Айтишники

Мир пошатнулся, меняя размеры и плотность. - Эй... - новая встряска и боль на плече. - Ты в порядке? Дрема понемногу отпускала, а Итачи сам тряс Наруто, пытаясь разбудить. - Наруто... Он как будто вынырнул из глубины. Почти захлебнувшись, утонув в кошмаре, намертво зацепившись за сказанное когда-то. Пробуждение не принесло облегчения, всё ещё держа вне реальности. - Саске! - Наруто рванулся к нему, хватая за плечи. - Скажи, что ты этого не делал! Итачи не обратил внимания на выкрикнутое и до боли знакомое имя. Он прижал к себе парня, водя рукой по взмокшей спине. Тому явно снились кошмары. - Все хорошо... ты дома. Наруто наконец раскрыл глаза, неверяще уставившись на Итачи. Реальность ломалась, разваливаясь на части, и уже непонятно, где кончается сон и начинается кошмар. - Где мы? - голос звучал прерывисто и искусственно. - Где Саске? Скажи мне! Он бился в объятиях Итачи, всё ещё погруженный в иллюзию. Она звала за собой, туда, к лифту и лежащему на полу телу, отрицая видимую глазами правду. - Дома, - чуть отстранился Итачи, смотря в глаза Наруто и пытаясь убедить его в своей реальности. - Саске в больнице... Разум был ясней инстинктивного любопытства и ладонь зарылась в светлые влажные волосы. - Ты звал меня... я здесь. - Ты живой? Правда? - тяжелое дыхание вырывалось из горла вместе со словами, путаясь в них. - Саске не приходил сюда? - руки коснулись живота Итачи. Всего мгновения назад там расплывались кровавые пятна и тяжело пульсировали под пальцами мышцы. Легкая снисходительная улыбка легла на губы Итачи, почти невидимая в неярком свете уличных ночных фонарей. Даже на улице было темнее, чем "там". - Живой, - рука притянула светлую голову к себе и губы уткнулись в лоб, пока чужая ладонь заставила живот подтянуться. Итачи так и пришел к нему в пижамных штанах, едва услышал протяжный зов. - Мне... мне приснилось, что Саске пришёл. И вы разговаривали. А потом он ударил тебя ножом, - эмоции и страхи не отпускали, заставляя делиться ими прямо сейчас. Вряд ли Итачи приятно слышать о собственной смерти, но слова срывались с губ почти неконтролируемо, и Наруто цеплялся за руки Учихи, заново срастаясь с реальностью. Итачи слушал, как страхи обнажались, приобретая резкие края и линии слов. Облаченные в звуки, они становились острее, но обнаруживались скорее. И в этом была слабость. Губы ещё раз уткнулись в лоб, а потом, едва приподняв пальцами за подбородок, уткнулся уже в губы Наруто, задерживаясь теперь чуть дольше. Наруто ответил на поцелуй, с готовностью открываясь перед Учихой, обхватывая трясущимися руками, прижимаясь ближе, врастая в него всем телом и подсознательно ища защиты. Итачи склонился довольно быстро, укладывая Наруто под собой, упираясь руками по обе стороны от головы парня. Подушка проминалась, неровности дивана скрашивались смятым одеялом. Оперевшись на локоть, Итачи почти касался грудью груди Наруто, чувствуя глубокое дыхание и уже первый размыкая губы, ожидая ответных действий от него. Наруто приоткрыл губы и потянулся языком глубже. Пальцы царапнули кожу, и он выдохнул полной грудью, выгибаясь в объятиях Учихи. Итачи успел подхватить Наруто под поясницу, когда тот выгнулся. Он едва прихватил язык, беря инициативу на себя. Было что-то странное в этом порыве. Не похожее на прошлый раз, когда Итачи скорей спрашивал разрешения, нежели делал. Теперь ладонь упиралась в грудь Наруто и с легким нажимом опускалась вниз, пока не остановилась внизу живота, касаясь краем ладони острых тазовых косточек. Ещё ближе и теснее прижаться к теплому, как никогда живому телу, руками и ногами цепляясь за изгибы и впадинки, и дыхание смешивается с чужим, спокойным и легким, а от прикусанного языка сладко ноет в животе, отзываясь расползающимся по всему телу осознанием, что самое страшное, во что поверил только что, снова неправда, и ни одна из сделанных ошибок не найдет продолжение здесь, в их настоящей жизни. - Мне никогда таких настоящих кошмаров не снилось, - с усилием отстранился от губ Итачи Наруто. Пальцы вплелись в черные распущенные волосы, гладя по голове. – Я так рад, что проснулся... Глаза слились со тьмой, становясь фактически неразличимыми. Итачи едва кивнул, ничего не сказав. Странное чувство именно правильности происходящего, а не удачной попытки, как ранее, не покидало его. - Я рядом. - Итачи едва повёл головой, яснее ощущая руку в волосах. Прикосновения спасали и излечивали, заменяя сломанные кусочки реальности живыми и настоящими. Наруто снова потянулся вверх, находя губами губы Итачи. Поцелуй выходил болезненно-быстрым, почти грубым, Узумаки на мгновение разжал руки, чтобы снова обнять Учиху, до боли в мышцах и синяках, а повреждённое запястье опять заныло, но реакции тела уже не волновали. Итачи вновь упирался на один локоть, вторым сжимая напряженный бок, опускаясь ниже и обводя узловатые линии. Он тёрся телом о лежащее под ним тело и охотно завладевал ртом парня. Ночной воздух наполнялся шумом смятых простыней, скольжения ног по одеялу и глубокими вдохами. - Было уже? - оторвавшись, тихо спросил Итачи, откидывая повлажневшие иголки светлых волос со лба. - Или первый раз? - Нет, - Наруто снова отстранился, прерывая поцелуй. – С девушкой было. Так – не было. Фразы обрывались прикусываниями губ, а смущение от вопроса осталось где-то за гранью сознания, несуразно лишнее в эту ночь в этой комнате. Руки расцепились из крепкого захвата, гладя спину и снова поднимаясь выше, к шее, на которой улавливался бившийся в тонкой жилке пульс. Итачи едва заметно кивнул, опустился, притягиваемый к себе парнем. Рукой он убрал волосы, перекинув за плечи и оголяя угловатый изгиб. Несмотря на свой возраст, он выглядел как неоформившийся подросток из-за своей худощавости, поэтому Наруто и не сразу распознал в нем взрослого мужчину. Губы уткнулись в шею, едва опускаясь ниже, прихватывая кадык и опускаясь к ключице. Во тьме Итачи мог ощущаться фактически как женщина из-за плавности своих