Семейный круг

      Драгон улыбнулась и подставила лицо ласковым солнечным лучам и легкому бризу, который уверенно гнал корабль Пиратов Рыжеволосого вперёд. Качка и скрип такелажа успокаивали и настраивали на философский лад. Море вообще всегда успокаивало Драгон, именно здесь она чувствовала себя действительно свободной и защищённой. К тому же, именно сейчас не надо было очень крепко держать себя в руках и позволить немного расслабиться. Ведь впереди была обыкновенная проверка территорий одного из Йонко, Рыжеволосого Шанкса.       Драгон стоило не малых трудов уговорить любимого взять её с собой. — Я должна увидеть, как живут люди, поговорить с ними, — уговаривала она мужа. — К тому же, ты всегда сокрушаешься о том, что мы мало времени проводим вместе. А так я буду с тобой, а не сидеть в Штабе, разбирая бумаги.       Последний аргумент сломил упрямство рыжего и он взял супругу с собой. Каково же было удивление и радость команды, когда на борт взошла Драгон. Ещё больший восторг был проявлен, когда женщина отбросила капюшон плаща, открывая исцелённое лицо. О реакции на восстановленную руку Рыжего не стоит и говорить. После того, как радости улеглись, к Драгон подошёл кок команды и торжественно протянул ей половник, намекая, что уступает ей свои обязанности по кормлению этой оравы сорвиголов. Драгон с улыбкой приняла половник, после чего произошло чудо: команда ровной шеренгой выстроилась на камбуз, ожидая своей порции. Готовку Драгон ценила не только её семья, но и команда рыжего, за что готова была носить её на руках. Поначалу Шанкс злился, но потом махнул рукой, видя, что лишь в этом команда не желает внимать его слову. — Что же вызвало твою улыбку? — раздался рядом голос мужа. — Воспоминания, — ответила Драгон. — Вспомнила, как ты злился и шипел, когда команда в первые выстроилась в шеренгу. — Я тебя люблю и не могу не ревновать, когда тебе оказывают внимание другие мужчины, — насупился Шанкс, обнимая Драгон за талию. — Пускай и из моей команды. — Бука ты, — улыбнулась Драгон. — Никто, кроме тебя мне не нужен!       Шанкс фыркнул и крепче сжал объятия. Его! Только его сокровище и любой, кто посмеет в этом усомниться, будет умирать медленно и мучительно!!! Дофламинго не в счёт, у Шанкса было слишком хорошее настроение, что бы убивать эту тварь. Пускай лучше живет и помнит, за что получил, при взгляде на любую отражающую поверхность. — О чем ты задумался? — Драгон подняла руку и провела по лицу любимого. — Ни о чём, — Шанкс тряхнул головой, выбрасывая мрачные мысли из головы.- Кстати, всё-таки почему ты решила оставить свою ненаглядную армию? — Я тебе уже говорила, хочу увидеть всё своими глазами и поговорить с людьми. — А мне кажется, просто хочешь пощеголять своим личиком. — Шанкс приподнял лицо Драгон за подбородок и чуть повернул левой стороной, любуясь гладкой чистой кожей. — Не без этого, — призналась супруга. — Но мне кажется твоя рука привлечёт больше внимания, чем мои шрамы. — Мне бы не хотелось раньше времени святить свою связь с Арутаном, — поморщился Йонко. — Почему ты подумал сразу об этом? — удивилась Драгон. — Скорее все подумают о мастерстве Ло, так как он хирург, а Кид не так давно потерял руку. — И он пришил эту руку мне? — усмехнулся Шанкс, — Какие же слухи теперь о нас пойдут! — А когда тебя это интересовало? — усмехнулась Драгон. — Действительно, — согласился её муж. — Правда слыша про наших мальчишек многие передергиваются. — Такова цена славы, — философски ответила революционерка. — Вспомни своё восхождение и те слухи, которые ходили о тебе. — Та байка, про окрашивание волос кровью своих противников? — усмехнулся Йонко, накручивая одну из прядей волос на палец — Мдяя, более бредовой идеи я никогда не слышал. Даже Роджера так не оскорбляли! — Да уж, — улыбнулась Драгон, вспомнив те слухи, что ходили по Гранд-Лайну, но улыбка тут же померкла и Шанкс заметил это. — А о чем думаешь ты, мой ангел? — спросил у неё муж. — Та история с фотографиями не выходит у меня из головы, — призналась дочь Гарпа. — Я, конечно, стараюсь успокоить себя, но мне уже самой не нравиться моя затея. Ведь видно же, что кто-то хотел разлучить Луффи со Смокером, но кто? Может это была его бывшая пассия, так как в версию причастности Кузана я верю с трудом. — Вот видишь, родная? Прежде чем что-то предпринимать, надо было посоветоваться со мной! А ты этого не сделала и придётся расхлёбывать всю эту кашу, — укорил любимую Йонко. — Мне самому не по себе от мысли что кто-то решил «облагодетельствовать» нашу дочь, скомпрометировав её жениха в наших глазах. Очень напоминает отбивание девчонки у соперника. — Но кому это надо? — вскинула Драгон брови. — Неужели у Луффи есть тайный поклонник? — И этот поклонник вхож в Дозор и хорошо знает подноготную Смокера? — скептически добавил Шанкс. — Это уже что-то из мира фантастики! — А какие у тебя варианты? — спросила Драгон. — Никаких, если только кто-то из Шичибукаев не положил на неё глаз, но это ещё более маловероятно. — А может оставим всё как есть, но проведём венчание в другом месте, а за Сабаоди установим наблюдение? — внезапно предложила Драгон, — У меня много осведомителей во всех уголках мира. — Надо было раньше об этом думать, а теперь придется ловить на живца, — отверг эту идею Шанкс. — Всё слишком раскручено. Если на Сабаоди не появятся наши брачуюшиеся, все могут заподозрить ловушку, а ты хотела выявить «благодетеля» Луффи. Вот и выявляй! — Но я так за неё боюсь! — неожиданно севшим голосом призналась Драгон. — Я тоже, — сказал Шанкс. — Но делать нечего. Придется рискнуть. — Прости, я должна была подумать, а не предлагать эту проклятую идею! — Слезами горю не поможешь, — пожал плечами Шанкс. — Нам остаётся лишь ждать. Ждать и молиться, чтобы всё прошло удачно.

