Наша Маша

Счастье долгим не бывает. Я это прекрасно знаю и потому даже не сильно огорчаюсь, когда Дэрил вдруг дергается, отстраняясь от меня, так и не решившейся за те пару секунд, которые были в моем распоряжении, углубить поцелуй. Ну ладно, отпрянул, это понятно. Он у нас не любитель физического контакта, самый стеснительный самец в группе, и вообще от меня, может, после всего пережитого не очень хорошо пахнет, хотя кто бы перебирал! Но тонко вскрикивать-то зачем?! Нерешительно поднимаю взгляд в попытке разобрать в потемках выражение лица Дэрила, который, может быть, вообще переживает новый опыт, а то вдруг его и правда никто и никогда до меня еще не целовал в губы, и вскрикиваю уже сама. Вот это у тетки скорость! Вот это сноровка по обереганию своего сокровища от всех прочих женщин! Я бы даже восхитилась, наверное, тем, как быстро тут появилась и оттащила от моего, совсем не ссохшегося, как у нее, молодого и свежего тела, Кэрол только успевшего пискнуть Дэрила, если бы мне не было так страшно. Ведь убьет же и не поморщится! А может, именно потому за несколько сезонов Дэрил так себе любовь или хотя бы просто развлечение для одиноких ночей не нашел? Может быть, он сам не такой уж скромный, невинный и боящийся любых близких отношений? Может быть, он просто в курсе того, что крыша у Кэрол поехала давно и окончательно, потому, уберегая окружающих женщин, и не ведется ни на чьи взгляды? От нее же избавиться не может, потому что она ему мамочку его напоминает, ведь та тоже была жертвой домашнего насилия. А она бесится, потому что надеется на то, что в понимании бедного и несчастного Диксона является самым натуральным и до отвращения противоестественным инцестом. Рик же, догадавшись обо всем, потому что он такой умный и проницательный, и вообще молодец, выгнал Кэрол, спасая Дэрила в четвертом сезоне. Одолжение другу, можно сказать, сделал. А того, оказавшегося с Бет наедине, через пару дней наконец осенило, что теперь можно и оторваться, пока ненормальная блюстительница его чести далеко. Вот только не судьба была… Да и правильно! Нечего на всяких там худосочных и пропитанных насквозь самогоном девиц зариться, когда рядом есть такие, как я! Мысли пролетают в моей голове со скоростью света, оставляя после себя только ледяной ветерок ужаса перед тем, что меня теперь ожидает. Но Кэрол почему-то не спешит меня убивать на месте: то ли нож в рукаве ищет, то ли помучить сначала хочет. Потому я, пользуясь паузой, быстро осматриваю пол в поисках валяющегося там в отключке Дэрила. Которого рядом почему-то нет. Странно. И Кэрол странная. Рот вытирает и морщится, причем явно пытается скрыть это от меня. И смотрит она странно. Так, словно это я ее убить пытаюсь. Я нервно облизываю губы, и эта ненормальная отходит от меня на шаг, ударяясь о край столика, но, кажется, даже не замечая этого. Впрочем, я, осененная жуткой догадкой, тоже ничего вокруг уже не замечаю. - А… а где? - шепчу я хрипло, все еще надеясь на чудо. - Что? - уточняет Кэрол, стараясь выглядеть невозмутимой. - Ну… все, - решаю я все же не называть заветное имя на всякий случай. - Рик, Дэрил, Мэрл и Мишонн после того, как вы вернулись из леса, поехали за Губернатором и до сих пор не вернулись, - вздыхает она и уточняет для меня: - Сейчас ночь. Мэгги и Глен на вахте, остальные давно спят. Или ты о том парне? Который в тебя стрелял? Не бойся… - Его Карл убил? - Что? Нет! Не убил. Она еще что-то спрашивает о моем самочувствии, а я только растерянно пожимаю плечами и тут же охаю от боли. Стараюсь не смотреть на губы Кэрол, такие же, в общем-то, на вид тонкие и сухие, как и те, которые я так хотела, и не понимаю, как могла даже не предположить, что мне все лишь приснилось или привиделось в галлюцинации. Как я могла забыть о том, что в сериале Рик, Дэрил и Мишонн провели ночь вне тюрьмы? Как я могла поверить в тот венок от Мэрла, в рыдающего надо мной Рика и в стремящегося меня поцеловать Дэрила? Господи… И Бет, наверное, тоже не приходила и не рассказывала мелкой сказку обо мне, героине. Даже обидно на секунду становится. А потом взгляд снова падает на тесно сжатые губы Кэрол, которая помогает мне выпить какие-то таблетки, и я даже краснею, кажется. Стыдно и отвратительно. Но, может быть, и сам поцелуй мне тоже приснился? Может быть, я все-таки не целовала