движений. Он вторил матери всё детство, откидывая длинные как у неё волосы легким движением за ухо. И в сексе это поведение было не исключением. Быстрое дыхание выравнивалось, меняя ритм, становясь глубже и размереннее, когда кошмар понемногу отступал, заменяемый новыми впечатлениями. В этот раз они с Итачи были почти на равных, прежняя неуверенность и робость терялись, стираемые новыми впечатлениями, которые требовались, чтобы забыть. Вышибить их можно лишь чем-то настолько же эмоционально сильным, и он послушно запрокидывал голову, вбирая в себя все эти ощущения. Наруто вскидывал бёдра, прижимаясь к Учихе, и под тонкой тканью штанов чувствовались выступающие острыми бугорками косточки, к которым он, не удержавшись, потянулся ладонью. Итачи подался вперёд ладони, прижав своей рукой чужую руку и не давая дотянуться до паха. Раз у Наруто впервые, не стоит касаться того, что там не должно было быть... Итачи приподнял бёдра, чтобы не упираться возбуждением в ноги и, опустившись к груди, привстал, спускаясь с дивана и удаляясь в коридор. Шурша застежкою неизменной сумки, Итачи вновь вернулся и положил что-то на край дивана, снова склонившись над Наруто. Внезапно ушедший Итачи вызвал немое удивление. В какой-то степени Узумаки привык к подобным моментам, но прерванное удовольствие оборвалось холодной пустотой возле себя, и он привстал на постели, не зная, что делать и чем вызван этот уход. - Я думал, ты спать пошел, - пробормотал он вернувшемуся Итачи, снова обнимая за шею и поворачивая голову в сторону принесенной вещи, но в комнате было слишком темно, чтобы разобрать очертания. Итачи помотал головой, вновь прижимаясь к Наруто, чтобы, едва надавив, снова уложить его на постель. Ласки продолжались не так долго. В этот раз не было излишней осторожности. Скорей внезапно возникшее желание требовало удовлетворения. Ладонь спустилась к паху парня, где под тканью, местами ставшей влажной, явно угадывалось возбуждение. Пальцы перебирали плоть, стараясь сжимать, и дать привыкнуть к себе, словно подготавливая его. - М!.. – в третий раз это уже почти не казалось неправильным, уступая место удовольствию. Оно прокатывалось тяжелыми волнами от паха к животу в такт движениям, и Наруто уже сам подавался вперед, не желая терять эти прикосновения и тяжесть нависающего сверху тела. Перебирающие волосы пальцы скользнули к скулам, а потом к губам, очерчивая их тонкие контуры. Итачи прихватил губами кончики пальцев и осторожно впустил их в рот, обводя языком и приглашая в теплый влажный плен. Он замер, поправил волосы, убрав за ухо, и то, что он делал с пальцами, создавало не просто приятную тревогу, а имитировало оральную стимуляцию по сути. Тяжелые веки опустились, позволяя сосредоточиться на паре пальцев, скользящих вдоль по языку, прижимая к нёбу и выпуская их опять, чтоб повторить сначала. Такого Наруто ещё не испытывал никогда. Пальцы дернулись, инстинктивно подаваясь назад, но прикосновение языка заставило их бессильно замереть, и Узумаки тихо выдохнул приоткрытым ртом, сосредотачиваясь на движениях рта. В чем-то это даже превосходило минет новизной отчетливо контрастных ощущений, собирая, сосредотачивая всё внимание лишь на мягком тепле влажного рта. Пальцы дрогнули, осторожно раздвигаясь чуть шире, словно желая проверить, что будет теперь. Это движение заставило Итачи на секунду замереть. Зачем раздвигать пальцы? Язык дотянулся до тонкой перепонки между пальцами, и губы отпустили их. Тыльной стороной ладони Итачи утёр губы и стянул с Наруто бельё, а потом и с себя. Лишь после этого лёг рядом, стараясь хоть как-то сгладить ситуацию. Они ещё ни разу не были друг с другом обнажёнными полностью. Прикосновения обыкновенно скрытой тканью кожи отдавались обжигающими касаниями, но Наруто настойчиво жался ближе. От волнения во рту пересохло, и обычно бурный поток слов иссяк, не находя поддержки. В кои-то веки хотелось не говорить, а продолжать, всё так же подаваясь навстречу чужим движениям. Наруто положил руку на живот Итачи, поведя выше, отчего под пальцами явственно ощущались перекатывающиеся дуги рёбер и впадинка солнечного сплетения. Дыхание и чужие прикосновения заставляли ладонь Наруто проваливаться на торсе Итачи. Выпирающие бедра становились еще угловатей, когда тот втягивал живот, а дыхание задерживалось при новом движении. Итачи продолжал не долго, желая пойти чуть дальше, чем до этого, и вновь навис над Наруто, утыкаясь губами в висок почти по-братски. - Доверься... - тихо сказал он и приподнялся, потянувшись за принесенным кусочком фольги, скрывающим резинку. Предрассветный час уже лучше очерчивал странным синеватым светом контуры Итачи, то, как тот разорвал зубами упаковку и осторожно надел презерватив Наруто. Недоговоренное «угу» застряло в пересохшем горле, и Узумаки мог только прикрыть глаза, слушая собственные ощущения и звуки вокруг. Рассвет вскрывал спрятанное в ночи, обтягивая смутным сумраком тела и предметы и заставляя невольно сжиматься от этого – сейчас Наруто предпочел бы спасительную темноту. Потерявшие опору руки мешались, делаясь посторонне-чужими, и он снова протянул их к Итачи, осторожно кладя на колени и уже предчувствуя, что то, что последует за приготовлениями, никогда не позволит стать прежним. Итачи дотянулся до тюбика и перекинул ноги через тело парня, едва присаживаясь. Взгляд упал на окно, где дальний дом смотрел своими горящими желто-рыжими окнами-глазами. Выдавив смазку, он все-таки закинул руку назад и, чуть склонившись над Наруто, подготовил себя сам. В конце ладонь финально прошлась по плоти Наруто, и Итачи сам облокотился о его грудь, второй рукой направляя плоть, на которую, прикрыв глаза и поджав губы, пытался сесть. - Н!.. Н-не... - Узумаки резко вздрогнул, сжимаясь, как будто это его самого сейчас хотели трахнуть. Ладони взмокли, и он снова вцепился ими в угловато-острые колени Итачи, зажмуриваясь, чтобы не смотреть. Казалось нечестно-унижающим видеть то, что творил с собой и