***

      Прошло несколько дней и супруги прибыли на первый остров. Население ещё при приближении корабля высыпало на пристань и набережную, приветствуя корабль радостными криками. — Они так любят тебя, — улыбнулась Драгон, стоя рядом с мужем, на капитанском мостике. На ней было простое бежевое платье, которое купил для неё Шанкс, так как Драгон хотела подчеркнуть, что она прибыла сюда, как супруга Рыжего, а не революционерка Драгон. — Просто они рады видеть тех, кто принёс им защиту и надежду, — ответил Шанкс. — Разве тебя не встречают криками ликования когда ты посещаешь свои поселения и базы? — Встречают, — согласилась женщина, убирая за ухо выбившуюсы из прически прядь волос. — Правда это не крики ликования, а свет надежды в глазах. Для меня это намного ценнее громких прославлений. — Это ещё одна причина, по которой я ушёл в море. — сказал Шанкс. — Я видел, что если стану королём, то буду связан по рукам и ногам обязательствами и законами. А мне хотелось другого. Не делать вид, что помогаю, а действительно помогать. — Благородная цель. — улыбнулась Драгон. — И ты её достиг. — Правда несчётное количество раз был на краю пропасти, пока не встретил Роджера, а потом и тебя. — ответил Йонко и окинул пристань взглядом. — Что-то не так. — Что? — спросила Драгон. — Староста чем-то озабочен, — сказал Шанкс. — Я давно его знаю, но чтобы он так нервничал и дергался, вижу в первые. Надо с ним поговорить.       Супруги спустились по трапу и подошли к старосте деревеньки, Шанкс представил ему свою супругу и он ответил учтивым поклоном. — Молва преуменьшила вашу красоту, сударыня, — произнёс он и обратился к Шанксу. — Позвольте с вами поговорить, господин Гол Д. — Конечно, — с улыбкой ответил глава клана Ди. — И если вы не против, я бы хотел познакомить Драгон с вашей супругой, у которой так прекрасно получаются пирожки. — Конечно, конечно! — закивал староста, понимающий мотивы Рыжего сблизить Драгон и местных кумушек. Сарафанное радио — самый верный источник информации во все времена. И только жена старосты могла ввести жену Рыжего в это общество.       Направляясь к дому старосты, который находился в центре деревни, Драгон оглядывала аккуратные оштукатуренные дома и ловила себя на мысли, что это типичная деревенька в захолустье. Такая же как и Фуши. Именно такие деревни, тихие и спокойные художники выбирают для своих пасторальных картин. А ещё Драгон осознала, что эти пейзажи ей знакомы. Ведь в замке висело несколько картин, именно с этими пейзажами. Хотя это было вполне объяснимо: её муж любил писать картины и многие работы висели именно в поместье.       Дом старосты тоже показался Драгон знаком, Шанкс рисовал и его. Но больше всего в той картине Драгон понравился изображенный на ней сад. Пышный, но в тоже время в нём виделась и заботливая рука садовода. В реальности сад оказался точно таким же как и на холсте. — Прекрасные цветы, — заметила Драгон останавливаясь у клумбы с ирисами. — Видно, что их выращивали с любовью. — Да, моя жена заядлый садовод, — подтвердил староста. — А ещё она очень хотела познакомиться с вами, госпожа Драгон, как только узнала, что вы тоже увлекаетесь садоводством. — Что же, это взаимно, — улыбнулась Драгон и они вошли в дом.       В прихожей их встретила женщина средних лет, в волосах которой уже проблёскивала седина. — Добро пожаловать, господин Шанкс, — поклонилась жена старосты. — Рад видеть вас в добром здравии, госпожа Мигуми, — улыбнулся Йонко. — Позвольте познакомить вас с моей женой. Монки Д. Драгон. — Это честь для меня, — снова поклонилась хозяйка дома. — Поверьте, это взаимно. — Улыбнулась жена Рыжего, ответив на поклон. — И у вас прекрасный сад.       