Чтоб тебе пусто было

Диди, лежа в темной комнате, смотрел в потолок и улыбался. Они с Луцем протанцевали весь вечер, и даже сейчас он продолжал считать до трех, как учил его тот — раз, два, три, раз, два, три. Под конец вечеринки у него стало даже получаться. А Луц просил и просил оркестр играть только вальс. Раз, два, три. — Забавный все же этот Луц. Такой красивый и представительный альфа, а что-то же нашел во мне, — прошептал Диди, и снова мечтательная улыбка растянула его губы. Он уже не думал о том, что он сам альфа, и Луц тоже альфа, плевать ему хотелось на это все с высокой колокольни. Ему было хорошо рядом с этим парнем, и это было главное. Надо, он для него станет самым лучшим омегой на свете. Жалко только, что деток у него не будет. Но это не страшно, можно и усыновить, в конце концов. И мечтательно вздохнув, Диди снова стал вспоминать, как они танцевали, негромко напевая мелодию, что играл оркестр. Он и не заметил, как заснул. И снился ему Луц… Как только утром Диди переступил порог школы и вошел в класс, он понял, что жизнь его переменилась коренным образом — он стал самым популярным мальчиком. Даже Кифер пришел не в джинсах-стрейч, как обычно, обтягивающих его аппетитный зад, который притягивал взгляды всех альф в школе от мала до велика, а в брючках, наподобие как у Диди, только гораздо моднее и эффектнее смотревшихся вкупе с его длинными ногами. Все омеги в классе облепили паренька и засыпали вопросами о Луце. Но Диди совершенно не хотелось делиться с ними самым сокровенным. А они, развесив свои ушки, сплошь утыканные сережками, обнимали его, стараясь прижаться, как можно теснее, и спрашивали, спрашивали, спрашивали. Альфы класса тоже пытались обратить на Диди внимание, но ничего не понимая, отходили прочь, но каждый из них вдруг почувствовал в пареньке соперника, которого тискали и обнимали их омеги. А после уроков его ждал Луц на своей машине. Он довез Диди до его дома на правах хорошего знакомого, а потом договорился с папой-омегой паренька, чтобы тот разрешил Диди поехать с ним на тренировку, а потом в кафе, где они с друзьями обычно отдыхали и выпивали по стаканчику молочного коктейля. Так оно и было. Только молочный коктейль и больше ничего, заверил Луц папу, ведь он спортсмен и его друзья тоже, и поэтому они употребляют только молочные или безалкогольные напитки, стараясь не нарушать спортивный режим. И даже не курят. Тут Диди тоже мог дать клятву хоть на Библии: чем-чем, а вот табаком от Луца никогда не пахло — ни когда они целовались в торговом центре, ни когда вальс танцевали, ни сегодня в машине… В гулком зале бассейна, сидя на самом верху на трибунах, откуда были видны все дорожки, Диди любовался телом своего… (вот тут он не мог сказать, кто для него Луц) альфы и переживал отчаянно, когда кто-либо из спортсменов опережал его в тренировочном заплыве. Он даже несколько раз взвизгнул, но тренер погрозил ему пальцем, и Диди стал сдерживать свои эмоции, закрывая рот ладошкой. — Какой Луц красивый, — восторгался Диди. В своем обтягивающем костюме, подчеркивающим все его прелести и открывающим все мышцы плечевого пояса, к которым хотелось прикоснуться и погладить, он был великолепен. Диди согнул руку в локте и потрогал свой несуществующий бицепс. Сколько ни старался тренер по восточным единоборствам, так и не смог на парнишке нарастить хоть немного мышц, одним словом, никакого сложения — сплошное вычитание. Но ногами все же научил его орудовать неплохо, при этом совершая обманные движения руками — гибкостью Диди мог похвастаться. Вот только показать свое мастерство никому не мог. Ну, хоть кто-нибудь бы пристал или ударил, он бы ответил. А потом Луц поплыл «баттерфляем» — такой красоты движений Диди никогда не видел. Во-первых, смотреть