Голодные игры- глазами ментора двух несчастных влюбленных

Утро… В дверь стучит Эффи с криками: -Хеймитч! Подъем! Сегодня очень важный день, завтра интервью! Я быстро поднимаюсь с кровати, надеваю халат и распахиваю дверь. Эффи стоит, раскрыв рот. Я смотрю на нее и невольно улыбаюсь. - Разве, ты уже не злишься?- лукаво спрашиваю я. Эффи фыркает и уходит, стуча каблуками. Я забегаю в номер, принимаю душ и одеваюсь. Сегодня костюм бардового цвета, мне это не нравится, но времени его менять нет. Я выбегаю из номера и спускаюсь в столовую. За столом уже сидят Эффи и Пит. Они, молча, едят, даже, не глядя в сторону друг друга. -Доброе утро!- говорю я, отодвигая стул. -Доброе!- соглашается Бряк. -Не совсем!- отрезая кусок мяса, заявляет Пит. -В чем дело?- интересуюсь я. -Я хочу готовиться отдельно от Китнисс! - С чего это вдруг, такие просьбы?! Еще вчера вы расхваливали друг друга,- отпивая кофе, интересуюсь я. - Завтра на интервью, я скажу, что люблю ее. Думаю, это привлечет достаточно спонсоров…, - поднимая взгляд на меня, поясняет парень -Хм… Несчастные влюбленные из дистрикта 12… думаю, ты прав. Как в твою голову пришла такая светлая мысль? -Не знаю, я просто подумал…- выдержанная пауза, и я решаю не добиваться от него пояснений. -Что ж, это не важно!- отвечаю я. Честно говоря, его идея очень сильно мне понравилась, я просто, не хотел показывать своей сентиментальности. После недолгой трапезы, Эффи наклонилась ко мне и шепотом спросила: -Ты думаешь, это хорошая идея? -Я думаю, она замечательна! -Пит ты просто гений!- говорю я, все еще шепотом, поскольку в столовую входит Китнисс. Она садится напротив меня, набирает в тарелку булочек и еще чего-то, берет стакан сока и начинает есть. Ее тарелка пустеет, а я молча наблюдаю за ней. Она останавливается, потягивает из трубочки сок, вытирает рот и спрашивает: - В чем дело? Вы ведь должны натаскивать нас для интервью, верно? - Верно,- соглашаюсь я. - Ну, так не стесняйтесь. Я вполне могу есть и слушать одновременно,- утверждает она, мило улыбаясь в дополнение. - Понимаешь, мы несколько изменили планы... В том, что касается нашего текущего подхода...- аккуратно начинаю я. - Какого еще подхода?- удивляется она, возвращаясь к соку. - Пит попросил, чтобы его готовили отдельно.- поясняю я, пожимая плечами. Несколько минут, мы молча сидим. Китнисс тоже. Она размышляет. Интересно, как бы она себя вела, если бы знала о нашем плане? А может она знает? Впрочем, это неважно. Солнышко отмирает и уже с улыбкой на лице произносит: -Хорошо, и какое у нас расписание? Я немного сижу в раздумье, после чего принимаю решение, заранее неизвестное мне: -Эффи четыре часа учит одного из вас, как себя вести, а с другим я в это же время обсуждаю, что он должен говорить,- еще несколько минут раздумий,- Ты Китнисс начинаешь с Эффи! Мы встаем из-за стола и расходимся по комнатам. Почему-то, я уверен, что с Питом все пройдет гладко. Мы подходим к дивану и усаживаемся по обоим краям. -Что ж, начнем!- говорю я и опираюсь рукой на подлокотник дивана,- Я считаю, что после того, как ты себя показал ранее, мы не имеем права менять твой образ. Как ты считаешь? -Я согласен!- кивает он. -Так, далее, в какой части интервью ты планируешь высказать свое признание? -Я не знаю, как только Цезарь заведет эту тему…- отводя взгляд, бормочет он. -А если, не заведет?- наклоняясь вперед, продолжаю я. -Значит в конце!- я не выдерживаю паузы и говорю первым. -Пит, я должен быть уверен, что ты справишься! Понимаешь, твоя идея… она, не совсем безопасна. Здесь либо безоговорочно «да», либо провал. -Хеймитч, положись на меня, я справлюсь!- натягивая улыбку, уверяет он. -Что ж, тогда продолжим! Как ты планируешь, вести себя?- он опускает голову и чуть больше минуты молчит. -Я, не могу притворяться кем-то Хеймитч! Мне, гораздо проще быть собой. -Ладно, зададим вопрос по другому… Какой ты? Общительный, дерзкий, в чем я не уверен. Обаятельный или одиночка? -Наверное, обаятельный… в школе мне так говорят. -У тебя много друзей? -Нет, но я близко знаком, почти со всеми в школе.