Revenge

Если тебя выписали из сумасшедшего дома, это еще не значит, что тебя вылечили. Просто ты стал как все.

Говорят, что жизнь – это самое ценное, что может быть у человека. Считается, что никто не вправе лишать себя этой самой жизни, хотя бы из-за близких тебе людей. Все с уверенностью заявляют, что нет неразрешимых проблем и что из любой, даже самой критической ситуации, можно найти выход. Но ведь зачастую так говорят именно те, кто с такими проблемами даже в страшных снах не сталкивался. Они наивно полагают, что можно просто прийти к психоаналитику или к другу и поговорить о своих неприятностях. И все, они, эти самые проблемы, автоматически самоудаляются из жизни. Эти специалисты даже представить себе не могут иного исхода таких ситуаций. Только радостные лица, только счастливый конец. Они не допускают такого варианта, что у кого-то просто нет таких людей, с кем можно было бы поговорить. Когда человек, тем более подросток с шаткой нервной системой, копит все переживания и обиды в себе, наполняя ту самую пресловутую чашу до отказа, а потом от очередной капли элементарно срывается. Они осуждают, не понимают… И даже если этот несчастный выживает, ему нужно еще очень много времени на реабилитацию, на адаптацию к новому миру, на принятие все новых и новых упреков. А знатоки, они ведь действительно разбираются в чужих жизнях. Они знают «как лучше». Они советуют «как нужно».

***

На парковке школы Джеймса Мэдисона в Сан-Антонио по утрам всегда людно. Просто учителя и ученики старших классов почему-то одновременно приезжают на уроки, и начинается волокита с тем, где же лучше припарковать свою машину. Как и в любой старшей школе, здесь царят свои порядки. К примеру, на парковочных местах, которые ближе к зданию школы, паркуются учителя, а на самых дальних от школы местах – самые уважаемые всей школой старшеклассники. Объясняется этот факт очень просто. Чем дальше от школы твое парковочное место, тем дольше тебе придется идти к учебному заведению, и тем больше людей тебя заметит, если есть, что замечать. Вот взять к примеру баскетболистов: высокие, сильные, красивые ребята, идущие в обнимку с самыми популярными в школе девушками - черлидерами. Как и в любой другой школе, эти люди считаются элитой среди всех учеников. Разница может быть только в виде спорта, который представляют ребята. В Мэдисон Хай самым модным видом спорта был баскетбол. Такие выводы уже успел сделать Дженсен, стоя возле своей машины, припаркованной как раз возле Тойоты Камри, которая, судя по всему, принадлежала одному из этих баскетболистов. Закинув на плечо рюкзак с учебниками, парень только направился к лестнице наверх, как был остановлен голосом где-то за спиной. - Эй! Ты, видать, новенький? Дженсен предпочел сделать вид, будто обращаются не к нему, и на грубое «эй» хотел вовсе не реагировать. Но воплотить этот план в жизнь ему все же не удалось. С раздраженным бормотанием «Да он решил повыебываться?» Дженсена обогнал какой-то блондин и перегородил ему дорогу. - Слышишь? Я вообще-то к тебе обращаюсь! – подойдя почти вплотную к Эклзу, прошипел блондин. - Ко мне? Ну, если ты привык оборачиваться на «эй», то я не из таких. Ты уж прости. Дженсен хотел было обойти этого хама и продолжить свой путь к лестнице, но тот все не унимался, мало того – к нему присоединились еще две девушки в форме черлидеров. - Чад, милый, к чему этот скандал? Он же новенький. Просто объясни ему правила, - поглаживая парня по плечу, сказала подошедшая к нему шатенка. - Соф, вообще-то я и пытаюсь это сделать! А этот клоун выебнуться вздумал! Ну, я его… - с нескрываемой злостью выплюнул Чад и, казалось, даже замахнулся на Дженсена, но его остановила вторая девушка. Тоже