Право на счастье

Прийдя в свою комнату, Гермиона, почему-то, подумала о Роне. Что бы они с Гарри делали без этого человека? Рональд всегда поднимает им настроение, даже если оно падало ниже плинтуса. Гарри в последнее время очень серьёзен, он даже в Хогсмиде не может расслабиться, но когда Рон начинает что-то говорить, даже на серьёзном лице Мальчика-Который-Выжил появляется искренняя улыбка. За шесть лет Грейнджер успела изучить манеру поведения Гарри Поттера. Она знала, когда он смеётся по-настоящему, а когда - просто из вежливости. Девушка не знала, как Рону удаётся вызвать у Гарри настоящую улыбку. Гриффиндорка посмотрела в окно: на улице вовсю лил дождь. В комнате стало прохладно, и Гермиона разожгла камин. Девушка смотрела на языки пламени, прислушиваясь к потрескиванию дров, и снова начала думать, но уже не о Роне. Ей вспомнились маглы. И в каком мире лучше жить? Сначала она подумала, что, если бы она не была колдуньей? Гермионе всегда представлялась картинка любящего мужа, пришедшего с работы в чистый, старательно убраный дом, вкусная ею приготовленая еда и дети умоляющие поужинать перед телевизором. Ещё немного помечтав, девушка подумала, что не хочет что-то менять в своей жизни. Ей нравится жить в мире волшебников. У каждого человека в жизни есть свое предназначение, и он должен выполнять то, что ему приготовила судьба. Ещё через полчаса девушка принялась читать книгу, на обложке которой было большими буквами написано «Защита от тёмных искусств». Прочитав несколько страниц, Гермиона стала ловить себя на мысли, что ей скучно, хотя не хотела этого признавать, ведь ей всегда нравилось учиться. Но, прочитав еще несколько страниц, она, всё-таки, закрыла книгу и направилась в гостиную. Оказавшись в общей комнате, Гермиона увидела там Джинни и Рона, спорящих о чём-то, и Гарри, который следил за всем этим. Кроме них в гостиной никого не было. - Он - замечательный парень, и мне всё равно, что ты там говоришь! – Раздражёно воскликнула Джинни. - Да он совсем тебе не пара! – Заорал Рон. - Да какая тебе вообще разница? - Я - твой брат, и я не позволю тебе целоваться со всякими придурками на глазах у всей школы! - Во-первых, он - не придурок, придурок – это ты! Во-вторых, мы целовались в самом безлюдном коридоре. Не знаю, почему тебе взбрело в голову туда зайти, и в–третьих, ты меня достал! - Да иди ты, хоть к Волан-де-Морту присоединись - мне всё равно! Джинни встала и убежала, ничего не ответив. - Джинни! – Попытался остановить её Рон. – Ну, я не хотел, прости! Джинни! Но девушка покинула гостиную и направилсь к комнате девочек, делая вид, что не слышит крики Рона. - Ого, я ещё не видела, чтоб вы так скандалили, – удивлено сказала Гермиона. - Ага, – подхватил Гарри. - Я всегда присматриваюсь к её ухажёрам, – начал Рон. – Я просто забочусь о ней. И я бы не орал на неё так из-за любого другого парня, не будь он слизеренцем. Гермиона округлила глаза. - Джинни встречается со слизеринцем? - Надеюсь, это не Малфой? – Насторожено поинтересовался Гарри. - Да, она встречается со слизеринцем, и нет, слава Мерлину, это не Малфой, – удовлетворил ответом обоих друзей Рон. - Да уж, – протянул Гарри. – Дела. Может, он - хороший, не все же они придурки. - Не знаю, – обеспокоено и со всей серьезностью сказал Рон. - А что, если он не нормальный? Я не хочу, чтобы мою сестрёнку сделали Пожирательницей или, того хуже, убили. - Рон, ну, не преувеличивай ты так. Ну, из Слизерина парень, но это не значит, что он - Пожиратель, – успокаивала его Гермиона. - Да, Рон, Гермиона права, – согласился с подругой Гарри. - Да, может, я и вправду преувеличиваю. - Кстати, что ты делал в коридоре, о котором Джинни сказала? – Поинтересовался Поттер. - Карта Мародёров. - Что? Как? Рон, она же у меня в чемодане. - Прости, Гарри, пришлось полезть в твой чемодан. - Рон! – Зло произнёс Гарри. - Ты мог просто попросить, – уже спокойней добавил гриффиндорец. - Ну, прости. - Ладно, ладно, ничего. Всё нормально. - Слава Мерлину! – Вмешалась Гермиона в диалог друзей. – Думала, и у вас скандал разгорится. - Конечно, не разгорится, – убедил девушку Гарри. - Ну и хорошо. *** День закончился, и Гермиона начала готовиться