- Несколько минут, я перевариваю, сказанную парнем информацию. Решение приходит быстро, стремительно пробиваясь мне в голову. Наконец, я заканчиваю размышления и точно заявляю: -Ты будешь собой! Просто веди себя как обычно. А когда Цезарь заведет нужную тему, аккуратно подстройся под ход его мысли, все понятно? -Так точно капитан!- прикладывая кончики пальцев к виску, выкрикивает он. По комнате разносится хохот. Остальное время мы просто сидим и болтаем ни о чем. Он рассказывает мне о себе, о том, как жил до игр и о том…. как любил Китнисс. И сейчас любит, как я понял из нашего разговора. Душу наполняет тоска. Ах! Как мне жаль этого парня. Но я уверен, в нем живет настоящий мужчина, и он подскажет ему верный путь на арене. Когда отведенное для урока время подходит к концу, мы отправляемся в столовую. Наш столик пустует. Китнисс и Эффи, все еще нет. Через несколько минут они заходят, я поворачиваю голову к Питу и подмигиваю ему, после чего мы разворачиваемся к дамам и довольно улыбаемся. Эффи выглядит ошарашенной, а Китнисс недовольной. Еще бы! В этом бесконечно длинном платье, которое она укоротила, задрав до бедер. Я упустил взгляд ниже и увидел, что она идет босиком. Наверное, Эффи достала ее своими уроками. Они отодвигают стулья и садятся. Мы немного перекусываем и меняемся учениками. Пока мы идем в комнату, я обдумываю образ Китнисс. Она уже показала себя дружелюбной на церемонии, но во время показа она была дерзкой. Я не могу решить, что ближе к ней. Она постоянно меняется, и кто знает, какое настроение будет у нее завтра. Мы заходим в комнату, садимся, а я все еще продолжаю думать. Из головы не выходит церемония открытия, однако, в этот же момент в голове всплывает образ яблока, прибитого к стене, стрелой девушки, которая так мило улыбается, когда делает это искренне. Я продолжаю думать, но Китнисс не выдерживает и говорит первая: -Что такое?- я немного размышляю и даю ответ: -Пытаюсь понять, что с тобой делать. Как мы тебя подадим. Очаровательной? Чопорной и холодной? Яростной? До сих пор ты была звездой: ради сестры добровольно пошла на Игры, потом твой дебют— незабываемый, благодаря Цинне, — самый высокий балл на тренировках. Публика заинтригована, но никто не знает, какая ты есть на самом деле. И от впечатления, которое ты произведешь завтра, напрямую зависит, сколько спонсоров я смогу для тебя заполучить,- Она молчит несколько минут, и я не решаюсь нарушать тишину. Внезапно, в ее глазах загорается любопытство и она спрашивает: - Как будет вести себя Пит? Или это секрет?,- Ха! Как резко. Я и не думал, что она такая любопытная особа. Ну вот еще одно качество ее характера, добавим его в список. Я решаю сказать правду, несмотря на ее вспыльчивость: -Как приятный, обходительный молодой человек. Он очень мило и естественно умеет посмеяться над самим собой. А ты такая мрачная и озлобленная, что только заговоришь, будто холодом веет. Ее взгляд наполняется гневом.(как я и ожидал) -Неправда!- выкрикивает она. -Да перестань. Не знаю, откуда взялась та жизнерадостная, приветливо машущая ручкой девушка с колесницы, только ни прежде, ни потом я ее не видел.- девушка задумалась, а в глазах появилась тоска. - А вы мне много дали поводов для радости?- возмущается она. А мне в этот момент приходит идея, которую мы можем использовать, как практику. Правда, я не ручаюсь за то, что она обвенчается успехом. -Тебе не надо нравиться мне, я не спонсор. Итак, представь, что я публика. Восхити меня. -Хорошо!- снова рычит она. Я задаю ей несколько вопросов, на которые(в лучшем случае) она отвечает задумчивым выражением лица. Кажется, ее гнев перешел на меня, на последний мой вопрос она рявкает, и я срываюсь: - Ладно, хватит! Будем искать другой вариант. Ты только выплеснула всю свою враждебность, однако так ничего толком и не сказала. Я задал тебе полсотни вопросов, и все еще не имею ни малейшего представления ни о твоей жизни, ни о твоей семье, ни о том, что ты любишь. О тебе хотят знать, Китнисс! -Я не хочу, чтобы они знали. У меня уже отобрали будущее! Я не отдам им своего прошлого!