Кеннет Даунинг в Ракун Сити

      Я вышел в коридор и как только свернул за угол из вентиляционного отверстия в стене, почему-то расположенного прямо у пола, показалась светловолосая голова какой-то девочки. Странно, как ребенок оказался в этих проклятых краях и умудрился при этом выжить? Хотя, еще более странно, пожалуй, то, что в этом городе нигде не встречались зомби-дети, ведь не может же быть такого, чтобы в Ракун сити совсем не было молодого поколения?.. Девочка бегло осмотрелась по сторонам, и, стоило ей заметить меня, как по её лицу расплылась счастливая улыбка, словно она среди всего этого ада встретила кого-то очень дорогого ей. Это невероятно обрадовало меня: найти в этих краях одного из наших поклонников, который был столь безумно рад меня видеть — разве это не прекрасно! Девочка полностью выбралась наружу и бросилась ко мне, что это делало меня почти счастливым: даже столь молодые ребята являются нашими фанатами… МОИМИ фанатами! Фанатами, которые безумно рады видеть МЕНЯ даже несмотря на то, что вокруг творится просто неимоверное дерьмо! Но тут милое дитя достигло-таки меня и крепко обняло со словами: «Дядя Альберт! Как же я рада вас видеть!». Весь восторг сразу улетучился. Рады были видеть не меня — звезду рок-н-ролла, а некоего «дядю Альберта». Правда ребенок, прижавшийся ко мне, словно к кому-то почти родному, к кому-то, в ком можно было бы найти защиту и утешение, вызывал у меня что-то вроде родительских чувств и желания заботиться о девочке, словно о родной дочери, так что обида сразу прошла.       — Дядя Альберт, мне позвонила мама и велела бежать в полицию, но Клер сказала, что тут тоже небезопасно. Здесь повсюду бродят зомби. А еще там, где-то в этом здании, бродит что-то… гораздо больше и сильнее любого зомби! Мне так страшно, — испуганно тараторила девочка, потом, немного успокоившись, чуть не плача произнесла, — Я слышала папу… там внизу. С ним что-то случилось! Мы должны ему помочь!       Несмотря на всё моё сочувствие к девочке и её семье, просьбу её выполнить я не мог и лишь спокойно сказал:       — Нет, дитя моё, нам надо срочно выбраться отсюда, нет времени спасать… кого бы то ни было.       Тут девочка словно озверела: глаза её метали молнии, руки сжались в кулаки и, очень гневно она произнесла: «Я спасу папу с тобой или без тебя, дядя Ал. И еще: никогда не обращайся ко мне на «Дитя моё», только «Шерри» и никак иначе! Я уже не ребенок!». Я хотел возразить и остановить Шерри от необдуманных, опрометчивых действий, но тут же получил мощный удар между ног, заставивший меня согнуться пополам и лишиться на какое-то время возможности двигаться, обретя при этом очень красивый высокий голос, подобный дивному вокалу Кая Хансена.       Когда же я немного пришел в себя, желание спасать невинное дитя, как-то резко отпало, и, скурив целый стог разноцветной травы, я зашагал дальше, размышляя над тем, что местным жителям, чудом выжившим в этом аду, не следует доверять в не зависимости от возраста и внешней наивности.       Но умозаключение, к которому я пришел, не помешало мне сморозить еще одну глупость. Я бродил по зданию полиции, разгадывал загадки, собирал аптечки и травы, как вдруг в одной из комнат повстречал какого-то солдата, судя по всему наемника, работающего на «Амбреллу». Парень был хорошо экипирован, на его темной форме красовались логотипы корпорации, а лицо было закрыто противогазом с темными красноватыми стеклами. Солдат осмотрел меня с ног до головы, затем удивленно изрек:       — Альберт Вескер? Я думал, что он мертв.       Затем с ним кто-то связался по рации, вызвав «Ханка». Наемник быстро ответил на вызов, сказав, что свяжется позже и отключил переговорное устройство.       — Что ты здесь делаешь и почему ты все еще жив? — спросил меня он.       — Я… я думаю, вы меня с кем-то путаете, — спокойно ответил я, снимая темные очки.       — Кеннет! — радостно воскликнул наемник, вероятно признав во мне гитариста «Джудас».       Отлично, я все-таки встретил в этих краях нашего поклонника, узнавшего меня… Кстати, как он меня сначала назвал? Альбертом? Уж не за того же ли «дядю Альберта» меня снова приняли?       — Не ожидал тебя здесь увидеть! — как-то слишком по-братски обратился ко мне Ханк. — Знаешь, я принял тебя за Вескера, но эта сволочь, слава Богу, все еще мертва. Опасный тип…       — Альберт Всекер? — уточнил я.       — Угу, «Всекер», — ухмыльнулся наемник.       — Слушай, Ханк, а кто этот парень — Альберт?       — Лучше тебе не знать, Кеннет, — мрачно постановил наемник, после чего добавил, — можешь обращаться ко мне на «Винс», ну или на «Элис» — не первый день знакомы.       С этими словами он снял противогаз, явив моему удивленному взору лицо Винсента Дэймона Фурьне в полном его боевом раскрасе. На вопрос «Почему Купер в Ракун Сити отправился, нанеся грим?» он ответил, что сразу после того, как он выполнит задание, ему нужно будет тут же отправиться на очередной концерт и времени накраситься у него не будет. Потом он велел в случае каких-либо проблем заверять всех в том, что я являюсь Альбертом и пугать тем самым народ, а в случае, если эта стратегия принесет одни лишь неприятности, снять очки, распустить волосы и закосить под Ликвид Снейка. Потом Элис пробурчал что-то по поводу не оригинальности идей автора и многочисленных баянов в его работах и поспешил удалиться. Я хотел последовать за ним, но меня вежливо заверили в том, что мне надо драпать из города на электричке, которую я найду на тайной базе «Амбреллы», пройдя сквозь множество испытаний, а его заберет вертолет, ибо свое он уже отвоевал.