Невеста полоза

На этот раз Змей появился в деревне поздним утром. Все жители давно ушли по делам, и единственным оставшимся в деревне был староста. Он-то Серлинссу и был нужен. - Обмануть меня решшшил? – вопрос, заданный до боли знакомым свистящим голосом, заставил старосту подскочить. – Думал, ссс рук сссойдет?! - Н-ну, ч-что В-вы, к-как м-можно? – заикаясь от страха, пролепетал человек и обернулся, пораженно застыв. – Ц-царь П-подземный, В-вы?! А было чему удивляться. Над струсившим старостой возвышался не привычный уже Змей, а мужчина непонятной расы. Из-под длинных серебристых с синим отливом волос торчали вверх уши, чьи странно рваные кончики подрагивали, выдавая сдерживаемый, пока, ураган эмоций их обладателя. Из-под длинных рукавов плаща, в которую была закутана вся его фигура, угрожающе выглядывали алмазные когти. Только золотистые плошки мерцающих глаз привычно гипнотизировали, принося страх и заставляя подчиняться. - Ты кого-то другого ж-шшшдал? – и голос, это страшный шипящий шепот, продирающий до самых костей и сжимающий в когтистой лапе бьющуюся, в ужасе, душу. Казалось, он преследовал Василия всегда, он снился ему в кошмарах, слышался в тишине ночи, и это было поистине ужасно. Но лучше уж так, чем опять видеть в темноте эти страшные горящие глаза… - Н-нет, ч-что В-вы! – староста сполз по стене, дрожащие ноги его уже не держали. - Где Лада? – зрелище испуганного чуть ли не до мокрых штанов человека вызывало стойкое отвращение. - Я… я н-не з-знаю… - Как ж-шшше так? Ты ж-шшше ссстароссста! – горящие глаза приблизились, заставив сердце застучать еще быстрее. - Я п-правда не знаю… Н-но… з-записка… - Взгляд старосты остановился на белеющем на столе листке бумаги. - Ч-шшшто з-ссса з-сссаписсска? – Змей выпрямился, и не выпуская из поля зрения старосту, огляделся. - М-мне ж-жена г-говорила, ч-что н-нашла з-записку утром н-на п-подоконнике. От-т Л-лады, - с облегчением вдохнув, староста указал на стол. Змей поднял со стола смятую бумажку, в которую превратился некогда гладкий листок, бережно расправил и вчитался в написанные стремительным почерком строчки. "Дорогая Василиса! Я вынуждена покинуть тебя. Пойду мир поглядеть и себя показать, пора уж. За меня не волнуйся - уже большая девочка, справлюсь. Еду не одна и не пешком - тот самый купец из оружейной лавки любезно освободил мне место в своем караване. Желаю тебе счастья и здоровья. Не скучай!" - Мало… - проворчал Змей и, сложив бумажку, сунул в карман плаща. – Большшше ничего не з-ссснаешь? - Н-нет, В-вашество! – стразу откликнулся староста. - Очень ж-шшшаль… - пробормотал Серлинсс и уже у двери добавил. – Ну, ч-шшшто ж-шшш, быв-фффай, ссстароссста. Змей исчез, оставив на память постепенно уходящий страх и глубокие отметины на добротной двери.