Если я с тобой, значит мне больше никто не нужен.

Эллисон в нерешительности стояла около двери. Когда Кейт сказала, что у их семьи есть секрет, Эллисон ожидала чего угодно, но явно не знакомство с миром оборотней. И сейчас девушка стоит около дома одной из своих подруг - Виктории Хастингс. Тори была одной из первых, с кем познакомилась Арджент в новой школе. Эллисон глубоко вдохнула и выдохнула, пытаясь привести мысли в порядок. Мысли о том, что ей стоит все рассказать Тори, уже не казались такими радужными, мало ли Хастингс подумает, что пора звонить в психушку, чтобы Эллисон забрали туда. Стук в двери и шатенка сжимает руки в кулаки, сдерживая себя. Несколько секунд и дверь открывает Тори. Темно-рыжие волосы убраны в пучок, на лице радостная улыбка – наверное, эта девушка никогда не изменится. — Эллисон, — девушка кивнула и отошла, пропуская подругу в дом. Эллисон сразу же охватило тепло дома, в воздухе летал запах сладостей. В гостиной горел свет и были слышны звуки телевизора. — Я хотела с тобой поговорить, — тихо говорит Эллисон и нервно сжимает руки в кулаки и снова разжимает. Янтарные глаза девушки моментально меняются на сосредоточенные и серьезные. — Идем, — Тори разворачивается и идет в сторону. Она идет очень тихо. Эллисон давно заметила, что ее подруга ходит почти беззвучно. Они заходят на кухню и Арджент садится за стол, складывая руки вместе. Тори ставит чайник и садится напротив девушки. — Ты ведь знакома с Дереком Хейлом? — тихо спрашивает шатенка и поднимает взгляд от стола на свою подругу, та в ответ кивает. Эллисон замолкает, не зная, как перейти к самой проблеме. Тори кладет свою руку на руки подруги в знак поддержки. — Просто знай, - заговорила Хастингс. — Я всегда тебя выслушаю и поддержу, даже, если это будет самый настоящий бред. Теплая улыбка Виктории и на душе у Эллисон становится чуть легче. — Сегодня моя тетя, Кейт, решила мне рассказать наш семейный секрет, — заговорила Арджент, чуть сжав руку подруги. — Ты знаешь, что значит «Арджент»? — Арджент означает «серебро» на французском языке. — сказала Тори, чуть нахмурившись. — Также «Арджент» относится к долгой истории семьи… охоте на оборотней, — Эллисон поднимает взгляд на Викторию, но та сидит со спокойным лицом, будто все это в порядке вещей. — Я думала, что все это сказки, ведь оборотней не бывает, но… Эллисон снова замолчала и глубоко вздохнула. — Но она показала мне Дерека Хейла. — Он – оборотень, — спокойно сказала Тори и, отпустив руку подруги, ушла заваривать чай. — Я знаю, знаю, что это самый настоящий бред, но я не вру тебе, — Эллисон оперлась лбом на свои руки. — Я знаю. Поэтому и верю, — поставив чашку чай перед Эллисон, сказала Вики. Элисон подняла глаза и шокировано посмотрела на подругу. — Ты правда мне веришь? — тихо спросила она. — Эллисон, мы дружим с тобой с твоего первого дня в школе. И за то время, пока мы общаемся, я узнала тебя достаточно. Ты не стала бы врать, — Тори улыбнулась. — Ну, вдобавок я знаю, что он -оборотень. — Ты, что?! — Арджент подавилась чаем. — Я знаю про все это. — Откуда? — Я видела, как он обращается. — И ты мне не рассказала? — Я узнала об этом еще до того, как с тобой познакомилась, — Тори улыбнулась. Не может же она сказать «Я узнала об этом, когда моего лучшего друга и, по совместительству, твоего парня укусил оборотень». Эллисон тяжело вздохнула и положила голову на руки, лежащие на столе. Тори поджала губы и встряхнула головой. — Просто пойми, что не все они монстры, которые только и могут, что убивать, - заговорила