ним Учиха, но горячо пульсирующий член удваивал возбуждение, бившееся в паху и никак не находящее разрядки. Итачи все-таки опустился. Не с первого раза, а останавливаясь на пару секунд. Он чувствовал, как расступаются достаточно привыкшие мышцы, как легкий дискомфорт сменяется теплым томлением. Выдохнув, Итачи потянулся к Наруто. - Всё нормально. Горячая теснота ощущалась даже через латекс резинки. Наруто крепче вцепился в колени Учихи, не зная, что делать. Условно-доминантная позиция сковывала движения, ограничив их до минимума – оставалось лишь неподвижно лежать на постели, боясь пошевелиться, причинив Итачи случайную боль. Итачи начал шевелиться сам. Он медленно приподнимал бедра, насаживаясь обратно таким же неспешным образом. Он привыкал к ощущениям, которые за годы должен был уже спокойно контролировать. Так и выходило, только контроль приходил минутами позже. А пока ресницы вздрагивали от неровного темпа. Через пару минут Итачи выпрямился, вновь заправил волосы, откинув их за спину, и начал двигаться. Теперь движения были резче, уверенней, и собирающиеся в уголках глаз морщинки были фактически не видны в тусклом предрассветном часу. Внутри Учиха был тесный и узкий. Член встречал небольшое сопротивление мышц, обхватывающих его и мягко расходящихся при проникновении. Наруто всё же открыл глаза, потрясенно уставившись на Итачи. В этом было что-то по-своему красивое, добавляющее глубины ощущениям внутри, отчего приближающаяся разрядка срывала с губ глухие тяжелые стоны, и Наруто уже не знал, на что реагирует больше: на ритмичные движения бёдер или на картинку перед собой. Руки потянулись выше, сжимая и оглаживая, доставая почти до паха, словно держа при себе, чтобы не исчез и не растворился, как новый сумасшедший сон, а потом Узумаки вдруг дернулся, выгибаясь навстречу в накрывшем оргазме, не в силах больше сдерживаться. Столь быстрый финал заставил уголки губ растянуться в подобии улыбки. Итачи остановился, проведя рукой по ходящему ходуном животу. И лишь полминуты спустя, придерживая съезжающую резинку, попытался встать, перекатываясь рядом с парнем, чтобы отдышаться. Долгое отсутствие секса делало его теперь слишком коротким и быстрым, заставляя кончать за пару минут буквально от нескольких прикосновений, хотя Наруто был бы вовсе не против продлить моменты близости. Он стянул резинку с ещё не опавшего члена, завязывая узлом и убирая на пол возле дивана, и перевернулся на бок, глядя на Итачи. - Это так... черт... - он не знал, как объяснить и выразить своё состояние. Парень повернулся, провел рукой по взмокшим светлым волосам и скользнул взглядом по лицу, словно пытаясь понять, как Наруто примет такой вид секса. - Это отличается от секса с девушкой, - тихо сказал он. Взгляд прошелся вдоль тела Учихи, будто в первый раз оценивая его. Всё произошедшее действительно отличалось, добавляя чувствам долю запретности. О таком не расскажешь, хвалясь, в компании друзей. Оно останется между ними двумя, навсегда оседая незримыми тонкими путами, притянувшими друг к другу очередной ночью. - Ты не... - выговаривать вслух висевший на языке вопрос снова не выходило, но Наруто понял, что Итачи не получил такой же разрядки. – Я хочу, чтобы тебе тоже было хорошо от этого. Намертво засевшие в мозгу понятия честности говорили о себе даже сейчас, считая неравноценным получение не обоюдного удовольствия. Итачи проследил за изменившимся выражением лица Узумаки и, чуть выдержав паузу, всё-таки помотал головой. - Не стоит, - сказал он, прикрыв глаза и прогибаясь в спине, словно та затекла. Наруто ещё не осознал всей прелести и ужаса занятий сексом с мужчиной, и это могло вызвать прямо противоположную реакцию. Вплоть до полного непринятия. Итачи поднялся на локтях, чуть поморщившись от боли. В конце концов собственное удовлетворение это лишь дело нескольких минут. - Не уходи, - фраза прозвучала почти обиженно, но привычка Итачи как ни в чем не бывало отправляться спать после всего, что они делали, добавляла всему какую-то незавершённость. Наруто ухватился за запястье Итачи, потянув его на себя. Итачи оглянулся на парня, едва склонился, зарывшись рукой в волосы, и поцеловал в лоб. - Я сейчас, - мягко сказал он и расцепил пальцами захват. Наруто кивнул, отпуская его от себя. После ночных игрищ не мешало прибраться. Он поднялся, поморщившись от тянущего ощущения во всем теле, перетряхнул сбитое одеяло и расправил простыни, распахнул окно, выветривая стоящий в комнате особый, ни с чем не сравнимый запах секса, а попавшийся на глаза презерватив утащил на кухню, брезгливо выкинув в мусорку и заодно умывшись холодной водой из-под крана. Лишь после этого Узумаки вернулся к себе, забравшись в самый дальний угол дивана в надежде поспать оставшиеся перед будильником часы. Итачи вышел из ванны, когда Наруто вновь зашёл к себе в комнату, и решил не возвращаться за тюбиком смазки, дав парню осмыслить и поспать. Поэтому дверь в комнату Итачи хлопнула немногим позже, говоря о том, что время ночного гостеприимства уже окончено. И снова его обманули. Мелочь, конечно, и неважно, но всё равно перспектива валяться одному наедине с расползающимися в разные стороны мыслями не радовала, а сон как назло не шёл сразу. Стоило прикрыть веки, как перед глазами опять вставали образы недавнего прошлого, а тело вспоминало ритмичную размеренность движений Итачи, рассыпавшиеся по плечам длинные волосы, перекатывающийся в горле кадык. Наруто ещё долго вертелся с боку на бок, не находя себе места и заново перебирая волнующе живые воспоминания, заснув, когда за окном уже совсем рассвело. Утро ворвалось в комнату новыми звуками, разбудившими Наруто. Приехавший строго по расписанию мусоровоз раздражал звуком жестяных бочков, опрокидывающих содержимое внутрь больших рыжих машин. Птицы, так непривычные в черте города, и чистый светлый луч солнца, намекающий на легкое пробуждение. Итачи так и лежал с закрытой дверью, думая о ночном происшествии. Не то чтобы