Сумерки. Сага. Мантикора

…Я опустился прямо на газон - Сейчас… Подождите… Науэль присел передо мной на корточки: - Ну-ка, посмотри на меня, Джейкоб. – Я с трудом поднял тяжелые веки - Так… глаза мутные, жар… Высуни язык. - Может тебе джагу сплясать, – хрипло спросил я. Горло саднило, а легкие, с трудом вмещали сухой, горячий воздух. – Бе-е-е, – я высунул шершавый, как ржавая терка язык. - Все ясно. – Заключил Науэль. - Это желтая лихорадка, а может, малярия. Взгляд его был серьезным и обеспокоенным. - Тебя кусали комары? - Шутишь? – Почти задохнулся я. Слова давались мне с большим трудом. – Я накормил своей кровью весь москитный род в этой проклятой сельве. - Нет, недавно. Вчера-позавчера? - Ну, конечно. – Я закашлялся, пытаясь вытолкнуть из глотки колючий комок, который мешал мне дышать и говорить. - Дело плохо… - Ему нужно срочно в больницу, Науэль! – Встревожено воскликнула Эстель. - Мы находимся в стране нелегально, – покачал он головой, – помощь, конечно, ему окажут, но что потом? В лучшем случае – депортируют, в худшем – он отправиться за решетку. Нет, это не выход. - Но, он же совершенно болен, как же нам быть? - Уйлин могла бы помочь, сварить снадобье из коры хины, к примеру, но мы не доберемся до нее раньше чем через неделю – он с сомнением взглянул на меня, и отозвал сестру в сторону. Но я все равно слышал, о чем они там перешептываются: - Болезнь очень скоротечна. Человек может сгореть буквально за сутки. – Эстель вскрикнула, прикрывая рот ладонью. – Я видел подобное, – сообщил ей брат, - но, Джейк крепкий парень, может дня три и продержится... - Тогда остается только одно, – печально вздохнула девушка, - обрати его. - Надо добраться до лодки и отплыть как можно дальше, – размышлял он, - Все равно рискованно, вокруг полно людей. - Да, не уверен, что… впрочем, другого выхода, похоже, не остается. - Давай, Джейк. – Сестра и брат подхватили меня под руки, и без усилий подняли на ноги. – Потерпи немного, - уговаривал меня Науэль, - как только выйдем на окраины, я раздобуду какой-нибудь транспорт. - Ты что же, решил угнать машину? – Округлив глаза, зашипела Эстель. - А что ты предлагаешь? – Спокойно спросил Науэль. - Ну… можно же попросить кого-нибудь подвести нас. - Если это лихорадка, то он - заразен. Очень. Хочешь, что бы в городе началась эпидемия? Несмотря на жуткое состояние, я мысленно позлорадствовал – последний человек, с которым я контактировал – этот мерзкий тип - Мазе. Надеюсь, он загнется раньше, чем совершит очередное «гениальное» открытие или продаст еще какую-нибудь тварь, вместе с инструкцией по ее эксплуатации… Что происходило дальше, я помнил плохо, временами проваливаясь в горячечное забытье, я все же пытался двигаться самостоятельно… Трясет, и мотает из стороны в сторону, значит мы уже не идем, а куда-то едем. Я разлепил воспаленные глаза. Солнечный свет резанул их отстрой болью. Да, Науэль угнал-таки тачку. Я обхватил себя ослабевшими руками, пытаясь сохранить хоть немного тепла. Мне было нестерпимо холодно, так что стучали зубы, и несмотря на то, что липкий пот противно струился по телу, мне казалось, что меня накрыла глыба льда. Накрыла, придавила многотонной тяжестью, и вынула из меня душу, оставив вместо нее колючие осколки… В очередной раз я вынырнул из тягостной черно-красной трясины, когда почувствовал, что на мой пылающий лоб кто-то положил что-то влажное и мягкое, от этого прикосновения по всему телу вновь пробежала мучительная волна озноба. Кожа покрылась мурашками. Черт! Почему же ТАК холодно. Я ощутил мерное покачивание и услышал плеск волн. Река… но почему я не чувствую ее свежесть. Ничем не пахнет… Совсем…Я попытался приподнять голову – и застонал от резкой боли. - Сейчас, Джейкоб, сейчас, – раздался прямо над ухом голос Эстель. Я скривился от громкого звука - словно мне прямо в мозг вгоняли гвоздь. - Нам нужно еще чуть-чуть отплыть. Потерпи, милый. И я терпел, а что еще оставалось… Эстель смочила мои губы. - Жар не проходит! - В голосе ее звенела паника. Череп разламывался, словно изнутри его пинали шипованными берцами крепкие ребята из спецназа. Внезапно меня словно окатило кипятком, Сердце зачастило, захотелось прижать руку к груди, что бы хоть как-то унять его… И я понял, что не могу сделать вдох. Я хрипел, беспомощно хватая ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег, тело изогнулось дугой. - Он умирает!!! – Закричала Эстель. - Сделай же что- нибудь!!! Скорее! Как глупо… погибнуть вот так – не доведя дело до конца, не в схватке с врагом, а от укуса ничтожной букашки, которая и живет-то на свете не больше суток… как глупо… Сердце как будто-споткнулось, неохотно толкнулось раз-другой и замерло. Мощный удар чуть не сломал мне грудину… сердце толкнулось снова, и тут же пузырь воздуха, раздирая гортань и трахею, со скрипом наполнил мои легкие. - Давай же, дыши! Дыши! – Кричал Науэль. Я его слышал… хорошо, значит, я еще не умер. Я закашлялся, приходя в себя. - Что ты медлишь? Обращай его! – голос Эстель звенел от отчаяния, а потом словно стал отдаляться, я снова «поплыл», но перед тем, как окончательно отключиться, я почувствовал, как острые зубы впились в мою шею – в то место, где трепыхался мой возрожденный пульс. А потом я потерял сознание…