - Постой. Что ты сказала? - Ты что совсем меня не слушаешь? – возмутилась мама, надувшись. Я отрицательно помотал головой. - Я сказала, что маму Фрэнка застрелил в подворотне какой-то наркоман, чтобы забрать деньги. Его потом нашли. Он умер от передозировки. Фрэнку тогда было десять. Отец ушел от них, как только узнал, что мать Фрэнка беременна. Сейчас Фрэнк живет с троюродной теткой. Два года он жил в приюте, пока не объявилось его тетя и не забрала его. Бедный мальчик. Я был, мягко говоря, шокирован этой новостью. Неужели у Фрэнка нет родителей? Технически у него есть отец, но человек, что бросил свою семью, узнав, что у его возлюбленной будет от него ребенок, поступил очень и очень низко и подло! Теперь понятно, почему Фрэнк так разозлился, когда я кричал на свою мать. В груди ныло. Мне было так жаль Фрэнка, но не думаю, что ему нужны слова жалости, тем более от меня. Я бы только взбесился от этого. - Я даже не знал, - прошептал я, находясь все еще в шоке. Намечался вопрос – почему он рассказал это? Хотел услышать слова утешения или что? Не думаю. А может он все это придумал? Хотя вряд ли, такими вещами не шутят. - Думаю пора спать. Скоро полночь. Спокойно ночи, Джерард. - Спокойной ночи, мама, - сказал я и неловко чмокнул ее в щеку. Она одарила меня улыбкой. Уже лежа в постели, я решил, что мне нужно извиниться перед Фрэнком. Чувство вины, словно огромный червь выедал дыру в моей груди. Я не мог уснуть. Все мои мысли вились вокруг Фрэнка и его истории. Этот парень… он засел в моей голове! Я только и думаю, что Фрэнк, Фрэнк, Фрэнк! Он мерещится мне в темноте. Он повсюду. В стенах, на потолке, в моей постели, в окне, в воздухе, в моей голове, в крови. Везде! Его лицо словно отпечаталось на внутренней стороне моих век и каждый раз, когда я закрываю глаза, я вижу перед собой его лицо. Мне представляются ужасные картины, как мать Фрэнка бежит по грязному переулку, пытаясь спасти свою жизнь, но пуля пробивает в ее теле дыру, через которую водопадом льется алая кровь. Я вижу маленького плачущего Фрэнка, который стоит весь в черном рядом с гробом, где лежит труп его матери. Я вижу, как крышка гроба закрывается, пряча навеки его мать, а после как комки земли сыплются на гроб, разбиваясь друг о друга. Я резко просыпаюсь, тяжело дыша. На лбу выступил холодный пот. Сердце больно стучится о ребра. Стараюсь дышать ровнее, но перед глазами все еще стоит образ мертвой женщины, которую я никогда не видел. Взглянув на часы, я понял, что опаздываю. Собравшись в рекордное время. я пулей выскочил из дома. оставив ошарашенную мать на кухне. Обычно я не спешу так в школу, но сейчас я должен увидеть Фрэнка! Должен! Я несся по улицам, ловко маневрируя между прохожими. Старушки крестились, увидев меня, женщины хмурили брови, мужчины провожали недовольным взглядом, кто-то крутил пальцем у виска, но мне было плевать. В голове крутилось лишь одно слово в унисон с моим стуком сердца и топотом ног – Фрэнк. Завидев вдали невысокую фигурку, одетую во все черное. я ускорился хоть и так бежал почти на максимуме. - Фрэнк! – позвал я его, пытаясь остановить его. Кажется, он меня не услышал. - Айеро!!! Мой вопль, похоже, все-таки достиг его ушей, и он обернулся. Я затормозил и чуть не врезался в него. Я положил руки на колени, пытаясь отдышаться. Легкие горели, и глаза слезились. - Я смотрю, тебе уже лучше, - саркастично сказал Фрэнк, осматривая меня. - Лучше некуда! Можно поговорить с тобой? – спросил я, задыхаясь. Воздуха все еще катастрофически не хватало. - Нет, - отрезал Фрэнк, развернувшись и направившись в школу. Я опешил. Он что? Обиделся? - Эй! Стой! Да подожди же ты! – я вновь попытался нагнать его. Фрэнк лишь прибавил шаг. - Куда ты?! Остановись! Я ускорил шаг. Фрэнк, увидев это, ускорился, я тоже. Он перешел на бег, я за ним. Неужели теперь он убегает от меня? Вот это номер! Но на удивление не было времени. - Айеро, блять, не будь трусом! Хватит убегать от меня! – заорал я на всю улицу. Школьники с интересом наблюдали за данным действом. Кто-то даже снимал на камеру. Дебилы. Мой вопль сыграл мне на руку. Фрэнк резко затормозил и развернулся. Его лицо выражало крайнюю степень раздражения вперемешку со злостью. - Ну! - Я хотел извиниться за то, что накричал вчера на тебя. - Извинился? Можешь идти, ты прощен! – гневно воскликнул он, разворачиваясь. - Да стой же ты! Дай договорить! Мне, правда, жаль. Ты помог мне, а я… Я просто мудак. Прости меня, - тихо произнес я, опуская голову. Хмурое лицо Фрэнка все еще было напряжено, но я видел, что его глаза выдавали его – он простил меня. - Прощу, если ты придешь сегодня ко мне домой. - Ч-чего?! – возмутился я. - Что слышал! Ну, так? Я взвесил в голове все плюсы и минусы данного предложения. Минусов было существенно больше, и у мозга уже был готов универсальный ответ, но мой язык опередил его, выдав совершенно другое. - Я согласен! Фрэнк вздернул брови в удивление и подозрительно покосился на меня, пытаясь понять, не вру ли я. Но видимо мое лицо говорило само за себя, посему уже через секунду губы Фрэнка растянулись в торжествующей улыбке. Он ликовал. - Тогда сразу после школы. Я слабо кивнул. - И кстати, я на тебя и не обижался. С этими словами Фрэнк покинул меня, оставив одного посреди тротуара в окружении зевак, которым так и не посчастливилось увидеть драку, на которую они надеялись. - Чего уставились?! Расходитесь! Шоу окончено! Я не знал, что со мной будет, когда я окажусь на вражеской территории. Я не могу даже представить, что может взбрести в голову этому сумасшедшему. И я совершенно не могу представить себе его дом, его комнату. Если я увижу в его комнате орудия пыток времен инквизиции, я не буду удивляться. Я даже не удивлюсь, если найду у него в шкафу скелет. Это будет вполне в его духе. Все уроки я был так глубоко погружен в свои мысли, что совершенно ничего не слышал из сказанного учителем. Я даже не мог понять какой сейчас урок. Я все думал о предстоящем вечере в компании Фрэнка. Все уроки и перемены он не обращал на меня внимания, даже не опускал шуточки в присутствии меня своим дружкам. Меня словно не было. Я уже думал, что утренний разговор мне приснился, потому что Айеро не подавал каких-либо признаков, я уже расслабился, но когда прозвенел последний звонок, почувствовал, как кто-то подошел к моей парте. Я поднял взгляд и увидел Фрэнка. - Ну что, ты готов, Джи? Нам пора отчаливать. Поторапливайся, котенок, - с этими словами он вышел из кабинета, кинув на меня блядский взгляд шлюхи. Наверное, долго тренировался перед зеркалом. Он сказал это довольно громко, и многие одноклассники повернули головы в мою сторону, удивленно хлопая глазами. Я же зыркнув на них, унизительно поплелся за Фрэнком, стараясь держаться от него на расстоянии трех метров. Кажется, я попал.