- срывается она. Хм… ее ответ меня задел. Наверное, потому, что у меня уже отобрали будущее. Она права, права, как никто другой. Она понимает меня, конечно не так, как хотелось бы. Но, ее можно понять, у нее хотя бы не отобрали семью… -Тогда ври! Сочини что-нибудь!- настаиваю я. -Я не умею красиво врать.- здесь она тоже сказала правду, врать, ей действительно не дано. -Придется научиться. И поскорее. Обаяния в тебе не больше, чем в дохлой рыбе.- язвлю я. Но тут же в мою голову приходит гениальная идея, и я решаю озвучить ее. Мягче, чем предыдущую фразу, кажется, я ее напугал… или обидел. -Есть идея! Попробуй сыграть забитую провинциальную девчонку. -Забитую?- ошарашено повторяет она. -Ну, да, изобрази, будто не можешь поверить, что тебе, простой девчушке из Дистрикта-12, так повезло. Ты о таком и не мечтала. Повосторгайся костюмом, который сделал Цинна. Скажи, какие тут все милые, как тебя поразил город. В общем, если не хочешь говорить о себе, то, по крайней мере, сыпь комплиментами. Все время уводи разговор от себя. И захлебывайся от восхищения.- Она обдумывает выше сказанное мной, и мы продолжаем, остальное время, мы оба проводим, словно на пытке. Я пытаюсь примерить на нее разные образы, но выходит какая-то ерунда. Я смотрю на часы, время поджимает. После очередного образа, моя психика срывается. Я достаю из шкафчика коньяк и начинаю пить. - Я сдаюсь, солнышко. Просто отвечай на вопросы и старайся не отравить зрителей своим ядом.- ставя стакан на стол и наклоняясь к ней, говорю я. На ужин, мисс Китнисс не является. Видимо, ей стало стыдно из-за того, что она не может быть доброжелательной. -А где Китнисс? Закладывая в рот очередной кусок интересуется Эффи. -Не знаю! Мои уроки ей не понравились, видимо, обиделась на мой тон. -На моих, она вела себя не лучше! Постоянно рычала и орала на меня. Что ж, бунтарка в ней так и не утихла… будем надеяться, что на арене она тоже будет с ней! После ужина, мы расходимся по своим комнатам. Весь вечер я провожу за просмотром телевизора. Часов в девять, я выключаю «ящик» и ложусь спать. -Я не собираюсь здесь долго стоять!- вскрикивает Эффи, стоя передо мной. Как она здесь оказалась? А как открыла дверь? -Что ты..? Как ты? А? -С вечера, ты оставил дверь открытой!- бормочет она, цокая языком вдобавок.- Давай вставай! У меня нет времени ждать тебя! -Да встаю я, встаю! -Я жду тебя на выходе!- вздергивая подбородок, и разворачиваясь на 180 градусов, говорит она. Я отрываюсь от кровати и встаю. Направляюсь в душ, после водных процедур одеваюсь и одеваюсь. На этот раз пиджак классический черный- это мне подходит. Я выхожу из номера и закрываю замок на ключ. Рядом стоит Эффи и нервно поглядывает на часы. -Десять минут!- кричит она, стоя у меня над ухом,- Что ты все это время делал? -Во-первых! Не кричи мне в ухо! Во-вторых! Я приводил себя в порядок, не ходить же, мне весь день голым! -Ладно!- поворачивая голову от меня, ворчит она. В столовую мы приходим поздно, поэтому завтракаем одни. -Вот видишь, это из-за тебя! -Что именно?- выкатывая глаза, интересуюсь я. -Мы завтракаем одни, потому, что пришли последние! А пришли мы последние, потому, что ты полчаса одевался. -Вообще-то, ты сказала десять минут! Эффи фыркает и отворачивается. Я продолжаю трапезу. Остаток дня, мы проводим на банкете, посвященном сегодняшнему интервью. Мне повезло, и на нем оказываются еще несколько подходящих спонсоров. Я убеждаю их в том, что заработать бал «одиннадцать» очень сложно, и не каждому это под силу, они не возражают и с улыбкой на лице подписывают контракт. К сожалению, на банкете не ел, поэтому пришлось идти в столовую. За столиком сидит один Цинна. Порция, видимо, уже встретилась с Питом. И скорее всего, маячит над его костюмом. Я подхожу к столу и присаживаюсь. -Как прошли уроки?- тут же интересуется он. -У Пита? Прекрасно! -Ты же знаешь, что мне, гораздо интереснее знать об успехах Китнисс. -Честно? Она ужасна! Как, ядовитая змея, так и норовит вплеснуть в кровь яд! -Может, я поговорю с ней?