Спаси меня

      Она могла бы бояться, но за те двадцать минут, что она провела в машине в компании чокнутого бывшего друга Оливера, направляясь к месту, как она предполагала, своей гибели, позволили ей смириться со своей участью. Она не считала себя героем. Нет. Героем был Оливер, каждую ночь уже второй год выходивший на улицы города, чтобы защитить жителей. Героем был Джон, служивший в Афганистане, защищавший свою родину. Даже Сара, которая вряд ли бы дала себе такое громогласное звание, была чертовым героем. Но уж точно героем нельзя было назвать ее, Фелисити Смоук, болтливую IT-шницу, блондинку, хакершу, нарушившую такое количество разнообразных законов, что давно сбилась со счета.       Она даже не была крутым бойцом. Она, в принципе, была никем. И до сих пор не могла понять, почему Слэйду понадобилась именно она. Нет, в ее душе теплилась надежда на то, что, очевидно, значит для Оливера больше, чем догадывается, больше, чем может мечтать. Однако ее мнение «Я – никто» подтверждалось пока что лишь одним: когда Уилсон привел ее на какой-то заброшенный склад и предоставил в ее распоряжение непривлекательный, покрытый грязью и каким-то мусором, очевидно оставшимся от чересчур затянувшего ремонта, бетонный пол, то даже не связал. Лишь разрешил снять мешок, которая она двадцатью минутами ранее самостоятельно надела на голову, прокомментировав свое решение одной фразой «Не хочу, чтобы Вы испортили мне прическу, мистер Уилсон».       После Слэйд куда-то исчез. Фелисити осталась одна. Пожалуй, она могла бы использовать этот шанс для побега, но что-то подсказывало ей: на этот раз другие правила, ей не дадут сбежать; а если будет рыпаться, то вполне может оказаться в худших условиях, нежели просто сидя на полу с эфемерной видимостью свободы действий. Поэтому она просто села на пол, обхватила колени руками и стала ждать.       Они пришли за ней через час.       Фелисити могла бы поклясться, что Слэйд оставил более чем достаточно разнообразных подсказок. Скорее всего, он на протяжении всего маршрута рассыпал хлебные крошки. Здесь были все: Джон, Сара, Рой и Оливер. При виде обеспокоенного взгляда голубых глаз из-под зеленого капюшона что-то внутри девушки замерло. Она похолодела. Ей захотелось закричать им «Убирайтесь отсюда, идиоты! Это ловушка! Он все продумал! Не смейте жертвовать собой из-за меня! Я запрещаю!», она даже было вскочила, но ее движение грубо прервала рука на плече, резко опускающая ее вниз. Изо рта со свистом вылетел воздух, готовый вот-вот превратиться в слова, которым не было суждено вырваться.       Она услышала шипение Оливера, который сдернул свой капюшон и сделал шаг к яркому кругу света (в центре его располагались Фелисити и Слэйд). Однако Уилсон сжал плечо девушки так сильно, что она ойкнула. Это было предупреждением. Стрела поднял руки и замер на месте.       - Отпусти ее, Слэйд. Она тут не при чем. Это наше дело. Не надо втягивать и ее.       - Ты помнишь то обещание, что я дал тебе, Оливер, - яростно выплюнул Слэйд его имя. – А я не из тех, кто отказывается от выполнения своих обещаний. И потом, она почти подобралась ко мне, - он резко поставил Фелисити на ноги. – В любом случае, вина будет на тебе.       Брюнет достал меч и приставил его к горлу блондинки. Та как-то сжалась и зажмурилась. Сталь неприятно холодила кожу. Ей казалось, что все волосы на ее теле стали дыбом. Реакция команды была незамедлительной: щелкнул предохранитель пистолета Джона, который тут же наставил оружие на Слэйда; Оливер молниеносным движением выхватил лук и прицелился; Сара встала в боевую стойку, в любой момент готовая ринуться в бой; Рой сжал кулаки и явно с усилием сдерживал порыв побежать на врага. Все это вызвало лишь усмешку.       - Пока вы добежите до меня, она уже будет валяться на полу с перерезанной глоткой. Так что стойте смирно, - он склонился прямо к уху девушки и прошептал. – Ты можешь попрощаться со своими друзьями, Фелисити Смоук.       Девушка нашла в себе силы открыть глаза и громко сглотнула, отчего лезвие клинка все же порезало кожу шеи.       - Не вините себя! Это не ваша… - Уилсон не дал ей договорить, а лишь зарычал. Команда Стрелы тут же ринулась в бой.       Слэйд отбросил девушку себе за спину, ловко уворачиваясь и отвечая на удары, которыми щедро осыпали его четверо бойцов. При этом никто из них так и не смог приблизиться к блондинке. Мужчина кружил вокруг нее, как ястреб над своей добычей, не подпуская никого.       Фелисити же просто лежала на полу, оглушенная очередным ударом Уилсона за попытку сбежать из-под его своеобразной опеки. Спустя несколько минут ожесточенного боя Оливеру все же удалось всадить в Слэйда несколько стрел, одна из которых была оснащена взрывчаткой. Взрыв заставил мужчину покачнуться. Заметив заминку, Фелисити собрала все свои силы в кулак и побежала навстречу Оливеру.       Она помнила приятную легкую боль от столкновения с его напряженным телом. Она помнила запах кожи куртки, пота, легкий отголосок аромата одеколона и пены для бритья. Она помнила надежность его объятий, таких крепких, что казалось, будто он хочет сломать ей ребра. Она помнила, что была в безопасности. Это ощущение было последним приятным воспоминанием в ее жизни. После она помнила обжигающую резкую боль между лопаток. Она подалась вперед, она хотела упасть, но Оливер, все еще обнимавший ее, не дал этому случиться. Она почувствовала кровь на своем языке, ей нестерпимо захотелось кашлять, горло саднило. Она закашлялась, перед глазами заиграли радужные блики. На куртку Стрелы брызнула кровь вперемешку со слюнями. Ей хотелось расцарапать свою спину там, между лопатками, чтобы избавиться от этой ноющей зудящей боли.       Она опустила взгляд и увидела наконечник стрелы, торчащий из ее грудной клетки. От этого ей захотелось кричать, но она не могла. Оливер несколько мгновений смотрел на нее, задыхающуюся, выплевывающую свою кровь. Все остальное в мире замедлилось. Он словно сквозь толщу воды слышал смех Слэйда, который тут же пропал, поняв, что его цель достигнута. После Куин одним резким движением обломал оперение стрелы, торчащее из спины девушки, аккуратно опустил ее на спину, положив голову на колени Джона, который уже сидел рядом с напарницей. Он взялся было за наконечник, но девушка не дала ему вытащить стрелу, смутно понимая, что иначе у них останется меньше времени на прощание. Она стиснула его пальцы так сильно, как только могла. Из глаз потекли слезы.       - Ты пришел за мной, - прохрипела она и снова закашлялась. – Ты спас меня, Оливер. Ты спас меня. Ты пришел за мной, Оливер… - хрипела девушка.       - Молчи, ты не умрешь, нет, Фелисити, не смей. Все будет хорошо, - Оливер, не обращая внимания ни на подкатывающие слезы, ни на гробовое молчание друзей, дернул свой собственную стрелу за наконечник, вырывая ее из тела блондинки. Фелисити громко застонала. Оливер нажал на рану так сильно, что ему показалось, будто он слышит треск ее ребер.       - Ты пришел за мной, Оливер. Спасибо, Оливер. Оливер… - прошептала девушка и обмякла, последние слова застыли на ее губах, оставаясь непроизнесенными.       Она уже не чувствовала, как он умолял ее остаться с ним, как умолял не бросать, как просил прощение за то, что пришел так поздно. Она не чувствовала его слезы на своих щеках, не чувствовала нежного поцелуя в лоб от Джона, который после просто сидел и гладил ее волосы, не чувствовала нежного пожимания руки от Сары. Она не слышала, как кричал Оливер, как Рой сломал какую-то балку, ударив по ней. Ей было все равно, что первый поцелуй между ней и Оливером был искусственным дыханием. Ее не заботило, что ей сломали три ребра, когда Оливер попытался сделать непрямой массаж сердца.       Ее глаза остекленели. Их закрыл Джон.       И ей было абсолютно наплевать на то, что ее друзья до конца своих жизней считали болтливую IT-шницу, хакершу, блондинку Фелисити Смоук героем.       Ее заботило лишь то, что Оливер пришел за ней. Ее заботило лишь то, что она так и не успела сказать ему, как сильно его любит.