"Беременность Зоэ" или "Ад Леви"

— Но Микаса! – Армин прислонился к кухонной печи спиной и буквально растаял от пронизывающего до самых костей взгляда сестры Эрена. – Я… я может и помогал Жану на соревнованиях, но сам готовить не умею! А… особенно то, что она нам заказала! И вообще, готовка – дело женщин! В груди светловолосого что-то ёкнуло, и холодок пробежал табунами мурашек по спине, стоило только увидеть рассерженное лицо Микасы, вокруг которой так и витала тёмная аура. — Готовка только для женщин, говоришь?.. – губы сложились в тонкую линию, и темноволосая уже было приготовилась читать другу лекции. — Но-о ведь обычно девочки помогают мамам готовить, а не мальчики. Хотя, наверное, не важно… - парень вздохнул и взял со стола листочек со списком вариантов того, что Ханджи хотела бы съесть. Почерк у женщины был довольно размашистый, красивый, но немного неразборчивый, поэтому с первого раза прочесть не удалось.

1 – свинина под винным соусом

2 – куриные лапки во фритюре

3 – отбивные с грибами и какой-нибудь вкусностью

4 – рыбонька

5 – на десерт, пожалуй, какой-нибудь торт с грушами.

Армин, ровно как и Микаса, снова округлил глаза, почёсывая затылок. — Ну и замашки у беременных… Неужели у всех так? – Микаса лишь пожала плечами, недовольно косясь в сторону соседней комнаты, откуда доносился довольно громкий хруст. – В любом случае… из всего, что она перечислила, у нас есть только куры, и то, в ограниченном запасе штаба. А таскать из штаба еду… не очень хорошо. — Знаешь… мы можем попробовать приготовить рыбу. Только для начала поймаем её. Ханджи говорила, что у них вроде бы как есть удочки. А неподалёку озеро. — А нас ребята не четвертуют за то, что мы оставим её одну? — А кто сказал, что мы оставим её одну? Располагавшееся неподалёку от лагеря легиона озеро искрилось в лучах обеденного солнца. Ханджи, которую просто не могли оставить одну дома, скакала впереди всех. Конечно, Микаса настаивала (так как голос Армина за постоянными радостными воплями Зоэ были абсолютно не слышен) на том, чтобы жена капрала ехала в телеге, ради безопасности её и будущего ребёнка. И, конечно, самих легионеров, которым бы однозначно досталось. Разумеется, такую безбашенную личность, как Ханджи, невозможно переубедить, именно потому она скакала к озеру, притом чувствуя себя мамой-уткой. За ней скакали Армин и Микаса. Не настолько быстро, но очень волнуясь и крича женщина об осторожности чуть ли не на каждой кочке. И вот, наконец, они прибыли. Молодые легионеры устроились на небольшом и довольно хлипком на вид пирсе, однако пока их вес выдерживающем. Сделав всё необходимое, друзья закинули удочки и стали ждать улова. Армин потянулся, зевнув. Микаса же со всей своей сосредоточенностью смотрела на поплавок, не отводя взгляда и, как показалось парню, даже не моргая. Из молчания их вырвал радостный вопль. Синхронно повернув головы, друзья распахнули рты, давая челюсти отвиснуть настолько, насколько это вообще возможно. Голая Ханджи бежала в сторону воды по песку, подняв вверх руки, словно какой аномальный гигант, радостно вереща что-то вроде "Вода-вода, прекрасная вода!". Микаса, опомнившись, медленно приподняла руку и закрыла ей Армину глаза, так как беременная сударыня скинула с себя и всё нижнее бельё. Хотя от шока пальцы всё равно были растопырены, поэтому светловолосый всё видел. Добежав до воды и опустив в неё ноги, Ханджи остановилась и чуть потопталась на месте, образовав кучу брызг вокруг, на сей раз жалуясь на то, что холодно, а после побежала дальше в воду и нырнула. Армин и Микаса не на шутку испугались, не зная, можно ли беременным заплывать на такую глубину. Особенно не выныривая где-то около половины минуты при этом. Решив, что жену капрала надо спасать, оба разделись до нижнего белья, оставив удочки и бросившись в воду. Озеро на счастье было довольно чистым, не считая небольшой пелены песка, поднятой бегущей Ханджи. Женщина была найдена играющей с крабиком, который вцепился клешнёй в её палец и не хотел отпускать его. Ребята невольно удивились тому, насколько долго она может задерживать дыхание. Вытащить Ханджи из воды стоило больших усилий, наверное, легионеры предпочли бы и дальше сидеть, держа удочки и печься на солнце. Однако женщина всё-таки оказалась на песке, чем все были довольны. Проведя рукой по лбу, Армин глянул в сторону удочек и, округлив глаза, понёсся в сторону пирса, крича при этом ничего не понимающей подруге: — Микаса, клюёт! Девушка поняла всё сразу и ринулась вперёд, догоняя Арлерта. Армин всё-таки прибежал первым и схватил удочку, начиная тянуть, но улов, как оказалось, был слишком большим, и в одиночку вытянуть рыбину у него не получалось. Подоспевшая в виде Микасы помощь схватила удочку парня, и теперь оба прикладывали все свои силы, чтобы рыба не сорвалась. И вот, леска дёргается и поднимается вверх, показывая всем, даже уже одевшейся Зоэ, огромную рыбину. Закинув её в ведро, легионеры наспех надели форму и, собравшись, поскакали домой с урчащими животами. Киты не пели у одной только Ханджи, так как она ещё дома успела перехватить где-то пять груш. А вот Армин и Микаса крошки с раннего завтрака в рот не брали. Всю оставшуюся дорогу легионеры ехали молча, в предвкушении будущего блюда, которое приготовят Жан и Саша. А Армин ко всему прочему ещё и краснел от осознания того, что к нему прижималась полуголая Микаса. А капитан размышляла, сверкая очками, что будет, если гиганта помыть с мылом, и какая у его кожи будет реакция на мыло. Краб, кстати говоря, всё также держался за указательный палец женщины.