Когда прольётся свет звезды

      — Владыка, леди Арвен находится в двух лигах от нас, — молодой воин, почтительно склонив голову, откинул полог походного шатра Эльронда.       — Благодарю, Фэредир, — Эльронд поднялся из-за стола и взглянул на Глорфиндэля, сидящего напротив с задумчивым видом. Беря со стола меч, владыка продолжил прерванный разговор со своим военачальником: — Да, конечно так быстрее. Но ты должен меня понять, я...       — Я знаю, Эльронд, — махнув рукой, Глорфиндэль не дал ему договорить, видя, как тень старой боли меняет взгляд владыки.       Поднявшись, он тоже взял свой меч и вышел вслед за Эльрондом из шатра.       Два дня назад отряд эльдар, выехавший навстречу дочери владыки, разбил походный лагерь поодаль от болотистого брода Сир Нинглор, ожидая появления леди Арвен. Разведчики все дни не сводили глаз с долины, раскинувшейся к югу от реки, опасаясь нападения орков, отряды которых всё чаще замечали последние годы на склонах Хитаэглир. К тому же ниже по течению реки находились Ирисные Низины — топкие, туманные, сырые болота, в высоких зарослях которых легко находили укрытие тёмные твари, всё чаще покидающие Таур-э-Ндаэдэлос, Лес Великого Страха. Грозный пик перевала Карадрас, которым чаще всего пользовались посланцы и Лотлориэна, и Имладриса, бросал тень на исток Сир Нинглор. Но не его избрал владыка в этот раз для пересечения туманной гряды. Эльронд выбрал для дочери путь через перевал Кирит Форн-эн-Андрат — пусть более длинный, но и более безопасный. После трагедии, случившейся почти пять сотен лет назад у Карадраса с его женой, он не хотел потерять ещё и единственную дочь.       Эльронд и Глорфиндэль покинули лагерь во главе небольшого отряда, спешно выехав на юг по направлению к долине Нандухирион* — мрачной ложбине у входа в царство наугрим, перевитой многочисленными тонкими лентами звонких ручьев, подаривших имя всей местности. Сыновья Эльронда с частью воинов остались в лагере, нетерпеливо ожидая встречи с любимой сестрой.       Эльронд недалеко увёл отряд от лагеря. Едва приметив на горизонте всадников, владыка осадил коня и спешился. Жестом остановив своих эльдар, он стоял и смотрел, как его дочь, оставив далеко позади эскорт стражи, вихрем несётся к нему вдоль ручья, вздымая копытами скакуна тысячи радужных брызг. Глорфиндэль тепло улыбнулся, когда Эльронд, не в силах приглушить счастливый блеск глаз, поспешил заключить её в объятия...       — Прости, владыка Эльронд, — золотоволосая красавица, круто осадив коня перед Эльрондом, соскочила на землю и приложила руку к груди, склонив голову. — Я не смогла её остановить.       — Всё в порядке, Маллениэль, — Эльронд улыбнулся и успокаивающе коснулся рукой её плеча. — Не кори себя, Арвен сейчас ничего не угрожало.       Воительница ничего не ответила, склонила голову перед владыкой, резко развернулась и отошла, оставив отца с дочерью наедине.       — Отец, — прошептала Арвен, подняв голову и вглядываясь в глаза Эльронда, — отец, как же я рада нашей встрече. — Она снова крепко сжала объятия, прижимаясь щекой к щеке.       — Девочка моя, ты могла бы давно вернуться в Имладрис, не будь ты так упряма. Ты же знаешь, я не в силах отказать тебе ни в чем.       — Прости меня, отец, — в прекрасных серых глазах эллет дрожали слезы. — Я люблю тебя. Но и без него мне нет жизни. Моё сердце готово разорваться.       — Дитя, — шептал Эльронд, гладя водопад сияющих волос дочери, — я не хочу видеть тебя несчастной. Ты ведь уже всё решила, не так ли? — тень боли накрыла владыку.       Арвен, прижимаясь к его груди, лишь молча кивнула головой, не в силах посмотреть в глаза отцу. Эльронд устремил взгляд вдаль, словно всматриваясь в грядущее, и тихо прошептал дочери:       — Я никогда не буду стоять на пути твоего счастья, моя родная. Но ты должна знать, что у вас впереди ещё много препятствий. И сейчас никто, каким бы даром видения ни обладал, не сможет увидеть, когда сольются воедино ваши переплетённые судьбы.       — Отец, — прозрачные слезинки покатились из лучистых глаз эллет, оставляя влажный след на бархатистой коже щёк, — я всё это знаю, отец. Я смотрела в Зеркало. Но готова уже на всё... потому что без него я не живу. Я принесла ему клятвы и сдержу их.       — Знаю, дитя моё, всё это мне уже давно известно, — вторил ей Эльронд, и голос его был печален. — Я знал это с того самого дня, когда твои братья привели в наш дом убитую горем женщину и темноволосого малыша с испуганными глазами.       