Точка невозврата

- Ничего смешного, - покачал головой Ремус. Нет, смешное определенно было, забавное по крайней мере, но смеяться в такой ситуации определенно не стоило. Сириусу, например, смешно точно не было, как и Питеру. Единственным человеком, продолжавшим упорно хихикать, оставался Джеймс. - Разве? Посмотри внимательнее, Лунатик, это чертовски смешно, - он подёргал Блэка за ухо. И не за обычное человеческое ухо, какое бывает у всех людей, а за большое, чёрное, торчащее вверх треугольником ухо, по внешнему виду больше всего напоминавшее собачье. - Здесь написано, что такое может происходить, если человек нервничал во время превращения, - Люпин снова уткнулся в книгу. - В лучшем случае пройдёт само, когда ты успокоишься, - обратился он к Сириусу. - А в худшем? - спросил Блэк резонно. Не то, чтобы он был законченным пессимистом и не верил, что у него всё получится. Не верил бы - не взялся бы. Просто ему хотелось прикинуть и худший исход. Просто на всякий случай. - В худшем так и останется, - прикусил губу оборотень. Ему было чертовски стыдно, ведь это из-за него друзья решили стать анимагами, а значит, если бы не он, то с Блэком всё было бы в порядке. - Попробуй успокоиться, - Питер смотрел на друзей полными ужаса глазами. С одной стороны он представлял себе, что было бы, если бы он застрял во время перевоплощения, а с другой - что будет, когда об их деятельности узнают учителя и директор. - Знаешь, а тебе и с этими ушами неплохо, - рассмеялся Джеймс в очередной раз. Он согнул ухо Блэка, а затем отпустил его и посмотрел, как оно распрямилось снова. - Девушки точно будут в восторге. - Это не помогает, - сообщил Бродяга, морщась. Уши оказались чувствительными, и прикосновения к ним пусть и не причиняли боли, но и не были приятны. - Не трогай, пожалуйста. - Может, пойти к МакГонагалл? - спросил Люпин осторожно. Не то, чтобы он не понимал, насколько плоха эта идея, но из всех учителей только она могла бы как-то помочь. Ну, и директор, конечно. - Она нас убьёт. Всех, - высказался Питер, таращась на Сириуса с ужасом и жалостью. - Может, к мадам Помфри? - предложил он в свою очередь. - Она болтать не станет. - Не думаю, что она может что-то сделать, - покачал головой Ремус. Неожиданно он дёрнулся и сделал остальным знак молчать. В тишине послышался треск веток. Джеймс, мгновенно обернувшись, увидел какого-то парня с тёмными волосами, который, развернувшись на месте, бросился прочь. - Я догоню! - крикнул Поттер и тут же бросился за неизвестным в погоню. Сириус передёрнул плечами. Только этого им не хватало! Вчера он вернулся в спальню так, что его почти никто не видел, а с утра сказался больным и лишь тогда, когда все отправились на занятия, выскользнул из замка и остался дожидаться остальных в запретном лесу. И всё это ради того, чтобы никто ни о чём не узнал, а теперь всё идёт насмарку из-за какого-то парня. И ведь наверняка он со Слизерина, откуда бы ещё. - Хвост, не смотри на меня так, словно я вот-вот скончаюсь, это не помогает успокоиться, - Сириус повёл плечами. Шансы вернуться в нормальное состояние снижались, так как теперь ему нужно было переживать ещё и из-за того, кто их видел. - Ладно, тогда я пойду... Посмотрю как там у Сохатого, - Питер развернулся и бросился за убежавшими парнями, уворачиваясь от деревьев. Сириус опустил руку вниз и, потянув за что-то, вытащил из-под одежды хвост. - Если бы Джеймс увидел, он бы точно не успокоился, - пояснил Блэк. Ходить, а тем более сидеть, с хвостом под штанами было неудобно, и теперь он был просто счастлив вытащить эту интересную деталь облика. Настолько, что, кажется, его хвост начал покачиваться в воздухе. - Попробуй сконцентрироваться на хороших мыслях, - Ремус опустился на корточки перед другом, стараясь не думать, что это всё из-за него. То есть это был достаточно очевидный факт, чтобы не обдумывать его слишком долго, сосредоточившись на более важных проблемах. - Хорошо, - Сириус ненадолго замолчал. - А если я останусь таким навсегда, я буду тебе нравиться? - спросил он вдруг, пристально глядя на Ремуса. Тот непонимающе сощурился. - Ты не останешься таким навсегда, - оборотень попробовал добавить в голос уверенности. - Но даже если бы остался, ты, конечно, всё ещё был бы моим другом. Особенно учитывая то, что ты делал всё это для меня. - Я имел в виду не совсем это, - Сириус потянул собеседника к себе за галстук. - Я ведь тебе нравлюсь не только как друг, - сказал он спокойно. - Я давно заметил. - И ничего не сказал, - Люпин почувствовал острую потребность немного отодвинуться, но делать этого не стал. Мысли в его голове были всё более и более пессимистичными. - Почему? - Не хотел пока. Если бы я сказал, что я знаю, что я тебе нравлюсь, мне нужно было бы дать ответ, - Блэк не знал, понятно ли он выражает свои мысли. На самом деле всё было достаточно просто. Признай он существование чувств Лунатика, и ему нужно было бы ответить, разделяет ли он их. То есть либо солгать, либо утратить определенную свободу. - Так что не делай вид, что не понимаешь, и ответь на мой вопрос. - Да, ты будешь мне нравиться, с ушами и хвостом или без них, - и Люпин, наклонившись вперёд ещё сильнее, осторожно поцеловал друга. Тот ответил, сначала удивленно и как бы испытующе, а затем пусть и осторожно, но по-настоящему. - Та да! - сказал Ремус, отрываясь от чужих губ. - Что? - не сразу понял Блэк. Подняв руку, он прикоснулся к своей голове, провёл ладонью по волосам и обнаружил, что собачьи уши исчезли. Лунатик за это время успел подняться на ноги и сделать пару шагов назад. - Только не говори, что поцеловал меня только для того, чтобы всё прошло. - Не говорю. Но ты можешь так думать, если ты ещё не готов. Пока всё обратимо, - и, развернувшись, Ремус бросился в ту сторону, в которую до этого бежали Джеймс, Питер и неизвестный. Люпину, как старосте, полагалось проверить, не сотворили ли его друзья чего-нибудь непоправимого.