темноволосая черлидерша, только немного ниже ростом своей подруги. - Послушай, дружок, - обратилась она к слабо понимающему, что вообще происходит и что от него сейчас хотят, Дженсену. - У нас здесь свои правила. И ты сейчас их нарушаешь. Там, где ты припарковал свою колымагу, должна стоять машина одного из нас. Произнеся последние слова, брюнетка обвела пальцем в воздухе круг, в котором оказались ее подруга, тот наглый блондин, она сама и еще несколько подошедших к этому времени спортсменов. Все с явным презрением смотрели на новенького парня и ждали реакции с его стороны. - Ну, и что конкретно я нарушил? Просвети, будь добра, - спокойно спросил у брюнетки Дженсен, внутренне сжимаясь и готовясь защищаться. - Понимаешь ли, малыш, - девушка широко улыбнулась. - Вся эта парковка условно разделена на зоны. Эта территория для избранных, то есть для нас. - А в чем же вы избранные? – искренне удивился Эклз. Услышав этот вполне логичный вопрос, все стоящие вокруг Дженсена дружно и громко засмеялись. Дженсен мысленно сравнил этот смех с ржанием лошадей, но вслух этого не сказал и все же дожидался ответа. Закончив представление с хватаниями за живот от безудержного веселья, блондин отдышался и ответил, не столько Дженсену, сколько своим дружкам. - Мы – элита этой гребанной школы. Почему? Да потому, что мы, - он развел руки и показал на рядом стоящих парней, - мы – игроки баскетбольной команды Мэдисон Хай. Мы – «Титаны». А вот эти красотки – самые сексуальные девчонки школы и наша группа поддержки. – Парень высокомерно поднял голову и обнял за плечи шатенку, которую он называл Соф. - Теперь ты понял, сосунок? Такие, как ты, паркуются вон там, - добавил он и указал пальцем в сторону мусорных баков. - А вон и Джа идет! Дженсен от злости и рассеянности просто не понимал, как ему лучше сейчас поступить. Он обернулся назад и замер. К ним навстречу направлялся высокий шатен, тоже в баскетбольной форме. Чем ближе он становился, тем больше Эклз чувствовал, как цепенеет от страха. Наваждение слегка рассеялось, как только парень прошел мимо него, бросив короткий взгляд сверху вниз и сильно задев плечом Дженсена, да так, что у того упал рюкзак, и все содержимое благополучно высыпалось на асфальт. Все стоящие вокруг вновь засмеялись, и первым заговорил подошедший шатен. - Мюррей, что за цирк? Что я уже пропустил? – парень посмотрел на Дженсена, собирающего рассыпавшиеся вещи, с явным презрением. - Да вот, этот новенький наши правила принимать не хочет, прикинь! - Забей на него, брат, - спокойно произнес шатен и обнял за талию невысокую брюнетку. - Думаю, он усвоил урок, если не дурак, конечно. Вся компания одновременно развернулась спиной к сидящему на корточках возле своих вещей Дженсену и направилась в сторону лестницы. Эклз исподлобья посмотрел им вслед, мысленно проклиная то, что родители выбрали для него именно эту школу. Он, едва приехав сюда, успел завести себе врагов. В том, что с этими ребятами у него дружбы не сложится, он был уверен на все сто. Такие дружат только с себе подобными. Да и у самого Дженсена не было никакого желания заводить здесь какие-либо знакомства, тем более, с так называемой элитой. Ведь в старой школе именно один из «избранных» и довел Дженсена до тех проблем, через которые ему в свои семнадцать лет пришлось пройти. Исходом этой ситуации стало лечение и переход в другую школу, хотя все могло закончиться гораздо плачевнее… - Тебе помочь? Дженсен повернулся на голос и увидел улыбающуюся рыжеволосую девушку. - Нет, сам справлюсь, - буркнул он в ответ и засунул последний учебник в рюкзак. Затем он поднялся и все же направился в сторону лестницы, к которой он все утро безуспешно пытается дойти. Но девушка не