он переживал о том, что будет, или о том, как посмотрит в глаза... он полностью отдавал отчёт в содеянном. Этакий способ отвлечь Наруто. Клин клином вышибают? Разбитый на кусочки сон не принёс отдыха. Проснувшись, Наруто несколько минут смотрел в потолок, собирая всю картину воедино, а потом, чертыхнувшись, поднялся на ноги, складывая постель. Впереди много дел, так что не стоит тратить время на пустые перебирания прошлого. Лишь перед самым выходом из дома, он всё же осторожно постучался к Итачи – не сильно громко, чтобы не разбудить, если тот спит, но рассказать о планах на день хотелось. Итачи тут же отозвался, повернув голову в сторону двери и внимательно смотря на вошедшего. Волосы были вновь перетянуты резинкой, а одеяло покрывало разве что ноги и бедра, обнажая худощавое и бледное тело. - Что-то случилось? - Я поеду на собеседование, а потом сразу к Саске, - отчитался Наруто. – Ему привезти что-нибудь надо? Я тогда куплю по дороге, ты скажи. Желание оградить Итачи от брата никуда не делось, лишь слегка изменившись после прошедшей ночи и кошмара. Итачи приподнялся на локте и выслушал Наруто, едва кивнув. - Помидоров захвати, черри, упаковку. Я деньги дам... - он тут же поднялся и подошел к тумбочке, откуда выудил пару хрустящих купюр и подал Наруто. - И удачи... Может, тебя забрать оттуда? - М... - Наруто замялся, - Да не надо, наверное. Я на метро доеду. Не знаю, когда освобожусь. Не стоило лишний раз сводить их вместе, провоцируя встречи. - Ты бы позвонил, я бы подъехал, - пояснил Итачи. - Может бы завёз чего... Можно было ухватиться за любую возможность, неуверенность Узумаки, что выдержит этого человека и сможет с ним быть. Все-таки, между ними многое произошло. - Нет, – всё же отказался Наруто. – Чего меня возить, я и сам могу. А Саске вообще на все пофиг. Он развернулся, собираясь выйти из комнаты, но неожиданно остановился, подводя итог прошедшей ночи: - Блин, я себя так чувствую, как будто меня морально поимели. Ладонь неуверенно гладила ручку двери, не открывая её. - Прости, - проговорил Итачи, по-прежнему стоя посреди комнаты, которая вдруг оказалась излишне большой, и голос гулко отозвался от стен. Он не знал, как реагировать на такое заявление, к тому же, наверное, его сосед был прав. - Да нет, я не в том смысле, - привычка Итачи извиняться за любые мелочи казалась странной для парня, вероятно, в этом тоже было что-то от дрессировки Пейна. – И... ну... это не так плохо, как я раньше думал. – Наруто всё ещё не поворачивался – говорить откровения не глаза в глаза было легче. – И ты такой... такой необычный оказался, вот, - подобрал он наиболее нейтральное определение из всех, крутившихся на языке. Говорить спасибо или что-то вроде - было не в стиле Итачи. К тому же прозвучало бы крайне неуместно. - Ясно... - отозвался он, чтобы тишина, повисшая в комнате, не казалась такой тянуче долгой. - Да. Вот. – Наруто наконец дернул за ручку, распахивая дверь. Забывать, теряя эмоции прошедшей ночи, и как потрясенно глядел на изгибающееся в мягких движениях тело, не хотелось, каким бы неправильным ни был в глазах людей тот выбор. - Ну, я пошёл, - не к месту оповестил Узумаки. – Удачи тебе сегодня. Итачи вновь кивнул, не растрачиваясь на слова, и так и не двинулся с места, пока дверь не закрылась. Лишь после он присел на кровать, бросив взгляд на молчащий телевизор, и после этого потянулся за пультом, исправляя маленькую оплошность и наполняя тишину голосом диктора. До собеседования Наруто добирался в состоянии легкой прострации. Всё вокруг отвлекало и рассеивало внимание, ничуть не помогая настроиться на рабочий лад. Может быть, поэтому, а может, лишних штрафных очков добавил непрезентабельный внешний вид, но при беседе со строгого вида женщиной, представившейся менеджером по подбору персонала и называвшей Узумаки не иначе, как «соискатель», он нещадно засыпался даже на простых вопросах, путаясь, повторяясь и уже заранее зная, что не произвел должного впечатления, а дежурное «мы вам перезвоним» не будет воплощено в жизнь. По дороге в больницу Наруто немного вознаградил себя за стресс купленным в фастфуде бургером и зашел в магазин за обещанными помидорами. Поднимаясь по лестнице с упаковкой в руках, он чуть заметно волновался, внутренне коря себя за это. Сон остался сном, и никто не позволит Учихе разгуливать здесь с ножами. Наруто постучал в дверь палаты, перехватывая поудобнее коробку. На стук как и в прошлый раз никто не ответил. Мало кто стучится в больничные палаты, тем более в дневное время. Врачи обычно не считаются с мнением больных, а сам Саске не ожидал подселения. Взгляд темных цепких глаз упал на Наруто, рассматривая его. Казалось, ничего не изменилось: темно-синие шорты и великоватая футболка, которая сползла с плеч. Тот по-прежнему сидел на кровати и на этот раз уткнулся в телефон, явно пользуясь услугами мобильного интернета. Наруто молча прошёл к нему, кладя на край затянутые в плёнку помидоры, а потом вытащил еще одну коробку, кладя сверху. Отошел к свободной койке, скидывая с ног кеды и забираясь на покрывало, кинул в ногах сумку, не отрывая взгляда от делано-сосредоточенного Саске. Как будто искал отличия, сравнивая с тем, приснившимся. - Мне приснилось, что ты домой пришёл. Прям так сбежал отсюда. И вы разговаривали с братом. А потом ты его убил. Ножом так ткнул, знаешь? – задумчиво делился историей Наруто. - Нет, - отозвался Саске и с подозрением посмотрел на пластиковую коробку с желанным продуктом. Под ложечкой противно засосало. В больничке кулинарными изысками не баловали, поэтому и реакция организма была столь быстрой. - Если ты поплакаться, то врачи в другой стороне. Саске так и не притронулся к пище. - Нахера вообще сюда ходишь? - Тебя навестить, - с готовностью ответил Наруто, и в этом не было лжи. А добровольность таких посещений в расчёт сейчас не бралась. - Чего у тебя вообще было? Почему в больницу забрали? - На работе отключился, - после долгой паузы ответил