Ты мой новый вкус сладостей.

— Миюки, просыпайся. — донёсся из соседней комнаты голос молодого человека, но брюнетка укрылась одеялом с головой. — Миюки, если сию секунду не пойдёшь в душ, я уеду без тебя! — Куда ты собрался? Сегодня же не нужно в институт, я поспать хочу. — сонно пробубнила девушка, высовывая голову из-под одеяла. — Дай отдохнуть. — То, что сегодня не нужно на учёбу, не означает, что позволено спать до обеда. — Зануда. — Миюки перебила мужа, повернувшись в его сторону и недовольно посмотрев на него. — Хитоми в очередной раз попала в больницу. Мои предположения таковы, что ей пора бы заканчивать общаться с твоим братом, если, конечно, она и до него часто попадала в больницы, то сочувствую ей. — Что? Как? — девушка резко вскочила с кровати и подбежала к мужу. — Что на этот раз случилось? — Вчера поздним вечером звонил Мидорима. Он был на практике и в коридоре встретил Аомине и Мурасакибару. Что именно с ней случилось, он не сказал, так что собирайся. Кивнув мужу, брюнетка побежала в ванную комнату, ругаясь себе под нос. Собравшись как можно быстрее, молодая семья выехала в больницу, где лежала Хитоми. — В голове не укладывается, я звонила ей пару дней назад, что могло случиться? И как там оказались эти ненормальные? — То, что они ненормальные, — с этим я согласен. Кто, если не они, мог додуматься устроить драку в больнице? — И ты до сих пор молчал?! И где они? С ними всё хорошо? — девушка нервно и поверхностно задышала. — Успокойся, импульсивность никогда к добру не приведёт. Ах, да, ещё кое-что забыл тебе сказать. — И что же я ещё не знаю, чем, милый, порадуешь?! — язвительно спросила девушка, сверля мужа взглядом. — Твоего брата и Аомине забрали в отдел полиции. — Акаши положил свою ладонь на колено девушки, пытаясь её успокоить, но масло в огонь лилось рекой из его уст, что он и не замечал.

***

— Смотрите, какие люди-то. — к камере подошёл мужчина средних лет, почесав свой пивной животик, насмешливо осмотрел задержанных молодых мужчин. — Что скажешь в своё оправдание, Аомине Дайки? Практику не проходишь, так ещё умудряешься в своём же отделении сидеть за решёткой. — Слышь, старик, хватит уже ржать, лучше выпусти нас отсюда. Дела ещё есть незаконченные. — лёжа на скамейке, ответил Дайки. — Ага, знаю я ваши дела. Только выпущу, и снова устроите драку. — ворчливо ответил мужчина. — Мне не составит труда и здесь подраться, вот только Ми-чин ругаться будет. — Мурасакибара сидел на холодном бетонном полу, кидая мелкие камушки в кроссовки Аомине. — А ну, заткнитесь, раздолбаи, как время закончится, тогда и выпущу. — гаркнул сотрудник полиции и оставил молодых людей одних. — Ты — гигант неприятностей. — парировал Аомине. — Заткнись!

