Всем назло мы будем вместе

Увидев, что машина скрылась за поворотом, Мисаки молнией вбежала в дом и схватила мобильный телефон. Руки немного тряслись, когда она набирала номер Усуи. Несколько секунд ожидания показались ей вечностью. Но вот, наконец, он взял трубку. — Усуи, что происходит? Кто эти люди? — Мисаки, успокойся, я завтра все расскажу. — Как я могу успокоиться? Усуи-идиот! — Миса-тян...прости, — Усуи повесил трубку. Девушка недоуменно уставилась на телефон. "Почему?!" — Мисаки повалилась на кровать в полной уверенности, что заснуть этой ночью она не сможет. * * * Усуи почти всю дорогу ехал молча, напряженно смотря в окно. На душе было тяжело от того, что пришлось так оборвать разговор с Мисаки. От мужчины, сидевшего рядом, он ничего толком не узнал. "Очередная собачка деда", — со злостью подумал он. За окном мелькали дома. Сначала это были простые двухэтажные домики, но постепенно пейзаж менялся, дома становились выше и богаче. Они остановились перед четырехэтажным особняком в европейском стиле. Усуи вылез из машины и флегматично огляделся. Он видел, как его провожатый с кем-то разговаривает по телефону. Но вот, он тоже вышел из машины и кивнул в сторону входа. — Мистер Волкер ждет, прошу вас, — и открыв двери, он пропустил Такуми в гостиную. На первый взгляд роскошь и убранство дома поражало. Здесь все словно кричало о богатстве хозяев, но Усуи без особого интереса прошел в гостиную, словно не замечая всего этого. В кресле у камина сидел пожилой мужчина. Его осанка и взгляд явно выдавали в нем волевого и сильного человека. Почувствовав присутствие Усуи, он поднялся с кресла и повернулся к нему лицом. Усуи давно не видел деда, но тот почти не изменился с их последней встречи. Седые волосы зачесаны назад, колючие зеленые глаза буравят, словно заглядывают в душу. Наверно дед был единственным человеком, которого Усуи ненавидел и уважал одновременно. Эти чувства тяжело было объяснить даже себе, не то что Мисаки. Невольно он вспомнил тот их разговор, когда она буквально заставила его рассказать о себе и своей семье. — Такуми, а ты подрос, — Уильям Волкер наконец прервал молчание. — Ты прилетел из Англии для того, чтобы сказать мне это? Дед усмехнулся. — Конечно нет, и ты знаешь об этом, поэтому не обязательно показывать свою ершистость, — он подошел ближе, всматриваясь в лицо внука. — Но Джерард болен, серьезно болен, пока мне удавалось все держать под контролем, но теперь, когда он попал в больницу в очередной раз, акционеры заволновались. Усуи попытался выразить на лице недоумение. — Зачем ты мне все это рассказываешь? — Такуми, ты ведь всегда отличался умом и сообразительностью, не надо делать из меня идиота. Ты прекрасно знаешь о состоянии Джерарда, хотя я и не знаю откуда. И твой взгляд явно говорит о гневе, который ты сейчас испытываешь. Но мне нет до этого никакого дела. Усуи пораженно уставился на деда, его задело то, каким тоном все это было сказано. — Не для того я столько работал, чтобы в конце все было разрушено. Компания — это самое ценное, что сейчас есть у меня, и я приложу все усилия для ее сохранения, поэтому мне плевать на твою ненависть ко мне. Ты должен возглавить "Волкер групп" вместо своего брата. — А тебе не приходило в голову, что я не твоя собственность? Вы отказались от меня, моя фамилия не Волкер, а Усуи, и я не собираюсь ничего менять. — Глупый мальчишка! — в глазах деда на секунду полыхнула злость. — А как ты думаешь, благодаря кому ты жил безбедно все последние годы? Стоит мне пальцами щелкнуть, и ты окажешься завтра на улице. Глаза Такуми невольно округлились от этого заявления. "Вот оно оказывается, как дела обстоят", — подумал он, устало прикрывая глаза рукой. — Через два месяца ты закончишь старшую школу и вернешься в Англию, чтобы начать обучение в Оксфорде. Все необходимые документы уже подготовлены. — А если я откажусь? — Я думаю, что ты и сам знаешь, что тогда будет. Не стоит портить жизнь себе и другим людям из-за собственного эгоизма. Усуи уже догадался, кого подразумевал дед под "другими людьми". И гнев, который он сдерживал во время всего разговора, прорвался наружу. — Не смей впутывать ее в свои грязные дела! — Ты сам впутал ее во все это, когда рассказал о том, кто ты. Поэтому прекрати орать и послушай меня внимательно... Но Усуи оборвал деда, не дав ему договорить: — Это все бессмысленно, ты же никогда меня не признаешь, к чему тогда весь этот спектакль? Как ты объяснишь мое появление в семье? Уильям Волкер нахмурился, продолжая буравить внука взглядом. Их взгляды встретились, и Усуи совсем не понравилось то, что он увидел. Внезапная догадка ошеломила юношу. Кажется дед понял это, поэтому лишь утвердительно кивнул. — Я не буду ничего объяснять, потому что очень скоро ты станешь не Усуи Такуми, а Джерардом Волкером!