- отрезая кусочек баранины, спрашивает он. Я задумываясь, поскольку идея, кажется, мне неплохой. -Поговори, Цинна, ты единственный, с кем она еще не успела покусаться. -Ты прав, но я не стал бы о ней так грубо говорить. Ты понимаешь, что она боится всего этого… Как ребенок. У тебя когда нибудь был…. Щенок? -Нет!- бормочу я, поднимая голову на него. -А у меня был! Когда его к нам принесли, он очень боялся, боялся каждого постороннего звука. А… когда его начали ругать за то, что он сходил, не в том месте, он вообще забился под кровать. И вылезал только ночью, когда родители спали. Я брал его на кровать, а он ложился ко мне под бок и сладко сопел. Каждый раз, когда я наблюдал эту картину, мне становилось тепло на душе… Так же и Китнисс, она боится этого мира. Она, совсем недавно вышла из коробки и пока не освоилась. Если бы… у нее было время. -Да… но у нее его нет! -Я понимаю, но… постарайся быть с ней поласковее. -Хорошо… -И… не говори ей о моем сравнении…. Я думаю, оно ей не очень понравится. -Да!- говорю я и вскакиваю со стула. Из столовой мы с Цинной выходим вместе, а через несколько метров расходимся в разные стороны. Он ушел к Китнисс… а ее я увижу сегодня только на интервью… Я захожу в комнату и переодеваюсь в парадный (Капитолийский) костюм теплого оранжево-пурпурного цвета, как огонь. В дверь стучит Эффи. Я открываю ее и делаю шаг к ней. Она что-то говорит про костюмы Пита и Китнисс, но я не слушаю ее. -Сейчас, сам все увидишь! – говорит она, и перед нами открываются двери лифта. В нем стоит парень в пиджаке, обшитом пламенем. А рядом с ним девушка, необычайной красоты, в ярком красном платье, с верху до низу покрытом драгоценными камнями. Сколько же оно стоит?- возникает вопрос у меня в голове. Но я не отвечаю на него, а наоборот закидываю на самую дальнюю полку. Эффи обсыпает солнышко комплементами по поводу платья, Китнисс вежливо улыбается. На нужном этаже двери лифта открываются, и мы выходим. Трибуты выходят на сцену один за другим. Как только, парень из седьмого дистрикта ступает на сцену, я подбегаю к своим трибутам. -Не забывайте, вы все еще пара друзей; ведите себя соответственно!- скорее рявкаю, чем, просто говорю я. Китнисс озлобленно кивает(как всегда). И выходит на сцену. Шоу начинается! На сцену выходит Цезарь Фликерман и ободряюще машет толпе. Несколько минут он уделяет на то, чтобы расшевелить ее и у него это получается. Дальше начинается интервью. Трибуты сменяются один за другим. Вот одиннадцатый- парень качок! Смуглая кожа и наложенные друг на друга, как кирпичи мышцы. На все вопросы он отвечает бесстрастно. Просто «да» или «нет». После него выходит Китнисс. Когда она встает, в ее глазах видна рассеянность, как будто она и вовсе забыла, где находится и что надо делать(как я и ожидал) Но на пол пути к Цезарю она собирается и натягивает самую дружелюбную из всех, что я видел на ее лице улыбку. Фликерман пожимает ей руку, и они оба садятся. - Итак, Китнисс, Капитолий, должно быть, немало отличается от Дистрикта-12. Что тебя больше всего здесь поразило?- начинает он. Девушка немного колеблется, но после паузы довольно… дружелюбно отвечает: -Тушеное филе барашка,- толпа взрывается от хохота и Цезарь тоже. Даже я не сдержал улыбки. «Молодец солнышко! Так держать!»- мелькает мысль в голове. А ведущий продолжает: -С черносливом?- уточняет он,- О, я сам уплетаю его за обе щеки, -довольно улыбается он, а затем поворачивается к зрителям, прикладывает руку к животу и озабочено спрашивает,- Не заметно?,- толпа одаряет его аплодисментами, а он улыбается и продолжает: - Да, Китнисс, когда я увидел тебя на церемонии открытия, у меня буквально остановилось сердце. А что ты подумала, увидев свой костюм? -Вы имеете в виду, после того как я перестала бояться, что сгорю заживо? – отлично, так и продолжай, еще бы улыбалась чаще и не так явно смотрела в камеру и все было бы отлично. Зрители смеются, а значит…. Она им нравится! -Да, именно,- подтверждает Фликерман. - Подумала, что Цинна замечательный, и это — самый потрясающий костюм из всех, какие я видела. Я просто поверить не могла, что он на мне. И не могу поверить, что сейчас на мне это платье.