было негде — в бассейн он пришел впервые, во-вторых, просмотр спортивных соревнований по телевизору папы считали пустой тратой времени, когда результаты уже известны, в-третьих, когда они отдыхали на море, так красиво никто из отдыхающих не плавал. А тут такое завораживающее зрелище — Луц выскакивал из воды почти по пояс, взмахнув руками, а потом погружался в воду, рассекая ее грудью, потом снова взмахивал руками. Он плыл прямо на смотревшего на него Диди — взмах, погружение, снова взмах и снова погружение. Руки так и взлетают, рассекая воду. Впервые Диди захотелось научиться также красиво плавать, как его Луц. Два часа тренировки пролетели для него, как одно мгновение. Когда раздался свисток тренера, Диди спустился с трибун и поплелся за всеми в душ — после такого переживания за своего парня, ему тоже неплохо было бы помыться. Но он ничего с собой не взял, поэтому навалился на дверной косяк и смотрел на обнаженные тела спортсменов, снующих туда-сюда. И тут он увидел Луца, который стоял под струями воды, отвернувшись к стене, и, естественно, не видел, что в душ пришел Диди со всеми вместе. Парнишка уставился на его обнаженное тело, не смея отвести взгляд, и почувствовал, что возбуждается. Он судорожно сглотнул слюну, прикрыл глаза, пытаясь представить нечто нейтральное, но перед глазами все равно стоял красивый тренированный зад Луца. Диди испуганно взглянул на выпуклость своих брюк, не зная, что делать. Но тут мимо прошел один из друзей-спортсменов парня и, легонько щелкнув Диди по носу, кивнув в сторону Луца, прошептал, наклонившись почти к самому уху: — Не переживай, у нас у всех на него такая реакция. А он глупый к нам, как специально, спиной поворачивается. Доиграется, кто-нибудь отымеет его зад. — Это буду я. Никому не дам, сам отымею, — прошептал Диди, когда парень отошел от него. Он с силой сжимал свой пах, чтобы хоть как-то снять возбуждение, пока никто не видел. Хотя, наверное, его выпуклость заметили все, кроме Луца, продолжавшего стоять спиной ко всем и уже вытиравшего капельки воды со своей спины махровым полотенцем, а Диди отчаянно хотелось их слизывать. — Ну, я почти готов, — разулыбался Луц, когда, замотавшись в полотенце, наконец, повернулся и увидел Диди. Проходя мимо, он поцеловал его легонько в губы и приобняв за плечи, повел в раздевалку. — Как ты сладенько пахнешь, — шепнул Луц по дороге (а Диди казалось, что он потом воняет). Он хотел еще много чего добавить, только боялся, что Диди его не поймет и сочтет извращенцем. Но пока дело до секса не дошло, он может его целовать, как ему захочется, а там видно будет, решил парень. Пошлет его Диди, тогда он пойдет… «Никуда я не пойду, даже если пошлет», — размышлял Луц, глядя на пухлые губы паренька, в которые хотелось впиться страстным поцелуем, только вот не при всех, он же не Кифер какой-нибудь, в самом деле, который вешается на всех. Он - только на Диди. А потом они компанией из пятнадцати человек, включая тренера, поехали в кафе-мороженое. Диди бывал в этом заведении пару раз, когда папа-омега считал, что он вполне здоров и может насладиться порцией мороженого. Диди тоже заказал себе коктейль в высоком стакане, как все, и фисташковое мороженое. Когда официант, поставил перед ним лакомства, он облизнулся, проведя язычком по своим пухлым губкам, даже не задумываясь, какое впечатление производит на Луца, потер руку об руку, перед тем как взять стакан, а потом, прикрыв глаза от предвкушения, сделал большой глоток коктейля, испачкав в пушистой пенке верхнюю губу. Довольно улыбаясь, он отставил стакан в сторону и зацепил ложечкой мороженое, собираясь его отправить в рот. Но в этот момент к нему наклонился Луц, слизывая с ложечки мороженое и вбирая в свой рот испачканную верхнюю губу