эту… эту… Ой, мамочки, мерзость-то какая! - Я… - сиплю, пытаясь подобрать хоть какие-то слова. - Ты… это… понимаешь… я… - Прости, - мотает она головой и даже выглядит искренне обеспокоенной. - Девушки мне не нравятся. - Я не! - задыхаюсь от стыда и искорки возмущения тем, что такая, как она, могла бы сейчас не морщиться, невольно снова прикрывая ладонью свои совсем не привлекающие меня губы, а порадоваться, что ее, такую вот, вообще кто-то поцеловал. - Я не… Мне просто снился сон. Не про тебя. - О, это несказанно радует, - хмыкает с заметным облегчением Кэрол и, к моему счастью, не уточняет, кто же мне такой снился. - Ты мне не нравишься, - на всякий случай резко заявляю я, чтобы расставить все точки над "i". - Я тебя чем-то обидела? И снова приходится поднапрячься, чтобы сообразить, что эта фраза может восприниматься довольно двусмысленно. И хоть поняла-то ее Кэрол, которую я, как не любила никогда, так и продолжаю недолюбливать по сей день, и особенно после этого ужасного поцелуя, правильно, признаваться в этом я не намерена. - Нет. В смысле… Не нравишься, как это… ну, как женщина. - Думаю, мы обе это переживем, - хихикает она и подмигивает мне, заставляя успокоиться и даже ощутить, что у нас с ней есть теперь такая вот немножечко стыдная и чуть-чуть веселая общая тайна. И плевать, что эта наша тайна такая гадкая. Тем более, если уж совсем честно признаться самой себе, то ничего гадкого в этом поцелуе не было. Я ведь думала, что это Дэрил, и потому мне даже понравилось. Вот еще бы не знать о том, что это был не он, и вообще не мужчина… И даже не молодая красивая женщина… Ну почему мне, если не везет, то так сильно?! Заметно уставшая Кэрол просит звать ее в любое время, если она мне понадобится, потому что она все равно не уснет, пока не приедут наши, и уходит, а я закрываю глаза и мгновенно, под воздействием новой порции лекарств, проваливаюсь в сон. В тихий и спокойный сон без снов, который прерывается утром чьими-то голосами и беготней за дверью. Чертыхаясь и кривясь от боли, накатывающей волнами от любого движения, я, радуясь тому, что голой меня в постель вчера не уложили, ведь одеться бы я самостоятельно все равно не смогла, выглядываю наружу. Там меня сразу перехватывает Хершел, заявляя, что мне можно только лежать, лежать и еще раз лежать. Но я отговариваюсь естественными и очень сильными потребностями организма, наотрез отказываюсь от ночного горшка, предлагаемого бледной Бет, хватаю ее под руку и тащу, то есть позволяю утащить себя, в сторону туалета. - Они вернулись?! - спрашиваю то, что важней всего. - Вернулся Рик с Тайрисом и Сашей. И еще много людей из Вудбери. Не пленников, а просто жить с нами. Хотя и пленники тоже… - лепечет что-то она, почему-то ничего не говоря о Дэриле. - А Дэрил? - выдыхаю я испуганно, отлично понимая, что история меняется слишком быстро и иногда слишком жестоко, чтобы спокойно верить в то, что Дэрил будет жить еще как минимум год. - Дэрил, Мэрл и Мишонн не вернулись. Они поехали за Губернатором… - А что вообще случилось, знаешь? - отказываюсь от помощи в кабинке и прикрываю дверцу как можно плотней. Кажется, теперь я знаю, как люди гомофобами становятся. Или гомопараноиками? Как именно меня теперь стоит называть с учетом того, что я боюсь любого намека на любую близость с кем-то женского пола? - Мы вернулись из леса, когда здесь все закончилось. Но нам удалось лишь прогнать их отсюда, а не убить. Потому Рик, Мэрл, Дэрил и Мишонн сразу поехали за вудберийцами. Встретили их на дороге, попытались вывести на разговор, а Губернатор, ты правду говорила, он совсем безумный. Открыл стрельбу по своим же. Правда, убил всего несколько человек и, воспользовавшись шумихой, сбежал на машине. Даже помощников своих позабыл. Они теперь у нас вроде как… пленники. Рик и остальные поехали в город, думали, что Губернатор направился туда, но там его не было. Они собрали людей и припасы и привезли сюда на автобусе. Рик привез. А остальные попробуют догнать и найти Губернатора, - старательно отчитывается Бет и после паузы, в течение которой я только пыхчу, пытаясь застегнуть штаны и разогнать черные круги перед глазами, робко уточняет: - Маша, у тебя там все в порядке? - В порядке! - раздраженно вылетаю из кабинки и, забывая обо всех своих новоприобретенных страхах, опираюсь на услужливо