она, рассматривая свой чай. — Большинство из них обычные люди, только вот с такими особенностями. Эллисон вновь со свистом выпустила воздух, рассматривая подругу. — По крайней мере, я не схожу с ума, — прошептала она и поймала на себе веселую улыбку подруги. — Если что, то сойдем с ума вместе! — Тори протянула шоколадку. — Иногда мне кажется, что ты питаешься только шоколадом, — улыбнулась Эллисон, зная любовь девушки к шоколадным изделиям. — Шоколад — это шоколад! — Хастингс радостно по-детски улыбнулась. — Он всегда улучшает настроение. ***Flashback*** Эллисон и Виктория стояли около шкафчика Арджент и что-то весело обсуждали. — Тебе еще не надоело? — перед девушками появилась Лидия Мартин и достала из сумки шоколадку с нарисованным черным маркером смайликом. — Я приношу людям счастье, — улыбнулась Тори и ее глаза радостно заблестели. — Ты приносишь людям лишние калории, — усмехнулась Мартин и убрала шоколадку в сумку. — Жду вас в классе. На последних словах девушка отправилась в кабинет Истории. — Однако шоколадки ты мои ешь! — крикнула ей в след Виктория. — Зачем ты это делаешь? — спросила с интересом Элисон. В первый день в школе Тори и ей подсунула шоколадку в шкафчик. Хотя, как можно было заметить, Тори это делала всем своим друзьям, и подсовывала не только в шкафчик, и не только шоколад(хотя его чаще всего). Иногда можно было увидеть в своей сумке апельсин, или конфету, или шоколадный батончик, но, конечно, чаще всего это был шоколад, и, естественно, на любом из этих продуктов был обязательно смайлик. — Понимаешь, Элисон, шоколад улучшает настроение, — девушка пожала плечами. — Но не все люди едят шоколад, — Арджент нахмурилась. — Так ведь дело не в том, чтобы его съесть, — радостная улыбка осветила лицо подруги. — Ты заметила, что я всегда рисую смайлик? Элисон кивнула. — Так вот, когда человек открывает шкафчик, и видит шоколад, который он сам туда не клал, то он понимает, что здесь, — Тори развела руками. — Есть кто-то, кто замечает тебя, и может поддержать, когда нужно будет. Ты просто видишь эту шоколадку или апельсин, не важно, и на душе становится тепло, ведь кому-то не плевать на тебя. Иногда это может оказаться для кого-то спасательным кругом. Те, кому я кладу шоколадку знают, что это сделала я, потому что… — Потому что ты рисуешь везде одинаковые смайлики, — перебила Эллисон подругу и улыбнулась. — Именно. В конце концов, шоколад может вылечить даже разбитое сердце. — Я думала, что ты это делаешь, потому что любишь шоколад. — Я люблю шоколад! Все остальное это просто еда. А шоколад это шоколад, — гордо сказала Виктория, чем вызвала смешок у Эллисон. — Вот смотри. Тори мотнула головой в сторону блондинки с кудрявыми волосами, одетую в широкий серый свитер. Она как-то испугано оглядывалась по сторонам, пока шла к своему шкафчику. — Это Эрика Рейес, болеет эпилепсией, из-за чего является предметом насмешек и издевок в школе. А вот теперь смотри. Эрика открыла свой шкафчик и замерла, а затем на лице появилась мимолетная улыбка. Эрика достала из шкафчика шоколадку и убрала в сумку. — Ты общаешься с ней? — Эллисон взглянула на подругу, которая пыталась кого-то разглядеть в толпе учеников. — Можно сказать, что мы неплохие подруги. Вон, видишь? Тори взглянула на темнокожего крупного парня. — Это Вернон Бойд. Он слишком застенчивый и скромный, поэтому у него нет друзей в школе. Бойд подходит к своему шкафчику и открывает рюкзак, чтобы вытащить ненужные учебники. Он на секунду замирает, а потом достает апельсин и улыбается как