Так как время было обеденное, супругов пригласили к столу, а после обеда женщины пошли в сад, а мужчины расположились у не зажженного камина с трубками в руках. — Ну как ваши дела, Хирузен-сан? — прикуривая трубку, спросил Рыжий. — Хуже, чем хотелось бы, — вздохнул староста. — А что так? — вскинул брови Шанкс. — Понимаете, за два дня до вашего приезда тут были дозорные. — Начал объяснять Хирузен. — И… они объявили, что введен новый налог, по которому все острова, принадлежащие пиратам должны выплачивать сумму в тридцать тысяч белли. Мы отказались, так как прекрасно знаем какой бывает помощь от Мирового Правительства и Дозора в частности, но они сказали что, если мы не отдадим им деньги, то они сожгут деревню…       Хирузен прервался и дрожащей рукой вытер пот со лба. — Так что мы не сможем в этом месяце выплатить вам плату. Её забрали дозорные, — подвёл печальный итог старик. — Мда, печальная история, но я вас не виню, Хирузен-сан. На вашем бы месте, я поступил также. Человеческая жизнь куда ценнее кучки золота. — Кто-нибудь другой, на месте Шанкса возмутился бы. Но во-первых, это был не «кто-то», а Шанкс, и во-вторых, у него были веские основания верить старосте. — Но у меня для вас хорошие новости. Буквально вчера я наткнулся на корабль Дозора, который повёл себя очень нагло и мне пришлось его захватить. Каково же было моё удивление, когда осматривая трюм и разбирая бумаги я наткнулся на постановление об этом налоге и несколько мешков. Причём один из них был подписан вашим островом и с суммой, равной платы, которую вы мне платите. — Слава Богу, — возвёл глаза к потолку староста. — Так что можете теперь не беспокоиться об этом, считайте, что господа Дозорные просто передали её мне, — улыбнулся Шанкс. — Я… я должен сказать жене, — пробормотал старик и поднялся на ноги. — Мигуми! Мигуми, дорогая, где ты?       Шанкс тоже поднялся и направился вслед за хозяином, он тоже хотел сообщить супруге, что это небольшое дельце улажено. Женщины обнаружились в небольшой, но уютной беседке на заднем дворе дома. — Мугуми, ты не представляешь, что мне только что сообщил господин Шанкс! — воскликнул староста, едва увидел свою жену.       Женщина вздрогнула и обернулась. — Он наткнулся на дозорных, которые забрали у нас плату и теперь можно ни о чём не волноваться! — Что? Это правда, господин Шанкс? — в глазах женщины зажегся огонёк надежды. — Да, правда. Даже если бы мы с супругой и не оказались по близости, я бы не стал сердиться и с пониманием отнёсся к вашей проблеме. — Спасибо вам огромное, — поклонилась Мигуми. — Не знаю, что было бы с нашим островом, если бы не ваша доброта. — Ну что вы? Я же просто человек и понимаю, что бывают обстоятельства, в которых мы бессильны что-либо сделать. Если бы не собрали в этот раз, собрали бы в следующий. Для меня это не принципиально. Главное, люди не пострадали. В противном случае, это действительно меня бы огорчило и рассердило, — улыбнулся Шанкс. — Интересная у Дозора политика пошла, — шепнула Драгон мужу, когда они пошли в след за супругами в дом. — Бей чужих, чтобы свои боялись, так что ли? — Выходит, что так, дорогая. — ответил Шанкс. — И что же предпримут чужие? — Будем разруливать новый конфликт, ведь это банальная провокация. Акаину хочет, чтобы мы сами напали на них. И к сожалению, это у него очень хорошо получается. — Вот ещё один повод встретиться с Белоусом, — сказала Драгон. — Ведь вы союзники. — Да уж, повод. Придётся старика успокаивать, чтобы не наломал дров сгоряча, — вздохнул Шанкс. — Ведь он старой закалки, а такие просто так этого не оставят. Может и войну объявить. — А это нельзя как-нибудь предовратить? — Спросила Драгон. — Есть способ, но в таком случае пираты становятся лёгкой добычей, — ответил Шанкс. — Сходка. И выборы Сеншаля на ней. А голосовать будет каждый за себя. — Мда… и ничего не сделать, — покачала головой Драгон, зная не хуже мужа обстановку на море. — Пираты слишком разобщены. — В том-то и проблема. Трон слишком долго пустовал и слишком много претендентов посягают на него. — Вздохнул Шанкс. — Пиратов сможет сплотить только огромная угроза, такая как была тридцать лет назад в лице Бренди Ворлда. — Черт! Не напоминай! А ведь есть ещё и угроза со стороны этой новой организации — Нео-дозора. — поморщилась Драгон. — Вот с ними бы Акаину разбираться, а не с нашими детьми. Хотя, Кид, кажется, отличился. Про кровавого жреца Джашина слышал? — Ещё пара тем для обсуждения, — вздохнул Шанкс, — Чувствую, эта Сходка будет самой скандальной и долгой.