Мой ласковый и нежный зверь

Вытравить «любимый» бзик из сознания не могли ни усталость после бешеного секса, ни понимание того, что за домом есть кому присмотреть. Если уж даже призраки решили в этом деле помогать. На двадцатом опять было накурено. Андрей открыл окно, вытряхнул окурки в мусоропровод. Вампирша выглянула из дверей, смущенно улыбнулась: - Ой, зачем ты? Я бы утром сама убрала. - Все нормально, - Андрей вернул пепельницу. - Как там Ян? - Спит и мурлычет, такая лапочка. - Да, это он умеет. В смысле, лапочкой быть. Вот, передай ему, - она ушла в комнату и через минуту вынесла завернутый в черную замшу длинный и достаточно тяжелый сверток. - Хорошо, - Андрей взял сверток. - А что случилось с Лизой? - А, - Лэрис рассмеялась, - она ж маленькая еще. Обернулась мышью, а тут ветер порывистый. Ее ударило о бетонный козырек подъезда. - Бедная мышка. - Глупая мышка. Ну, ничего, поумнеет. Таким молодым разум получается только через синяки и шишки вбивать. Зайдешь? Андрей не видел причин отказываться, тем более что еще должен был ужин вампирше. У нее оказалась вполне пристойно, даже роскошно обставленная квартира, стиль хай-тек приятно смягчали цветовые акценты в виде ковров теплых оттенков пастели, подушки на диванах, креслах и полах, а еще целая батарея таких же мини-орхидей в колбах на окне. - А уютно здесь. Ну, ты готова идти в ресторан? - Сейчас приглашаешь? - вампирша лукаво сощурилась. - Ну, мне-то одеться быстро, а ты же в камуфле не пойдешь? - Минут двадцать, переоденусь и зайду. - Ну, давай. Столик я забронирую, - кивнула Лэрис. Андрей унесся переодеваться. В костюме он выглядел, как... Никак, короче. Не сидели на нем классические костюмы. Он и этот-то пока нашел, извел нервы себе и трем консультантам. Ну, хоть пиджак на нем не топорщился, как мешок, и брюки были и по росту, и по размеру. - Котище, ты галстук умеешь завязывать? Сонно моргающий на него улин душераздирающе зевнул, кивнул и выбрался из-под одеяла. Ольшанскому остро захотелось остаться дома. - Ты с Лэрис? - Ян быстро и аккуратно вывязал ему двойной виндзор, поправил воротник и пояснил на удивленный взгляд: - Я ее запах чую. - Ага. Я ей обещал ужин. Кха, ненавижу удавку. - Терпи, Лэрис к партнерам относится весьма придирчиво, - фыркнул улин, провел по короткому ежику Андрея ладонью, привстав на цыпочки. - Но ты выглядишь достойно. - Это радует. По-моему, я на бандита похож. - Ничего ты не похож на бандита. Иди уже, красавчик. Лэрис страшно не любит ждать. Лэрис открыла дверь, и у него перехватило дыхание. Вампирша умела быть абсолютным совершенством. Особенно в облегающем, как перчатка, бархате винного цвета, сверкающих в аккуратных ушках бриллиантах и с обворожительной и загадочной полуулыбкой на лице. - Вы ослепительней вспышки световой гранаты. Девушка расхохоталась, как-то по-девчоночьи всплескивая затянутыми в тонкий атлас руками: - Прелестный комплимент, мне таких еще никто не говорил. И мы все-таки на «ты», хорошо? Идем. Такси уже ждет. Андрею ничего не оставалось, кроме как взять богатый меховой палантин и помочь ей одеться. И вызвать лифт, пока Лэрис закрывала дверь. И сгорать от стыда, сообразив, что не озаботился сам ни бронированием столика, ни вызовом такси. Обалдуй. Ну, не приходилось ему раньше как-то приглашать в ресторан даму. Андрей вспомнил все, виденное в кино, решил быть галантным по мере сил. Едва не прокололся при первой же попытке, защемив дверью такси длинный подол платья вампирши. Хорошо хоть заметил вовремя. Уши мучительно горели. - Андрей, расслабься, веди себя естественно. - Да я... И выставлю себя посмешищем рядом с такой дамой... - Ничего не посмешище, ты