Гарри Поттер и сны Гермионы

...Они летели низко над землей. Иногда Гермиона оборачивалась и видела, как Волдеморт подмигивает ей с ядовитой усмешкой. Он будто развлекался в погоне за ними. Однако Гарри и Рону было не до того. Они сосредоточенно следили за тем, чтобы не сбиться с курса. К их досаде, это входило из рук вон плохо. Создавалось стойкое впечатление, что воскресший Темный Лорд выпил их силы, лишив остатков самообладания. Внезапно из-за очередного перелеска показались острые скалы и стремглав понеслись на них...

***

Гермиона проснулась как от толчка. Сердце стремительно колотилось в ее груди — ей казалось, что она вот-вот лишится сознания. Рядом мирно посапывал Рон. Гермиона судорожно прикрыла лицо ладонями, позволив себе расслабиться и стараясь отогнать страшные воспоминания минувшей ночи. Просидев так минут десять, она подошла к окну и тихонько распахнула ставни. На нее приветливо смотрели звезды, а летний ветерок овевал пылавшее лицо приятной прохладой. Внезапно налетел порывистый вихрь, заставив Гермиону тотчас отпрянуть от окна. — К чему бы это? — прошептала она. Вихрь стих столь же внезапно, как и налетел. За окном снова воцарился мир: тихо шумела листва, и мирно мерцали звезды. Создавалась иллюзия безмятежнейшего спокойствия, словно и не было того страшного ночного кошмара, что столь бесцеремонно ворвался в рационально-устойчивый мир Гермионы Уизли. Но она знала наверняка, что все это неспроста. В последнее время ей стали частенько являться подобные необъяснимые сновидения, в которых в качестве главного действующего лица выступал Темный Лорд. Это не на шутку тревожило Гермиону, пробуждая в ней целую бурю самых ярких эмоций и заставляя все время быть настороже. Ведь, что ни говори, а неразлучная троица, которая стала легендой Гриффиндора, до сих пор не могла забыть того кошмарного поединка с лордом Волдемортом. Это событие привело в трепет весь магический мир, и здравомыслящая мисс Грейнджер, ставшая теперь миссис Уизли, также не являлась исключением. И вот теперь, окончательно выбитая из своей привычной размеренной колеи этими ночными кошмарами, Гермиона решила поделиться своими тревогами с Роном и Гарри. Приняв это решение, она немного успокоилась, сварила волшебное снадобье, дарующее отрадные часы сна без сновидений, и, сделав солидный глоток, мгновенно отключилась, едва коснувшись головой подушки. Мракоборцы. Отдел управления Гарри Поттер с облегчением положил телефон на стол. Как всегда, разговор с бухгалтерией стоил ему очередной пряди седых волос и сердцебиения. — Как будто собственные деньги распределяете, — раздраженно бросил он в пустоту своего кабинета. Разговор касался финансирования «настороженных сенсоров», изобретенных Гарри для отслеживания всплесков отрицательных эманаций. После победы над Темным Лордом он придумал и установил «сенсоры» для контроля так называемых «негативных эмоций». И совсем недавно «сенсоры» зафиксировали небольшое возмущение. А горе-бухгалтеры как раз в это время, будто почуяв неладное, решили сократить финансирование. Гарри был страшно расстроен таким положением дел. Ему казалось, будто бы все сотрудники Министерства присягнули на верность Темному Лорду. — Тьфу, нелепость! — выкрикнул он в сердцах. Тут он услышал знакомую мелодию мобильного телефона и глянул на дисплей. Гермиона! Фотоопределитель изобразил смеющуюся подругу. При этом Рон за ее спиной заговорщицки подмигивал. Отцу Рона, большому поклоннику маггловских штучек, удалось-таки воплотить жизнь свою давнюю задумку о распространении телефонов в Министерстве, и мало-помалу мобильники вошли в моду среди волшебников. Конечно, говорящие Патронусы были неплохим средством связи, но опытные маги могли запросто вычислить тех, кто их посылает, что было весьма нежелательным, особенно в условиях военного положения. Ибо Патронусы были видны всем, а мобильная связь скрывала личности собеседников куда как лучше. Во всяком случае, хитрость волшебных мобильников состояла в том, чтобы утаивать важную информацию даже от операторов связи, что было весьма удобно. Что же касается некогда популярных в министерской среде летающих записок, то они создавали столько лишней волокиты, что от них уже давно планировали отказаться. Так что в этом смысле телефонная акция пришлась весьма кстати. Сотрудники стали быстрее управляться со своими делами, не прибегая теперь к помощи секретарей, и в один голос нахваливали необычайную сообразительность Артура Уизли, который буквальном смысле спас