Диди. Это было так вкусно — поцелуй со вкусом фисташек. Ничего слаще Диди не пробовал. Но он тут же смутился и взглянул на друзей Луца, которые как ни в чем не бывало, болтали и болтали о последних заплывах в бассейне, о секундах и стилях. Но потом один их них, которого звали Дитрих, вдруг без всякого перехода обратился к целующимся Диди и Луцу, которые отпрянули друг от друга: — А как вы думаете, в какой программе лучше оформлять резюме в спортивный колледж. Я сделал это в Ворде, оформив все простым перечислением. Может это слишком примитивно, и они сочтут меня убогой горой мышц, а не интеллигентным альфой? — Не знаю, — сразу же отозвался Луц, позволив смущенному Диди начать, в конце концов, употреблять подтаявшее мороженое. — Лично я оформил в Экселе, так мне удобнее было выделять годы и спортивные достижения. — Ты собрался в спортивный колледж? — поднял на парня удивленные глаза Диди. — Конечно, образование надо получить чуть выше среднего, — кивнул головой Луц. — Папа хочет, чтобы я пошел в какой-нибудь технический, но я пока думаю. Все же спорт мне больше нравится, чем его машинки. А вот мой супруг пусть разбирается в машинах. И он подмигнул Диди, словно знал, что парнишка, хоть и не водил автомобиль, но в моторе своего авто разбирался на раз, по звуку мог услышать, чем механический конь (или табун, если их под капотом не одна сотня) недоволен. Это все его личный водитель в этом «виноват», всегда, вместо того чтобы выехать утром вовремя, словно специально дожидался Диди, а потом ему докладывал, почему он открыл капот. Постепенно Диди приучился заглядывать под капоты и папиных авто. Только об этом никто не знал, кроме него, водителя и его няня, который втайне от родителей застирывал испачканные вещи паренька и чистил ему ногти. А так все хорошо, машину он как не умел водить, так и не научился, боялся папа-омега за него и за руль не пускал, хотя все его ровесники уже как два года водительские удостоверения имели. А потом разговор плавно перешел на последние новинки литературы. Диди с удивлением слушал, о чем говорят Луц и его друзья. Он и сам принимал самое активное участие в их разговоре, читал все же Диди много, и не только классику, что в школе задавали, но и новомодных авторов. Он даже умудрился поспорить с Робертом, который назвал фэнтези никчемной литературой и привел пару неудачных книг в этом жанре. Но Диди, который безумно любил подобное чтиво, все же удалось отстоять свою правоту, когда он отчаянно жестикулируя, сыпал цитатами и терминами из известных и вполне добротных современных книг. Луцу с трудом удалось успокоить раздухарившегося парнишку, просто заткнув его рот поцелуем. И все громко рассмеялись, а Диди опять смутился и потупил глаза. Он друзьям Луца очень понравился — умный, начитанный, непосредственный. Такого приятного парня у Луца никогда не было, не то, что этот не могущий связать двух слов смазливый Кифер, который преследовал его последнее время. Вот скажи «черт», он и появится. Звякнул колокольчик на входной двери, впуская нового посетителя, Кифер и появился. Он сразу подошел к компании спортсменов, допивающих уже не один стакан коктейля, и, встав за спиной у Луца, обнял того за шею, не обращая никакого внимания на сидевшего рядом с парнем Диди. Мол, крутятся под ногами всякие. — Чтоб тебе пусто было, — негромко выругался Луц, понимая, что идиллию общения этот приставала им нарушил. «В глаз дам, — подумал про себя Диди и опустил глаза, чтобы не видеть, как обнимают его парня. — Только не бью я омег». Но ситуацию спас Луц — он поднялся из-за столика, обняв за талию Диди, прижимая его к себе и одновременно стряхивая Кифера. — Извините, нам пора. Я обещал вернуть драгоценного Диди родителям через пару часов, а уже все три прошло.