Саске. - Не спал долго. Вот и отрубился. Учиха прикрыл глаза и сморщил лоб, словно внезапно заболела голова. - Меня заменял там, что ли? – просто так уточнил Наруто, чтобы не терять нить разговора. Всяко лучше перебрасываться вялыми фразами, чем молчать всё посещение как с чужим. Саске пошуршал в кармане руками, выискивая помятую пачку сигарет. Выудив оттуда едва погнутую палочку, он закурил, скрипнув старой оконной створкой. После этого стало ясно, что Учиха отвечать на вопрос Наруто не собирается. Тот вздохнул, потягиваясь на кровати и оценивающе глядя на подушку. Прилечь, что ли, пока никого нет и крикливые медсестры не начнут возмущаться за то, что притащил грязи на их стерильное бельё. Разорванная на кусочки ночь требовала полноценного сна, до которого оставалось не меньше пары часов, пока приедет домой. Выбросив окурок прям в окно и в последний раз выпустив дым куда-то на улицу, Учиха так и поступил, упав головой в подушку, поставив коробочку с желанным овощем у самых ног. Рука метнулась под голову, а глаза едва прикрылись. Скорее всего тот рассчитывал на сон. Долгое торчание здесь и всего одна-две процедуры за день навевали скуку смертную. Наруто выудил из кармана телефон, рассеянно щелкая принятые смски и удаляя ненужные. Уходить сразу не позволяла вежливость и данное Итачи обещание, а молчаливость Саске не давала нормально поддерживать разговор, к которому не особо и тянуло. Тишина наполнялась щелканьем телефона и тихими шагами немногочисленных пациентов в коридоре. Саске через десять минут повернулся на бок, упираясь взглядом в пластиковые двери с мутным витражом, и предпочел отдохнуть. Не сказать, чтобы Наруто путал планы - скорей тут и правда было нечего делать. Изученный вдоль и поперек телефон отправился обратно в карман, и Наруто всё-таки шлёпнулся на подушку, подгибая под себя ноги и болезненно шикая от резкого движения, на которое отозвался болью подживающий на животе синяк. Не заснуть бы теперь. Саске же и вправду уснул до тех пор, пока нервная медсестра не вошла, не фыркнула от запаха почти выдохшегося аромата сигаретного дыма и не привела в действие свой мерзкий голосок. - Время приёма закончилось, - уведомила она. - Угу, - Наруто поднялся, одевая на плечо сумку, после чего, не попрощавшись, вышел из палаты. Бесполезность потраченных часов раздражала – с таким же успехом можно помолчать дома, а не шедший на контакт Саске как специально прикидывался равнодушно-замкнутым, перестав сыпать проклятиями и угрозами. Завтра стоит взять с собой какую-то книжку или хотя бы кроссворды купить, подумалось Наруто на пути домой. Убивать время надо приятными для себя способами. Итачи пришел лишь к вечеру, со ставшими привычными ссадинами. Теперь красной полосой вокруг шеи угадывался ошейник. - Как Саске?- даже не раздевшись, спросил он Наруто. - Никак, - пожал он плечами, ставя чайник и доставая из холодильника колбасу. – В смысле, как обычно. Курит и чувствует себя хорошо. И помидоры я ему купил – две упаковки. Нельзя сказать, что это успокоило Учиху. Скорей, напротив... он переживал из-за курения. То повышало давление, и всё могло повториться. - А с работой что? - присаживаясь на стул, спросил Учиха. - А... да ничего, - махнул рукой Наруто, ставя на стол тарелку с бутербродами и чашки. – Соискатель, вы недостаточно к себе критичны. Соискатель, у вас мало опыта, - передразнил он проводившую собеседование тётку. – Да им просто синяки мои по всей морде не нравятся, знаю я! Раз синяки, значит, неблагонадёжный и всё такое. Но я найду! – тут же пообещал он Учихе. – И за квартиру тебе платить буду. Итачи отчасти понимал и сторону работодателей, и сторону Наруто. Но вряд ли какой компании хочется брать парня без официального опыта в работе и каких-либо перспектив. Единственное, что было налицо, так это проблемы, которые появлялись незажившими ранами, явно видимыми шрамами на щеках. Разговор прервала тихая мелодия телефона, оповещая Наруто о пришедшей смс с двумя простыми словами "Не убедил" от известного адресата. Наруто уставился в телефон, не зная, что написать. Да и стоит ли писать вообще, если все эти разговоры и беседы не приносят пользы, только больше закрывая каждого в своем мирке. «Отвали», - ограничился Узумаки стандартной фразой, но момент был упущен. Он молчаливо съежился на стуле, выкладывая мобильник перед собой и теряя интерес к своей неизменной болтовне. Итачи заметил изменения в Наруто, и посмотрел на телефон, который словно был катализатором настроения его соседа. Не стоило быть экстрасенсом, чтобы понять, что в данный момент настроение портилось только от одного имени Саске. - Давай сменим номер, а завтра я сам к нему съезжу, - предложил Итачи решение. - Нет! – почти выкрикнул Наруто, глядя ему в глаза. Такой вариант сам по себе походил на трусливое убегание, а прикрывать собственные неприятности другими было для Наруто даже хуже встреч с Саске. - Я не буду ничего менять. Я обещал, что буду навещать его. С чего ты взял, что тебе он будет рад больше, чем мне? Итачи посмотрел на Наруто. Тот боится показаться слабым? Хм... - От этого как минимум будет приятно мне, - чуть улыбнулся Итачи и быстрым движением убрал волосы за ухо. - Он ведь мой младший брат. - Тебе нравится получать его ненависть? – фыркнул Наруто. – Если ты считаешь себя чем-то ему обязанным, то ему пофиг. И благодарности от него не будет, и вообще ничего хорошего. Он всё равно никого не прощает. - Кто, если не я? - отозвался Итачи. - Если я перестану верить в него, то кто? Теперь улыбка стала скорей печальной, а в глазах блеснуло чувство, ранее скрывавшееся под толщей керамических масок. - В конце концов, какой бы поступок он не совершил, я все равно буду любить его. - Это не честно, – глухо отозвался Наруто, опуская голову. – Он совершал. Он много чего совершал, и только радуется теперь, что ему за это ничего не будет, потому что ты его защитишь. Из-за твоей любви он только больше считает, что прав. Ему и так уже всё