Арвен улыбнулась сквозь слёзы и погладила отца по щеке.       — Скажи мне, отец, он здесь? — тихо спросила она, жадно ловя взгляд отца.       — Конечно, он здесь, — большим пальцем Эльронд стёр слезинку со щеки дочери. — Думаю, никакая сила не смогла бы удержать его от встречи с тобой.       Владыка с грустью и нежностью улыбнулся при виде счастья, полыхнувшего в глазах дочери.       — Поехали, — скомандовал он держащемуся чуть в стороне отряду, подсаживая её в седло.       Едва въехав в лагерь и спешившись, Арвен с радостным смехом обняла сразу обоих братьев, нетерпеливо вглядываясь в лица окруживших её эльдар. Всех их она знала и любила с детства, все были ей дороги, но сердце и взгляд её искали только одного. Темноволосый дунадан, стоящий чуть в стороне ото всех, с тревогой и затаённой болью ловил каждое её движение.       — Иди, он очень ждал этой встречи, — шепнул Элладан на ухо сестре, слегка подталкивая её к Арагорну.       Арвен медленно приблизилась к воину, ища взглядом следы, оставленные долгими годами разлуки на любимом лице.       — Эстель, — прошептала она дрожащими губами, касаясь кончиками пальцев чуть заметного шрама у его виска, — Эстель, ты не забыл наши клятвы?       Серебристые змейки сверкнули изумрудными глазами с тяжёлого старинного кольца на её тонкой руке.       — Как я мог? — его ответ — тихий, как шёпот осенних листьев, — наполнил счастьем её жаждущее сердце. — Я жил только этой минутой, моя Ундомиэль.       Поймав изящные пальцы эльфийской девы, он накрыл их своей рукой и, склонив голову, медленно прикоснулся губами к ладоням, растворяясь в сиянии счастливых глаз.       Стражи Имладриса и стражи Лориэна, прибывшие с дочерью владыки, дружно занялись сворачиванием походного лагеря, скрывая едва заметные тёплые улыбки под масками невозмутимости.       Отведя взгляд от сестры, Элладан заметил среди всеобщей суматохи знакомый женский силуэт — высокая золотоволосая воительница в искусно украшенных кожаных доспехах, единственная женщина среди прибывших с Арвен стражей. Спешившись, она сразу же направилась к Халдиру, сопровождавшему в этом походе отряд Эльронда, и с радостными приветствиями затеяла с ним разговор. Звонко заливисто рассмеялась чему-то, тряхнула головой, откидывая за плечо выбившуюся из тугой косы прядь, взмахнула изящной рукой, указывая куда-то в сторону гор...       Элладан искоса взглянул на брата. Эльрохир молчал, неотрывно глядя на пару стражей, а в потемневшем серебре его глаз застыла глухая печаль.       — Пойдем, поприветствуем её, — эльда мягко тронул брата за плечо и последовал к стражам Лотлориэна, обходя сваленные у палаток вещи, костры и снующих по лагерю воинов.       Эльрохир согласно кивнул и направился следом.       Халдир, чуть склонив голову, внимательно слушал свою собеседницу, временами что-то негромко отвечая на несмолкающее журчание её переливчатого голоса и смеха. Заслышав оклик Элладана, она резво обернулась к приближающимся близнецам и с радостью протянула им руки.       — Рад нашей встрече, Маллениэль. Благодарю, что доставила сюда Арвен, — улыбнулся её порыву Элладан, отвечая на дружеские объятия.       — Это мой долг, — пожала та плечами, переводя взгляд с одного близнеца на другого.       Эльрохир вежливо склонил голову, отвечая на сверкнувшую улыбку стражницы.       — Не желаешь ли ещё раз скрестить мечи, сын владыки Имладриса, — задорно подмигнула ему Маллениэль, — как в былые времена?       — Нет, не сейчас, — покачал головой Эльрохир, не сводя глаз с юркой и быстрой, словно тёплый солнечный луч, воительницы.       — Ну что ж, как пожелаешь, эрниль Эльрондион, — беззаботно рассмеялась она и снова повернулась к Халдиру: — Мы можем возвращаться домой.       — Ты не поедешь с нами в Имладрис? — слегка удивился Элладан.       Маллениэль вскинула брови, словно не ждала подобного вопроса.       — Нет, эрниль. Мой долг исполнен. Владыки поручили мне сопроводить леди Арвен к отцу. Поручение выполнено, ваша сестра здесь.       — Маллениэль... — начал Элладан, но воительница предупреждающим взмахом руки оборвала его и снова обратилась к Халдиру:       — Ты едешь со мной домой? Владыка Келеборн велел передать, что ты не обязан снова возвращаться в Имладрис. Стражи Лотлориэна и Имладриса прибыло достаточно, чтобы проводить дочь владыки Эльронда до дома отца.       — Я страж, Маллениэль, — спокойно произнёс Халдир.       — В первую очередь, ты страж границ Лотлориэна, — вспыхнула эллет.       — Я знаю свой долг, — голос Халдир был непреклонен и твёрд. — Я благодарен владыке Келеборну и тебе за заботу, но мне предстоит путь в Имладрис.       Элладан и Эльрохир, ставшие невольными свидетелями этой перепалки, обменялись удивлёнными взглядами.       — Друг мой, ты и так многое сделал, тебе не обязательно... — Элладан, попытался сгладить неловкость ситуации.       — Я возвращаюсь с вами в Имладрис, — непререкаемым тоном, но без излишних эмоций произнёс Халдир. Его рука примирительно легла на плечо Элладана. — Не стоит обо мне волноваться, я сам разберусь.       — Как знаешь... — Маллениэль круто развернулась, упрямо тряхнув светлой косой, и направилась к своему скакуну. — Я еду домой. До встречи, — кивнула она на прощание воинам, легко вскочила в седло. Привычным жестом проверила оружие и притороченные у седла вещи, шлёпнула коня по крупу, всем телом направляя его движение. — Пусть ваш путь будет лёгким, а горы милосердны! — долетели её прощальные слова.       На мгновение Эльрохир дрогнул и подался вперёд, словно собираясь заступить ей дорогу, но Элладан незаметно сжал локоть брата, удерживая от опрометчивых действий. Халдир заметил его порыв.       — Не волнуйся, — негромко обронил страж, глядя вслед удаляющемуся скакуну, стрелой летящему по зелёной равнине, — здесь ей ничего не грозит. Да и Маллениэль умеет за себя постоять.       Отвернувшись от братьев, Халдир подобрал свой дорожный мешок и подозвал коня. Эльрохир снова промолчал.       И никто из них не заметил пристального внимания лорда Глорфиндэля, который, чуть приподняв бровь, с неподдельным интересом наблюдал за своими бывшими воспитанниками.

* * *

      Арвен, замирая от радости, ехала через пронизанную солнцем берёзовую рощу долины Имладриса. Изредка бросая взгляды на Арагорна, она без слов чувствовала плавное течение его мыслей, и тёплая волна счастья согревала сердце. Тихо шелестели ветви, клонились к земле, шептали ей о той первой встрече, что случилась здесь много лет назад. Голос ручья пел о сиянии счастья в любимых глазах. И казалось, даже неприметные ромашки на залитых солнцем полянах делят и помнят мечты о каждой минуте, проведённой рядом с тем, кто всегда будет жить в её сердце.       Позади был долгий путь через долину Андуина и заснеженный перевал, ночёвки под пологом шатра и на жёсткой походной постели, опасности пути и скопившаяся в дороге усталость. Сейчас всё осталось где-то далеко-далеко — возвращаясь домой, Арвен лучилась счастьем. И хотя она знала, что впереди её любовь ждёт немало препятствий, но в сердце вместе с цветущей весной прочно вошла вера в грядущее.       Когда среди деревьев стали видны белоснежные ажурные шпили сторожевых башен Имладриса, Арвен подъехала к краю обрыва и залюбовалась раскинувшейся за рекой крепостью.       Зоркий взгляд эллет скользил по привычной с рождения красоте витых колонн, беседок, мостиков, шпилей, террас и лестничных переходов. Скользил не останавливаясь, воссоздавая радостные картины прожитой жизни, пока не зацепился за появившуюся на террасе женщину. Выйдя из дома лорда Глорфиндэля, незнакомка медленно обошла вокруг дома и остановилась у перил на восточной стороне. Постояла немного, глубоко вдыхая напоённый весной воздух, убрала руки с перил и подняла лицо к солнцу. Она откинула голову назад, позволяя ветру зарыться в распущенные светлые волосы, привстала на цыпочки, не обращая внимания на разлетающиеся широкие рукава тёмно-синего платья, и с удовольствием потянулась — наслаждаясь теплом и светом, словно купаясь в лучах Анор.       Арвен с улыбкой обернулась.       — Кто это? — спросила она подъехавших сзади эльдар.       — Эленья, — коротко ответил Эльрохир, бросив взгляд на крепость.       — Это о ней ты рассказывал владыкам Лотлориэна? — переспросила Арвен, обращаясь к Халдиру.       Страж молча кивнул, задумчиво глядя в сторону террас Имладриса.       — Эленья, дочь лорда Глорфиндэля, — произнёс Элладан, взглянув на сестру. — Поехали, у вас будет ещё время познакомиться ближе.       Лорд Глорфиндэль ограничился согласным кивком. И лишь улыбнулся любопытству, мелькнувшему на лице Арвен, издалека наблюдая за хрупкой фигуркой с развевающимися за спиной волосами, с наслаждением пьющей тёплый хмель ветра и солнца.