великолепен, - мурлыкнула Лэрис. Теперь горели не только уши, но и лицо, судя по ощущениям. Метрдотель с поклоном проводил их к зарезервированному столику, как назло - в центре зала. Андрей в панике смотрел в меню, представления не имея, что заказать из этого. Оно плавало, летало, ползало? А жрется живым или сырым? - Позволь мне сделать заказ за обоих? - мягко промурлыкала Лэрис, прекрасно видя затруднения спутника. - Как пожелает прекрасная леди. Ладно, с заказом она ему помогла, прекрасно. А что делать со всеми этими вилочками и ножичками? Черт! И дернуло же его согласиться, когда Лэрис спрашивала, осилит ли он именно этот ресторан. Дурак, думал, она про цены. А оно вот что. Так, два зубца для рыбы, три для птицы. Или наоборот? В мозгах будто щелкнуло что-то, мелодичный голос Лэрис произнес: «От тарелки: мясо, рыба, салат. То же с ножами. Все просто, милый». Андрей счастливо и благодарно улыбнулся и принялся за еду. Ресторанная кухня оказалась выше ожиданий, вино тоже было прекрасным, а после первой перемены блюд они с Лэрис разговорились, найдя на удивление много общих тем. Каким бы простецом ни выглядел Ольшанский, у него было высшее образование, а кроме оного - хорошая библиотека и желание развивать мозги, а не только поддерживать форму тела. - Из творчества Феллини мне больше всего импонируют «Ночи Кабирии». Мазина прекрасна в этой роли. - А как же «Дольче вита»? Критики сходятся во мнениях, что это - вершина его творчества. Хотя мне вот нравится «Восемь с половиной». Такое... философское кино, и к тому же, Мастроянни! - Тоже прекрасно, - согласился Андрей. - Но Феллини вообще божественен. Официант потирал про себя руки, рассчитывая на чаевые. - Я была на премьере фильма в Москве. Это был фурор, знаешь. Большой приз, потом Оскары. Ох, прости, увлеклась. Любимый режиссер, что поделать, - мило улыбнулась вампирша. - Десерт? Андрей выбрал себе шоколадный торт. Сладкое он не любил, но шоколада это не касалось. И тут же вспомнил, что обещал угостить Яна шоколадом. Правда, сам себе обещал, но тем не менее. Он пометил себе купить горячий шоколад. Детям полезно. Перед глазами тут же встала сцена в душе. Дитё, ага. Вампирша фыркнула и прикрыла рот салфеткой, но смеющиеся глаза ее выдавали. Лэрис не составляло труда читать мысли Ольшанского, как раскрытую книгу. «Ну, растет же еще», - Андрей приступил к еде. «Он больше не вырастет, хотя и надеется на это. Потому герр Васашпаер и предложил ему покровительство: из рядов Охоты Яна все равно скоро бы выкинули». «О... Но почему? Он ведь справляется». «Пока справляется. Его задания - это для молодняка. С эмиссаром Той Стороны Ян не справится, а это задание на выпускном экзамене. Он погибнет, и Влад умоет руки». «Неужели все дело лишь в размере?» - И в силе, - вампирша невозмутимо отпила глоток черного кофе и поставила чашку. - Ян слаб, как для улина. Ты видел тех, кто приходил с Владом. Они одногодки Яна. - Силе можно противопоставить ловкость и гибкость. Меня уделывает в спортзале парень в три раза мельче меня. Я не успеваю за ним двигаться. - Это знаю я. Это знает шеф Яна. Но если против Яна поставить хотя бы трех заведомо более сильных противников, он не справится. - Значит, когда погиб Эрик... - Это была попытка избавиться от Яна. - Придется научить его справляться с четырьмя противниками за один раз. - Ты считаешь, что сможешь научить его чему-то, что не умею я? - темно-карие глаза Лэрис стали вишневыми от возмущения. - Из чего стреляете, леди? - Из всего, что может стрелять, Андрей. И дерусь всем, чем можно и нельзя. Я профессионал. - А Ян? - спокойно поинтересовался Андрей. - Я дала ему все, что можно было