Кларисса Ла Ру

Перси

      Хотите инструкцию, как быстро и эффективно сойти с ума? Пожалуйста: 1. Просидите сутки в запертой комнате, не делая НИЧЕГО. 2. Сделайте самый дебильный поступок, какой только возможен в сложившейся ситуации. 3. Прогуляйтесь с чокнутой колдуньей и парой-тройкой каменных мужиков по саду, где нет растений. 4. Заметьте совершенно невозможные, с точки зрения логики, результаты самого дебильного вашего поступка. 5. Снова оказавшись в запертой комнате и не делая там ничего, надейтесь.       Та-дам! Поздравляю! Вы конченный псих!       Ну, вернее, я думаю, что после этого вы станете конченным психом. Я-то сам пока в процессе.       Ладно, давайте рассуждать логически. Какова вероятность, что они нашли моё послание, написанное блестящими чернилами на странице из учебника физики и засунутое в вонючую бутылку из-под пива? Нет, не так. Какова вероятность, что она не разбилась при падении? Что она доплыла до того самого острова, где были девчонки? Что они её нашли? Прочитали? Смогли волшебным образом добраться до этого чёртового замка, Аид его побери? Ну, по моим скромным расчётам, где-то одна миллиардная процента. Я считал, что это равняется «невозможно», но, видимо, ошибся.       Или я просто уже сошёл с ума.       Вот тут уже процентов девяносто, не меньше.       Тем не менее, последний пункт в моём списке — надеяться. И я надеюсь. Не знаю толком, на что, но надеюсь.       День тем временем закончился, наступил знойный вечер. Я лежал на кровати, не зная, стоит ли засыпать. В прошлый раз ничем хорошим это не закончилось.       Вспомнив о маме, я помрачнел. Но поделать со своими мыслями уже ничего не мог.       Вернее, с одной-единственной мыслью.       Её больше нет.       Всё, конец. Она мертва. Её нет и никогда не будет.       Я уже не смогу спуститься в Царство Мёртвых и забрать её оттуда.       Мамы больше нет.       Её убили.       Фобос и Деймос.       Взяли, и просто убили. Ради мести. И развлечения. Наверное, жестокость становится весельем, когда ты сын бога войны.       Сыновья Ареса. Того самого Ареса, копьё которого мы ищем. Того самого Ареса, ради которого я попёрся в этот чёртов поиск под руководством Клариссы. Пока я искал копьё Ареса, его сыновья убили мою маму.       А нахрена я вообще его ищу, в таком случае? Какого Аида я должен оказывать ему услугу? Может, послать всё к чертям собачьим и бросить этот поиск? Возможно, тогда Арес научится воспитывать своих детишек?       Детишек. Но ведь не только Фобос и Деймос его сыновья. В лагере целая дюжина его детей! И среди них Кларисса. Та самая Кларисса, которая при первой встрече едва не засунула меня головой в унитаз. Та самая Кларисса, с которой мы соперничали все эти годы, проведённые в лагере. Та самая Кларисса, которая всегда меня ненавидела, и которой я отвечал взаимностью. Та самая, чёрт побери, Кларисса, которая... Которая...       Которая рискует сейчас своей жизнью, чтобы спасти мою. Которая совсем недавно доверила мне свою самую большую тайну. Только мне. И больше никому. Та самая Кларисса, которую я готов назвать своим другом.       О да, я знаю, как Арес воспитывает своих детей. Вернее, догадываюсь. Несколько лет назад Кларисса вздрогнула только оттого, что на неё замахнулась его голограмма. А буквально год назад я видел, в какой ужас она приходит от его гнева. Если Кларисса Ла Ру, без страха кидающаяся на любого монстра, принимающая любой вызов и с радостью его бросающая, в одиночку и без доспехов одолевшая огромного змия, - если по-настоящему отважная Кларисса боится неудовольствия отца, то мне страшно себе представить, каков бог войны в гневе. И уж тем более я не хочу себе представлять, каково будет человеку, на которого этот гнев падёт.       Я не могу позволить, чтобы Клариссе досталось от отца из-за меня. Не могу так её подставить. Не могу предать. Как бы я ни ненавидел Ареса и его бессмертных сынков, я всё равно помогу Клариссе вернуть чёртово копьё. Ведь так и поступают настоящие друзья.       Солнце село, за окном и в комнате становилось темно. Веки медленно слипались.       Интересно, а как мама отреагировала бы на моё решение помочь отцу её убийц? Наверное, зная про Клариссу, одобрила бы. Она ведь была добрая. И помогала всем. Никому не желала зла. Просто хотела купить нам воды. Никогда не забуду, как в окне последний раз мелькнула её голова. Никогда не забуду удовольствие на лицах Фобоса и Деймоса. Никогда не забуду взрыв, наверняка унёсший жизни кучи людей. И моей мамы тоже.       