Для Энтони, разглядевшего истину

      Самым ужасным страхом для многих является темнота. Но мы скорее боимся того, что может скрываться в ней, может напугать, причинить боль. А бог боялся совсем не этого, он боялся самой темноты, хотя вырос в необычайно светлом золотом уголке вселенной, но это был не его дом. Его дом был во мраке, непроглядном, проглатывающим всё живое, сбивая с пути, забирая все силы, заставляя вечно копаться в себе, творить ужасные вещи. И со временем поддавшись этому мраку, понимаешь, что он и есть истинное зло, что порождает тварей из чистейших сердец. И схватившись за последний данный судьбой луч света, бог смог покинуть пожирателя, на долгие годы, поселив в сердце страх.       Тело сжигало изнутри тепло множеств выпитых бокалов вина. Бутылки, где то возле окна. Бокалы разбиты, лежат на белом окрашенном вином ковре. Из камина раздаётся треск, сопровождаемый вспыхивающими язычками пламени. В окно бьётся рассерженная метель, засыпая всё в округе белым пушистым снегом. Луна была еле видна за тёмными тучами, сгребающими всё небо под себя. Ели слышен вой волков, наверняка созывающих стаю перед холодной ночью. Мурашки так и бегали по бледной коже. Частое дыхание и тихие стоны пронзили небольшой домик под заснеженной горой. Из окна зала виден тусклый свет. Внутри, дом был огромен и уютен, для двоих обнажённых, погрязших друг в друге мужчин.       Грудь всё чаще вздымалась и опускалась на белоснежном ковре, от не усмиряемого дыхания. Возбуждение поражало, пронизывая, как иголками в местах прикосновений. Горячие губы блуждали по желаемому телу. Подбородок щекотал колючей бородкой чувствительную кожу. Но зуд тут же заглушался ласковыми поцелуями и горячим языком. Руки исследовали каждый сантиметр хрупкого тела, аккуратно надавливая грубыми подушечками пальцев. Они спускались всё ниже и ниже. Стоны раздавались всё чаще, заставляя ускориться и быстрее спускаться вниз к наиболее возбуждённому участку тела.       Спускаясь, рисует узоры языком на тонкой шее, прикусывает не большую возвышенность. Вылизывает впадину, всасывая выступающие бугорки ключиц. Медленными поцелуями выводит узоры на груди, подолгу вдыхая запах его кожи. Вбирая в себя соски, тщательно посасывает, покусывает и даже оттягивает зубами. Тело в его руках дрожит и ломается от лёгкой боли вперемешку с необычайным наслаждением и теплотой где-то внутри. Руки уже спустились к бёдрам, беспрекословно поддающимся ласкам. Тонкие завораживающие ноги разъезжаются в разные стороны, задевая осколки бокалов. Жёсткие на ощупь, но заботливые руки подхватывают, одна талию, а вторая осторожно приподнимает голову, перенося тело подальше от острого стёкла, так и норовящего навредить. Тёплые карие глаза врезаются взглядом в помутневшие от возбуждения зелёные. Они затягивают друг друга в страстно горячий поцелуй. Их языки сталкиваются и кружатся, пытаясь найти единую связь. Локи выгибается, всё больше прижимается к раскалённому телу, тоненькими пальчиками исследуя тело нависшее сверху. Поцелуй прерывается. Тони проводит загрубевшими подушечкам по нижней губе партнёра. Тот открывает рот, давая окунуть в него два пальца, и начинает тщательно облизывать и посасывать. Затем прибавляется третий. Когда пальцы становятся достаточно мокрыми, их вытаскивают, спускаясь вниз к крепко сжатому кругу мышц. Тони дразнящее целует головку возбуждённой плоти и проводит поцелуями по стволу, облизывая каждое яичко. Раздаются тонкие соблазняющие стоны, руки обхватывают голову Старка, теряясь в его тёмных