Министерство от аврала. — Гарри! Это я, привет! — Рад тебя слышать, Гермиона, — отозвался мистер Поттер. — Как поживает Рон, детишки? — Спасибо, создают мне проблемы в меру сил и фантазии, — пошутила Гермиона. — Гарри, понимаешь... у меня возникли некоторые трудности. Словом, это не телефонный разговор... А знаешь что? Приходите-ка вы с Джинни и ребятами к нам на выходные. Заодно все и обсудим в спокойной домашней обстановке. Ты не возражаешь? — Спасибо, придем обязательно. — Тогда до встречи, Гарри. — До встречи. Гарри сделал пометку в календаре, прекрасно сознавая, впрочем, что и так не забудет о приглашении подруги. Семьи Гарри и Рона не просто дружили — они бережно хранили традиции юности и воспитывали в этой благожелательной атмосфере своих детей. Так что юные Поттеры и Уизли, подобно своим родителям, были, как говорится, не разлей вода. Друзья В домике семейства Уизли собрались старые друзья. Пока детишки резвились в саду, отыскивая гномов, Джинни, Гермиона, Рон и Гарри сидели в гостиной, увлеченно обсуждая необычные сновидения Гермионы. — Узнать бы еще, в какой ипостаси ОН объявится! — задумчиво произнесла взволнованная виновница этих дружеских посиделок. — Что ты имеешь в виду? — не понял Рон. — Ну, я имею в виду... Не факт, что Темный Лорд снова примет свой собственный облик. Не стоит забывать и о других возможностях. — Думаешь, он способен использовать ДРУГОЕ тело? — Гарри мгновенно уловил мысль Гермионы. — А почему нет? При его-то могуществе... — Не стоит поднимать преждевременной паники. Будем надеяться, что это всего лишь обычные сны, так что советую тебе успокоиться, дорогая, — заметил Рон, ободряюще подмигнув Гермионе. — Да, — живо отозвалась Джинни. — Думаю, пока что для беспокойства нет особых причин. Ведь Темный Лорд погиб, и все мы видели его мертвое тело. Присутствующие дружно кивнули. — И тем не менее, — резонно добавила она, — нам следует быть настороже. Кто знает: а вдруг эти сны и вправду являются неспроста? В любом случае я думаю, что нам необходимо съездить в Хогвартс. Предлагаю следующий план: пробраться в кабинет директора и спросить совета у мудрого Дамблдора... Точнее, — поправилась Джинни внезапно смутившись, — у его портрета. — Да, — согласился Гарри. — Очень хороший план, дорогая. Так мы и поступим, верно, Рон? Не успел Рон ответить, как в гостиную ворвалась смеющаяся шумная детвора. Сыновья Гарри — Джеймс и Альбус — кинулись к отцу с выражениями совершеннейшего восторга. — Папа, папа, а мы столько гномов выкинули! Я выбросил больше! — кричал Альбус. — А орал как при этом! — подкольнул его Джеймс. — Да, Гарри, обошли тебя детки, — хохотнул Рон, подмигивая Гермионе. — Только меня? — улыбнулся Поттер и с каким-то ребяческим озорством посмотрел на Джорджа Уизли, появившегося в комнате вслед за племянниками с довольнейшей миной. Компания весело рассмеялась. Взрослые прекрасно помнили, что подобные занятия в свое время являлись для них каторгой. Не то, что для их детей, которые получали от ловли садовых гномов несомненное удовольствие. Возможно, в этом сыграла роль наследственность Джинни. Близнецы Уизли тоже любую рутинную работу умудрялись обращать себе на выгоду. К примеру, в таком, казалось бы, скучном занятии, как обезгномливание сада, выгода состояла в том, что можно было, к примеру, предварительно вооружившись защитными перчатками из драконьей кожи, тайком от своих братьев и сестры отвернуть голову какому-нибудь зазевавшемуся гному и пустить ее в качестве пробного ингредиента для усовершенствования своих знаменитых «Забастовочных завтраков». Теперь же, глядя на сыновей Гарри Поттера, Джордж Уизли искренне умилялся. Он просто обожал племянников — по его мнению, Джеймс и Альбус являлись точным отображением его самого и его погибшего брата Фреда в далеком детстве. В Хогвартс! И снова легендарная троица «Неразлучных» в компании Джинни Поттер была на знакомой платформе. «Неразлучными» Гарри, Рона и Гермиону окрестил Хагрид еще в далекие времена их учебы в Хогвартсе. Оставив детей под присмотром бабушки и дедушки Уизли, четверо друзей, включавших две супружеские пары, отправились к своему Учителю, по опыту догадываясь, что путь им предстоит нелегкий и, возможно, им вновь придется вступить в жестокую борьбу со Злом. Впрочем, это было главным делом всей их жизни. Вот и теперь Гарри, Рон, Гермиона и Джинни стояли на платформе сплоченной командой. И, как обычно в минуту опасности, понимали друг друга без слов. Состав медленно тронулся с места. В Хогвартс!