А в любви как на войне...

      — У меня дежавю… — наблюдая за склонившейся над ним Шарлоттой, сказал Рихтер, про себя отмечая, что подруга детства выглядит очень измученной. — Ты не ложилась?       — Нет, — честно ответила женщина, нежно потрепав друга по волосам. — Как ты себя чувствуешь?       — Намного лучше. — приобнимая женщину за талию и укладывая ее у себя на груди, сказал Рихтер.       Сейчас старая подруга как никогда была похожа на его мать. Нежная, заботливая, красивая и в тоже время сильная женщина. Мать для него всегда была что-то вроде божества, и после ее смерти Шарлотта заменила ее. Они познакомились на день ее восьмого дня рождения. Тогда Шарлотта была маленькой и хрупкой девочкой с двумя хвостиками. Робкая и неприметная, она всегда всего боялась и часто болела, поэтому он и Карл чувствовали за нее ответственность. Однако теперь она стала другой.       — Рихтер, а помнишь, как в детстве я прибегала к тебе ночью в комнату, и ты, также как и сейчас, обнимал меня за талию и позволял спать у тебя на груди, чтобы успокоить меня? — спросила женщина уже сонным голосом, осторожно перемещаясь с груди друга на мягкую, теплую постель.       — Помню, — тихо ответил мужчина, наблюдая за тем, как веки подруги закрываются, и она погружается в сон.       Накрыв подругу одеялом и поудобней расположив ее на постели, Рихтер направился прямиком в душ. Закрыв за собой дверь и скинув с себя одежду, мужчина с радостью подставил свое тело тёплым струям воды. Все, что происходило вчера, казалось лишь страшным сном. В его глазах снова появилась картина, где Карл с необычайной жесткостью и довольной, немного сумасшедшей улыбкой прижимает его лицом к стене, больно потянув за волосы назад. Рихтер широко распахнул глаза от неприятных воспоминаний. Из-за пережитого стресса голова неприятно гудела, а тело ломило так, будто по нему пробежало стадо слонов. Однако приятный аромат вишни и теплый душ сделали свое дело. Мужчина наконец смог расслабиться и с удовольствием погрузиться в свои детские воспоминания.       Вот красивая женщина с длинными зелеными волосами сидит в беседке и любуется тем, как весело играют ее сыновья. Темная деревянная беседка, увитая красивыми эквадорскими розами цвета шампань, была ее любимым местом в саду. Это же место любили и ее шумные сыновья. Её супруг сидит напротив и читает английскую газету, медленно попивая горячий чай. На матери надето длинное платье фиолетового цвета с кружевами на корсете и длинными рукавами, украшенное поясом с белой розой. На красивом белоснежном личике играет счастливая улыбка, а серебристые глаза сверкают счастьем. Нет, она не была несчастлива. У нее был верный муж и двое прекрасных сыновей. Их отец, Эдвард, очень любил её и выполнял всё, что она просила. Не менее сильно он любил своих сыновей. Строгий и самоуверенный мужчина на работе. Любящий и нежный дома. Таким был отец. Ну, а мама была верной и любящей женой. Казалось, что этих двоих свела сама судьба.       Рихтер улыбнулся своим мыслям. Судьба — жестокая сила. По её велению он и Карл из братьев превратились в любовников, а из любовников во врагов. Как же он ненавидел судьбу за это.       — Рихтер, нехорошо меня игнорировать, — обнимая брата сзади за талию, сказал Карл, при этом полностью умещаясь с ним в душе. — Опять вспоминаешь о ней?       — Да, — как-то облегченно выдохнув, ответил Рихтер про себя, даже радуясь, что в такие моменты Карл-Хайнц всегда был рядом. — Она умерла, когда нам было около четырнадцать… Я уже точно не помню этого.       — Да, давно это было, — сильнее сжимая брата в своих объятьях, проговорил блондин.       — Прости, я…       — Забудь, — устало улыбнувшись, сказал Рихтер, уже не чувствуя обиды на старшего брата. — Я уже привык к твоему садомазо.       — Ты не понял, Рихтер, — прижимая брата к стене, практически прошептал Карл, начиная нежно поглаживать его живот. — Я хочу тебя, но не так, как раньше. В этот раз и все последующие разы я клянусь, что буду нежен с тобой. Если ты не хочешь, тогда я не буду…       — Племянники надоумили? — обвивая шею возлюбленного руками и прижимаясь к его телу как можно сильнее, спросил с улыбкой Рихтер. — Они всегда суют свой нос не в свои дела…       — Зато направляют на путь истинный очень умело. Хоть в чем-то они знают толк, — улыбаясь в ответ, ответил Карл, прежде чем вовлечь своего любовника в очередной поцелуй.