волосах. Один мокрый палец входит в девственное отверстие. Стон от непривычного проникновения бьёт по перепонкам. Палец медленно двигается внутри, давая Локи привыкнуть к этим ощущениям. Проникает второй палец, за ним следуют уже глухие всхлипы вперемешку со стонами. Тони поднимается к зеленоглазому личику, целуя прикрытые глаза, слизывает накатившиеся слёзы. Языком проталкивается меж приоткрытых губ, завлекая в яростный поцелуй и вводит третий палец. Локи втягивает носом воздух и томно стонет в поцелуе. Они долго ласкают друг друга, это успокаивает их обоих. Тони касается кончиком носа щеки своего очаровательного партнёра и как бы спрашивает разрешение. В ответ тихий стон и улыбка, выдыхающая еле слышное «да». Пальцы с мокрым звуком выходят из растянутого отверстия. Локи протяжно мычит, ощущение пустоты пожирает внутреннее тепло. Старк поудобнее устраивается на коленях между драгоценными ножками, хватает их за лодыжки и поднимает себе на пояс. Локи резко сплетает ноги и сжимает коленями талию, притягивая Тони, для поцелуя. Когда воздуха становиться очень мало и пустота сожрала почти всё тепло внутри, он отстраняется и тихо стонет в губы «Тони, я хочу… заполни меня…не оставляй…». От этих слов последние капли терпения испаряются, температура от возбуждения и желания воссоединиться меж ними зашкаливали. Тони приоткрыл рот, прикусил нижнюю губу, и осторожно прикоснулся головкой члена ко-входу, услышав на это тихое шипение, он медленно начал входить. Локи почувствовал внутри себя небывалый жар. Он открывал рот, втягивая в себя как можно больше воздуха, выгибался дугой и хватался руками за ворсистый ковёр. Старк застонал, было так узко и горячо. Он схватил Локи за ягодицы, начал ласкать. Потом склонился над ним, прильнул к уху, и, шептал, что то ласковое и успокаивающее, обжигая горячим воздухом. Локи прижался к нему и зажмурился еле слышно постанывая. У него с трудом получилось замедлить дыхание. Через несколько секунд он поддался вперёд, пропуская раскалённый член всё глубже. Ещё чуть-чуть и Тони полностью вошёл в хрупкое дрожащее от избытка новых ощущений тело. Ещё немного и толчок за толчком вбивались в это тело в сопровождении стонов обоих мужчин, с каждым разом всё грубее и ненасытнее. Локи срывался на крики и всхлипы, моля о продолжении каждый раз, когда Старк начинал замедляться, переживая, что он причинит сильную боль. Всё быстрее и быстрее. Они приближались к разрядке, пошлые стоны и крики заполонили весь дом. Совсем скоро, ускоряя темп, пытаясь вбиваться всё глубже. Локи неожиданно распахивает глаза и яростным стоном кончает себе на живот, с судорогой сжимая в себе раскалённую плоть. Тони в полу-крике изливается прямо в ослабленное тело и наваливается сверху.       Камин подавал тусклый свет. Уже совсем поздно. Лунные лучики, как одеялом накрывали их голые подрагивающие тела. Тишина кружила в сопровождении тёплой тени дома, всё ближе подбираясь к уголькам. Ночь казалась такой спокойной и самой необычной на протяжении уже долгих лет. Тони лежал на спине и, всматриваясь в хрустальную люстру, легонько целовал пальцы своего бога. Тот лежал рядом, положив голову на плечо своего Старка. Он засыпал, напевая что-то убаюкивающее. Ещё давно Локи слушал эту колыбель из уст Фригг, а сейчас он напевает её лишь для него. Для Энтони, перевернувшего всё вокруг. - Я люблю тебя. – Шёпот Тони врезался в тёмную макушку. Сил ответить совсем не было, Локи обязательно разбудит его этими словами, а сейчас позабыв все страхи, он уснёт. В его руках нечего бояться.