равно, что с ним будет, поэтому тормозов нет. Но тем не менее... это нечестно, когда преимущество дают просто в извинение за прошлое. Итачи отрицательно покачал головой. Всё было медленно, слишком медленно, чертовски медленно. - Я не прошу тебя помочь, - отозвался он. - Не прошу тебя понять, просто я всегда буду на его стороне. И это не изменить, нравится тебе это или нет. - Это нечестно, - упрямо повторил Наруто самому себе, уже не слушая объяснений. А Саске повезло – возле него всегда будет тот, кто защитит от всего, готовый в лепешку расшибиться, только бы ему было хорошо. И болезненная привязанность эта только губит их обоих, не отпуская Итачи в свободную жизнь. - За проступки надо наказывать, но тебе все равно, что он делает. Ты сам губишь его ещё больше, а он знает и пользуется тобой. - Я не спускаю все с рук, - чуть тверже сказал Итачи. Сейчас его винили в том, что Саске вырос таким. Это больная тема, которая тревожила его и была одной из тех нитей, за которую могли дергать только два человека: Пейн и Мадара. - Это мой брат и это естественно - желать ему добра. Или твои родители поступили бы не так же? - Мои родители не допустили бы, чтобы я издевался над кем-то, - отрезал Наруто. Руки снова неконтролируемо задрожали, и он схватился за горячую чашку, скрывая это. Слишком мало времени прошло, чтобы забыть, да и кто сказал, что оно вообще забудется – просто сидит, запертое внутри, ведь не срываться же на людей просто за то, что случайно попался под руку ищущему мести Саске. Не быть, как он. - Скрывать - было твоим решением, а не его. И даже не моим, - довольно жестко подметил Итачи. Он лишь однажды попросил Наруто не писать заявление, но то была рядовая драка. О произошедшем конфликте картина была составлена по кусочкам, которые пришлось сопоставлять самому. Но так и не складывалась полным пазлом, который можно было обозвать цельной картиной. Отсутствовали самые яркие и задевшие за живое моменты. - А мне нужно падать вам обоим в ноги и умолять не делать так больше или помочь? – Наруто сжал кружку так, что побелели костяшки, но это помогало говорить связно и по существу. – И насчет скрывать: он тебе рассказал вместо меня, да? Или ты не спрашивал? Тебе же все равно, что он делает, даже если вскроет кого-нибудь от скуки и выложит процесс в интернет. Последняя часть фразы имела прямое отношение к случившемуся, неосознанно оформляясь из мыслей в слова. Слова резанули по больному, заставив Итачи сжать зубы и растянуть губы в тонкую бледную линию. Слова о выкладывании в интернет он не принял близко к сердцу, но эффект подобного сравнения... - Нет, - ответил Итачи довольно резко и сразу на все вопросы. - Может, для тебя он остался милым добрым мальчиком, как в детстве, но люди видят его другим. Давно уже, - Наруто сглотнул, облизывая губы и глядя в плещущийся в чашке чай. – Ты с ним не общался так много, как другие, откуда тебе знать. - С ним никто не общался так много, как ты, - поправил парня Итачи. Он чувствовал, как их силы выравнились и теперь они были фактически на равных. - Поэтому я и заинтересовался вашими отношениями. Но ты ведь даже сейчас не расскажешь, что произошло. Я прав? - Это ничего бы не изменило, - тихо ответил Наруто. Нервозность постепенно уходила, и тело больше не колотило мелкой противной дрожью. – Ни для него, ни для меня. Какая тебе теперь разница? - Саске считает так же, - пояснил Итачи. - Теперь скажи мне, кто из вас поступил хуже и кто кого покрывает? - В смысле? – удивленно поднял голову Наруто. – Так ты его спрашивал? И он ничего не сказал? Хотя он вообще не любит, когда в его жизнь лезут. И я не покрываю. Просто тогда мы... немного поругались. И подрались. Он себя не контролировал по сути. Он пожал плечами, не зная, что ещё добавить, не раскрывая подробностей. Слишком неприятно и слишком лично, чтобы открывать их даже перед этим человеком. - Ты даже сейчас покрываешь его. Я не буду лезть к вам в голову, даже если захочу, - прикрыв глаза, уже спокойней ответил Итачи. Он чувствовал, что нить, обеспечивающая ему алиби, была найдена и казалась прочной, как никогда. - Я не люблю жаловаться. И не люблю говорить о том, что уже не изменится. А со своими проблемами надо справляться самому, а не через других людей. Они же никому не нужны, я привык быть один в принципе. Друзья и одногруппники вроде рядом, но всё равно это не то, - отрицаемые из упрямого несогласия вещи всё же прозвучали, попавшие в нужную ситуацию и момент, и Наруто уже просто констатировал факт, переставая бороться. - Если люди не жалуются, то нужно ли искать проблемы там, где они сами не видят опасности. И в избиении до полусмерти виноват тот, кто не предупредил другого в том, что ударами поддых всё не закончится, - жёстко отчеканил Итачи. Столкнулись две точки зрения. И свою Итачи читал настолько же верной, как и Узумаки свою. - И хоть ты не понесешь физически наказания, морально - вина останется за тобой. То ли Итачи что-то знал, то ли просто умел делать выводы из услышанного. Тогда, катаясь по полу и молотя друг друга кулаками, едва ли казалось, что может быть что-то страшнее этого, но Саске умел удивлять. - Ему не нравится, что я с тобой общаюсь. Я уже говорил. Он пришел тогда, пьяный, и мы подрались опять. Он опять наговорил кучу фигни всякой про то, как всех ненавидит и какие вокруг него мрази собрались, и думал, что у нас с тобой что-то есть. Ну, любовь, типа. А потом шрамы на щеках вырезал. За кадром осталось самое важное, но и этого бы хватило, чтобы увидеть весь расклад. А личные унижения, и как глотал слёзы, искренне веря, что это конец, лучше оставить при себе. Их и так знают непозволительно многие: целых двое. Он и Саске. Тишину, в которую погрузилась кухня, нарушало только тихое сопение Зверя, ставшее излишне громким. - Вот как... - тихий подитог подвёл Итачи, наконец касаясь пальцами поставленной перед ним кружки. Бутерброды, видимо, так и обветрятся, не будучи съеденными. - И что ты предлагаешь