В этом мире еще можно удивляться

Знаете, что такое ночная смена? Вечером они еще хотя бы есть. Особый пик приходится на два-три часа ночи. Они заваливаются в бар, смотрят на меня, словно на спасителя, и просят налить им выпивки. А вот к утру бар пустеет. Особенно тяжко с пяти до восьми утра. Ровно в восемь наша забегаловка закрывается, чтобы снова распахнуть двери в три часа дня. Утренние часы - адские часы. Редкие посетители, слоняешься от безделья. Перебрасываешься парой слов с официантами, администратором и прочим персоналом. Но особо болтать я не люблю. Чаще стою, наблюдаю за пустыми столами и размышляю. О жизни, о звездах, о стояках. Но в шесть утра ко мне в бар заваливается Терри. Подозрительно счастливый. Прошло уже чуть больше недели с тех пор, как я его видел, когда он неожиданно вызвался конвоировать Джордж к ее девушке. А сейчас-то он какого хера приперся? Нет, я не забыл, что он в свое время пускал на меня слюни. И потому меня это слегка напрягает. Хотя, надо сказать, за эти полтора месяца что-то во мне успокоилось и подостыло, поэтому всех этих би, лесби и геев я не то чтобы стал яро поддерживать, но... Раньше мне было срать, и я приходил в фактическую ярость, особенно когда ко мне лезли всякие гомосеки. Сейчас мне действительно срать. Я просто о них не думаю. Ну... Почти. И все-таки тот факт, что Терри пришел сюда в такое время, именно, черт, сюда, навевает на определенные мысли. - Привет, - он плюхнулся на стул. - Налей просто сока, я ненадолго. Просто проходил мимо, решил зайти. - Привет-привет. Конечно, не мое дело, но какой нормальный случайно ходит по улицам в шесть утра? Особенно на каникулах? - Да я от Джордж, - машет рукой Терри. Мои глаза лезут на лоб. Так. Это уже интересно. Наливаю ему полный стакан и ставлю на стойку, Терри сразу же хватается за него и залпом выпивает прохладную жидкость, ставит стакан на место и начинает: - Мне кажется, ты определенно порадуешься, услышав это. Я чуть ли на месте не застываю. Подозрительность возрастает, но Терри, кажется, это будто бы не волнует. Он крутится на стуле, осматривает бар и попутно рассказывает: - В общем, довез я эту Джордж до Иоганны, та довольно милой девушкой оказалась, меня поблагодарила. Окей. На следующий день мне внезапно позвонила Джордж, предложила погулять, типа, хочет посмотреть на чувака, который реально ей помог. Ну мы походили по Магиксу, побазарили, обсудили тебя немного пришли к выводу, что ты офигенный чувак, - я даже разворачиваюсь и ставлю локти на стойку, сжатыми кулаками подпирая подбородок. Делаю до невозможности заинтересованное лицо, от чего Терри слегка тушуется. Ну еще бы. Но мне почему-то весело. - Ты продолжай, продолжай, - киваю я. Терри понимает, что мое выражение лица - просто следствие скуки и ночной смены, расслабляется и начинает снова кидать в меня оглушительные факты: - Потом мы нашли друг друга в инете, пообщались пару дней, вообще обо всем базарили. Она позвала меня на вписку с остальными радужными. Иоганна туда не пошла, потому что они опять разосрались, ну, в общем, мы там набухались и переспали... Вот тут я реально чуть не роняю челюсть. - Стоп. На минуточку. А ничего так, что Джордж - лесбиянка, а ты мне вроде как заливал, что ты натуральнейший гей? - Ну, это... Да, - смущается Терри. - Вообще, так и есть, но оно как-то само. Просто, ну, в общем... После этого мы вообще посрались с ней капец как, а потом снова пошли на одну вписку и... - Снова трахнулись? - Да, - вздыхает Терри. - Не понимаю, почему так, но, в общем... Вроде как они сейчас расстались с Иоганной и мы теперь типа встречаемся. Поигрываюсь чистым бокалом. Геи и лесбиянки трахаются друг с другом - это норма в современном обществе. В который раз убеждаюсь в том, что алкоголь всех выводит на чистую воду. - Я