* * *

      — Ну что, мой хороший, что ты. Ну, прости, сегодня мы не сможем никуда поехать. Не сердись, скоро всё будет как прежде, — тихо шептала Эленья, поглаживая шею белоснежного скакуна.       Конь, тихонько пофыркивая, тёрся головой о её плечо и щеку, щекоча и обдавая тёплым дыханием.       Просторное помещение конюшни было почти пустым, многие обитатели Имладриса уехали сегодня с владыкой Эльрондом на охоту — в долине полным ходом шла подготовка к празднику в честь возвращения его дочери. Эленья, как бы ей этого ни хотелось, не смогла поехать вместе со всеми. Вот уже три недели после злополучного падения во время атаки варгов и возвращения из поездки в горы она не садилась в седло. Истэлен строго-настрого запретила ей это, обнаружив повреждения рёбер. Да Эленья и сама не стремилась проявлять геройство — терпеливо ждала, когда заживут рваные раны на левом плече и повреждённые рёбра, доставившие немало неприятностей по дороге домой. Вернувшись с Хэмиром и Тандором в Имладрис, она тут же попала в руки Эллотмериль, которая быстро залечила следы, оставленные клювом орлёнка. Но вот езда верхом до сих пор причиняла девушке боль, заставляя с сожалением отказываться от поездок по весенней долине. Тиннар стоически переносил вынужденное бездействие, но Эленья, навещая его каждый день, замечала странности в поведении коня, словно тот винил себя в её падении.       Поглаживая его шею и шелковистую гриву, перевитую тоненькими серебристыми лентами, Эленья снова прошептала:       — Ну, не надо, не грусти, мой хороший. Красавец ты мой...       Чья-то тень упала от дверного проёма, закрыв на мгновение солнечный свет. Думая, что пришёл конюх, она, не поворачивая головы, произнесла:       — Антрос, скажи, что мне с ним делать?       — Ничего. Достаточно будет всего лишь выехать в долину погулять.       Эленья, вздрогнув от неожиданности, обернулась. В конюшню вошел Халдир и направился в её сторону. Неподалеку, заслышав голос хозяина, радостно заржал лориэнский скакун.       — Разве ты не уехал с владыкой? — удивилась Эленья, вспоминая, что видела воина утром среди собравшихся выезжать охотников.       — Нет, как видишь. Рован захромал, пришлось возвращаться, — Халдир быстро осмотрел переднюю ногу своего коня и похлопал его по шее, укоризненно покачав головой. — Как же ты так, друг мой...       Конь фыркнул, Халдир потрепал его гриву:       — Ну ничего, ничего, всё в порядке, отдыхай и набирайся сил. Нам с тобой ещё предстоит поездка домой...       Рован тряхнул головой, словно соглашаясь с хозяином. Эленья с интересом наблюдала за ними. Халдир поймал её взгляд:       — Что-то не так?       — Скажи, ты действительно с ним разговариваешь? Мне кажется, что они, — девушка кивнула на лошадей, — понимают вас, вашу речь.       — Кого "нас"? — чуть склонив набок голову, переспросил Халдир.       — Вас, эльдар. Я вижу как лорд Глорфиндэль и Антрос, и ты вот сейчас просто говорите с конём, а он отвечает. А у меня так не получается, я не понимаю Тиннара. Я замечаю, как он пытается мне что-то сообщить, но не могу понять...       Халдир слегка улыбнулся и, подойдя ближе к Эленье, положил руку на шею Тиннару. Конь, пофыркивая и коротко всхрапывая, потянулся к нему.       — Ну-ну, конечно, обязательно, — Халдир гладил Тиннара, внимательно слушая и согласно кивая головой в ответ.       Эленья с удивлением глядела на них.       — Он действительно говорит с тобой?       — У каждого свой дар, — пожал плечами Халдир. — Говоришь, что не понимаешь его, но вот ты ему нравишься, он выбрал тебя. И он тебя прекрасно понимает.       — И что мне делать?       — Что делать? — переспросил Халдир. — Ничего особенного. Просто доверяй ему. Он хочет, чтобы ты знала, что он никогда не сбросит тебя намеренно и не покинет в беде. Просто в следующий раз внимательнее прислушивайся к нему.       