***

— Мидорима-кун, что случилось? Сейджуро так мне ничего и не рассказал! — Мидорима Шинтаро стоял возле дверей палаты Хитоми и дожидался семью Акаши. Изучив амбулаторную карту пациентки, интерн лишь поправил очки, облокотившись спиной о стену. — Очевидно потому, что я ему не назвал причину нахождения Сэки в больнице. Думаю, вам стоит самим спросить у неё, конечно, если она сама вам расскажет. — Что это значит? — непонимающе спросила брюнетка. — Когда Сэки пришла в себя, она ни с кем не разговаривала, даже с собственной матерью. — Мидорима сделал паузу, наблюдая, с каким волнением на него смотрит новоиспечённая Акаши. — Можете зайти к ней, но предупреждаю сразу, у неё шоковое состояние, так что не дави на неё, Миюки. — Хорошо. — брюнетка кивнула другу и медленно открыла дверь, просовывая голову, а после зашла и сама в палату. Девушка бесшумно закрыла за собой дверь и подошла к больничной койке, на которой сидела её подруга, устремив свои, казалось, безжизненные глаза в окно, которое было приоткрыто. Увидев шатенку в таком состоянии, Миюки почувствовала себя неловко. Прокручивая в голове разные фразы, она никак не могла подобрать нужные слова, с которых следовало бы начать разговор. Сев на край кровати, она положила себе на колени пакет с фруктами. Достав из него спелое красное яблоко, Миюки протянула его шатенке. — Хитоми, покушай, пожалуйста. — тихо проговорила брюнетка и продолжила: — Ты сильно истощена. Шатенка сидела неподвижно, лишь перебирала своими тонкими пальчиками лёгкую белоснежную простынь. Грустно вздохнув, брюнетка подвинулась к подруге. — Лучше расскажи мне, — брюнетка старалась подобрать правильные слова, чтобы не задеть Сэки, — легче станет, мы чем сможем, поможем тебе. Хитоми резко повернула голову в сторону Акаши. Миюки впервые за всё время их знакомства видела такую Хитоми: тонкие брови были сведены к переносице, губы сужены в тонкую полоску, а глаза пустые. Миюки долго смотрела в её потемневшие карие глаза и не могла разглядеть в них хоть что-нибудь, что тревожит шатенку. — Может, вы с Акаши мне ребёнка родите? — резко и грубо спросила Сэки. — А что, вы всегда такие правильные, что тошнит! Так я и поверила, что тебе меня жаль, и что, как узнали обо мне, так сразу же приехали! А твой брат-дурак ничего не рассказал? «Ха» и «ха» на вас всех! Уйди! — Хитоми, — дрогнувшим голосом заговорила Миюки, не до конца понимая ситуацию, — мне никто ничего не рассказывал, что ты такое говоришь? И про какого ребенка? — грустно усмехнулась брюнетка. — Ну, как, какого ребенка, обычного, знаешь ли. — язвила шатенка повышенным голосом, не скрывая своего раздражения. — Когда мужчина и женщина занимаются сексом или любовью, кто как называет это, то происходит зачатие. Если мужчина хорошо постарался, от души. — Хитоми, я, конечно, всё понимаю, но это грубо — такое говорить с твоей стороны. — Ах, грубо? Извините, что обидела вашу честь и достоинство, но думаю, если бы ты потеряла ребёнка, радовалась также как и я? — Неужели… — Да, представь себе, я потеряла ребёнка на пятой неделе беременности, спасибо за внимание. А теперь прошу оставить меня в покое. — последние слова Хитоми выкрикнула, кивнув головой в сторону двери. Встав с кровати и положив пакет с фруктами на прикроватную тумбу, тихо попрощавшись с шатенкой, Миюки вышла из палаты. Заметив своего мужа возле открытого окна, она незамедлительно подошла к нему, но тот с кем-то говорил по телефону. Обняв его со спины, она пыталась переварить информацию, связанную с Хитоми. Вмешиваться не в свои дела девушка не хотела, но оставлять подругу в таком состоянии ничем хорошим не обернётся. Закончив разговор, Сейджуро убрал телефон в карманы джинс и повернулся к своей жене, обнимая в ответ. — Как она? — Ужасно, даже представить себе не могу, как ей больно… — девушка потерлась щекой об грудь мужа. — Ты до Атсуши или Дайки дозвонился? — Да, их уже выпустили, заберём их на обратном пути. — Хорошо, тогда поехали.