думаю, ты теперь будешь рад, ну... Что все вышло именно таким образом, - сияет Терри. Я киваю. Ну хоть один педик не будет мечтать о моей жопе. Рой, может, и хотел заявить свои права, да только я вовремя сменил все номера. И вовремя свалил. Ладно, окей, педики тоже имеют право на счастье. Но не со мной. Потом мы еще немного базарим с Терри, и где-то минут через двадцать он уходит, а я снова остаюсь в одиночестве. Не думаю, что в утро вторника особо много желающих припрется утолить жажду хорошей выпивки, поэтому вполне можно организовать себе компанию. И ожидаю ее после семи часов утра, надеясь еще немного поглазеть на столы и подумать о смысле жизни, но мои планы коварно нарушаются хлопающей дверью. Поднимаю глаза и чуть не раскрываю рот, ибо в бар входит нечто. Нет, некоторые магические существа тоже за барной стойкой посиживают, но такого я вижу впервые. Нечто представляет из себя полного старика красного цвета с головой в форме, не ошибаюсь, пня. Голубые глаза смотрят из-под косматых грязно-желтых бровей, а такого же цвета борода спускается по плотному животу. На старике нет одежды, ибо он едва ли человек. Я могу сказать, он даже гораздо больше дедков-забулдыг, которые иногда тут ошиваются. Он садится за барную стойку и смотрит на меня так, что невольно ощущаю себя нашкодившим внуком. Да только хрен: я прошел экспресс-психоанализ от Мификса и получил определенные бонусы. И не сдох в Бескрайнем. Потому невозмутимо хожу туда-сюда, всякий раз представляя Дугги. Надеюсь, однажды научусь двигаться, как он: с полным ощущением собственного достоинства и определенного превосходства над всеми людьми. Словно плывет. Словно танцует. Старик откашливается и заказывает Алую Слезу. Да, мне тоже интересно, кто все эти названия придумывал. Делаю, ставлю перед ним стакан и снова занимаюсь своими делами. Старик к беседе не расположен - да мне и пофиг. Однако уходить он не спешит. Наоборот, сидит, словно ждет кого-то. Ну ничего. Когда время будет двигаться к восьми утра - вежливо сообщу, что мы закрываемся. Время протекает в странной скуке, все дела уже сделаны, я начинаю ощущать себя чертовым перфекционистом, раставляя бутылки и бокалы настолько ровно, чтобы удовлетворить свое чувство прекрасного. Внезапно хлопает дверь с характерным стуком, и я против воли улыбаюсь, потому что знаю, кто, черт возьми, пришел сюда. В семь утра вскочил и пришел ко мне, чтобы удостовериться, что, когда я приду к себе на квартиру, сразу завалюсь спать, а не буду зависать с чем-нибудь или где-нибудь. Черт. Муза в белой футболке, чуть открывающей грудь, в джинсах и кедах легко запрыгивает на стул рядом с красным стариком. Тот смотрит немигающим взглядом. Теперь-то я точно знаю, что оставшиеся полчаса пролетят незаметно. Днем я отосплюсь, а вечером мы всей четверкой махнем в клуб. Лейле приспичило подвигать попой на танцполе, ибо она это дело до чертиков любит. Муза, ясен пень, увязалась за ней, Некс - тут и к Дракону не ходи. А я... А что я? А я вопреки расхожему мнению тоже люблю подвигаться на танцполе, но исключительно под настроение и под определенным градусом. - Ну как ты? - Муза устраивается на стуле со всеми удобствами и облокачивается на барную стойку. - Становлюсь перфекционистом, - говорю я, поправляя последний бокал, и теперь чувство прекрасного удовлетворено полностью. Вот что делает порой с тобой работа. Мы обмениваемся всякими любезностями и беседуем на отвлеченные темы. Вдруг я чувствую на себе пристыльный взгляд, поворачиваю голову и вижу, что красный старик очень внимательно смотрит на нас, что-то ворча себе под нос. - Нехорошо. Очень нехорошо, - повторяет он, и что-то словно начинает сосать под ложечкой. Муза настороженно смотрит на старика, а он вдруг упирается в на своими огромными глазищами, и мне кажется, ну... Что