отставала, пристроившись рядом с Дженсеном. - Я все же провожу тебя. Ты ведь новенький? У тебя литература сейчас? – заглядывая в тетрадь Эклза, скорее утвердительно сказала она. - У нас с тобой большинство предметов совпадает! «Да что же, блять, за день такой?!» - выругался мысленно Дженсен, но, вздохнув, вслух ответил: - Раз ты так настаиваешь, то пойдем. - Вот и отлично! Меня зовут Данниль Харрис, можно просто Данни. - Дженсен Эклз. Можно Дженс, - пробормотал Дженсен, и они пошли, наконец, к входу в здание школы. - Я бы не советовала тебе начинать учебу здесь со ссоры с элитой. - Да я и не ссорился с ними… - Ну да, конечно. Я видела, как они смеялись над тобой. - И что мне теперь делать? – с нескрываемым раздражением спросил Дженсен. Ему уже тошно от всех этих упоминаний об избранных, элите и обо всем, что с ними связано. - Я сейчас все тебе объясню, - воодушевилась Данниль и начала свою лекцию о негласном уставе Мэдисон Хай. - О условном разделении мест на парковке ты, как я видела, уже понял? Дженсен мрачно кивнул, вспоминая недавний случай с баскетболистами и их подружками. - Так вот. Теперь будешь ставить свою машину возле меня, там как раз есть одно свободное место. Я – главный редактор школьной газеты, и в мои обязанности входит знать все и обо всех, так что можешь смело обращаться за справками ко мне, чем смогу, тем помогу. Далее – о тех, с кем ты только что «пообщался». Тот блондин, который тебя первым задел, – это Чад Мюррей, жуткий бабник и задира, с ним вообще лучше лишний раз не связываться. Шатенка, которая подошла к нему, - это София Буш, его девушка и капитан команды черлидеров. Она, в принципе, ничего, но когда без своей шайки, когда же они все вместе – это адская смесь из лести и жестокости. Ее подруга и по совместительству заместитель в группе поддержки – Женевьев Кортез. Эта особа – та еще шлюшка. Сейчас она встречается с капитаном баскетбольной команды, до этого она была подружкой предыдущего капитана, в общем «переходящее знамя», так сказать. Ну, и собственно, тот, который подошел последним, – это Джаред Падалеки, тот самый капитан «Титанов». При упоминании того высокого шатена у Дженсена задрожали руки и закололо в висках. Дышать стало невыносимо тяжело, а сердце так и норовило выпрыгнуть из грудной клетки. Эклз резко остановился посреди школьного коридора, а Данниль испуганно начала трясти его за плечи. - Эй, ты чего? С тобой все в порядке? «Нет-нет, пожалуйста, только не снова, только не здесь…» - Дженсен попытался привести дыхание в норму, - «Это другой человек. Это совершенно посторонний парень, не имеющий к моему прошлому никакого отношения». - Да, все хорошо. Просто душновато здесь, - успокоил он Данни. - Пойдем в класс. - Ну, как скажешь, - ответила Харрис, с подозрением поглядывая на Дженсена, но больше ничего добавлять не стала. Звонок на урок уже прозвенел несколько минут назад, так что Дженсен и Дани вошли в уже заполненный учениками класс. Преподаватель тоже уже был на месте. - Мисс Харрис? Вы опоздали, - сказал преподаватель литературы, глядя не столько на Данниль, сколько на Дженсена. - Простите, мистер Бивер, больше такого не повторится. Я показывала школу новому ученику, и поэтому мы немного задержались, - ответила на замечание Данниль, подталкивая локтем Дженсена. - Дженсен Эклз, - произнес тот, протягивая учителю свои документы. Мистер Бивер молча кивнул и указал взглядом на свободную парту. Когда Дженсен повернул голову в указанном направлении, то почувствовал холод в кончиках пальцев. Ему казалось, что все происходящее сейчас с ним - дурной сон. Сквозь шум в ушах он услышал шепот Данниль: «Я забыла тебе сказать, что элита учится с нами. Почти все уроки у нас совпадают».