Служебное положение.

Вестибюль респектабельного отеля «Виктория» освещали три огромные хрустальные люстры, свисавшие с высокого потолка. Их свет отражался в зеркальных стенах. Просторное помещение было обставлено глубокими кожаными креслами и диванами. - Простите, я ищу господина Пак Чонсу, - сказал Хичоль служащему, стоявшему за стойкой с телефонами. За его спиной висели ключи от номеров. - Господин Пак сейчас обедает в ресторане, - ответил тот. – Если хотите, подождите здесь. Или можете пройти в зал. Пока Хи раздумывал ждать его в вестибюле или пойти и поискать в ресторане, темноволосая девушка вышла из бара и остановилась как вкопанная, увидев его. - Хичоль? На мгновение ему показалось, что это сон, в котором его окликнул хорошо знакомый голос. Он в удивлении обернулся. - Анна? - Надо же, два года не виделись! – Анна смотрела на него, не отрываясь. – Как у тебя дела? - Отлично. – Его губы двигались, в то время как глаза пожирали ее лицо. Теперь они жили далеко друг от друга. Анна – англичанка, приехавшая в Корею со своими родителями 4 года назад. Они познакомились в университете, стали лучшими друзьями, а к концу обучения любовниками. Но он застал ее за изменой и, будучи человеком гордым, он просто оставил её, не предпринимая попытки простить. - Ты выглядишь…Потрясающе! – Анна покраснела и постаралась встретиться с ним взглядом. - Спасибо, - он уже пришёл в себя, и его взгляд снова стал холодным. - Я бы хотела с тобой еще как-нибудь встретиться. - Зачем? У тебя своя жизнь, у меня своя. Разве нет? Ты разве не нашла себе нового любовника? – он испытующе посмотрел на нее. - Да. Я помолвлена. - Тем лучше. Прости, но я стараюсь не встречаться со своим прошлым. В нескольких метрах от них застыл Пак Чонсу. Он разглядывал Хичоля и был не в силах сдвинуться с места. Ему и раньше нравились парни, но что бы до такой степени как сейчас, ни разу не доходило. Он готов был смотреть на Хи часами, этот паренек, придя в их офис в поисках работы, моментально завладел его вниманием. Потихоньку Чонсу начал сходить с ума, от того что его любимый сотрудник так близко. Но он боялся одного: как поведет себя Хичоль, если узнает о чувствах директора? Если он посчитает его сумасшедшим? От этого у Чонсу на душе скребли кошки. Но недавно представился один очень удобный способ. Его бывшая жена пыталась вернуть к себе богатого мужа всеми средствами. Пообещав, что засудит его по поводу того, что она якобы застала Чонсу за изменой и то что он ее бил, и потребует компенсацию в виде энной денежной суммы. В его голове тут же зародился план, как избавится от бывшей жены, как доказать что изменить с женщиной он ей не мог, и привлечь к себе хоть как-нибудь любимого человека. Он решился пойти на смелый шаг, объявить обществу о своей нестандартной ориентации. - Хичоль! Поглощенный в свои мысли парень, обернулся на голос, окликнувший его, и непонимающе посмотрел на Чонсу. Но тут он натолкнулся на обжигающий взгляд, и у него перехватило дыхание. Это вернуло Хичоля в действительность. - Извини, если заставил тебя ждать, любимый, - нежно произнёс Чонсу, подходя к нему. Девушка в немом шоке уставилась на парней. - Хичоль…. - Что? – тот оторвал свой взгляд от босса, который уже в открытую обнимал его за талию. - Ты... - Да, я бисексуал, - он с вызовом посмотрел ей в глаза. Анна покраснела. - Ясно…Не буду вам мешать. Я лучше пойду, - девушка быстрым шагом направилась в ресторан. - Пойдем, - мягко проговорил Чонсу. Они вышли из вестибюля, и подошли к серебристому лимузину. Сев в машину, он окинул затуманенными глазами Хичоля и с трудом переборов свое желание накинуться на него, спросил: - Кто она? - Прошлое, - Хи отвернулся к окну. В лимузине повисла напряженная тишина, откровенно действующая на нервы. - Куда мы едем? - На кинопремьеру. - Может, всё-таки расскажешь, к чему все это. Клянусь, что никто не узнает о твоей тайне, - сказал Хичоль жестко. Чонсу удобно растянулся, отдыхая на просторном сиденье. Выслушав его, он взглянул из-под густых ресниц. - К тому времени, когда всё закончится, ты будешь знать всю правду. От зловещей интонации его голоса мороз пробежал по спине. - Что-то мне это не нравится. - Я хорошо плачу за услуги, - напомнил Чонсу с убийственной холодностью. Хичоль вспылил: - Вежливость не в твоих правилах! - Не будь слишком гордым, успокойся для своего