он нас считывает. Мы оба это понимаем. И оба застываем, предчувствуя что-то нехорошее. - Много бед вы натворили, - голос красного перемежается со старческим кашлем. - Много натворите, если не остановитесь. - Это вы нам? - удивленно спрашивает Муза. Внезапно бар становится каким-то далеким, и мы словно сосредотачиваемся вокруг этого старика. Он становится очень серьезным и даже угрюмым. - Вы неистинные, - бормочет он. - В смысле? - честно, я не врубаюсь. - Вы неистинные половины. Вы лишаете себя и своих настоящих половин истинной любви. Вы боретесь против природы, но ее не обойти. Вас разводят - вы снова сходитесь. Упрямство здесь ни к чему. Вы не обретете счастья, пока будете друг с другом. Полминуты мы с Музой таращимся на это существо. И я выставляю самый логичный аргумент, против которого вот ни хера не попрешь: - И че? Старик, кажется, будто бы готов к такой реакции. - Остановитесь, пока не поздно. Вам мало осталось времени. Не разойдетесь сейчас - заплатите большую цену. Нельзя идти против воли Дракона. - Ну вот что, - я потираю руки. - Это все, конечно, охренеть как здорово, может быть, вы и правы, но нам как-то случайно вот четыре года было насрать. - И это по меньшей мере странно заявлять об этом вот так, сразу же, - замечает Муза. Старик смотрит на нас тяжелым взглядом, полным такой обреченности, что нам становится не по себе. - Дай Дракон, чтобы вы поняли, дай Дракон, - бормочет он и... Исчезает. А платить никто не будет, не? Мы с Музой тревожно переглядываемся. Утро испорчено странно повисшей тишиной и неприятным осадком, оставшимся от слов старика. Мы-то не сомневаемся в наших чувствах, абсолютно. Мы знаем, что нужны друг другу, чтобы там никто не болтал, но... Еще мы знаем, что такие существа болтают только правду.

***

Магикс кружит головы. Магикс прохладным вечером хватает за плечи и зовет за собой - качнуться и зависнуть до утра. Магикс - эффектная стерва с сотнями страз в волосах и в вызывающем платье, которое тут же хочется стянуть. Магикс - шлюха с офигенной попой. Магикс - смазливый парень с последним смартфоном. На улицы высыпали люди. И веселье не кончается. Нас зазывают вывески. Нам предлагают удовольствия. Вечерний Магикс - дверь в кайфовую ночь. Мы идет вчетвером по этим улицам, направляясь к одному из самых популярных клубов Магикса. Мы хотим хорошо отдохнуть - мы не жалеем денег. Выгребаем всю заначку, все сбережения и планируем зависать всю ночь. У Лейлы и Музы это - отдельный повод показать себя. Навертеть волосы, нанести такой макияж, чтобы призывно выделять из толпы, надеть то, от чего у нас с Нексом готов стоять хоть автоматически. Нас качает от прохладного вечера, и ведь мы еще трезвые. Сыплем пошлыми шутками, ржем и расслабляемся всю дорогу. Муза и Лейла скачут вокруг друг друга, словно наверстывают упущенное. Обе в блестящих туниках и зауженных джинсах, обе с невероятно притягательными глазами, обе рыщут вокруг и смеются. Ну а мы просто не отпускаем их. Я спокойно базарю с Нексом и понимаю, что это просто мой кореш. Определенно. Наверное, судьба иногда кидает пряники. И тогда все складывается наилучшим образом. Я вижу, как у Лейлы горят глаза. Как она ходит кошкой. Как бешено вертится туда-сюда. И снова, снова к Нексу. Такого не было даже с Набу. Вот и начинаю потихоньку гадать: а точно ли там была настоящая любовь? Нас прожигает летом, запахами из ближайших уличных кафе и общей атмосферой. Это определенно стоит того. В свое время кто-то пустил слух, что я ненавижу вечеринки, клубы и тому подобную хрень. Я действительно не особо это люблю, особенно в компании людей, мне неинтересных. Но они просто не видели, когда я с людьми, с которыми ощущаю себя комфортно. И уж они точно не видели, как я отжигаю на дискотеках. Не король танцпола, но дрыгаюсь