ребенок. — И с ним ты тоже дружишь? — Да. Они хорошие ребята, и я не понимаю, почему с ними никто не общается. — Я пыталась, когда еще только пришла сюда, в первые дни, — Эллисон вздохнула. — С первого раза они не заговорят с тобой. У меня на это ушло несколько месяцев. Я каждый день их разводила на разговор, устраивала вот такие сюрпризы и привозила разные мелочи в качестве подарков, когда ездила в Лос-Анджелес. А вот еще, Айзек Лейхи, видишь? Мимо Бойда прошел высокий парень с кудрявыми волосами. — Он очень неуверенный в себе парень и… — девушка резко замолкает. — Он просто очень неуверенный в себе парень. Айзек открывает свой шкафчик, достает шоколадку и улыбается. Он отрывает взгляд от шоколадки и оглядывает толпу учеников, его взгляд останавливается на Виктории, которая ответила ему счастливой улыбкой. Айзек снова улыбается и отворачивается. — Откуда ты берешь столько шоколадок? — с улыбкой спросила Элисон, закрыв шкафчик и посмотрев на подругу, которая до сих пор смотрела на улыбающегося парня. — Почти половина магазинов на нашего города принадлежит моему отцу, как ты думаешь? — Тори посмотрела на подругу и улыбнулась. Эллисон усмехнулась и направилась в класс. ***END Flashback*** — Спасибо, что выслушала и не вызвала санитаров в белых халатах, — Эллисон слабо улыбнулась и обняла подругу. — Ты же знаешь, что всегда можешь на меня положиться, — Тори улыбнулась. — Увидимся завтра, — Эллисон махнула на прощанье рукой и вышла из дома. — Да, увидимся, — тихо сказала Тори и закрыла дверь. Закрыв дверь на все замки, она облокотилась спиной на дверь и съехала по ней на пол. Скотт хотел уберечь Эллисон, не хотел втягивать во всю эту историю про оборотней, а она все равно в нее попала. Виктория встряхнула головой. Она обещала Эллисон, что не расскажет никому об этом, в том числе и МакКолу, с другой стороны скрывать эту историю от одного из лучших друзей не самая прекрасная идея, тем более, когда это относится к его девушке. Девушка тяжело вздохнула. Нет, раз она пообещала не рассказывать, значит не будет. Вики выключила весь свет на первом этаже и поднялась в свою комнату. Она села на подоконник и стала наблюдать как капли дождя медленно катятся по стеклу. Слишком пусто дома, хотя ей не привыкать. Эштон уже второй год учится в Лос-Анджелесе. Папа он почти всегда в командировках, поэтому когда они с Эштоном были маленькие, то часто могли жить у миссис МакКол или шерифа Стилински, наверное, поэтому Стайлз и Скотт её лучшие друзья с детства. А мама… девушка предпочитает не вспоминать ее. Она – единственный человек, который сделал ей настолько больно, что эта рана до сих пор болит. Несколько лет назад она ушла. Ушла от них. Бросила. Знаете, чем отличается смерть и уход родителей?! Когда родители погибают, либо умирают, то они уходят от нас. Но уходят не по своей воли, можно сказать их забирают. Но ты все равно знаешь, что они любят тебя. Ты знаешь, что они не хотели оставлять тебя одного. А когда они уходят сами, то ты теряешь веру в их любовь. Нет, конечно, если они просто разводятся и ты общаешься с ними, то это одно, а когда ты просыпаешься утром, и просто видишь, что нигде нет ее вещей, то понимаешь, что она ушла. Просто сбежала. Хотя еще вчера обнимала тебя на ночь. Она всегда была первой настоящей любовью отца, мне кажется, что он даже сейчас ее любит и если она вернется, то простит ее. "А я нет. Я не прощу ее. Она оставила нас с Эштоном одних, когда отец уехал в командировку. Ушла, когда мы спали. Не сказав ничего. Не оставив даже записки".