The internet is for porn

Мико сидела в пустом компьютерном классе уже второй час. Занятия давно закончились, но кабинет всё еще оставался открытым. Возможно, кто-то просто забыл его запереть, потому что свет был погашен, и все компьютеры были выключены. В любом случае, девушке нужно было подготовить к завтрашнему дню доклад по истории Соединенных Штатов Америки, пока Балкхед не забрал ее из школы. К сожалению, по этому предмету Мико катастрофически не успевала, поэтому пыталась составить свое сообщение из уже разобранных фактов, изложенных простыми словами. А их, как назло, в интернете не хватало. Уже которая ссылка предлагала реферат или иную работу на темы, только косвенно связанные с той, что она искала. Неожиданно Мико бросилась в глаза мигающая картинка, изображавшая искаженное лицо трансформера с алыми линзами – на сайтах с учебными материалами хватало спама и всплывающей рекламы, девушка давно не обращала внимания на предложения увеличить грудь или узнать что-то шокирующее о поп-звезде. Но под этой картинкой имелась надпись «Вы не поверите! Роботы тоже делают ЭТО!», и Мико позволила себе на пять минут отвлечься от скучных и все равно практически безуспешных поисков. Ранее она подобных надписей не видела, поэтому заинтересовалась. Страница грузилась долго, и девушка уже собиралась закрыть этот сайт, но ролик вдруг загрузился, и на экране появилось изображение, которое заставило Мико изумленно распахнуть глаза: она узнала в роботе, стремительно входящем в помещение, десептикона Старскрима. «Кнокаут!» - высокий голос из динамиков резанул по ушам, и девушка кликнула по значку отключения звука, спешно склонилась под стол и попыталась нашарить регулятор громкости. В классе явно очень редко убирались. Во всяком случае, саму технику давно не протирали – девушка вся измазалась в пыли, пока разыскивала в полутьме колонки. Когда Мико наконец распрямилась, обтирая руки о джинсы, картинка на экране успела измениться. Сперва девушка не могла понять, что именно она видит – ее разум воспринимал лишь непонятные шевеления какой-то серой массы с мелькающими красными вкраплениями. Но, опознав крылатого десептикона, облепленного разномастными извивающимися тентаклями, Мико нервно сглотнула и вжалась в жесткую спинку компьютерного кресла. Старскрима снимали откуда-то сбоку, с высоты, и лица его практически не было видно. Лишь иногда, когда он резко дергал головой, в кадре появлялись широко распахнутые красные глаза, и можно было заметить, что рот десептикона занят толстым тентаклем. Робот был согнут пополам и приподнят над столом, похожим на лабораторный - ноги болтались в воздухе, и только длинные когти бились об уже исцарапанную поверхность. Девушка задумалась о том, какой же силой обладали эти щупальца, что с такой легкостью поднимали тяжеленный боевой истребитель. Она видела подобное и раньше, на ее родине такие мультики пользовались популярностью, но ассоциировать хентай с трансформерами… было как-то дико и абсолютно, ужасающе неправильно. И потом, не составляло труда отличить реальную видеосъемку от мультипликации, даже очень качественной, и это смущало еще больше. Тем временем на экране Старскрим продолжал бороться с тентаклями – если, конечно, Мико правильно понимала смысл его дерганий. Казалось, он пытается распрямиться, оттолкнуться от стола. Присмотревшись, она разглядела странные розоватые подтеки на его боках и шее – под бьющимся телом уже собрались лужицы энергона, но, судя по его цвету, истребитель не был ранен. В надежде как-то объяснить происходящее девушка включила звук, но из колонок едва слышались невнятные стоны и хрипы. Она мысленно выругалась на то, что выкрутила регулятор громкости почти на минимум, но оторвать взгляд от монитора не было сил, а отыскивать что-то ощупью в переплетении пыльных проводов было лень. Мико прижалась щекой к неровной кромке стола, прислушиваясь к доносящемуся из динамиков мычанию, и увидела, как тонкий корпус десептикона пришел в движение. Ракурс съемки изменился, теперь камера, наверное, находилась где-то на уровне стола, потому что девушка прекрасно видела отверстие между ног Старскрима, заполненное толстым тентаклем, откуда при каждом рывке все интенсивнее сочилась бледно-розовая жидкость. Тело трансформера медленно выпрямлялось, руки с когтями, яростно скребущими воздух, оказались вздернуты вверх. Мико упустила тот момент, когда из крыльев и боков истребителя потоком хлынул чистый, непереработанный энергон. На жуткой лицевой пластине отразилось явное облегчение. Длилось оно недолго – из серой массы тентаклей, кружащей на периферии, выскользнуло несколько тонких щупалец, воткнувшихся куда-то в корпус Старскрима. Наверное, они перекрыли шлюзы, потому что розовая жидкость перестала течь. Толстая трубка во рту истребителя содрогнулась, а может, он сам содрогнулся; оптика сузилась до красных сверкающих щелей, и по груди заструился энергон. Снизу раздался