вполне сносно, чтобы не выглядеть глупо. А под определенным градусом так выдаю руками-ногами неплохие танцевальные движения. Мы подходим к клубу, куда стекаются такие же охотники халявного бухла, хорошего музла и долгой ночи. А еще подцепить парня или девочку. И уехать на квартиру, чтобы забыть в экстазе пьяных тел. Даже снаружи слышен этот ритм. Муза и Лейла находят его весьма классным. У Некса тоже загораются глаза. Я усмехаюсь. Вот черт, эти трое с ума меня сведут. И сегодня один из тех немногих дней, когда Лейла не шипит на меня. Они чуть отдаляются от нас, секретничая вдвоем, а Некс отвечает мне понимающим взглядом. - Ты просрал полтора месяца и упустил столько возможностей, - замечает он. - Если бы я не просрал это время, эти две так бы и шастали в ссоре. - И то верно, - кивает Некс. - Ну что, готов оттянуться? Вот это по моей части, это моя тема. Вытягиваю руки над головой: - Как в воду глядишь. Мы платим, нам на руки надевают переливающиеся браслеты, говорящие о том, что территория клуба отныне в нашем распоряжении. И мы входим внутрь. Все, что я вижу, тела. Тела. Готовые, влажные, танцующие и пьяные тела любого пола и цвета. Тела, обтянутые в черную кожу, блестящие брюки, свободные платья или просто, как говорят, роковую одежду. Тела зависают у барной стойки. Тела хохочут в глубоких креслах, закинув ноги на столики с пустыми стаканами. Тела танцуют, каждое на свой манер: страстно, феерично, уже пьяно, неумело, стесняясь или отбросив прочь какие-либо страхи. Диджей ставит музыку, красивые девушки отжигают на сцене, а в воздух периодически выбрасываются клубы дыма, создавая таинственную, чуть пьяную и невероятно призывную атмосферу. Мне уже почти кружит голову. Музу штырит от здешних ритмов, Лейла уже штурмует танцпол, а мы с Нексом позволяем себе чуть отвлечься и идем к барной стойки. Я не прогадываю - Некс в прошлом был тем еще завсегдатаем клубов, отсюда и знакомства с ведьмами, и неплохое знание здешней аудитории. Мы бросаем бумажные деньги бармену и получаем свои Виски-колу. Пьем медленно, оценивая здешнюю публику. Вновь выпускают клубы дыма. Наши девчонки уже зажигают. Вскоре и они к нам подходят, Лейла сверкает призывно Нексу, и он покупает ей коктейль. Муза с видом бывалого алкоголика тоже потягивает свой через тонкую трубочку, задумчиво глядя в зал. Очередной вброс дымовых колец, и мы решаем, что одной порции коктейлей мало. Тянемся за второй и снова поглащаем виски, чуть разбавленный колой. Какой-то кретин рядом уже глотает кубики льда. Тела - именно тела, потому что людьми они перестали быть после первого стакана - качаются рядом, замирают у стойки, ожидая своей очереди, шатаются вокруг входа и угрюмых охранников. Тела смеются, задыхаются и танцуют. Липкие от жарких движениях и влажные внутри. Особенность клубных коктейлей, что от них штырит не сразу. Но потом что-то меняется, и тебя так и тянет в середину зала. Вскоре мне в голову ударяет, я беру Музу за талию и рвусь ближе к сцене, на которой зажигают местные королевы. Диджеи кричат, чтобы тянули вверх руки, чтобы больше девушек поднималось к ним. Всем - бесплатная выпивка. Только руки выше и двигаться свободнее. Я фактически чувствую дыхание Музы рядом с собой, в джинсах уже давно стоит, и хочется раздеться тут же, но я ловлю ритм, прикрываю глаза и начинаю двигаться. Алкоголь приводит в нужный тонус, я подпеваю про себя все новым трекам и оттягиваюсь. Наконец-то так, как хочу. Пошли все нахрен, я кайфую. Где-то рядом двигаются Некс и Лейла. Последняя так вообще чувствует себя на своем месте. Лейла любит, а главное, умеет танцевать. Очень скоро на нее смотрят. Парни, мужчины, но оценивают ее взглядом. Ее пышные волосы, ее полные губы, ее отличные формы, ее блестящую кожу и задорный взгляд. Но Некс всегда настороже: никто не тронет мою девушку. Я тоже бы не стал с ним тягаться. - Какие люди, - вдруг раздается знакомый голос, я поворачиваю голову и вижу Стеллу, улыбающуюся дикой улыбкой, с густо накрашенными глазами и как-то по-кошачьи двигающуюся. Вот уж совсем не то, что в Алфее. Впрочем, я понимаю. Она не удивлена. Кажется, фея солнца даже по-своему в курсе. Ловлю на себе ее понимающий взгляд. "Да, Рив, и мне приходится гасить тьму под светом". В этот миг мы понимаем друг друга, как никто другой. Странный момент, учитывая, что между нами никогда не водилось даже намека на дружбу. Муза говорила, что Стелла будто бы изменилась. Я это вижу. По ее сумасшедшей, притягивающей улыбке, по ее стройным ногам, облаченным в обтягивающие оранжевые джинсы, заправленные в высокие фиолетовые сапоги, по ее открытым рукам в чуть блестящем фиолетовом топе с легким черным жилетом. - Стелла? Что ты тут делаешь? - подбегает к подруге Муза. - Расслабляюсь и отжигаю с лучшим другом, - с кем? Вот это поворот. - Я хочу кое-кого вам представить, - Стелла кивает куда-то в сторону. - Хиш. И внезапно перед нами возникает молодой смазливый парень в черном костюме и фиолетовой рубашке, с иссиня-черными волосами, почти как у Музы, и цепкими зелеными глазами. Лучший друг? Да как же. Что-то не припоминаю у Стеллы вот таких лучших друзей. А Брендон в курсе, не? Он смотрит на меня, и через меня тут же проходит странное чувство. Будто я где-то его уже встречал. Чертами лица Хиш чуть похож на меня. По виду - этакий богатенький засранец. Не удивлюсь, если на парней слюни пускает. - Приятно познакомиться, дорогуша, - он целует Музу в обе щеки и по-дружески обнимает ее. - Я тебе говорил, что мы обязательно встретим тут кого-нибудь, золотце? - обращается он к Стелле, и та кивает. Снова встречаясь со мной взглядом. Вроде бы сумасшедшим и пьяным, но в то же время собранным и цепким. Что случилось с этой девчонкой? Вернее, хороший вопрос, что случилось со всеми нами? - Я хочу танцевать, - жалуется Стелла Хишу. "Лучший друг" с улыбкой берет ее за руку и тянет вглубь зала. Они исчезают, и мы продолжаем танцы. Грязные, непристойные, задорные. Часы летят за часами, коктейли вливаются в рот, я пьянею и с трудом сохраняю разум. Тело уже само пляшет, заходясь в невероятных приступах. Мне кажется, что я умею двигаться и двигаться хорошо. Некс, кажется, контролирует себя лучше. Муза и Лейла качаются с рыскающим взглядом и потрясающими движениями. Муза танцует вокруг меня, чуть тряся головой с густой гривой черных волос, поднимает взгляд и вдруг раскрывает рот в немом крике. Я с трудом поворачиваюсь и вижу за спиной то, чего не замечал раньше. Круглые тумбы и шесты. Возможно, они появились лишь недавно. Возможно, они просто были незаметны. Металлические шесты, блестящие в полумрачном свете и бликах от дискотечного шара. Но вопрос состоит лишь в том, кто на них вращается. Один уж точно не человек. Один - с ярко-красными волосами, изгибается кошкой, словно шлюха. Безупречнейший андрогин с бледной кожей, в странных бинтах, но приковывающий взгляд, наш ровесник. Мы с Музой понимаем друг друга с полуслова. Но логически мыслить мешает музыка, алкоголь и дым. Мы снова предаемся отчаянным пляскам, меня все больше тянет к ней, все больше хочется свалить из этого помещениями, переполненного запахами, музыкой и телами. И я уже - одно из них. Через какое-то время я снова бреду к барной стойке, чтобы купить еще один коктейль. Нечеловеческий андрогин все также изгибается на сцене, двигаясь с потрясающей сексуальностью. Я догадываюсь, что он, скорее всего парень, но не могу не отметить, что его волосы... Ах, черт! Внезапно я вижу Хиша, который смотрит сквозь меня пристальным взглядом. Широко облокотившись о барную стойку, он скрестил ноги и теперь отдыхает, наблюдая