Не приходи ко мне в дождь

-Вы можете оставить документы для мистера Холмса мне, и я передам их, как только он свяжется со мной. Холеные пальчики Антеи замерли над стопкой бумаг. Но Джон так просто сдаваться не собирался. -Он сам назначил мне встречу. На двадцать первое число, в семь вечера. Он мог предупредить меня? В глазах Антеи появилось легкое недоумение. -Мистер Холмс назначил вам встречу для передачи бумаг. В его отсутствие я принимаю все его дела. И вы можете оставить документы мне,- произнесла она тем же ровным певучим голосом. Это не девушка, подумалось Джону, это киборг. -Что с ним? Почему он отложил встречу? В голосе Антеи послышалось хорошо скрытое раздражение. -Пост и должность мистера Холмса подразумевают иные, более важные дела. -Да, я понимаю,- Джон вздохнул, и ловко выхватил папку из цепких рук секретарши,- Но документы я передам сам, при возможности. Осень сама по себе была не самым приятным временем года. А погода, которой октябрь потчевал несчастных лондонцев, была просто омерзительной. Низкое, тяжелое свинцовое небо, которое вот-вот свалится тебе на голову, дождь, идущий почти непрерывно, то затихая, то превращаясь в ливень, и холодная склизкая сырость, проникающая под самое теплое пальто. У Майкрофта болела голова. Он с детства страдал метеозависимостью, но почему-то именно осенью накрывало сильнее всего. Днем галстуки мешали дышать, от экрана ноутбука рябило в глазах, а на каждый звонок телефона виски отзывались звоном. Поэтому мистер Холмс делался настолько раздражительным, что даже Антея избегала беспокоить его по незначительным вопросам. Вечером становилось хуже. Стены давили, ледяная рука сжимала затылок, а где-то далеко, сквозь все звуки доносился тоненький женский крик. Надрывный и истошный, протяжный, на одной дрожащей ноте. Майкрофт зажимал уши ладонями, уходил в звуконепроницаемый кабинет, но это не помогало. Как не помогали и таблетки, самые сильные лекарства, выписанные ему врачом, приносили лишь временное облегчение, после которого боль накидывалась с новой силой, с хрустом пожирая слабое истощенное сознание. Из полузабытья его выдернул писк телефона. -Сэр,- послышался мягкий, полуэлектронный голос Антеи,- Джон Ватсон настаивал на встрече. -Отмени всех,- проговорил Холмс, наливая себе виски из хрустального графина. -Что передать ему? -Я занят, меня нет ни для кого,- отрезал Майкрофт, выключая телефон. Осушив стакан тремя глотками, и не почувствовав никакого вкуса, он выключил свет в кабинете, бросил пиджак и жилет на спинку стула, и лег на диван, закрыв глаза. Тишина и темнота. Он не знает, сколько времени прошло, его разбудил неясный звук. Опять из головы, ведь никаких звуков в кабинете быть не может. Майкрофт сжался и закрыл голову руками. Лучше бы он терял сознание в такие моменты. -Майкрофт? Голос Джона Ватсона мягким теплым лучом скользнул в сознание. От попытки приподняться повело и затошнило. -Майкрофт,- почти неслышные мягкие шаги по ковру, а затем холодная рука на лбу. –Что с тобой? Холмс попытался ответить, но голос не послушался. -Лежи, я сейчас. Джон вернулся со стаканом воды. Помог приподняться, поднес к губам. -Почему в темноте?- спокойно поинтересовался он. -Не включай свет,- почти умоляюще пробормотал Майкрофт. Он вцепился в невидимую ладонь как утопающий. Главное, чтобы его опять не утащили туда, где постоянно звучит тоненький надрывный женский крик. -Не буду,- чуть удивленно отозвался Джон, сжимая его руку. –Я вообще-то просто беспокоился. Принес документы, а Антея… Не умеет врать, хотелось добавить Джону. Майкрофта крупно трясло, даже в темноте доктор почти физически ощущал его тревожный взгляд в темноту, в одну невидимую точку. -Посидеть с тобой? Майкрофт кивнул. Джон довел его до комнаты, принес смоченное ледяной водой полотенце. -Там в тумбочке мятное масло,- негромко сообщил Холмс, снимая рубашку и дрожа укутываясь в одеяло. -Я боюсь в темноте что-то уронить. Свет они так и не включили. Свой дом Майкрофт знал наизусть, а Джону помогал неяркий свет фонарей сквозь шторы. -Там только пузырек с маслом. Он всегда там лежит. Вместо того, чтобы просто дать ему масло, Джон поправил подушку, и сам осторожно помассировал ему виски. -Что происходит?- просто вопрос, не обязывающий к ответу. Просто потому,что это Джон Ватсон. -Ничего. Как ты узнал, где я живу? И как ты вошел? Там же система охраны из пяти ступеней,- сквозь туманную дымку от лекарств и алкоголя понемногу проступал привычный текст. Только прозвучало это почти по-детски удивленно. Джон негромко рассмеялся. -У тебя есть брат, который тоже беспокоится о тебе. Мне не приходить больше?- голос стал серьезным и извиняющимся. -Просто не приходи ко мне в дождь,- Майкрофт снова проваливался в сон. С улицы доносился стук капель по карнизу, на лбу застыла знакомая теплая ладонь, которая одним движением прогоняла все кошмары.