дать улину. С четырьмя людьми, - она выделила слово, - он справится играючи. С четырьмя големами, пожалуй, тоже. Но вот уже вампиры ему будут не по зубам. - И чего же ему не хватает? - Все той же силы. И скорости. Он вполне способен угнаться за неофитом. Но уже не за тем же... В общем, его болезненное детство сослужило ему с одной стороны плохую службу, но с другой стороны, у горгулов для него откроются иные перспективы. Андрей кивнул, расправляясь с десертом: - Лишь бы Яну было хорошо. - А для этого у него есть ты, - вампирша улыбнулась, принялась поедать сливки, покрывающие залитые желе фрукты в заварной корзиночке. Андрей смущенно закрылся салфеткой и попросил счет. Официант обрадовался. И сник - в папку вложили пластиковую карту. - Вечер был великолепен, ты был прекрасен, как рассвет над заливом, и что ты там думал о шоколаде? - вампирша подмигнула своему визави. - О горячем шоколаде. Люблю иногда выбираться на крышу с термосом шоколада. - Плед не забудь, а то тебе оттопчут и отлежат ноги. - Кто? - удивился Андрей. - Ну, тот, для кого шоколад, наверное, - Лэрис усмехнулась. - Едем, я покажу тебе один магазинчик. НАШ магазинчик. - О? - заинтересовался Андрей, убирая карту и вкладывая тысячную купюру в папку. - Увидишь. Такси, вызванное метрдотелем, уже ожидало у подъезда ресторана. - Луначарского, шестнадцать, - скомандовала Лэрис. Андрей любовался ей исподтишка, очень уж хороша была дама. Мраморно-белое, аристократически утонченное лицо, выразительные, как у египетских кошек, глаза, изумительно женственная фигура, со всеми положенными природой выпуклостями и плавными линиями. И она - боец? Ольшанский хорошо чувствовал скрытую в ней силу, но сопоставить ее с тем, что видел, не мог. Не бывают такие красивые и женственные дамы бойцами. - А что тебя удивляет? - Лэрис повернула голову, поймав его взгляд, улыбнулась с долей вызова. - Да все. Меня в последние дни столько удивляет... - Ты хорошо держишься, как для нормала. Я бы даже сказала, отлично держишься. - Ну, это все успокоительный чай. И будоражащий секс. - Я рада, что вы нашли друг друга. Андрей разулыбался. - Ян мне не чужой, да и ты теперь тоже. Отец был удивлен моим поручительством, но сказал, что я вольна поступать, как знаю, и он меня поддержит. - Спасибо. Я... тронут. Машина остановилась. - Подождите нас, любезнейший, - бросила Лэрис водителю. И повела Андрея к освещенным мягким теплым светом витринам небольшого магазина, чем-то напомнившим мужчине лавочки из Миядзаковских фильмов. Звякнул колокольчик, усиливая ощущение сказочности происходящего, и Андрея объял аромат шоколада, ванили, корицы, бисквита и миндаля. Ольшанский принюхивался, как кот. На звук колокольчика из подсобки вышел... вернее сказать, выкатился усатый, носатый и чернобровый мужчинка, подскочил от радости, увидев Лэрис, затараторил что-то непонятное то ли на испанском, то ли на французском... Или на немецком? Кажется, в его темпераментной речи смешались все языки Европы. Лэрис ответила ему на той же смеси. - Идем, сейчас будешь выбирать шоколад. Выбирать было воистину из чего. Немецкий, бельгийский, французский - лучшие сорта и виды, как пояснял их гид по этому царству шоколада, Жан-Рене. Он тоже был вампиром, Андрей разглядел парные клыки, но... толстый вампир? Румяный вампир?! ЗАГОРЕЛЫЙ вампир? Ладно, он подумает об этом позже. - Лэрис? Помоги. - Жан-Рене, нам нужен любимый шоколад для моего раймо, и самая лучшая смесь для приготовления горячего шоколада, - смилостивилась вампирша. На высоком прилавке тотчас появились несколько плиток, завернутых в простую фольгу, и большой пакет ручной работы. Андрей счастливо облизнулся. - И