Во власти Демона

Между тем парень начал расстёгивать её рубашку. Олеся резко выгнулась, пытаясь вырваться, но лишь облегчила ему задачу: полы рубашки разлетелись в стороны. Торжевский на мгновение приподнялся на локтях и оценил открывшийся вид: - Хм-м.. не так уж плохо. - Пожалуйста, - тихо прошептала девушка, смаргивая слёзы, - я никому не скажу о том, что тут было, только отпусти… - Нет, - Ярик усмехнулся и чуть прикусил выступающую ключицу, одновременно рукой расстёгивая её бюстгальтер. Мягко, почти нежно подтянул его вместе с рубашкой к изголовью кровати и пристально посмотрел в закрытые глаза Олеси. - Посмотри на меня. Девушка молча сглотнула, но глаз не открыла. - Посмотри. Олеся мотнула головой, закусив губу. - Я сказал, посмотри, - рассерженно прищурил глаза Торжевский и до боли сжал её сосок. Девушка застонала и со злостью глянула на парня. - И не отрывай своего взгляда от меня, пока я не разрешу, поняла? Олеся едва заметно кивнула. Торжевский, улыбнувшись, ослабил хватку, начиная медленно поглаживать её грудь, постепенно спускаясь ниже. Нагнулся и обхватил губами сосок, сильно втягивая его в себя. Но даже такого контакта ему показалось недостаточно, и парень свободной рукой прижал Олесю к себе. Девушка с ужасом поняла, что тело её начинает действовать независимо от желания хозяйки. Пока разум кричал: «Нет!», - тело выгнулось дугой, сильнее прижимаясь к его телу, такому горячему и крепкому. Ярослав стал покрывать грудь девушки поцелуями, жёсткими, без капли нежности или ласки, заставляя Олесю захватывать воздух ртом. Внезапно сосочки пронзила боль: парень сжал зубы, наслаждаясь её стоном. Немного помучив её так, Торжевский подтянулся на локтях к лицу девушки и резко, не давая опомниться ни себе, ни ей, припал к губам Олеси. И снова никакой мягкости в его действиях, только похоть и страсть. Он терзал девушку, кусая её губы, тут же слизывая кровь; одной рукой держал подбородок девушки, не давая той отстраниться, второй играл с её сосками. Движения, хоть и грубые, боли не причиняли, но терзали, заставляя чувствовать, как кровь превращается в огонь, изгибаться всем телом, теряя разум. Олеся в последний раз дёрнулась и, уже не соображая, что делает, впервые откликнулась на его поцелуй. Мягко, неуверенно попыталась скопировать парня: языком легко коснулась его губ и скользнула внутрь его рта. Ярик, замерев на мгновение, внимательно взглянул на девушку, но позволил ей взять на себя инициативу. Уже через несколько секунд напор с её стороны усилился; Олеся буквально льнула к парню. - Посмотри на меня, - его хриплый голос слышался как сквозь туман, но девушка открыла глаза. Как только взгляд сфокусировался на парне, Олеся выгнулась на кровати: его рука, незаметно скользнув в штаны, гладила, нажимала, дарила невероятные ощущения. Казалось, будто её вот-вот накроет огромная волна наслаждения. Закусив губу, чтобы не простонать в голос, девушка невидяще взглянула на Ярослава. Огонь в её глазах и слёзы, всё ещё струящиеся по нежным щекам девушки, освободили зверя. Торжевский рывком стянул её джинсы вместе с нижним бельём, одновременно доставая из кармана презерватив. - Ультра-тонкие, - быстрым движением раскатал резинку Ярослав, усмехаясь в глаза девушки, - чтобы ты могла прочув… Олеся жалобно всхлипнула и потянулась к парню, насколько позволяли наручники, всем своим видом умоляя о поцелуе, ничего уже не видя, ничего не соображая. Торжевский неожиданно зло оскалился: - Хочешь? Получай! – и резко, одним движением вошёл в неё. Олеся не смогла сдержать крик, настолько сильной оказалась боль. Но Ярослав ничего не заметил, яростно, быстро продолжая входить в девушку. Вновь припав к шее Олеси, парень навис над девушкой, буквально рыча: - Получай! Ты ведь этого хочешь? Тебе ведь неважно, кто это, да? Друг, враг, неважно! Будь на моём месте другой, ты бы также получала удовольствие, да? Да?! Смотри! Мне! В глаза! – и с силой сжал её подбородок, не давая отвернуться. Олеся сквозь слёзы посмотрела на своего мучителя и поразилась той злости, что была видна в его глазах. Что она снова сделала не так? Почему он снова злится? Девушка изо всех сил старалась, чтобы этот…кошмар… закончился как можно быстрее, а он…так…к ней…боль уже исчезла, уступив место нарастающей волне удовольствия, которая то приближалась, то отдалялась, но лишь для того, чтобы вернуться снова. - Ты – моя, - яростно прошипел Торжевский, немного сбавляя темп, - только моя, тебе понятно? Понятно?! – выкрикнул парень. - Понятно, - выдохнула Олеся, чувствуя напряжение во всём теле, инстинктивно обхватывая его ногами, пододвигаясь ближе к парню. - Что тебе понятно? – вновь ускоряясь, Ярослав склонился к её губам, но зрительного контакта так и не прервал, - что? - Что я – твоя… Парень рывком вошёл в Олесю на всю длину, прижимаясь к её губам, выпивая её стон, кончая вместе с ней. Девушка будто рассыпалась на миллионы осколков, не выдержав тех ощущений, что подарил ей её враг. Минуту они молча старались отдышаться, переваривая эйфорию, не в силах взглянуть друг другу в глаза. - Отпусти меня, - бесцветным голосом попросила девушка, глядя в потолок. Сил плакать уже не было, да и зачем? Самое страшное уже произошло, хуже быть не может. Куда уж хуже-то?.. - Рано.