Халдир в последний раз хлопнул Тиннара по шее и, повернувшись, сделал несколько шагов к выходу. Эленья смотрела ему вслед, залюбовавшись высокой, стройной фигурой воина, в каждом движении которого ощущалась уверенная сила и грация. Внезапно за её спиной Тиннар громко фыркнул и толкнул девушку головой в спину. От его мягкого, но чувствительного толчка она, потеряв равновесие и едва успев приподнять подол платья, сделала несколько быстрых шагов вперед и налетела прямо на Халдира. Обернувшись на шум, он успел подхватить её, удержав от падения.       — Прости, — пробормотала девушка, чувствуя, как кровь приливает к лицу.       Халдир перевел взгляд со смущённой Эленьи на Тиннара и с трудом скрыл полуулыбку, видя, как гордый красавец, тряхнув белоснежной гривой и снова фыркнув, скрылся в глубине стойла.       — Ты давно выезжала на нём? — спросил Халдир девушку, медленно убирая обхватившую её плечи руку.       — Три недели назад, — Эленья подняла на него глаза, непроизвольно пошевелив ушибленным при том злосчастном падении левым плечом.       Халдир заметил её жест и покачал головой.       — Давно. Он у тебя не только красавец и умница, но ещё и невероятный гордец. Сильно ушиблась? — помедлив, поинтересовался он.       — Это тебе тоже Тиннар рассказал? — Эленья чуть отступила назад, по-прежнему ощущая, как горят щёки. Не дождавшись от Халдира ответа, она отвернулась, чувствуя на себе его пристальный взгляд, и ответила сама: — Всё в порядке, почти всё прошло.       — Конечно, ведь в Имладрисе самые лучшие целители, — с тихим смешком произнёс он.       Невольно улыбнувшись этим словам, Эленья снова взглянула на воина, вспоминая встречу в парке. И вновь поразилась теплу и сочувствию, переполнявшему его взгляд.       — Спасибо тебе, Халдир, — она протянула руку и несмело коснулась ладонью его локтя, ощущая непоколебимую силу тренированного тела под плотной тканью рукава.       Подняв руку, он слегка пожал её локоть в ответ.       — Не стоит, Эленья. Тебе не за что меня благодарить...       — Ты можешь говорить что угодно, — перебила его девушка, всматриваясь в глубокую синеву его глаз, — но я никогда не забуду тех дней, когда вы везли меня в Имладрис. Элладан, Эльрохир, ты, владыка Эльронд, лорд Глорфиндэль, Митрандир, Истэлен, Эллотмериль — я никогда, наверное, не смогу отблагодарить всех за то, что вы для меня сделали. Но я никогда этого не забуду.       Халдир молчал и, словно впервые, смотрел на раскрасневшуюся девушку, которая взволнованно и немного сбивчиво говорила, то несмело поднимая на него взгляд, то смущённо отворачиваясь.       — Когда ты уезжаешь? — её вопрос вернул воина к реальности.       — Сразу после праздника, — произнёс он, выпуская её локоть. — Хотелось бы пораньше, но Рован должен отдохнуть, прежде чем мы отправимся домой. Слишком мало спокойных дней выпало ему за последние месяцы.       Эленья подошла к серебристо-серому Ровану и погладила его изящную голову.       — Ты ведь в прошлый раз приезжал на другом коне, не так ли?       — Так, — кивнул Халдир, подходя к стойлу и опираясь локтем на загородку.       Рован тут же доверчиво приткнулся к его плечу.       — Я помню, — улыбнулась девушка. — Тот конь был рыжим.       — Амрун, — снова кивнул, соглашаясь, Халдир. — Ни он, ни Рован не принадлежат мне, и не я их хозяин. Их дом — конюшни Лориэна. Они, как и я, воины, разведчики, привычные ко многому. Немало дорог вместе пройдено. Не так ли, мой друг? — подняв руку, воин привычным жестом потрепал гриву коня.       