Не думать об этом, не думать. Просто лежать, глядя в потолок, и медленно засыпать...       А всё-таки, куда моя мама попала? Точно не на Поля Наказаний. Могли ли её отправить в Элизиум? Или не-героям только Поля Асфоделей и светят? Если так, то ей сотрут память? И она не вспомнит ни своей жизни, ни меня... Если прошло столько дней, может, она уже...       Я крепко треснул себе по лбу. Кому велено было об этом не думать? Кому велено было не падать духом, держать себя в руках? Я не смогу закончить поиск и помочь Клариссе, если буду лежать тут в тёплой кроватке и плакать по маме. Как заманчиво это ни звучало бы.       Я перевернулся на бок, глаза уже упорно отказывались открываться.       Фобос и Деймос тоже ведь ищут копьё Ареса? Если я помогу Клариссе, я и им насолю? Недостаточная, конечно, месть, но всё же лучше, чем ничего.       У меня не хватало силы воли, чтобы элементарно открыть глаза или поднять руку. Тело отказывалось слушаться. Но я всё равно понял, что засыпаю, лишь в последний момент. Примерно за секунду до того, как уснул.       Комната, в которой я оказался, была маленькой, неуютной и вся в красно-чёрных тонах. Единственное, что выбивалось из этой гаммы — постельное бельё камуфляжной расцветки. Даже во сне у меня возникли кое-какие подозрения, но подумать о них я толком не успел.       Потому что на стуле возле окна сидела моя мама.       Она выглядела точно так же, как и в последний день — синие джинсы, белая футболка, чёрная кофта висит на спинке стула, кудрявые тёмные волосы распущены. Только вот это лицо, такое знакомое и любимое, больше не улыбалось. Она глядела куда-то вдаль, не замечая ничего вокруг.       Пол тоже был тут — немного растерянный, но старающийся держать себя в руках. Он подошёл к маме и положил руки ей на плечи. Она медленно обернулась. В глазах у неё стояли слёзы.       Я проснулся, резко вскочив с кровати. Голова кружилась, сердце билось, как чокнутое, я с трудом переводил дух. Но сейчас мне было как-то плевать на это.       Мама жива.       Если это не розыгрыш Фобоса и не простой сон, вызванный бессмысленной надеждой, то моя мама жива.       Мама и Пол живы.       Я ничего не понимал. Как они могли выжить после того взрыва? Почему на них нет ни единой царапины, на одежде — ни единого пятнышка? Где они сейчас, в конце-то концов?!       Хотя на последний вопрос я вполне могу ответить.       Стены красные, будто кровь. Постельное бельё камуфляжное, словно военная форма. А за окном, в которое смотрела мама, виднелись греческие храмы и статуи.       Да, моя мама жива.       И каким-то образом она оказалась на Олимпе, в плену у Ареса.

***

      Моим будильником послужил взрыв.       Не помню, когда я снова вырубился. Может, после того, как содрал ладони в кровь, молотя руками по прутьям решётки на окне. А может, после того, как разлетевшаяся вдребезги ваза, которую я в эти прутья и швырнул, оцарапала мне лицо и плечо. Я был так зол, что мозг мой отключился ещё до того, как я уснул.       Но проснулся я определённо от взрыва.       Тихого, далёкого, наверняка слабого.       Но взрыва.       Нормальные люди при этом испытывают страх, ужас, панику и желание во что бы то ни стало спасти свою задницу.       Я испытал надежду.       Но разве кто-то говорил о том, что я нормальный?       После этого сна я, кажется, совсем сошёл с ума. Окончательно. Стоило мне вспомнить маму, пленённую богом, ради которого я рискую жизнью, и все мысли путались, голова кружилась, а руки хотели кого-то придушить.       Желательно Ареса.       К сожалению, он далеко.       К тому же, бессмертен.       Но разве это проблема для такого отчаявшегося психа, как я?       Пф, конечно нет!       А вот взрыв может оказаться проблемой.       Или спасением.       Это зависит от того, убьёт он меня или нет.       Прошло ещё несколько минут, но ничего не изменилось. Не было ни новых взрывов, ни криков, беготни, паники, звуков сражения или ещё чего-нибудь в этом роде. Всё было так же тихо и спокойно, как всегда. Я даже начал думать, что взрыв этот был только в моём сне, хотел уже хоронить свою надежду...       Но тут снова его услышал.       Ближе.       Намного.       В стене появилась дверь, но Медеи не было. Я подождал секунду и вскочил с кровати, чтобы выбежать отсюда.       