Девственник

- Ох, Гарри... Ромильда сотрясалась каждой клеточкой тела от прикосновений человека, внимания которого она добивалась так упорно. Как оказалось, ей было плевать на то, чем многие девушки так дорожат в юности. Она с жаром отвечала на ласки Поттера, запускала свои длинные пальцы в его шелковистые волосы и впивалась в его губы жадным поцелуем, время от времени покусывая нижнюю губу от удовольствия. - Нет. Я так не могу с тобой поступить. Ты ведь еще ребенок, - парень остановился, вглядываясь в темные глаза Ромильды. - Почему?... Казалось бы, что плохого в том, что она потеряет свое сокровище вместе с Гарри Поттером - самым знаменитым мальчиком школы? Ну и чего такого ужасного в том, что ей всего пятнадцать лет? - Неужели ты считаешь меня совсем маленькой? - девушка выпятила губы вперед, подобно обиженному ребенку, - Ты меня совсем не знаешь, Гарри... Я способна на многое... - она перешла на вкрадчивый шепот, пытаясь вовлечь его в игру. - Плохая девочка. Очень - очень плохая, - брюнет улыбнулся, поцеловав ее в шею. Ромильда все еще надеялась на продолжение банкета, но как оказалось все надежды были пустыми. Это был последний поцелуй за сегодняшнюю ночь, после которого гриффиндорец надел рубашку и вышел из Выручай комнаты. - Ах, возбудим и не дадим да?! Ты у меня еще заплатишь за это! - гневно выкрикнула девушка, так громко, что две-три картины, стоящие неподалеку, наверное прервали свой сон. Гарри даже не обернулся, а Ромильда, готовая сметать все на своем пути, ушла обратно в комнату. - Я даже знаю, как тебе отомстить, Поттер, - сказала она, заметив круглые очки, слетевшие с "любовничка" во время бурных нежностей. Подняв объект мести с пола, девушка заметила, что стекло треснуло, а сама оправа помялась в двух местах. Хотелось бы взглянуть на его лицо, когда он вспомнит, что забыл очки здесь - в Выручай комнате. Ромильда хихикнула, предвкушая новые любовные приключения на свою голову. Накинув на себя ночную рубашку, она поспешила покинуть место преступления, захватив с собой очки Гарри.

*** *** ***

Рональд Уизли всматривался в свое отражение. Его рыжие волосы растрепались от продолжительного бега, усталые голубые глаза ничего не выражали. Руки дрожали от внезапно настигшего озноба. - Чеерт... - выругнулся он. Ноги предательски подкосились, заставив его упасть коленями на холодный, уложенный камнями пол. Слабость в мышцах ощущалась все больше, а ему совсем не хотелось засыпать прямо здесь, в ванной для старост. Веки внезапно потяжелели, сознание заволокло зыбкой дымкой, и Рон провалился в объятия Морфея. - Неет... - протянул он, окончательно рухнув на живот. - Отличная работка, Уизли... Человек в черной одежде и мантии, подол которой доходил до самого пола, взял спящего парня за оголенные лодыжки и потянул к себе. - Тяжелый...

*** *** ***

Гермиона ворочалась во сне, что-то невнятно бормотала себе под нос, иногда негромко вскрикивала и снова переворачивалась на другой бок. Что-то тревожило ее, непонятное волнение не давало ей покоя даже в царстве сновидений и спокойствия. - Нет! Девушка проснулась в холодном поту: пижама неприятно липла к спине, волосы растрепались, отдельные пряди спутались, образуя комок. - Что случилось, Гермиона? Тебе приснился страшный сон? Зажглась лампа на прикроватной тумбе Парвати Патил, которая являлась самой красивой девушкой на курсе, по мнению Дина Томаса, конечно. - Гермиона, мне позвать мадам Помфри? - Спасибо. Мне уже легче. Просто кошмар, - гриффиндорка помотала головой и закрыла глаза. Ей приснился Рон. Он бежал от огромного черного паука, а она не смогла его спасти. Он погиб у нее на глазах, беспомощно барахтаясь в мохнатых лапах чудовища. Она не могла сдвинуться с места: ее приклеило к дереву липкой паутиной. Рон умер. Жизненный огонек в глазах потух.