Эленья следила за его уверенными движениями и спокойным лицом, мысленно возвращаясь к так поразившему её рассказу Эллотмериль о трагедии, случившейся в Имладрисе несколько веков назад. Слушая его мелодичный негромкий голос, она снова удивлялась поразительному свойству сущности эльдар — принимать невзгоды и находить радости, идя всё вперёд по нескончаемой дороге жизни и храня в памяти мельчайшие её подробности.       — А где твой дом, воин? — негромко спросила она, заметив особую интонацию в его голосе при упоминании дома.       Халдир на мгновение задумался и внимательно посмотрел на Эленью.       Солнечный свет, заливая двор конюшни в проёме двери за её спиной, чётко очерчивал невысокий силуэт, оставляя в тени лицо. Чуть склонив набок голову, девушка смотрела прямо на него, но различить выражение её глаз он не мог.       — Дом там, где ждут, — так же негромко произнёс он после небольшой паузы. — Там, куда хочется возвращаться. Мой дом — Лотлориэн. Каждый раз, возвращаясь под тень мэллирн, я знаю, что меня встретят журчащая песня Нимродэли и золотой свет, разлитый в воздухе. Я нигде больше не встречал такого света, не дышал таким воздухом, не испытывал такой радости и, наверное, никогда не смог бы без этого жить.       «К кому ты возвращаешься из своих странствий? Кто ждёт тебя в Золотом лесу? Семья? Жена? Возлюбленная?» — обрывки слов листопадом кружились в мыслях Халдира, а отражения их скользили по непроницаемой глади устремлённых на него зелёных глаз.       Девушка не произнесла ни слова, но Халдир медленно прикрыл глаза.       — Я не женат, — с усилием произнёс он.       Внезапно он и сам осознал, что ответил на незаданные вопросы и, резко вскинув голову, внимательно посмотрел на Эленью. На его лице отразилось удивление. До этого лишь владычица Золотого леса могла так свободно проникнуть в мысли стража, и её молчаливые вопросы были понятны так же, как и произнесённые вслух.       Опасаясь разорвать тонкую, возникшую внезапно ниточку безмолвного понимания, Халдир осторожно произнёс:       — Ты ведь знаешь, что для меня значит поездка в Имладрис?       Вопрос прозвучал из его уст скорее как утверждение, и Эленья молча кивнула.       — Кто тебе рассказал?       — Эллотмериль...       Халдир снова отвёл взгляд, собираясь с мыслями и не решаясь что-либо произнести. Для него ощущение этой внезапно возникшей полной открытости было одновременно и приятным, и пугающим. В луче света, разлитом за спиной Эленьи, плясали крошечные пылинки, а в таинственной глубине её глаз, обращённых к воину, мелькали золотистые искорки, словно отражения его собственных, далеко спрятанных мыслей. Пытаясь справиться с нахлынувшим водоворотом эмоций, воспоминаний и ощущений, Халдир закрыл глаза и чуть шевельнул губами, собираясь что-то сказать.       — Не надо, — прозвучал тихий голос, и прохладные тонкие пальчики слегка коснулись его щеки. — Не надо ничего говорить. Прости меня... — прошептала Эленья, ускользая из его мыслей.       Когда Халдир открыл глаза, девушки рядом уже не было — лишь удаляющийся шорох лёгких поспешных шагов на дорожке к парку. Привычная пустота и одиночество, внезапно пришедшее на смену бушевавшему урагану чувств, накрыли неумолимой холодной волной. Растерянно взглянув на Рована, Халдир прижался щекой к его морде и что-то прошептал. Конь согласно кивнул. Потрепав его по шее, воин покинул конюшни, направляясь к гостевому дому.       Он быстро шёл через залитый ярким весенним солнцем парк, не замечая ни мелодичного пения фонтанов, ни зеленоватых теней, отбрасываемых тихо перешептывающейся молодой листвой, ни ажурных, увитых гроздьями ярких цветов, арок. Его растревоженной душе хотелось лишь одного — исчезнуть из мира пробуждающейся весны и оживающего буйства красок, чтобы найти успокоение в тишине одинокого приюта пустующего дома под сенью золотых деревьев.