мне мой любимый, пожалуйста. Лэрис вручили коробку, и она немедленно открыла ее. - Хочешь? Он с перцем чили. - Хочу попробовать, да. Шоколад был не в плитке, а словно бы заранее наколот из большого куска. И он был обалденный. Черный, горьковато-сладкий и острый. Андрей блаженно улыбался: - Это так вкусно! - Мсье знает толк в... шоколаде. Ну, идем. Жан-Рене, все покупки на мой счет, дорогой. Спасибо тебе, - толстячка-вампира чмокнули в пухлую щеку, он расплылся в улыбке, снова залопотал что-то непонятное. Лэрис рассмеялась, покачала головой: - No, amico mio, questo non è il mio amante. Questo è il mio allievo prediletto. Андрей фыркнул: - Да-да, я не твой любовник. Лэрис окинула его взглядом, облизнула яркие губы. - А жаль. - Я не интересуюсь женщинами, увы, даже такими божественными. Хищная улыбка на ее лице сменилась удовлетворенной. - Замечательно. Идем, пока таксист не решил, что мы сбежали, не заплатив, через черный ход. - Идем, да. У меня кот и мыши голодные. - О, Богиня, мыши? - удивилась вампирша. - Я хотел накормить кота… Лэрис расхохоталась, и смеялась еще долго, прижимаясь к его плечу в машине. Видимо, стоило ей вспомнить выражение лица Андрея, как ее снова скручивал приступ смеха. - А еще мне надо в зоомагазин. За мячиком. - Ну, все, я сейчас икать начну, - Лэрис вытерла уголки глаз платком. - Андрей, ты просто чудо. - Но кот же, ему играть надо. - И после этого ты спрашиваешь, чего не хватает Яну? Детства. У него его не было совершенно. Я, конечно, попыталась дать, что могла. Но я и сама уже забыла, что это такое. А с тобой ему будет проще получить причитающееся ему тепло. У дома Андрей даже ловко извлек Лэрис из машины, не прищемив платья, расплатился с таксистом. - Спасибо за чудесный вечер, дорогой, - девушка потянулась и чмокнула Ольшанского в уголок губ. - Все было просто великолепно. - Я рад, - Ольшанский открыл перед ней дверь подъезда. И нос к носу столкнулся с тем самым подозрительным красноглазым типом, вернее, князем Кшиштофом Червонным. - Добрый вечер, - Андрей решил быть вежливым. - И вам, юноша. Лэрис, - князь склонился над ручкой своей приемной дочери. - Прекрасно выглядишь. Через пять минут жду тебя в машине, - и вышел. Андрей кивнул Лэрис и ушел к напарнику, выяснять, вернет тот ему яблоко или не вернет. Вампирша умчалась наверх, игнорируя лифт, Сергей клятвенно пообещал, что яблоко вернет, с процентами, заверил, что ему совсем не трудно отдежурить трое суток и отправил явно уставшего человека отсыпаться. Андрей ввалился в квартиру, засыпая на ходу, пошел к кровати, устилая одеждой пол. Улин, проснувшийся, стоило лифту остановиться на их площадке, негромко рассмеялся и принял его в свои теплые объятия. - Спи, красавец. - Я тебе шоколад купил, - Ольшанский уткнулся ему носом в плечо. - Спасибо, - Ян по-хозяйски сложил на него ноги и голову, потом повозился и весь переполз на крупное и очень теплое тело, затих, наслаждаясь покоем. Андрей в полусне гладил его по спине. Свое собственное очень любимое котище. О том, когда это он успел полюбить, можно подумать и завтра, на трезвую голову. А пока – просто гладить его. Разбудил Андрея аппетитный запах жареной рыбы и картофельного пюре. На кухне негромко посвистывал закипающий чайник, ему в такт что-то намурлыкивал Ян, явно стараясь вести себя потише и не греметь посудой. Ему удавалось. Андрей выполз на кухню, сонный, еще в полудреме, взъерошенный. Его сходу уронили на табуретку и смачно чмокнули в нос. - Доброе утро, соня! Вернее, полдень уже! - Ага-а-а, меня так разоспало в законный выходной. - Вот и славно. А я тебе поесть приготовил. Ты рыбку любишь? - Обож-жаю, - Андрей