жутковатый, неожиданно высокий стон, почти сразу же сменившийся лязгающим подобием кашля, и девушка вдруг ощутила тянущий слабый спазм внизу живота. Она повела шеей, уже начавшей затекать, откинула с глаз упавшую челку и опустила руку под стол, почти до боли сжав собственное колено. Действо продолжалось – теперь тентакли развели ноги Старскрима в разные стороны, фактически заставляя его принять поперечный шпагат. Или некое подобие шпагата – бедра, перемазанные розовым энергоном, слегка отклонялись от прямой линии. Очевидно, десептикон был не слишком гибким. Неожиданно перестав дергаться, сикер напряженно замер в крепких объятиях тентаклей, и его тихие стоны окончательно превратились в сигналы о боли. Видеть врага скулящим, беспомощным и униженным было… черт, да просто потрясающе. Мико улыбнулась, втягивая воздух сквозь приоткрывшиеся губы, и почувствовала, как все ее лоно, туго сжатое джинсами, пульсирует в такт биению сердца. Тонкие и гибкие тентакли начали дразняще ощупывать широко раскинутые бедра Старскрима и его пах, гладкий, как у куклы. Десептикон всхлипывал, по его лицу стекали омыватель и энергон; перепачканная, искаженная морда с неестественно распахнутыми челюстями и вывернутыми белыми клыками выглядела еще более уродливой, чем обычно. Щупальца, в отличие от девушки, знали, что искать, и вскоре грязные пластины между ног истребителя распахнулись… - Фак, - потрясенно выдохнула Мико, и пальцы ее левой руки, лежавшей на столе, рефлекторно сжали пустое пространство. Клитор уже ощутимо ныл, хотя девушка не прикасалась к себе даже сквозь плотные джинсы, прижатая к столу щека чесалась, но по сравнению с открывшимся секретом физиологии роботов это вообще не имело значения. У Старскрима бодро торчал самый настоящий член немаленьких размеров, и истребитель слабо подавался пахом вперед, когда тентакли обвивали этот самый член, двигаясь от основания к концу. Робот, как и любой человек мужского пола, реагировал на них весьма положительно, и девушка не могла не задуматься, как же устроены трансформерские женщины. Присматриваясь к интимным местам десептикона и чувствуя, как к лицу приливает кровь, Мико заметила упущенные ей раньше детали – кроме того отверстия, которое заполнил толстенный тентакль, обнажились новые дырки, и, насколько она могла разглядеть, не одна и даже не две. Зачем трансформеру столько интимных отверстий, учитывая то, что на фоне прочих роботов Старскрим казался миниатюрным, девушка пока сообразить не могла. Судя по поведению истребителя, развлекаться с тентаклями было для него внове и все-таки скорее странно, чем радостно. Шупальце, аритмично сползавшее от паха Старскрима к головке его члена, замерло в финальной точке и свернулось, и заглушенное кляпом-тентаклем скуление стало существенно громче. Оптика моментально распахнулась, и истребитель забился в путах, будто какое-то диковинное мерзкое насекомое в паутине. Сходство усиливали лихорадочно движущиеся крылья, мелькавшие на неприятной глазу скорости. Раздался почти неслышимый из-за стонов хруст, и на стол полетела какая-то деталь, отломанная от члена. Затаив дыхание, Мико во все глаза смотрела на то, как мужское достоинство вырывающегося сикера становится все меньше и короче под безжалостными прикосновениями тентаклей. Теперь сочился энергон синего оттенка, пару раз он даже взлетел небольшими фонтанчиками – в эти моменты Старскрим переходил на отчаянный визг – но, как ни странно, жидкости вытекало немного, как будто половой орган трансформера так сильно отличался от человеческого, что подобные повреждения были сопоставимы с небольшой царапиной. Девушка сама не заметила, как широко раскинула ноги, почти болезненно наваливаясь грудью на край стола и прижимаясь влагалищем к жесткой поверхности стула. Правую руку Мико поднесла ко рту и закусила костяшку указательного пальца. Наконец, тентакли оставили сикера в покое, будто нехотя опуская его на пол и ускользая куда-то за пределы кадра. Старскрим растянулся на темной поверхности; ракурс снова изменился, и теперь девушка видела все, словно сидела под столом в той же комнате. Разве что рост ее, вероятно, должен был бы измениться – сейчас Мико смотрела на сложившегося пополам истребителя чуть свысока. Десептикон зашевелился, заскреб когтями пол. Кажется, он пытался подобрать под себя неестественно раскинутые ноги. Откуда-то слева вышли еще два трансформера, в которых девушка с удивлением опознала лидера десептиконов и их медика. С той точки, откуда их снимала камера, они казались невообразимо огромными, но через несколько секунд угол обзора вновь сменился, охватывая всех присутствующих в помещении. Пришедшие опустились на пол около Старскрима, бессильно трепыхавшего острыми крыльями. Не отводя взгляда от экрана, Мико повела плечами, разминая затекшую спину, и сменила опорную руку. Теперь девушка положила подбородок на край стола, чуть склонившись к динамикам правым ухом, и с предвкушением