подставленное и тут же согнувшееся под моим весом хрупкое плечико Бет. - Голова только кружится. - Может, позвать кого-то? - испуганно пищит она. - Нет, идем, - решительно топаю я к своей камере и, увидев койку, падаю на нее без сил. Даже тревога за Дэрила приходит лишь через полчаса, когда я, осмотренная Хершелом, бубнящем что-то о том, что мое бы здоровье да Милтону, который так и не пришел в себя, и накормленная Бет из ложечки завтраком, откидываюсь на подушки. Делать нечего. Даже читать сложно, ведь одной рукой шевелить чертовски больно. Идти куда-то мне не разрешают, да я и сама не стремлюсь бежать осматривать этих противных вудберийцев, которые лично мне тут совершенно не нужны. Бет занимается ребенком, Хершел – Милтоном, Мэгги с Гленом – дежурством и друг другом, Кэрол, наверное, не стремится лишний раз заходить ко мне после вчерашнего, а Рик нахально даже не заглянул ни разу поинтересоваться моим здоровьем. Да уж, его рыдания во сне мне больше понравились! - Не спишь? - раздается громкий стук в дверь и через пару секунд, которых мне бы точно не хватило, будь я тут не вполне одета, в камеру шмыгает Карл. - Вот, я все равно уже прочитал по пять раз! Он сует мне парочку потрепанных комиксов и мое возмущение улетучивается. Я даже умиляюсь, в носу предательски щипает, а голос дрожит при дежурных благодарностях. Какой хороший мальчик! - Что было после того, как я… как меня… - решаю я поинтересоваться тем, что опустила в своем рассказе Бет. - Кэрол сказала, что парень жив? - Я хотел его убить, - пожимает плечами Карл. - Но Хершел с Бет запретили. Ну, ничего, зато я ему ногу прострелил. За тебя! То есть за твое плечо! - О… - не знаю даже, что сказать гордо вскинувшему бровь Карлу, который просто из мести, хотя, может быть, и из опасений, что враг сбежит, прострелил тому ногу. - Спасибо. - Пожалуйста. Только папа недоволен. Ничего не понимает! - Как он? Рик? - осторожно спрашиваю, ведь дело близится к вечеру, а лидера я так и не видела. - Кэрол его спать заставила. Сказала, что запрет камеру снаружи, если он будет сопротивляться. А остальные еще не вернулись. - Скоро вернутся… Мой голос звучит не очень уверенно, но Карл кивает вполне оптимистично, и я стараюсь верить ему. Это оказывается правильным выбором: уже через пару дней, стоивших всем нам потраченных нервов и пересоленной, наверное, слезами Кэрол и Бет еды, а Рику – седых волос в бороде, у ворот тюрьмы появляются Мэрл с Дэрилом и Мишонн. Мэрл хромает и ругается, на него ворчит Кэрол вместе с кивающим Хершелом. Оказывается, ногу он поранил еще во время боя в тюрьме, но, наплевав на все, отказался ее лечить. Теперь будет еще одним пациентом вместе со мной, отделенным ото всех Джоди и пошедшим на поправку Милтоном. А Мишонн с Дэрилом вполне предсказуемо, если вспомнить сериал, но определенно возмутительно, если учесть то, что Дэрил едва взглянул на меня при встрече, поинтересовавшись, жива ли я, отдыхают пару суток и снова отправляются на поиски неуловимого Губернатора. Отсутствие Дэрила в тюрьме и мое ранение делают жизнь чертовски скучной. Я так и не познакомилась ни с кем из Вудбери, кроме Карен, пойти посмотреть на пленников мне не разрешают, Бет постоянно убегает к Джудит, а Рик заходил всего пару раз, то и дело предлагая мне, если вдруг что, обращаться к Кэрол. Сам же он проводит ежедневные и, судя по виду Карла, не очень веселые воспитательные беседы с сыном. Но даже снова вернувшись, Дэрил не спешит скрашивать мои серые будни своим обществом, развлекать меня или хотя бы просто быть рядом. Правда, от скуки обращая внимание на все подряд вокруг меня, я довольно быстро сама себе нахожу занятие. Очень увлекательное, ведь оно касается двух самых главных мужчин тюрьмы: Дэрила и Рика, которые совершенно неожиданно начинают вести себя как-то странно. Хотя нет, это не просто странно, это чертовски странно, с учетом того, что Рик внезапно начал проявлять очень нездоровый и необычный интерес ко всем женщинам нашего блока, что было ему совсем несвойственно. А Дэрил, в свою очередь, стал шарахаться всех пуще прежнего, вздрагивая иногда, подозрительно оглядываясь, споря с самим собой, когда никого рядом нет, и нервно потирая руки. И я не я, если не пойму, в чем причина всех этих странностей! А ну как две какие-то не в меру прыткие вудберийки всему виной?!