облизнулся. Ян усмехнулся: - Чистить зубы, умываться. Я пока салат дорежу. Ольшанский угукнул и убежал. По возвращении его из ванной на столе уже ждала глубокая миска с ароматным пюре и тарелка золотистой, поджаристой, присыпанной зеленью рыбы. Ну и целый таз салата из огурцов и помидоров с той же зеленью и сметаной. А перед Яном стояла тарелка с чисто вымытой сырой картошкой и мелко нарезанным сырым мясом. - Божественный завтрак, - Андрей налег на еду. - Какие планы на сегодня? - Вроде бы, никаких. Воскресенье же. А вот завтра мне надо в казармы. - Сходим, прогуляемся? - Можно. А куда? Андрей подумал немного: - В кино? - М-м-м... а что для этого нужно? - Да ничего, просто пойдем в кино. - А разве туда не надо смокинг или там... как его... фрак? Андрей посмотрел на него удивленно: - Не в театр, Ян, в кино. - Я понял. Просто я не знаю, как ходят в кино. - Просто. Посмотрим фильм, отдохнем. Что бы ты хотел посмотреть? Охотник вздохнул: - Не знаю. Я никогда не ходил в кино. - Ну, можно посмотреть дома какой-нибудь фильм. Аниме. Покажу тебе, что это такое. Ян нервно прохрустел картошкой, проглотил ее и снова вздохнул. - Андрюш, если тебе куда-то хочется, ты выбирай сам и решай сам, хорошо? Я в жизни был в театре два раза, и... и все. Эрик таскал. А больше нигде, и я не знаю, как ходят в кино, что такое аниме, не отличу рок от попесы. - Попсы, - поправил его Андрей. - Ладно, сегодня как раз показывают что-то в киношке одной. Туда и пойдем. Ян кивнул, расслабившись. Отдых для него значил - сон. Все, что помимо него, как-то прошло мимо Охотника. Андрей после завтрака потащил его в кинотеатр, который как раз показывал всякие аниме. Сегодня там шло что-то сугубо японское, красивое, с сакурой. Весь сеанс Ян просидел, вцепившись в его руку мертвой хваткой и напряженно хмурясь. А по окончании принялся допытываться: - А почему эта девушка, Харуха, не пошла к прорицателю сразу? Сколько проблем бы можно было избежать! Ей же еще в самом начале намекали! - Ну, я не знаю, - Андрей даже несколько растерялся. - Нелогичная какая-то история. И эти бои... Я даже не знаю... все ж неправильно! - Охотник был возмущен и раздосадован. - Куда смотрели их наставники? - Ян, это же понарошку, нарисованное. Развлечение. - Но почему нарисовано неправильно? - не понимал Ян. - Ну... хочешь, я тебе нарисую, как оно должно было быть? - Хочу, - согласился Андрей. - А тут... Это сказка. - Печально, что она неправильная. Но... мне понравилось, - Ян забежал вперед, приподнялся на цыпочки и крепко поцеловал Ольшанского, не смущаясь никого и ничего. Андрей улыбнулся, однако оглядеться не преминул. Пара возмущенных и неодобрительных взглядов им досталась. Но особо порадовала стайка девушек, восхищенно заулюлюкавших и показавших большие пальцы. - Бис! Бис! Андрей предпочел обнять Яна и увести. С улином было приятно просто молча гулять по зимнему парку, там, на дальних аллеях, куда не забредали мамочки с детьми и влюбленные парочки, можно было позволить Яну целоваться, сколько влезет, до обветренных губ. Правда, тогда уже самому Андрею становилось попросту неудобно передвигаться. От того, как льнул к нему улин, сносило крышу. - Ум-м, как бы до дому дойти? Ян заткнул его поцелуем, ему уже было все равно, далеко ли до дома. Каким образом у мелкого и тощего улина хватало сил прижимать Андрея к дереву, было непонятно, но вот прижимал же. - Холодно же, - пытался взывать Андрей. - Замерзнешь. - М-м-м, нет... Но можно и по-другому... - Ян сполз на колени в снег, дернул ремень Андреевых штанов, как-то очень быстро освобождая его член от тесного плена одежды, и даже не дал ощутить холод. - О-о-о... - Андрей оценил