же блага, - директор смерил его насмешливым взглядом. - Я чувствую себя куклой, которой ты играешь. - Ты беспокоишься, начну ли я тебя раздевать? Хичоль сдержался из последних сил, чтобы окончательно не распсиховаться и снова отвернулся к окну. И хотя ему очень хотелось спросить название фильма, он молчал весь остаток пути. Еще до того, как они вышли из лимузина, он заметил съемочные камеры телевизионщиков и металлические барьеры, сдерживающие толпу, которая собралась, ожидая приезда знаменитостей. Хичоль занервничал ни на шутку. Спокойный и непроницаемый, Чонсу провел его между барьерами, держа его за руку. Хи был совсем не готов к вопросу, который выкрикнул один из журналистов: - Кто этот молодой человек, господин Пак? И все телекамеры, как по команде повернулись в их сторону. От журналистов посыпались вопросы, на которые Чонсу ни как не реагировал. Улыбка прилипла к лицу Хичоля подобно маске. На верхней губе выступила испарина. Его просто напугало такое бурное проявление интереса. - Я не представлял себе, что наше совместное появление станет таким публичным событием, - пробормотал Хи с упреком. – Ты должен был предупредить меня… - Успокойся. Все нормально,- Чонсу снова усмехнулся. Зал, в который они вошли, был полон. Чонсу нашёл предназначенные им места, усадил его, а затем сел рядом. И пока не погас свет, Хи все время ощущал на себе любопытные взгляды. Фильм оказался захватывающим, с погоней и стрельбой, так что можно было полностью отключиться и получать удовольствие. После финальной сцены, когда по экрану пошли бесконечные титры, Чонсу предложил встать и повел к выходу. - Ни обращай ни на кого внимания и улыбайся, - посоветовал он, почувствовав напряжение и скованность Хичоля. На выходе к ним снова ринулась толпа журналистов, наперебой задавая вопросы: - И всё-таки, господин Пак, кто этот молодой человек? - Это мой любовник, - невозмутимо ответил Чонсу. Все как по команде застыли. Первым очнулся журналист какой-то крупной газеты: - То есть вы хотите сказать…. - Да, я хочу сказать, что я бисексуален. - Вы не боитесь, что этим признанием пошатнете свой бизнес? Как отреагируют подписчики и компании, заключившие с вами договор? - Нет, не боюсь. В мире полно людей с нестандартной ориентацией. И еще, моя личная жизнь ни как не должна влиять на бизнес. Это две разные вещи, - он улыбнулся своей очаровательной улыбкой и повел Хичоля в лимузин. Когда дверца лимузина закрылась за ними, Чонсу бросил на любовника обеспокоенный взгляд: - Ты в порядке? - Нет! Я не в порядке! Меня отнюдь не радует перспектива появления моих фотографий в газетах, - разбушевался тот, - я не люблю, когда люди судачат обо мне! - Ты…ты не любишь? – слегка насмешливо воскликнул он. Воцарилась тишина. Чонсу откинулся на спинку сиденья и вдруг достал потрепанный журнал. – Я просто хочу напомнить себе, как ты стыдлив на публике. Хичоль нахмурился, не понимая. А на одной из страниц было изображено фото, сделанное в клубе. Было видно, что он принимал участие в какой-то потасовке. Нервы Хичоля не выдержали. Он крепко сжал кулаки. Где он раздобыл этот проклятый журнал? Его смущению и унижению не было предела. - Убери это, - в отчаянии взмолился он. - Я ищу следы робости, - проговорил Чонсу. – Вы устроили не понять что в одном из элитных клубов. - Пожалуйста, убери, - как в горячке повторил парень. - Не надо быть таким лицемерным, - босс повернулся к нему с насмешливой улыбкой, - Даже там ты умудрился остаться сексуальным, растрепанные волосы, сумасшедший взгляд…. - Прекрати! Хичоль попытался дотянуться до журнала, но Чонсу не позволил ему сделать это. - Если ты не уберешь, то я… - Что? – весело поинтересовался он. - Ты не понимаешь! Меня подзадорили! Это был спор! Я немного выпил! Опомнившись, он осознал, что говорит то, о чем ни кому не следовало знать. И, увидев, что циничный огонь в его глазах только усилился, Хичоль потерял остатки самообладания и в ярости бросился на него. - Осторожно, - воскликнул Чонсу, не ожидавший такой реакции, - Ты что, с ума сошёл? Парень продолжал тянуться к ненавистному журналу. - Выброси наконец это! - Я представлял тебя на своих коленях, - Чонсу обхватил его тонкие запястья, - но не думал, что это будет именно так. - Пусти меня! Вместо этого он еще сильнее прижал Хи. Обжигающие глаза смотрели на него в упор. - Тебе следует