облизнула пересохшие губы. На мониторе Мегатрон уселся в пол-оборота к точке съемки, втащив верхнюю часть истребителя себе на колени. Тот слабо подергивался, скрежеща когтями по полу, но это не тянуло даже на пассивное сопротивление. Сзади к Старскриму подполз красный робот и, кажется, начал ощупывать разработанные тентаклями отверстия, скрытые от взгляда Мико. И в этот момент пластины внизу живота Мегатрона разъехались в стороны, обнажая впечатляющий, действительно огромный на фоне хрупкого сикера член. Девушка краем сознания отметила, как сами собой растянулись в улыбке-оскале ее губы, и громко сглотнула. У Кнокаута половой орган тоже имелся, темно-красный и с какими-то тускло светящимися лампочками. Главный десептикон поерзал, удобнее пристраивая яйцеобразную голову Старскрима к своему паху. Истребитель хрипел; тонкие руки метались по полу, впрочем, не задевая Мегатрона. Все это происходило в тишине, нарушаемой лишь противным скрипом царапающих металл когтей. Мико удивилась, как достоинство Мегатрона смогло поместиться во рту сикера – оно и так не вмещалось полностью, и, чтобы получать хоть какое-то удовольствие, огромному роботу приходилось обеими руками двигать голову Старскрима. Разглядеть подробности было затруднительно, и это раздражало девушку. Она сосредоточилась на том, что делал Кнокаут с задницей Старскрима – в какое-то из многочисленных отверстий, но вряд ли в то огромное, где раньше находился тентакль, размеренно и неумолимо погружался член, сверкающий разноцветными лампочками, как рождественское дерево. Пожалуй, это смотрелось даже любопытно. В коридоре послышались шаги, и Мико дернулась, чуть не упав вместе с неустойчивым компьютерным креслом. Она вслепую нашарила мышку, несколько мучительно долгих секунд тыкалась курсором в нижний угол экрана, пока наконец не отключила звук. Весь низ живота болезненно пульсировал, вагина и анус сжимались, в висках стучало – девушка не могла оторваться от просмотра ролика, даже осознавая, что в любой момент в класс могут войти. Она понимала, что если и успеет вовремя закрыть злополучный сайт, ее все равно выдадут горящие щеки и тяжелое, сбившееся дыхание. Напряженно прислушиваясь к звукам из-за двери, она вроде бы опознала плеск воды и шуршание тряпки, и смогла, наконец, вдохнуть полной грудью. На мониторе, от которого Мико ненадолго отвлеклась, теперь можно было увидеть мокрый пах Старскрима и все отверстия в нем, частично прикрываемые болтающимися проводами, черными и темно-синими на светло-сером фоне. Мигающий член Кнокаута усердно долбился в подходящую ему по размеру дырку, расположенную чуть ниже все еще подтекающего розовыми струйками большого отверстия. Когтистые руки десептиконского медика погружались куда-то в переплетения проводов справа и слева, вызывая каскады белых искр. Внутри девушки, где-то в самом низу живота, начались слабые спазмы. Чем глубже проникали белые когти в Старскрима, тем сильнее эти спазмы становились. Когда Кнокаут ввел пальцы практически до конца, сикер начал дергаться – ни крылья, ни ноги в кадр не вмещались, но измазанные радужной жижей бедра заметно дрожали. Широко раскрыв глаза, Мико смотрела, как напрягшиеся руки медика медленно вытаскивают само интимное отверстие Старскрима, отсоединяя, или скорее отрывая от корпуса кусок его внутренностей… как появляются внутри детали и провода, покрытые блестящим энергоном… как член, мигание лампочек которого стало почти болезненным для глаз, рывками погружается все глубже… как вскидывается и дергается в разные стороны серый зад… Дверь распахнулась с громким звуком, яркий свет из коридора ворвался в компьютерный класс, не доходя еще даже до затылка Мико, но все равно сбивая зрение – и она свернулась на кресле, скорчилась, как будто все ее тело стекало к судорожно пульсирующему влагалищу, не в силах обернуться или тем более удержать нахлынувший оргазм. *** Она очнулась в полумраке, на разбросанной постели, стискивая во влажных пальцах тонкое одеяло, и долго не могла восстановить дыхание. Сердце колотилось как безумное, перед глазами все рассыпалось на черные точки и собиралось вновь. Это была какая-то фантасмагоричная пародия на привычную обстановку. Чуть успокоившись и сумев вдохнуть горячий воздух, Мико попыталась подняться и едва не забилась в сладких спазмах снова, стоило ей только пошевелить ногой. Но в этих непроизвольных сжиманиях налившихся кровью складок было что-то мерзкое, неправильное, и усилием воли девушка сбросила сонный дурман, окончательно проникаясь отвращением к себе. Она спустила босые ноги на приятно холодный пол, села на край кровати и обхватила ладонями разгоряченный лоб. Даже волосы были влажными от пота, не говоря уже о трусиках и майке, и казалось, что температура в комнате ненамного ниже температуры самой Мико. В темноте за окном глухо зарокотал гром, заколотились о железную крышу ветки, но дождя, несущего облегчение, по-прежнему не было слышно.