сделать мне? Держать себя в руках после информации, складывающей пазл в общую картину, было не так легко даже Итачи, который привык быть всегда на ступеньку выше, играть роль взрослого и рассудительного. Наруто дернул головой, пожимая плечами. Что тут сказать и придумать. Может быть, они с Итачи и пошли бы на компромиссы – ведь Наруто шел, и не раз, добровольно отказываясь от поселяющихся в сердце калечащих чувств. Просто Саске это не нужно, он – не поменяется, хоть положи к его ногам весь мир. Потому что жило, росло внутри что-то более значимое, чем этот ненужный мир, подпитываясь ненавистью и детскими обидами. - Я пытался с ним по-хорошему. Я даже на многое забивал, потому что он сложный и с ним тяжело на самом деле. Но он не ценит доброго отношения. Единственное, что может его из равновесия вывести – это что-то плохое, а хорошее он как должное принимает. Наруто поднял взгляд на Итачи, приходя всё же к глупому и, наверное, бессмысленному решению. Больше для самоуспокоения, но что, если неожиданно сменившийся расклад выбьет из Саске хотя бы часть той не находящей выхода злости. - Научи меня драться. Как его. Наруто ошибался. Саске правда реагирует на плохое, а на добро пытается забивать лишь по одной причине - он боится показаться слабым, боится ударов в самое слабое место. А кому нужен комок колкостей и оскорблений, которым он себя выставлял. Научить Наруто драться - значит, вступиться за чужую сторону. Итачи долго думал, постукивая пальцем по керамическому боку кружки. - Дай ему шанс, если будет стычка. Я научу, - "Или умру", последнее он добавлять не стал, но сила веры в Саске никуда не исчезла. - Дать шанс, чтобы в следующий раз он сломал шею? Ты научил его приемам, чтобы защищаться, а не использовать их ради мести. Я бы мог сто раз на него заявить, у меня даже доказательства есть, но я не хочу. Потому что решать проблемы надо честно. Итачи так и не сделал ни единого глотка. - Тогда ты просто должен прекратить ездить к нему, - поставил точку Итачи. - Саске - моя проблема. И если ты решишь переехать - я верну тебе деньги, уплаченные за последний месяц. На этом он встал, словно подводя итог. - Ни фига он уже не твоя, - буркнул Наруто. – А моя тоже. А драка всё равно будет, только потом ты опять откажешься и чего-нибудь придумаешь. Но я всё равно так просто не сдохну - не дождётесь! - Никто твоей смерти и не желает, - достаточно резко ответил Итачи и шагнул в коридор, как обернулся. - И не надо брать на себя больше, чем ты можешь взять. С этими словами Итачи всё-таки развернулся и подошёл к двери, где так же грозно прозвенели ключи, не так давно повешенные на крючок. Дверь грозно хлопнула, оставляя Наруто наедине со Зверем, который выглядывал из клетки, чувствуя, что вечер подобрался совсем близко и животный инстинкт охотника просыпался как никогда. Итачи сел в машину и почти сразу выехал со двора, направляясь по заданному маршруту. Сейчас происходило то, что было пару лет назад, когда пришлось уехать из своего захолустья в надежде, что в большом городе будет легче и затеряться, и освободиться от косых взглядов. Сейчас оставалось забрать Саске и вновь позвонить Мадаре, беря на себя больше, чем он может. На следующий день было назначено еще одно собеседование, пройденное, впрочем, без особого успеха. Как уже подозревал Наруто, пока не сойдут синяки, на приличное место можно и не надеяться, но все же честно отвечал на вопросы, стараясь поменьше открывать лицо, получив в конце стандартное «мы вам перезвоним». Два отказа для выгнанного из института – нормально. Наверное. А в большом городе он обязательно что-нибудь да найдет. И, поднимаясь по широкой больничной лестнице к знакомой палате, Узумаки уже старался выкинуть из головы мрачные мысли, сосредотачиваясь на насущном. Палата оказалась даже открытой. Да и сидящей в ней человек выглядел более счастливо. Не витало здесь и аромата табака, который источал, казалось, сам Учиха. Не было его и на соседней койке. Только бледно-серые глаза парня, едва старше самого Наруто. - Эм... я могу помочь? - Ой, - от неожиданности Наруто отступил на шаг. – Я навестить знакомого. Парень такой с черными волосами, Саске, - уточнил он. – Его на процедуры забрали, что ли? - Эм... - парень неуверенно кивнул. - Да... прости, меня только сегодня положили. Посиди, подожди... Он улыбнулся и вновь забрался с ногами на койку, которая раньше была излюбленной Учихой. Потому что располагалась вплотную к окну, в которое можно было курить. - Он это место занимал как раз, - вспомнил Наруто. – Блин, его выписали, что ли? Или сам ушел? Тебе ничего не говорили про него? Парень пожал плечами, смотря на идеально белые простыни, словно на них должно было быть написан ответ. - Я с утра пришел... он здесь уже был... я проспал все утро... мы даже и парой слов не перекинулись. Почти с этими словами в палату вошел парень со странным ошарашенным взглядом. - Здрасти, - сказал он и положил полотенце на край кровати. У него и правда были темные волосы, но не такие черные, как у Саске. Да и ростом он был выше. - Привет, - машинально ответил Наруто, косясь на вошедшего. Значит, Саске и правда здесь нет, но тащиться к нему на квартиру проверять не хотелось совсем. Да и он разве что посмеётся над такой беготней за своей персоной. Узумаки вышел из палаты, нащупывая в кармане телефон. Где-то в этом городе разгуливает имеющий очень много претензий к брату Саске, где-то ездит не верящий в такой исход Итачи, и проверять, что случится, когда они встретятся в неподходящий момент, не стоило. Вздохнув, Наруто всё же защелкал кнопками, отправляя нейтральное «тебя уже выписали?» Телефон долго отсылал сообщение, но потом мигнул системным "невозможно доставить" и погас, перестав реагировать на внимательный взгляд Наруто. Проходящая медсестра обратила внимание на парня с всё ещё видимыми синяками и ссадинами. - Вам помочь? - спросила она. - А? Да, - решил он всё же обратиться за помощью к персоналу. – В этой