***

По истечению трёх дней Хитоми Сэки выписали из больницы. Больше недели девушка сидела дома, заставляла себя выйти хотя бы только до ближайшего магазина. На мобильные звонки она не отвечала, а то и отключала его на несколько суток. Кибу девушка оставила у Мурасакибыры, надеясь после переезда к брату забрать его к себе, или же мечтая в глубине души, что ещё ничего не испорчено, и они смогут с ним помириться. Шатенка не раз размышляла по вечерам об их отношениях, и всегда приходила к разным выводам. Она понимала, что до сих пор любит его, и то, как ей с ним тепло и уютно, как в любовных романах, где главные герои любят друг друга, и все у них хорошо. Но сама Хитоми убедилась на личном опыте в обратном, что не стоит сразу раскрываться людям, что рано или поздно тебя всё равно предадут. За эти пару недель Мурасакибара к ней наведался лично пару раз, но девушка сама не шла с ним на контакт, посчитав это правильным. (Прим. автора: типичная баба, Фе и фу) И вот сейчас девушка шла поздним вечером в ближайший супермаркет в домашней одежде, не потрудившись хотя бы переодеться. Зайдя в круглосуточный супермаркет и взяв корзинку, девушка пошла медленным и ленивым шагом между стеллажей, не обращая внимания на других посетителей. — Вау, кто это у нас тут такой красивый? — услышав позади себя знакомый голос, Сэки вздрогнула и мысленно прокляла себя за то, что выбрала именно этот супермаркет. — Да уж, и тебе привет, Рин. — меланхолично ответила шатенка, продолжая выбирать между коробками с хлопьями. — Какая-то ты не дружелюбная, и почему ты в пижаме? — усмехнулся парень. — Сегодня же Хэлоуин, вот и хожу, пугаю прохожих. — Не смешная шутка, Хитоми. Ты вообще в курсе, что у тебя мать переживает? — шатенка повернула голову в сторону блондина, посмотрев на него удивлёнными глазами. — Не твоё дело. Не хочу ни с кем сейчас общаться, живая и ладно. — грубо ответила та, подходя к другому стеллажу. — Мы все волнуемся. — блондин пытался любыми способами вывести шатенку на разговор. — А где твой ухажёр? — Дома, чаи попивает, наверно. — Наверно? Я думал, что он тебя одну по вечерам не отпускает. — молодой человек оглядел девушку и усмехнулся. — И тем более в домашней пижаме. — Это не пижама! Как и когда хочу, так и хожу, никого не волнует, особенно тебя и Атсуши. — Оя-оя, неужели поругались, малышка Хитоми? — Тебя не должно это волновать, он занят, да и вообще, почему ты здесь? — пыталась перевести тему Хитоми. — Улаживаю дела фирмы, твоему отцу плохо стало, следом за тобой в больницу попал, поэтому я его пока замещаю. — Что? — вскрикнула на весь магазин девушка. — Ты в своем уме? Что ты такое говоришь? — Тише, Хитоми, не привлекай внимание, люди смотрят. — девушка оглянулась по сторонам, заметив, что несколько покупателей смотрят в их сторону. Чертыхнувшись, шатенка кинула в корзину пачку молока с печеньем и пошла в сторону кассы. Блондин схватил с полки горький шоколад и пошёл следом за знакомой. Расплатившись, молодые люди вышли из магазина и в молчании пошли к дому Сэки. — Долго за мной идти будешь? — Пока не расскажешь, что у вас с твоим гигантом произошло. — с насмешкой пропел Рин, наблюдая за мимикой Хитоми. — Не расскажу, пока ты мне не объяснишь, почему мой отец в больнице! — Ты ведь не отвечала на звонки? Поэтому и не в курсе. — пожал плечами тот. — Как мне помнится, он месяц назад ходил на прием, а потом и вовсе зачастил в больницу. Что именно с ним происходит — не знаю, замещаю его вместе с Тетори. — И поэтому ты даже не навестишь его? — со злобой спросила шатенка, доставая из кармана махровых штанов ключи от квартиры. — Ну, почему же? — блондин почесал подбородок и закатил глаза, делая вид, что что-то вспоминает. — Конечно, заезжаю. Привожу ему дела на ознакомление и фруктами подкармливаем. — Очень смешно! — фыркнула Хитоми, останавливаясь возле подъезда, и повернулась лицом к собеседнику. — Когда позитивно думаешь, человек идёт на поправку. — Видимо, это не на всех срабатывает, так что я пойду, а то ветер холодный. — А ты меня не хочешь пригласить на чашку чая? — ехидно протянул блондин. — Нет, не хочу. — прямо ответила шатенка, поднося ключи к железной двери. — Подожди, я ещё хотел поговорить по поводу твоего отца. — на этих словах шатенка замерла, но так и не посмотрела на блондина. — Точнее, по поводу фирмы. — Говори, но только нужную мне информацию. — Всё-таки не впустишь? — с надеждой в голосе спросил Рин, но, поняв, что девушка настроена серьёзно, он прекратил попытки, решив покончить со всем как можно быстрее. — Ты ведь понимаешь, что ты следующая наследница компании, и тот факт, что ты ни разу не работала в нашей сфере, осложнит тебе дальнейшую жизнь. — К чему ты клонишь? — К тому, что твоя дорога к свадьбе с Мурасакиброй закрыта. — Я не собираюсь продолжать дело отца и тем более выходить по расчету из-за компании. Поговори с отцом, чтобы он переписал документы на тебя. — Мы с ним это обсуждали, и не раз. — молодой человек достал из кармана пиджака пачку сигарет и достал из неё одну сигару, закурив её. — Он умный человек и понимает, к чему всё это ведет, да и сам он против твоего пекаря. — Пекарь — громко сказано, но суть в другом: к чему ты клонишь? — К тому, чтобы ты подумала над моим предложением. — девушка замерла, когда губы парня соприкоснулись с её губами. — Будь моей женой, Хитоми Сэки (у старушки Беты выпали глаза). В воздухе повисла неловкая тишина. Шатенка удивлённо смотрела сквозь парня, прокручивая его слова в голове. — Ты издеваешься? — Нет, серьезно. Отучишься, переедешь к родителям, сыграем свадьбу, и будешь полной наследницей своей компании. Ты подумай. — парень укусил шатенку за мочку уха и положил в её руку плитку шоколада.