подумать дважды, прежде чем забираться верхом на мужчину бисексуала. Только сейчас Хи заметил, что он прижался самой интимной частью к его возбужденной плоти. Его дыхание сбилось, а тело бросило в жар. - Ты же знаешь. Я не имел в виду…. - И прямо сейчас… - Чонсу завораживал гипнотическим шёпотом. Он неотрывно смотрел в его глаза и запустил руку в волосы, чтобы притянуть к себе. – Ты меня соблазнил, и я готов удовлетворить твою просьбу. Он прижал полыхающий рот к его губам. Одной рукой Хичоль, чтобы удержать равновесие, схватился за его плечо. В горле родился сдавленный стон. Чонсу помог ему опереться, скинув с парня пиджак и расстегнув рубашку, он заскользил губами по его соскам, буквально сводя Хичоля с ума. Он неистово желал продолжения. Сердце колотилось так быстро, что, казалось, вот-вот взорвется. - Боже, - прорычал Чонсу, сгребая парня и распластывая его на мягком кожаном сиденье. – Я не хочу останавливаться. Хичоль уперся взглядом прямо в горящие глаза любовника. Каждый сантиметр его тела застыл в молчаливом ожидании. Чонсу нажал на какую-то кнопку, и мелькающие улицы исчезли за шторками. Движения его были быстры и уверенны, его пиджак оказался скинут вместе с рубашкой. Он снова властно притянул Хичоля к себе. - Я … - начал было тот, но его губы вобрали в себя все недоговоренные слова. Взрыв эмоций захлестнул парня, когда директор стал исследовать языком нежное внутреннее пространство его рта. Это породило волну возбуждения, пробежавшуюся по всему телу Хичоля. Рука Чонсу скользнула под бедра любовника, приподнимая их. А Хи обхватил его за шею, прекращая это безумный поцелуй, потому что почти задохнулся. Чонсу поднял голову, на его скулах играл лихорадочный румянец, золотистые глаза мерцали в полумраке. - Я хочу сорвать с тебя брюки разорвав их. Но нельзя, - с сожалением произнес он. Он расстегнул молнию. Мгновение, и брюки оказываются там же где и остальная одежда. Затем он стянул с парня боксёры. Посмотрев вниз на свою наготу, Хичоль задохнулся от стыда. Но его немедленная попытка прикрыться руками оказалось бесполезной просто потому, что Чонсу крепко держал их. - Я не думаю, что этого будет достаточно. – он наклонил голову и прошелся языком от пупка к низу. Тело парня вздрогнуло от непроизвольного спазма. - Нет… - Хичоль выдохнул из последних сил. Чонсу приник губами к головке члена, языком слизывая выступившую смазку. Сладкий стон сорвался с полуоткрытых губ Хи. Живот пронзила боль невыносимого напряжения. Он хотел его! Столь острого желания он не испытывал ни к одной девушке. Чонсу погрузил член глубоко в рот. Возбуждение поглотило Хичоля, он был в тисках своего желания. Его любовник медленно водил губами по стволу, заглатывая его достоинство всё глубже и поглаживая внутреннюю сторону его бедер. Чонсу несколько раз сделал пару глотательных движений, из-за чего головка достигла горла. Хичоль не выдержав схватил за волосы Чонсу, сильнее притянув его к своему члену. Пару толчков, и он изливается в горячий рот босса. Поднявшись вверх, Чонсу впился жарким поцелуем в губы младшего. - Я хочу и дальше ласкать тебя, - произнёс он негромко, - А потом мы повторим всё еще раз в спальне… Вожделение, испуг и внезапный стыд одновременно завладели всем телом Хичоля. И хотя предложения любовника возбуждало до одури, прозвучавшие слова покоробили душу своей обыденностью и реальностью. Внутренне он съёжился от осознания своей слабости перед Чонсу. Нельзя было позволять ему заходить так далеко. Теперь он захочет использовать его просто для секса. А до его чувств ему будет никакого дела. - Что-то не так? Хичоля потрясло, что он моментально заметил произошедшую в нём перемену. Он выбрался из-под Чонсу, и неловким движением стал натягивать боксёры, а затем брюки. - Ты передумал? – стараясь взять себя в руки, спросил босс сбивающимся голосом. - Извини, но мне кажется это неудачная идея. Ты правильно говорил, предлагая поддерживать только деловые отношения. Снова наступила тишина. Хичоль быстро оделся и снова уставился в окно. Раздражённо рыкнув Чонсу тоже начал одеваться. Слова Чонсу ранили Хичоля. Он проклинал себя за то, что до такой степени потерял над собой контроль. Машина остановилась у подъезда, и шофёр открыл перед ним дверцу. Хичоль повернул голову в сторону раздражённого босса: - Спокойной ночи, - и вышел из машины. - Спокойной….