происходящее стоном. Безумный, маленький развратник, безбашенный, совершенно бесстыдный в любви, улин, казалось, высасывал из него душу, заглатывал до основания с такими непристойными звуками, что куда там порнухе. Андрей думал, что от него останется пустая безжизненная оболочка, потому что он сдохнет от удовольствия. Руки в перчатках скользили по пушистым серебристым прядкам рассыпавшейся в беспорядке гривы Яна. Тот еще и замурлыкал, посылая по всему телу человека острые искры удовольствия, собравшиеся в огненный ком внизу живота. Кончил Андрей, зная, что домой его потащат в счастливо-мертвом виде. Но, как ни странно, не умер и даже отдышаться сумел, не рухнув там же, где стоял. Ян поправил на нем одежду и стоял, прижимаясь и поддерживая, пока у Ольшанского не перестали сверкать под закрытыми веками звезды. - Все, я кокон нетопыря, завернутый в крылья. Улин хихикнул: - Нетопыри не вьют коконы, солнце. Живой? Дышишь? - Не уверен, что живой, но вроде дышу. - Живой-живой. М-м-м, сколько в тебе жизни, Андрей, - Ян облизнул припухшие и покрасневшие губы, заглядывая в глаза любовника своими - смеющимися и какими-то летними, теплыми и яркими. - Еще пара раз - и не будет ни капли. Как мне хорошо-о-о. - Идем, хочу доказать тебе экспериментально, что ты не прав. И Андрей пошел, ноги даже не особо подкашивались. И до дома они добрались достаточно быстро. Или это ему так показалось, или он тоже был в нетерпении от желания этого «эксперимента»? Раздевать его Ян начал еще в лифте. Когда мальчишка не контролировал себя, в зеркалах отражался он-настоящий, с ушками, крыльями и хвостом. Дверь в квартиру открылась сама, а дальше Андрей лишь радовался ковру в прихожей. Они точно спятили. Перепробовали все доступные поверхности в квартире. И парочку, как показалось Ольшанскому, недоступных. Да ему даже в подростковом возрасте, в период лезущей из ушей гиперсексуальности, и не снилось то, что они вытворяли с Яном сейчас. Улин был ненасытен. У Андрея, казалось, открылось уже даже не второе, а пятое дыхание. И закончилось. Андрей примитивно заснул. Подмял под себя еще не отдышавшегося мальчишку и провалился куда-то во тьму без снов. Ян не стал выбираться из-под тяжелого, горячего и мокрого от пота тела, только попытался натянуть на них покрывало, не преуспел и тоже отключился. Силы? Их не было совсем. Проснулся Андрей от того, что замерз. Попытался повернуться и чуть не взвыл: они с Яном намертво склеились. Как будто кончали оба суперклеем. - У-у-у, - выбирался из постели он с улином в обнимку. Ян хохотал и поскуливал от боли вперемешку. Так же, в обнимку, они добрались до душа, и только под горячей водой сумели расцепиться. - Ни разу больше не засну в таком виде, - Андрей потер живот, на котором недоставало доброй трети «блядской дорожки». - Ой, не говори то, в чем не уверен, - Ян сцапал мочалку и принялся отмывать любовника, жестко и энергично, разгоняя кровь. - Не уверен. Но постараюсь. - Вот так. Повернись. М-м-м, Великая, как же мне нравится твое тело. Какой рельеф, какие мускулы, - Ян пробежался мыльными пальцами по спине Андрея, размял поясницу и опустил ладони на подтянутые ягодицы мужчины. - Тренировки, Ян. Но в прошлом. Скоро все это затянется жирком. - О, не думаю. Ты ведь принял покровительство Лэрис? - Не понял?.. Ах, это. Ну, она объявила, что я под защитой. - Значит, еще не принял. Послушай совета, согласись. Для нормала покровительство клана вампиров - это благо, а не ужас, как написано в ваших глупых романчиках. Лэрис, что бы ты ни думал, глядя на нее, лучший боец клана после князя. Она многое может дать. Очень многое, - Ян вздохнул. Если бы Лэрис только