Но тут в моё окно ворвалась молния.       Вернее, это была огромная белая вспышка, едва меня не ослепившая и устроившая очередной взрыв.       Когда я открыл глаза, двери в стене уже не было.       На её месте стояла сильно наэлектризованная, растрёпанная ещё больше, чем обычно, но счастливая до безумия Талия. - Привет, братец! Давно не виделись!       Если бы по ней не пробегали видимые электрические заряды, клянусь, я бы её обнял. О чём я ей и сообщил. Но только после слов: - Знаешь, в жизни не был так рад тебя видеть.       Талия рассмеялась. Затем влетела в комнату и потащила меня за руку, предварительно долбанув током. - Куда мы? - На свободу, конечно! К тому же, нам надо помочь Клариссе.       Кларисса. Имя кувалдой ударило по стенкам черепа откуда-то изнутри, но я старался не обращать на это внимания. Все мои мысли о маме, Поле, Аресе и его сыновьях снова всплыли в памяти, но и их я постарался отодвинуть куда подальше. Сейчас я должен помочь друзьям.       Если бы не смертельная опасность, я бы восхитился. Кларисса размахивала своим копьём направо и налево, и от его электричества каменные стражи распадались на куски и пыль. Каждый её удар находил свою цель. Это было просто поразительно!       Жаль только, что целей слишком много.       Талия осталась на лестничной площадке, где мы и стояли, и достала лук. Я выхватил меч и побежал к Клариссе. Не знаю, много ли от меня будет пользы, если я три дня проторчал в запертой комнате. Но хоть что-то я смогу сделать.       Например, укоротить голову одному из стражников, попытавшемуся ударить Клариссу сзади.       Она обернулась на шум и увидела меня. Ухмыльнулась. Глаза её горели, как два костра. - Явился, не запылился, Джексон. - Я тоже рад тебя видеть, Ла Ру.       Ещё пара каменных конечностей полетели на пол, но другие стражники продолжали наступать на меня спереди и с боков. Нападения сзади я мог не бояться, ведь мы с Клариссой стояли спина к спине. - Можно задать тебе один вопрос? - поинтересовалась она в пылу сражения. - Валяй! - Откуда, чёрт тебя побери, ты взял бутылку из-под пива?       Я рассмеялся, громко, едва не сгибаясь пополам. Стражники, опасаясь, что это заразно, отступили на один шаг. - Давай я поведаю эту историю как-нибудь в другой раз? Сейчас у нас, кажется, есть дела поважнее. - Да ладно, а я не против поболтать. Например о том парне, что спрятал копьё отца на этом острове. - Он уже мёртв. - Ему же лучше, - пробормотала Кларисса.       Стражник, хотевший было атаковать её сбоку, пал, пронзённый наэлектризованной стрелой Талии. Как и многие другие стражники. Но вряд ли у Грейс оставалось много стрел в колчане. А стражников становилось с каждой секундой всё больше и больше. - Нам надо что-то придумать. Наверняка это Медея их создаёт! - Прекрасно, где её искать? - Не знаю, я... Погоди... Сад! - воскликнул я. Один из стражников едва не снёс мне башку, но Талия вовремя его пристрелила. - Скорее всего, она в саду! А даже если нет, из него видно весь замок. - И ты предлагаешь прорваться сквозь этих каменных чуваков в сад и поискать там Медею, надеясь, что она нас не заколдует? - Да! - Дурацкий план... - Я знаю. Так вы со мной? - Естественно!       И Кларисса, взбежав на кучу камней, перепрыгнула через стражников первая. Я последовал за ней, крикнув лишь: - Талия, сад!       В районе лестницы мелькнуло что-то серебристое. Я понадеялся, что дочь Зевса поняла меня, и побежал к Клариссе.       Кажется, Ла Ру прекрасно знала, куда бежать. В отличие от меня. Поэтому я очень старался не терять её их вида, попутно разрушая попадавшихся на пути каменных стражей. Ещё около дюжины бежали сейчас за нами. Шум стоял такой, будто стадо слонов ворвалось в посудную лавку: всё грохотало, трещало, звенело и, главное, разбивалось, разрушалось и падало. Что-то долетело до меня и ранило ногу. По щеке текла кровь. Бок сильно болел от бега.       Но я уже очень давно не получал такого удовольствия.       Можете назвать меня чёртовым суицидальным психом, и вы будете правы.       Но после двух суток, проведённых в четырёх стенах, такая «разминка» была мне только в кайф. Я снова мог заниматься тем, чем привык, и это приносило мне удовольствие.       К тому же, я не один. Со мной мои друзья, Талия и Кларисса, которые смогут прикрыть меня, помочь, если это будет необходимо. Которые, чёрта с два, рискнули своей жизнью и поиском, чтобы выручить меня.       