вокруг. Я встаю рядом, жду свой коктейль и слежу за взглядом Хиша. И понимаю, что он делает. Он следит. За той, которая изгибается неподалеку. Они обе, и Лейла, и Стелла, любят танцевать. Но если Лейле подвластны любые пляски: и спокойная андросовская с изгибающимся животом и звонкими монетами на юбке, и современный хип-хоп, и дискотечные, то Стелла - это клубные ритмы. Она бросается в омут с головой и отдается каждому движению. Она приседает, сгибая стройные ноги и выставляя на обзор свою отменную задницу. Она танцует локтями, танцует ногами, и в ней сейчас играет присущая ей сексуальность, которая особенно ярко проявляется в данный момент. Стелла - кошка, ступающая по ночной крыше. Стелла - кошка, которую видят черные коты. Хиш следит за тем, чтобы к Стелле не приставали мужчины. Он следит за каждым мужским взглядом в ее сторону, за каждой попыткой увиться вокруг танцующей в экстазе и с сумасшедшей улыбкой на лице фее света. И как только кто-то кладет глаз на принцессу Солярии, то сразу почему-то поворачивается в нашу сторону и встречается взглядом с Хишем. А затем поспешно ретируется. Этот чувак колдун, не иначе. В горло льется жгущая жидкость, в ушах колбасит музыка, а взгляд теряется в клубах дыма. - Ты думаешь, что я с ней сплю, - говорит Хиш, все также внимательно следя за залом. - Откуда вы вообще знакомы? - мой язык заплетается. Вот черт, мозг, мозг, ты где? Я начинаю терять контроль. - Было дело. Лето, знаешь ли, творит чудеса. Но кстати. Нет, я с ней не сплю. - Ты читаешь мысли? - честно спрашиваю я. - Читаю людей, - усмехается Хиш, пригубляя неизвестно откуда взявшийся коктейль. И смотрит на того, кто изголяется на сцене. Смотрит оценивающе, но кривит губы. А потом снова рыскает по залу и вылавливает взглядом... Я тоже смотрю туда же, куда и он, но вижу только парня в обтягивающих джинсах, стоящего к нам спиной. - Крутая задница, классная спина, - Хиш так смотрит на него, что я невольно отодвигаюсь на него. - Дракон... - бормочу я, ставля трясущимися руками стакан на место. - А, да, мне говорили, что ты бурно реагируешь, - усмехается Хиш. Этот парень бисексуал. Чертов бисексуал. - Но спокойно, ты меня не привлекаешь. И я никогда не разрушаю пары, милый, - смеется он, от чего у меня внутри возникает что-то липкое. И вместе с тем последний коктейль, который был явно крепче, чем остальные, кружит голову. Тело рвется на танцпол, тело рвется к Музе, и совсем не до геев, которых вокруг слишком много. - Слышь, чувак, - наклоняется ко мне Хиш, - у меня для тебя плохие новости. Я тут подумал. Кажется, это, ну... Ты типа латентный гей. Только не обижайся и не бей меня, умоляю. Чува-а-ак... Его слова тонут в новых аккордах, в новой партии, меня выбрасывает в середину зала, я нахожу Музу и прижимаюсь к ней. - Детка, я просто люблю тебя. Пошли все нахрен, пошли трахаться, - умоляю я. - А ты по-прежнему не умеешь пить, - я вижу ее смеющийся, но в то же время серьезный взгляд. - Эй, сегодня у меня без последствий, - подмигиваю я. - И честно? Насрать! И под начало новой мелодии впиваюсь в нее губами. Так крепко, что почти слышу скрежет. Мы самозабвенно целуемся, а руки ищут друг друга. Я обнимаю ее тело и никуда не отпускаю. Где-то придаются веселью Лейла с Нексом. Мы тоже не отстаем. Танцуем, пьем и веселимся до шести часов утра, пока клуб не закрывается. А потом бредем, счастливые, по утреннему Магиксу. По почти пустому Магиксу. Почти трезвые. Стелла с Хишем пропали еще в начале четырех утра, видимо, пошли отсыпаться или просто улизнули в другое место. Мы же продержались до конца. Я прихожу в себя и отмечаю хорошую вещь: хоть и почти развезло, но все же не вытворял глупостей. Однако меня не покидает прочно засевшая в мозгах мысль. Кто этот Хиш? И какого хрена он кажется мне таким знакомым?