Ангел и Демон

- Это действительно ты, Такао? – Кисе не мог поверить своим глазам. Облик Казунари сейчас казался слишком неестественным, непривычным. А сам лис тем временем подошел к ним с Аомине и начал обнюхивать их. Когда очередь дошла до Дайки, шерсть на загривке стала дыбом, а сам Такао обнажил белоснежные клыки, не сводя горящих глаз с Демона. - Кисе, отойди от него! Он чистокровный Демон! – прорычал Казунари, готовый в любой момент ринуться в бой. – Прошу тебя, немедленно отойди! - Стой, что ты имеешь в виду под «чистокровным Демоном»? Я знаю, что Дайки Демон, но он за нас. Он просил покровительства у Михаила. - У самого Михаила? – Такао перевел взгляд на Кисе. Оскал пропал с его морды, но шерсть все еще топорщилась. - Да. И Асмодей тоже. Мы не можем отказать им, они уже не раз спасали нам жизнь, пусть и по вине Дайки я оказался здесь. Но так было решено судьбой. - Он чистокровный Демон, не стоит доверять ему так яро, как это делаешь ты. Это очень долгая история, но ты должен знать ее, Ангельский наследник. Я на твоей стороне и всегда был за тебя. Вы оба дети Высших сил, посланные на Землю в людском обличье, чтобы уничтожить друг друга и не дать этой войне разразиться. Выжить мог только один, но по какой-то непонятной причине вы не знали своего предназначения. Родились обычными людьми с обычной людской аурой. Мы следили за вами, а потом было принято решение отправить на Землю тех, кто будет присматривать за вами. Со стороны Ангелов был выбран я, так как меня всю жизнь готовили к служению тебе, а со стороны Демонов выбрали Шин-чана. Во времена Тейко я держался от вас подальше, стараясь не привлекать лишнего внимания, а Мидорима все время находился рядом, подбивая вместе с Акаши команду против вас. Они думали, что вы со временем поймете свои истинные цели, но вы лишь сильнее привязывались друг к другу чувствами, которые оказались сильнее вашего предназначения. Я не стал вам мешать, потому что понимал, что таким образом мы сможем предотвратить кровавую бойню, в которой потеряем много наших. Но вы все никак не могли вспомнить то, что было предначертано вам судьбой. Шло время, вы разошлись по разным школам, а я принял решение присматривать за Шин-чаном. Все-таки никто не знал, что эти Демоны могут выкинуть. Но все было тихо, он не предпринял ничего, а мне от этого становилось спокойнее. Шли годы, вы становились все ближе друг к другу, что заставляло Шин-чана буквально скрипеть зубами, а потом случилась та авария. Насколько я понял, Мидорима не знал о том, что я был послан охранять тебя, потому что не отталкивал меня и не задавал лишних вопросов. После этого я еще некоторое время жил на Земле под видом человека, чтобы не привлекать лишнее внимание Демонов, сам понимаешь, оно нам ни к чему. А когда я узнал, что все поколение чудес начало уходить на тот свет, решил вернуться сюда, подразумевая это как начало войны. И я не ошибся. Что ты теперь будешь делать, Кисе? - Я должен осмыслить сказанное. Так это все была спланированная операция? – будто в тумане произнес Кисе. - Да, только мы до сих пор не можем понять, почему вы не получили приказа. - Прости, Кисе, я должен был сказать тебе об этом раньше, - Михаил сделал шаг в сторону Реты, но он отошел на шаг назад, выставляя руку вперед. - Пожалуйста, не надо ко мне сейчас подходить. Я хочу побыть наедине с собой. У меня голова идет кругом от этих слов. Кисе пошатнулся, падая в объятия Аомине, который крепко обнял его, не давая упасть. Голова жутко болело, будто на виски давили чьи-то руки. Объятия Дайки успокаивали, унося куда-то далеко, где нет этих проблем. Взор помутнел, глаза закрылись, а само тело провалилось во тьму. Очнулся Кисе дома, лежа на диване, а рядом сидел измученный Дайки, который встрепенулся, увидев, что Рета пришел в себя. - Ты как? – он задал вопрос, обеспокоенно глядя в мутные глаза блондина. - Не очень, - честно признался Кисе, садясь на кровати. Голова все еще гудела, перед