Один раз и навсегда?

- Марго, командировку отменили... О дааа... картина маслом: муж вернулся домой, а его благоНЕверная отсасывает у дорогого соседа. Как-то неудобно получилось... Маргарет, ничуть не смущаясь своей (и моей!) наготы, встала, потягиваясь. - Ты рано, Алекс. Не мог поторчать где-нибудь пару дней?! - в ее голосе было столько презрения, что даже я вздрогнул. То, что она — стерва и шлюха, каких поискать, я был уверен с самого начала, но... не настолько же! Мне стало совсем жалко парня — уж лучше совсем без жены, чем с такой... Ее характер не смогут компенсировать никакие деньги. - Я рассчитывал, что ты отвалишь в какой-нибудь бордель, шалава, - ласково улыбнулся парень. Опа! Так у этого Алекса, оказывается, не все запущено! Чувствую искреннюю мужскую солидарность — так ее, да! Только бы про меня не вспомнил. При более детальном осмотре я понял, что у Алекса просто охренительная фигура. На каком-нибудь пляже у него отбоя бы от телок не было! Портили его только прилизанные волосы в стиле «мамочкин сынок», невзрачный серый костюм и классические очки — это все создавало образ стандартнейшего клерка, погрязшего в бюрократических бумажках. Терпеть таких не могу. В принципе, если им занялся бы какой-нибудь стилист, то его хоть сейчас в модели отправляй... Додумать о внешности этого недоделанного мэна мне помешал его взгляд. Такой обжигающей ненавистью меня никогда не окатывали, хотя и его понять можно — мало кому понравится, что его (такого прекрасного и замечательного, если у человека все в порядке с самооценкой) заменили на смазливого хлюпика, больше смахивающего на малолетку-тинейджера. Я, хоть со мной это и не часто случается, в лучших традициях донжуанов, быстро подхватил свои шмотки (благо природная аккуратность заставила меня швырнуть их в одно место) и, невнятно пробормотав извинения, вылетел в коридор квартиры, попутно натягивая штаны. - Не забудь захлопнуть дверь! - долетел до меня голос соседа, сочившийся ядом. Не понял. Это меня еще попутно оборжали, что ли? Ну и подавись, ублюдок! *** Наконец-таки тишина! Из-за этих уродов я кучу времени не мог выспаться, отчего становился еще более раздражительным чем обычно. А характер у меня и так не сахар... На протяжении нескольких дней после моего позорного дезертирства с "места преступления" соседи бурно и с криками выясняли отношения. Вроде даже что-то разбили. Сейчас же, похоже, настал период хрупкого перемирия. Ура тишине и спокойствию! Это сначала я так думал. В начале, я мучился и терзался по поводу того, что из-за меня они так сильно поругались, потом все заполнила дикая злость систематически не высыпающегося человека. А сейчас я, стремительно деградируя, вернулся к начальной стадии раскаяния. Болтливые сплетницы, которые, кажется, есть везде (наш дом не исключение) — это отдельный источник информации, подчас совсем не нужной. Они всегда знают кто, куда, с кем, сколько раз и сколько абортов потом делалось. И в этот раз женщина с верхнего этажа не подвела. Пока мы ехали в лифте, на меня обрушилась волна информационного цунами, среди которой я выделил главное: мои соседи, у которых, подозреваю, я стал очередным камнем раздора, разводятся. Сегодня днем приезжал грузовик. Маргарет увезла все свои вещи. Сбежав от тетки, которая так активно строила мне глазки в лифте, что я был готов подавиться, зашел в квартиру. *** Идти на кухню или не идти? Жрать там все равно нечего — надо тащиться в магазин, так может хотя бы кофе себе приготовить? Здоровая лень победила, так что я пошел в зал и плюхнулся в мягкое кресло. По телевизору, несмотря на то, что сегодня вечер пятницы, нет ничего интересного. Ну и правильно. У всех конец рабочей недели — народ прозябает в местных барах, гуляет по городу или занимается еще какой-нибудь хренью. Не дома же сидеть! Громко хлопнула входная дверь. На лестничной клетке у меня только одни соседи (хотя, теперь только сосед), так что нетрудно догадаться, кто только что пришел домой. Вообще не могу понять, почему в достаточно хорошем доме с дорогими квартирами такая откровенно хреновая звукоизоляция? По телевизору шло какое-то юмористическое шоу: ведущий в ярком, абсолютно безвкусном пиджаке что-то говорил, но я не слушал. Ну разводятся и разводятся. Я-то тут причем?! Как будто Марго только со мной ему изменяла! Какую-никакую, но он, наверное, ее любит? Или нет? Может, они и поссорились только потому, что он застал нас вместе, а до этого благородно закрывал глаза? Просто сорвался и теперь не знает, что делать? А может, он от безысходности себе вены порежет или с крыши сбросится? Сколько вопросов и ни одного ответа! Бля... какого хрена я такой совестливый?! Я ж сейчас тут загнусь от удушающего чувства вины!!! Решительно вскочив с кресла, я направился к двери, вышел в общий коридор... и вот уже минут десять торчу под дверью соседской квартиры, не решаясь нажать на звонок или банально постучать. Что говорить? «Извини, чувак, я трахнул твою жену, но обидеть тебя не хотел...» - явно не подойдет. Все-таки это не тот случай, где можно сымпровизировать — надо было придумать текст заранее. Уже развернувшись, я хотел пойти домой, но дверь внезапно открылась — видать, Алекс интуитивно почувствовал, что я пришел... - Чего здесь торчишь так долго? Заходи, раз пришел. ...или услышал хлопок двери. Придется импровизировать... Обычно, я достаточно наглый и не слишком закомплексованный, но тут почему-то смутился. Это, наверное, оттого, что Алекс до сих пор в своем офисном костюме, весь из себя «приличный мальчик», а я тут как памятник неформалам (к коим себя ни за что не отношу, что бы мне не говорили!) - волосы убраны в короткий хвостик, открывая проколотое ухо, — только длинная челка и передние пряди торчат - белая рубашка, наполовину расстегнутая, будто только что из кровати очередной любовницы выполз, ну и джинсы, держащиеся только "на честном слове". Слава богу, не зауженные, а то бы меня еще и в педики записали для полноты картины! Уже знакомый интерьер гостиной с памятным диваном меня не удивил — все квартиры этого дома строились по одному типу. Я посмотрел на Алекса, удобно устроившегося на том самом диване. Он специально, что ли?!! Еще ухмыляется, скотина! Кажется, что уши горят — наверняка и вся морда красная от смущения. Извиняюсь я очень редко и только за большую провинность, поэтому это для меня всегда очень мучительная процедура. Чтобы хоть как-то реабилитироваться, я зажмуриваюсь. Надеюсь, что зрелище не такое жалкое, как я себе представил... - Я... х-хотел извиниться. М-мне очень жаль, что так вышло... - Жену мне это не вернет, - холодный, но верный факт. Вот черт! Знал же, что легко не отделаюсь. Похоже, он ее действительно любил, и деньги тут не причем. - Я м-могу что-нибудь сделать д-для тебя? - О да! Вууух! Теперь можно открыть глаза — самое страшное позади! Пустой диван. Эээ? А где Алекс?! - Я здесь, - раздалось над ухом. Я это вслух что ли сказал?! Оглянуться у меня не получилось, потому что затылок резанула адская боль, а мир начал проваливаться в темноту. - Хороший мальчик, - раздался тихий шепот, и я потерял сознание, падая в крепкие объятия.