ко сну. В холодное время ей нравилось стоять под теплыми струями воды, и она всегда старалась потянуть приятный момент, поэтому только спустя час вышла из душа. На ней была ночная рубашка голубого цвета и её любимый синий махровый халат. Выйдя из душа, девушка выключила лампу, стоявшую на столе, сняла халат, повесила его на спинку стула, залезла под тёплое одеяло и удобно устроилась. Ей стало очень уютно, и спустя минут пять она заснула. Но сон оказался отнюдь не таким хорошим, как подготовка к нему. Во сне девушка увидела тот самый кабинет истории магии, того самого человека, которого она считала Тёмным Лордом, и Драко Малфоя, лежавшего у его ног. Всё было так, как и в тот день, когда Гермиона увидела ту страшную картину. Но тогда её не заметили, а сейчас в её сторону повернулся некто, кого она считала Волан-де-Мортом. - Грейнджер, беги! – Услышала она голос Малфоя. И Гермиона послушно побежала, но куда бы она не направилась, везде её встречал незнакомец в чёрном плаще и капюшоне на голове. И когда она завернула в очередной коридор, девушка увидела Гарри и Рона. Они были связаны. Рядом с ними стоял тот самый, по мнению Гермионы - Тёмный Лорд, и кто-то в чёрной устрашающей маске. - Круцио, – проговорили люди, стоявшие возле её друзей практически одновременно. Рон и Гарри закричали. Незнакомец снял капюшон, и опасения Гермионы подтвердились. Она увидела Волан-де-Морта, а человек в маске, видимо, специально закатал рукав, и стало видно метку Темного Лорда на предплечье. Гермионы как будто там и не было, её никто не замечал. Лорд и Пожиратель снова направили палочки на несчастных Рона и Гарри и произнесли: - Авада Кедавра! Непонятно, куда делись веревки, которыми они были связаны. Друзья упали на пол, их глаза были широко раскрыты и смотрели в потолок. Рядом с ними каким-то образом оказался Драко Малфой - он тоже был мёртв. Гермиона хотела подбежать, но не могла: она будто бежала на месте. И ей ничего не оставалось делать, кроме как громко закричать. Кричала она и когда проснулась, примерно секунд десять, а после крика почувствовала на себе холодный пот. Девушка вскочила с кровати, зажгла лампу и побежала в ванную, где умылась холодной водой и, немного успокоившись, снова вернулась в комнату и села на кровать. Девушка взяла волшебную палочку, наколдовала стакан и графин с водой, налила воду в стакан и выпила залпом. Затем, осушив ещё один, легла в кровать. Лампу она не выключала, так было спокойнее. Лёжа в постели, она вдруг захотела увидеть Гарри, Рона и даже, будь он неладен, Малфоя. Она прокручивала в голове эпизоды этого кошмара, думала о друзьях и мечтала, чтобы скорее наступило утро, а сейчас - всего четыре часа. Спустя пятнадцать минут ей удалось уснуть, и теперь ей не снились никакие кошмары, просто до утра не было сновидений. Утром Гермиона встала с подавленным настроением. Быстро умылась, оделась и поспешила в гостиную - очень хотела увидеть друзей. Спустившись, она увидела Рона и Гарри, они стояли и что-то обсуждали, весело смеясь. Видно, для них это утро оказалось более радостным. Гермиона подбежала и обняла обоих. Мальчики удивились такому утреннему приветствию, Гарри и Рон положили руки на спину Гермионы и простояли так около минуты. Когда Гермиона отпустила их, они увидели в глазах подруги слезы. - Ну, что случилось? – заботливо спросил Гарри. - Просто... просто... – всхлипывала Гермиона. - Что? – Спросил Рон. - Может, это глупо прозвучит, просто, я видела ночью ужасный сон, и сейчас мне захотелось обнять вас. Мерлин, как я рада, что вы у меня есть! - Мы тоже рады, что у нас есть ты, – начал успокаивать её Рон. - Знай, мы всегда с тобой, что бы ни случилось, – продолжил Гарри, вытирая слезу с её щеки. - Хорошо, – пролепетала гриффиндорка. - Я тоже всегда с вами. Друзья улыбнулись ей. Они вместе направились на завтрак. Гермиона машинально окинула взглядом слизеринский стол и увидела там Драко Малфоя. «Как - его уже выписали?, - промелькнуло у неё в голове, - но после такого, как минимум, месяц в лазарете нужно лежать». Гермиона ещё поглядывала в сторону Малфоя: он улыбался сокурсникам и, казалось, был в отличном настроении. Гриффиндорку это очень удивило.