***

Хитоми всю ночь не спала, обдумывая слова блондина. Вся эта ситуация не укладывалась у неё в голове. То она узнает, что её любимый человек встречается на стороне с девушкой, которую она терпеть не может, и сует свой курносый носик в их личную жизнь, то сама убивает общего с ним ребёнка, так ещё и новости про её отца о том, что он серьезно болен, хотя по последнему визиту по нему и не скажешь, шокируют. Хитоми всегда считала его сильным как на тело, так и на дух, мужчину. Так ещё и Рин заявляет ей такое, о чём и вообразить тяжело, но Хитоми себя успокаивала мыслью, что отказывать в таком роде предложений ей будет не в первый раз. Но, ближе к утру, она начала смотреть уже по другому на эту ситуацию. От мыслей её прервал громкий стук в дверь. Проклиная мысленно того нарушителя, что заставил её подняться с тёплой кровати, несколько раз споткнувшись о свои ноги или разбросанные вещи, она медленно зашагала к источнику шума. С каждым разом стук во входную дверь становился громче. Не посмотрев в глазок, шатенка открыла дверь, о чём сразу же пожалела. Со всей силы на неё прыгнул Кибу, повалив хозяйку на пол, облизывая её лицо. Осознание, что его привёл именно Атсуши, не обрадовало девушку, а лишь ещё более разозлило. Столкнув собаку с себя и дав ему команду «сидеть», она встала с пола и посмотрела на незваного гостя. — Хитоми… — начал здоровяк, понизив голос. — Уходи. — тем же ответила шатенка, но баскетболист одним движением поднял её на руки, не обращая внимания на крики и удары со стороны девушки, и вошёл в квартиру, прикрыв входную дверь. Поставив девушку посередине гостиной, он проигнорировал все её слова и прошёл на кухню. В глаза ему попалась грязная посуда, которой была забита вся раковина и половина стола, также его разозлило, что мусорный пакет оказался забит пачками от быстро-завариваемой лапши. — И ты этим питаешься? — Тебя это не должно волновать! — крикнула девушка, ударив здоровяка в бок. — Ещё как касается, всё, что связано с тобой, меня касается! — повысил голос Мурасакибара. — Ты — эгоистичная тупая дура, которая не хочет разобраться как в себе, так и в других делах! Мы все переживем за неё, а она так самовлюблённо себя ведет. Любимая, если б мы с тобой знали о нашем ребенке, то предотвратили этот случай, а то, что произошло в тот вечер, всего лишь глупость. — Это мой ребенок, если бы ты не встречался с этой рыжей Норикой, то всего бы этого не было! — Всего бы этого не было, если б ты меня тогда выслушала, а не начала свою истерику, и глупо то, что ты позволяешь себя целовать другому мужчине. — Что? — А то, что я всё вчера видел, и я ненавижу, когда меня обманывают. Я хочу, чтобы ты подумала над всей ситуации адекватно и вернулась ко мне. — А до этого я думала не адекватно? Спасибо, милый, спасибо. — съязвила девушка. — Благодарю, что привёл мне Кибу, а теперь попрошу удалиться из моей квартиры. — Хитоми, я не уйду. — молодой человек взял шатенку за руку и начал наклонятся к её лицу, но Сэки со всей силы дала ему пощёчину. Выпрямившись, Мурасакибара посмотрел на неё серьёзным взглядом, каким раньше смотрел только на соперников другой команды. Ничего не сказав, молодой человек вышел из квартиры, оставив девушку в полной пустоте, как в квартире, так и в сердце.

***

Закончив все важные встречи, Рин ранним утром вернулся обратно в Осаку. Решив, что для начала он заедет в больницу навестить босса, а потом уже и домой, взял себе отгул на пару дней. Купив по пути фруктов, блондин привычным жестом поприветствовал молоденькую медсестру и прошёл в нужную палату. Там было прохладно, и, что особо порадовало молодого человека, так это отсутствие в воздухе запаха противных ему лекарств. Подойдя ближе кровати, он поставил бумажный пакет с фруктами на тумбу, также убедившись, что его босс — Сэки Шики, ещё спит, блондин аккуратно достал из внутреннего кармана пиджака шприц с прозрачной жидкостью. Убедившись ещё раз, что дверь плотно закрыта, и никто в ближайшее время его не побеспокоит, он аккуратно вставил иглу в капельницу, вливая в неё содержимое. Закончив «процедуру», он убрал шприц в карман, пытаясь сдержать улыбку победителя. Выходя из палаты, он сказал последние слова теперь уже бывшему боссу: — Встретимся в аду, Сэки Шики. (Прим.Автора: Прям бугагашенька!)