палате вчера был парень – Учиха Саске, а сегодня его нет. Его выписали? Или он под расписку ушел? - А... Саске... Вчера ещё, - пояснила девушка, а потом замялась. - Вообще-то, это конфиденциальная информация и... я не должна разглашать этого. Вот и всё. Наверняка Итачи что-то придумал, снова заткнул всех деньгами, устраивая наилучшим образом жизнь брата, чтобы раздражающий и больше не нужный фактор в виде Узумаки Наруто не мешался. А зачем вообще он за ним так носится? Если Саске захочется свернуть шею Итачи, он достанет его, невзирая на защитные барьеры из того же Узумаки. Обещание навещать распространялось только на больницу – теперь их дороги могут наконец разойтись, и не придется насиловать себя ежедневными посещениями человека, кому временами хотелось не то переломать все кости, не то забыть о его существовании напрочь. Кивнув на прощание медсестре, Наруто поспешил домой. Дома ни капли не изменилось. Даже вечерние тени ложились так же. Они расстилались по заправленной ещё с прошлого утра кровати Итачи, ложились по коридору, прокладывая мягкие тёплые дорожки по всё ещё новому ламинату. Тишина приятно ласкала слух. Не оставалось ничего другого, кроме как снова углубиться в поиски вакансий, чем Наруто и занялся после обеда. Чёрт с ними, с этими братьями, пусть сами разбираются в своей ненависти, а выискивать внезапно исчезнувшего Саске Узумаки как минимум некогда. В следующие дни Наруто мог насладиться фактически холостяцкой жизнью, которая встречала его тихим шуршанием Зверя в углу кухни и полным отсутствием соседей. Уведомления о доставке того сообщения так и не приходило, и на исходе седьмого дня появилось заветное "Истёк срок ожидания сообщения". Беготня по собеседованиям отвлекала от одиночества и изменившихся условий проживания. Поначалу Наруто думал, что Итачи снова переселился к Пейну, и они просто не совпадают графиками, но не меняющаяся обстановка дома намекала на обратное. Он задумчиво повертел в руках телефон с системным уведомлением, окончательно понимая, что его действительно оставили одного, по сути предоставив самому себе, что он вынужден отвечать за чужую, неизвестно кому принадлежащую квартиру, что доверчиво тянущийся к рукам Зверь считает его едва ли не хозяином, и всё это как минимум странно. Наруто болтался в информационном вакууме так долго, что сам потерялся в череде одинаково бессмысленных дней – накрыло внезапным подозрением, что братья всё-таки не поладили, что Итачи в конце концов мог попасть под машину или что-то ещё. Он никогда не отсутствовал так долго. Найденный в телефонной книжке номер старшего Учихи был вызван, и Наруто нетерпеливо заходил по комнате из угла в угол, ожидая ответа. - Да? - отозвался спокойный, но с ноткой усталости голос. Итачи всё ещё существовал по ту сторону телефона. А значит - как минимум десяток кровавых смертей можно исключить из списка случившегося. - Вы все там ебанулись совсем, что ли?! – Наруто резко остановился в центре комнаты, уставившись на потолок и будто бы обращаясь к невидимому собеседнику. – Все свалили, Саске свалил, а тебя неделю дома нет. Я привык, что ты надолго уходишь, но не по неделе же! И чего мне про вас думать, а если вы там посрались вконец, и всё уже?! Я ему смс писал, а мне – телефон выключен! Итачи слушал, не перебивая, и когда передышка была предоставлена, то голос ответил всё с теми же интонациями, что и начал. - У Саске сейчас нет телефона. А я... я решаю его проблемы. Ты прав, я слишком запустил его. Какие-то проблемы дома? Наруто никак не ждал спокойного тона Учихи. Он сбивал воинственный настрой, не позволяя утонуть в гуще собственных эмоций, переполнявших мысли. А в груди неоформившимся теплом звучало осознание того, что несмотря на ссоры, боль и непонимание по-настоящему непоправимого не случилось. Итачи просто взял передышку, как брал её Наруто, на двое суток выпадая из жизни. - Нет, ничего такого. Я Зверя кормлю. А Саске... он в городе щас вообще? – прозвучали три разрозненные фразы. - За городом. Он рядом, всё хорошо. Следи за Зверем... я... постараюсь приехать... через неделю. Или две, - Итачи немного помолчал и в голосе чувствовалась неуверенность. - И... забудь о Саске. И если будет возможность, подыщи новую квартиру, боюсь - эта вернется к своим владельцам. Что-то насторожило в голосе, а может, и в самих словах. Итачи будто специально отдалял их с Саске друг от друга, считая очередной этап отношений пройденным, ему же невдомек, что было и что пережили, и как до сих пор лежал ночью с открытыми глазами, думая о том, кого не стоило встречать в этой жизни вообще. Саске слишком самостоятелен, чтобы добровольно подстроиться под чужие советы и желания. Не мог, не согласился бы уехать просто так, хотя бы из упрямства оставшись здесь. - Нет! Не получится так! И я не забуду о Саске. Я тебе потом расскажу, если нужно, просто это личное, понимаешь? Мне нужно знать, что с вами обоими случилось. Я знаю, по телефону это долго, хочешь, я сам приеду? Задолбали эти ваши тайны, я имею право знать! Это и меня касается тоже, Итачи, - нетерпеливо выкрикивал Узумаки. К счастью Наруто, Итачи не кидал трубку. Он слышал. Устало, с тяжелым сердцем и всё ещё пустой головой. Он знал, что брат скорее всего будет против, но в этой интересной истории всё-таки стоило поставить точку. - Я заеду, будь готов через полчаса, - после этих слов Итачи нажал клавишу отбой. - Хор... - гудки в трубке не позволили договорить, но Наруто хотя бы не послали сразу, дав объясниться. Никогда ещё он не ждал возвращения Итачи с таким волнением, не находя себе места и ожидая какой-то неожиданной правды. Ну что там ещё могло открыться? «Наруто, я должен сказать, Саске теперь вместе со мной работает на Пейна?». «Саске неизлечимо болен, ему уже недолго осталось, ты должен его простить?». Бросив заведомо глупые предположения, Наруто просто устроился у окна, приготовившись ждать. // следующая глава выйдет 12-13 числа. Точной даты пока назвать не выходит.