согласилась... И Андрей тоже... Но как набраться смелости и просить их об этом сейчас? - Ну. Я должен ей сказать что-то для этого? - Если с соблюдением всех формальностей - то это целый ритуал. Но можно просто подойти и сказать «Согласен». Она поймет. - А что это вообще значит, покровительство? - Защита, обучение, обеспечение достойного заработка, жилья, даже досуга. Все, в чем ты будешь нуждаться. В обмен на то, что в любой ситуации ты сохранишь верность принявшему тебя под покровительство клану. - Но я нормал. Зачем я вампирам? - Ну... - Ян задумался, продолжая поглаживать и ласкать такое желанное тело, - я тебе даже не скажу ничего определенного. У клана есть своя договоренность со многими нормалами о донорстве. Но не думаю, что Лэрис ты заинтересовал в этом качестве. - Ладно, я поинтересуюсь. Но сдается мне, я ей нужен как твой любовник. - Даже если так... Тебя это напрягает? - Ян, усмехнувшись, провел скользкими от мыла пальцами между его ягодиц, слегка нажимая. - Нет, котище, ничуть. Эй, что ты там... - Тс-с-с, расслабься. Пожалуйста, - улин прижимался к нему, сохраняя человеческий облик, ласкал свободной рукой грудь и живот, вторая пока только легко и ласково поглаживала, не торопясь вторгаться, но намекая на это. Андрей ласкам поддавался охотно. Это же его котище, ласковый. Он еще помнил, как крышесносно и настырно трахал его этот самый котище в змеином облике. Особого дискомфорта от проникновения тонких пальцев он так и не почувствовал. Ян был осторожен и очень, очень нежен. Зато Андрей остро ощутил жаркую волну, прокатившуюся внутри от прикосновения к простате. Отдаваться на волю ласк Яна оказалось безумно приятно. Думать о том, как он выглядит, подставляясь мальчишке, не было желания. Улин ласкал его с двух сторон, и способность мыслить вообще, кажется, испарилась. Андрей лишь время от времени стонал, чувствуя, что еще немного - и все: тушка, гроб и надпись «Скончался». Мальчишка как-то извернулся, оказавшись уже не за спиной, а на коленях перед ним, при этом так и не убрав руки от задницы - и из оной - Андрея. И снова жадно заглотил его член, прикрывая глаза и урча от удовольствия. Андрей, тихо подвывая, вцепился в стену. Еще никогда ему не доводилось испытывать... такое. Слов для обозначения он не нашел, да и не искал. Ян продолжал, прерываясь на несколько секунд, чтобы отдышаться, но не прекращая медленный и чувственный массаж. - Ау-у-у, - скулил Ольшанский, подвергая несчастный душ опасности быть разломанным. Колени подкашивались, каким чудом он еще стоял? Ян не стал мучить его слишком долго, когда удовольствие перерастает в боль, закончив все несколькими четко выверенными движениями рук и рта. Андрей всхлипнул, разглядывая фейерверки перед глазами. Очнулся сидящим на дне душевой кабины, под релаксирующими струями душа. Ян придерживал его, облокотив себе на грудь, и молчал. - Выжми и повесь на батарею, - язык еле шевелился. - Боюсь, батарея не выдержит. Я лучше помогу тебе дойти до кровати, - Ян поцеловал его в ухо, дотянулся до крана и выключил воду. - Давай, солнце, поднимаемся. Андрей встал с третьей попытки. Вытирал его Ян сам, потом подставил плечо и повел в спальню, на удивление крепко удерживая то и дело порывающееся сползти тело. На кровать Андрей слег кучей тряпья. - Старость не радость. - Какая старость, о чем ты? Это просто я заездил тебя. Прости, дорвался же, - Ян ласкался, как кот, мурлыкал и обнимался. Андрей тискал его, откуда только силы и брались. - Тебе в казармы не пора? - Вообще-то, сейчас семь утра. Но ты прав, пора. Не хочу-у-у... Хотя, ладно, у тебя есть шанс отоспаться. - Возвращайся скорей, - уже во сне пробормотал Андрей.