глазами темнело, временами показывая более четкую картинку окружающего мира, а затем снова унося Рету во тьму. Он никогда такого не испытывал. Это было не похоже на обычный обморок. Его мутило, хотелось выстрелить в висок, головная боль стала невыносимой, а Дайки он не видел совсем. – Я не вижу тебя, - сдавленно простонал Рета, рукой пытаясь нащупать хотя бы его плечо, чтобы ухватиться за него и не потерять рассудок. Их глаз текли слезы, которые он не мог остановить. На этот раз Кисе плакал от бессилия, он не мог сделать ничего и казался себе слишком беспомощным. - Я здесь, рядом, - испугано шептал Аомине, кладя руку Реты на свое плечо, давая почувствовать свое присутствие. Смотреть на Ангела было страшно, он хватал ртом воздух, часто сглатывал накопившуюся слюну и готов был снова упасть без сознания. Дайки крепко прижал его к себе, не отпуская, чтобы Кисе было не так жутко в этой темноте. Ему стало по-настоящему страшно, он не понимал, почему Рета лишился зрения так резко и без ведомой на то причины. Плечи блондина мелко затряслись, а внутри все переворачивалось. В груди Аомине быстро билось сердце, и разносилась тупая боль, которая и не давала ему отпустить Кисе. Он сейчас как никогда нуждался в Дайки, и парень понимал это. - Выведи меня на улицу, пожалуйста, мне ужасно плохо, - сквозь слезы умолял Рета. Аомине поспешно выполнил просьбу, помогая подняться Кисе с кровати и выводя его на улицу. Глоток свежего воздуха немного облегчил давление на голову, но не сильно улучшил его состояние в целом. Тиски, до этого сжимавшие грудную клетку, разомкнулись, давая дышать полной грудью, но из-за слез это получалось не так хорошо, ка должно было. Дрожь Кисе передалась и Дайки, сводя Демона с ума. Ноги Реты снова начали подкашиваться, но крепкие объятия Аомине вновь не дали ему рухнуть на землю. - Держись, ты сильный, Рета, сильнее меня и многих других, прошу, держись! – чуть ли не орал Аомине, еле стоя на ногах от страха за любимого. Стало невыносимо смотреть на него, такого разбитого и беспомощного. Кисе закашлялся, хрипло что-то произнося, но его голос был слишком тихий. Перед глазами до сих пор была темнота, а в голове гудело, но сквозь этот шум был слышен чей-то вкрадчивый голос, внушающий, что нужно умереть. Голос был не знакомым и ужасающим, тихим и пробирающим до костей. Но Дайки просит не сдаваться. - Я не сдамся. Вам не одолеть меня таким образом, придумайте что-то получше, - немного громче сказал Кисе. – Я не стану вашей пешкой. Если я сдамся сейчас, это будет означать конец всему, что так дорого. Конец чувствам и простым человеческим ценностям, которые я еще не забыл. Конец жизни, за которую многие так цепляются. Конец радостным эмоциям, которые испытывают люди рядом со своими родными и близкими. Это будет означать, что Ангелы слабы, а это не так. Мы сильны благодаря вере в наши силы и поддержке со стороны людей и Братьев наших, которые придут на помощь где бы мы ни были. Нас связывает слишком многое. Умереть? Я не допущу конца света, который принесу в этот мир со своей смертью! И я не позволю это сделать другим, потому что жизнь превыше всего! – сорвался на крик Кисе. Его лицо стало яростным, а руки из последних сил сжались в кулаки. Он оттолкнул Аомине, оставаясь на ногах. Слабое свечение исходило от его кулаков, пугая Дайки. – Я не сдамся сейчас! Свет стал ярче, охватывая всего Рету и ослепляя Аомине на несколько минут. Придя в себя, он тут же бросился к Кисе, лежащему на земле. На его губах была умиротворенная улыбка, а тело было полностью расслаблено. Больше не было того страха, который до этого выражался на его лице. Приоткрыв глаз Кисе, он внимательно посмотрел на резко сузившийся зрачок. Облегченно выдохнув, он взял парня на руки и понес обратно в дом, укладывая на кровать и ложась рядом. Первый раз в жизни хотелось закурить. Произошедшее сейчас выбило из колеи даже его. Сил не осталось, что и заставило Аомине провалиться в глубокий сон.