Aquamarine/Аквамарин

Длинный стол, за которым сидели представители двух рас, был почти пуст. Лишь три светящихся бутона, собранные у берега серебряного озера, освещали зал заседания, испуская прелестный аромат. - Какие претензии Вы имеете ко мне? - саркастически изогнутая бровь, и наигранно-вежливый тон. Именно это читалось на лице великого господина, чьи глаза горели красным пламенем. Вампиры, сидящие за столом, поежились, дрожа словно осиновые листья, вызвав тем самым, смех у оборотней, сидящих напротив. За большим столом сидели избранники четырех государств, четырех континентов. Каждый из них имел дань уважения, а также мог смело высказывать своё мнение. Однако никто из вампиров не решался перечить выходцу из клана Учиха, чьи соратники были не менее устрашающими. При одном упоминании клана Узумаки или Яманако, многие сразу почтенно склоняли голову, страшась мощи их предводителей. В Мире оборотней, также были сильные властители, чьи фамилии не менее известны. При разрушении мирного договора, на Аквамарине будет хаос, и победившей стороны не будет, ибо силы двух рас противопоставлены друг-другу. Мудрые и умные правители понимали положение, но не смотря ни на что, их отношения были натянуты, словно струны, готовые вот-вот лопнуть. - Вы перестали использовать людей, как корм, обнадежив их защитой. Зачем Вам это нужно, и какие планы у Вас на их счет? - Каштановые волосы, торчащие во все стороны, были похожи на колючие иголки. Сквозь приоткрытый рот видны острые клыки. Две красные отметины в виде когтей, говорили о сильных способностях главы оборотней. - Это крайне интимная тема, в особенности для меня, - усмехнувшись, Учиха довольно наблюдал за реакцией присутствующих. - Что это может значить? - терпение оборотня было на пределе. - Инузуки-сан, прошу, проявите терпение, - устало прикрыв глаза, проговорил Саске. - Я считаю, что использовать людей, как корм, - глупо. Они вполне сознательные существа. Также, как Вам известно, территория, принадлежащая моему клану крайне велика, в сравнении с населением. Поэтому, будет неплохо соединить две рассы, обратив местное население в вампиров. Нам ведь не нужны в будущем конкуренты за власть, не так ли? - уверенный в своих словах, господин внушал доверие, однако мало ли кому известно, что из этого было правдой. Заседание закончилось спустя полчаса. В это время Харуно прибирала комнату хозяина. Натирая лакированный стол до блеска, постоянно глядела на часы. Положив тряпку в сторону, присела на край дивана, придирчиво оглядывая покои. - Идеально чисто... - "Могла бы я и в себе так разобраться". После того случая на серебряном озере, прошло уже около трёх дней. Мельчайшие подробности хранились в голове Харуно, не желающей забывать ни секунды с той ночи. Непонятные чувства въелись в, ещё невинное, сердце. Безразличие господина подливало масло в огонь, и теперь, все мысли были заняты только Учихой Саске. - Саку-чан, что делаешь? - за раздумьями, Харуно не заметила блондина, что встал напротив сидящей девушки, пристально глядя в глаза. - Я только закончила уборку, - вежливо ответила Сакура, вставая с нагретого места. - У тебя ведь завтра выходной? - небольшая пауза, после которой последовал утвердительный кивок. - Не хочешь выбраться в город со мной? Глаза Харуно радостно загорелись, и в ту же минуту потухли. - Мне ведь нельзя покидать эти стены... - Ты пойдёшь со мной, не бойся, - улыбнулся Наруто, и вышел за дверь, помахав напоследок. Тем временем, обитель оборотней. - Дерзкого вампира стоит проучить. Он многое не договаривает, - посредник главы хищников подначивал своего господина на действия против вампиров, имея на это личные причины. "Когда-то я был готов стать главой, но из-за этой проклятой мыши меня лишили прав. Учиха, прибрав к рукам человеческую принцессу, способную дать столько могущества, что хватит на уничтожение двух рас, унизил меня публично, избив на глазах у всех придворных за то, что я решил полакомиться человечишкой. Они сами жрали людей, словно конфетки, а мне за это отрубил большой палец, лишая меня печати!" (прим. автора: Вся документация подтверждалась печатью главы (отпечатком большого пальца правой руки), многих лишали чести, отрубая именно этот перст, лишая каких-либо прав.) - После того, как та принцесса сдохла, он явно впал в депрессию, и его заставили забыть всё то, что он натворил. Но я то помню, и легко он не отделается, - противный смех высокого, сгорбленного человека, чем-то похожего на крысу, эхом разносился по большому, пустому залу. Глаза выдавали безумство, огромные острые клыки были желтыми. Он выглядел убого и жалко, однако в его взгляде, пугающая тьма, заставляющая вздрогнуть от холодка, прошедшего по спине.