- она встает и расправляет юбку, она действительно замечательно смотрится, но… впрочем и так сойдет!- Вы только посмотрите!- со стороны зрителей слышатся восторженные выкрики, молодец, все так, как я ей говорил… умница! Расправив юбку, она начинает кружиться, тем самым, вызывая аплодисменты от публики. Она останавливается, а Цезарь, закрыв давно открытый рот, восклицает: - О, сделай так еще!- Китнисс поднимает руки вверх и начинает вращаться, о боже! Она действительно светится, как солнце, хотя, большинство зрителей, наверное, ассоциируют ее с пламенем. Солнце останавливается и хватается за руку Цезаря. -Не прекращай!- молит он. - Придется. У меня все плывет перед глазами!- смеется она. Цезарь подхватывает ее за талию и говорит: - Не бойся, я тебя держу. Не позволю тебе последовать по стопам твоего ментора.- камеры направляются на меня и я вижу на экране озлобленное лицо. Тут же я натягиваю самую добродушную улыбку и показываю на Китнисс, мол «смотрите на нее, а не на меня». -Все в полном порядке. Со мной она в безопасности!- утверждает Фликерман,- А что насчет твоего балла за тренировки? Одиннадцать! Не намекнешь, как тебе удалось получить столько? Чем ты отличилась?- девушка прикусывает губу и отвечает: -А-а... все, что я могу сказать... думаю, такое случилось впервые.- Я бросаю взгляд на балкон с распорядителями игр, они смеются и положительно кивают головой: -Ты нас мучаешь!- восклицает Цезарь,- Подробности! Подробности!- Китнисс поворачивается к балкону, и поднимая одну бровь , спрашивает: -Мне ведь лучше не рассказывать об этом?- один из них, кажется, это был мужчина, выкрикивает «Нет!» - Спасибо, - кивает она,- Мне жаль, но ничего не поделаешь. Мой рот на замке. - В таком случае давай вернемся к Жатве, к тому моменту, когда назвали имя твоей сестры,- продолжает Цезарь, его голос становится тише. Китнисс смотрит на него, не теряя жесткости во взгляде, но я-то вижу, что из глаз вот-вот потекут слезы,- и ты объявила себя добровольцем. Ты не могла бы рассказать нам о ней? - Ее зовут Прим, ей всего двенадцать. И я люблю ее больше всех на свете.- публика затихла, а в глазах каждого, можно прочитать сострадание. -Что она сказала тебе после Жатвы?- вопрошает Цезарь. Господи, как ей, наверное, сложно отвечать на этот вопрос. -Она просила меня очень-очень постараться и победить.- сглатывая, отвечает она. - И что ты ответила ей?- аккуратно продолжает Цезарь, но это ничего не меняет: -Я поклялась, что постараюсь.- твердо отвечает девушка. Правильно, так держать! Не теряй характера! -Не сомневаюсь,- сжимая ее плечи в своих руках, отвечает цезарь. Звенит звонок,- Жаль, но наше время закончилось. Удачи тебе, Китнисс Эвердин, трибут из Дистрикта-12,- вскрикивает он, и возгласы толпы вторят ему. Выходит Пит. Он эффектно садится на стул, а Цезарь начинает опрос. Я все еще не отрываю взгляда от Китнисс. Мои мысли где-то… далеко. Цезарь задает Питу решающий вопрос, и я выпрямляюсь: -Пит, скажи, а у тебя есть девушка?- Пит осторожно качает головой и опускает голову. -Не может быть, чтобы у такого красивого парня не было возлюбленной! Давай же, скажи, как ее зовут!- настаивает ведущий. Пит тяжело вздыхает и, наконец, отвечает: -Ну, вообще-то, есть одна девушка... Я люблю ее, сколько себя помню. Только... я уверен, до Жатвы она даже не знала о моем существовании.- аккуратно начинает он. Так держать! Продолжай Пит. А у него, действительно хорошо получается: -У нее есть другой парень?- наклоняя голову, спрашивает Цезарь. -Не знаю, но многие парни в нее влюблены.- легко продолжает Пит. - Значит, все, что тебе нужно, — это победа: победи в Играх и возвращайся домой. Тогда она уж точно тебя не отвергнет,- восклицает Фликерман. -К сожалению, не получится. Победа... в моем случае не выход.- опуская голову, бормочет Пит. -Почему нет?- ошарашено спрашивает ведущий. Пит краснеет и становится похожим на томат. Запинаясь, он отвечает: -Потому что... потому что... мы приехали сюда вместе,- поднимая голову и становясь тверже на каждом слове, отвечает он.