Они ведь знали, что копьё здесь. Они могли просто найти его и уйти.       Но вот они здесь.       И я был счастлив сражаться рядом с ними.       Кларисса на бегу обернулась, проверяя, как я там. Даже на таком расстоянии я увидел, как загорелись её чёрно-карие глаза. Они стали немного алыми, оранжевыми, будто их подсвечивали изнутри.       Как будто в них горел тот самый Огонь Войны.       И я охотно этому верил.       Сад оставался одним из самых прекрасных на свете мест, где я только бывал. До того, как вслед за нами в него ворвалась дюжина каменных стражей.       Ах, нет, простите. Уже около двух дюжин. Не знаю, откуда они все понабежали, но сохранность драгоценных творений Медеи их несильно волновала.       Талия успела собрать большую часть своих стрел. Я сомневался, что при таких обстоятельствах нам это сильно поможет, ведь противников всё равно было больше. Но это всё же лучше, чем ничего.       Электрокопьё Клариссы было наготове, как всегда. Она была вся в царапинах, ранах и копоти, но при этом, я готов поклясться, в полном восторге. Наконец-то Ла Ру снова была в своей стихии. - Она на балконе, - произнесла она, почти не шевеля губами. - Талия, сможешь забраться туда? - Конечно, без проблем, - усмехнулась охотница Артемиды. - Джексон, нам надо только приблизиться. Готов к веселью? - Так точно, капитан! - Чудненько.       И она первая бросилась на стражников.       Талия повела себя не как охотница. Скорее, как белка. Вложила лук и стрелы в колчан, оттолкнувшись от фонтана запрыгнула на ближайшего стражника, и подбиралась к балкону по головам и спинам остальных. Я мог только восхищаться её ловкостью и смелостью.       И при этом, конечно, беречь свою голову.       Вот второе у меня получалось не очень.       Я колол, рубил, резал, носился между стражниками, как сумасшедший, но толку от этого было мало. Мои привычные приёмы тут не помогали.       И тогда я сменил тактику.       Отскочив немного дальше от очередного стражника, я крутанулся вокруг себя, стараясь не думать о том, как я похож на пьяную балерину.       Мой меч расколол стражника на камушки.       Приём, показанный Клариссой где-то вечность назад, работает!       Стражники распадались один за другим от моих новых приёмов. Они были гораздо сильнее и разрушительнее для них, что не могло меня не радовать.       Вынужден признать, тренировки с Клариссой не прошли для меня даром.       Главное, ей об этом случайно не сказать.       Я не сразу понял, что стражники, которых мы убиваем, не восстанавливаются. И новые тоже перестали появляться. Я наконец-то нашёл время, чтобы посмотреть на балкон, и понял причину. Талия уже билась с Медеей не на жизнь, а на смерть.       Чёрный туман, клубящийся вокруг колдуньи, сильно меня напрягал. Но Талии он не причинял никакого вреда. Возможно, из-за электрического тока, окружавшего Грейс и пробегавшего по ней, как по кабелю. У обеих были такие разъярённые лица, что я и не знал, на чьей стороне будет победа.       Не знаю, сколько ещё длилась бы эта битва, если бы в балкон с небес не ударила молния.       Он не выдержал и раскололся.       Талия с всё той же ловкостью белки прыгнула на ближайшее дерево, схватив и Медею. Но колдунья вырвалась из её рук и упала на землю.       Стражники на секунду замерли, а затем рассыпались в пыль, как и все обломки. Мы с Клариссой подбежали к Медее, над которой уже склонилась Талия. - Жива, но без сознания, - холодно произнесла Грейс. Волосы её трещали и искрились от электричества. - Что будем с ней делать? - спросила Кларисса. И посмотрела на меня. Как и Талия. И всё-таки я не сразу понял, что это должно быть моё решение. - Надо привести её в чувство. - Ты с ума сошёл? - удивилась Ла Ру. - Может, лучше прикончить её, и дело с концом?       Я переводил взгляд с Клариссы на Медею. Потом покачал головой. - Почему? Она ведь столько зла тебе причинила, хотела убить тебя! Почему ты не хочешь ей отомстить? - Потому что иногда надо прощать своих врагов.       Даже отсюда я слышал, как особо сильная волна ударилась о скалистый берег.       Кларисса ничего не отвечала. Она просто смотрела мне в глаза. В её собственных я уже не видел Огня Войны. Он не потух, просто притаился глубоко в душе, чтобы вырваться в нужное время в нужном месте. Когда Клариссе понадобиться сражаться за свою жизнь или за жизни близких, сражаться с врагами.       Но не сейчас, когда она улыбалась своему другу.