Нет Шепард без Вакариана +20

Смешанная направленность — несколько равнозначных романтических линий (гет, слэш, фемслэш)
Mass Effect

Основные персонажи:
Гаррус Вакариан (Архангел), Джефф Моро (Джокер), ф!Шепард, Явик
Пэйринг:
Хизер Шепард/Гаррус Вакариан
Рейтинг:
G
Жанры:
Романтика, Флафф, Фантастика, Психология, Hurt/comfort, Songfic, ER (Established Relationship)
Предупреждения:
OOC, ОЖП, Элементы гета
Размер:
Драббл, 9 страниц, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
... И, прошу прощение за несоблюдение субординации, но у меня есть к тебе просьба. Возвращайся живой. Без тебя в Галактике будет ужасно пусто.

Посвящение:
Другу Штирлицу.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
4 апреля 2014, 09:27

Этот день никогда не будет забыт. День, когда разумные машины, уничтожающие целые цивилизации, - Жнецы - были побеждены. Эта заслуга лежит на плечах не одного человека, но всей Галактики. Только вместе мы становимся сильнее, и нам следовало бы понять это раньше, когда нашему миру еще не грозила столь явная опасность. Но что сделано, то сделано. И мы никогда не забудем тех, кто ушел в свой последний бой и вознесся на небеса победителем. Среди них были те, кто сделал очень многое для всей Галактики: адмирал Дэвид Андерсон и капитан Хизер Шепард. Подвиг этих людей никогда не будет забыт, и мы всегда будем помнить, что без них мы вряд ли смогли бы достичь полной победы над Жнецами.



... На палубе "Нормандии" царила тишина. Казалось, даже время остановилось вокруг этого корабля. Каких-то три года назад этих людей сплотил один человек - капитан Шепард - и именно сейчас он сплотил их снова. Точнее то, что с ним случилось. Жнецы были уничтожены ценой стольких жизней, но лишь для этих людей, инопланетян уничтожение целой расы разумных машин стоило жизни капитана Шепард. Особо сильное чувство печали в себе носил Гаррус Вакариан - турианец с кодовым именем "Архангел", верный друг, превосходный солдат и возлюбленный капитана. Пожалуй, можно сказать, что его терзали муки совести. Он знал, чувствовал, что все не закончится так хорошо, как они надеялись, но все равно не пошел вместе с ней. Во многом в этом была вина и самой Шепард.

- Кажется, я никогда не говорил ей, как сильно люблю ее, - наконец сказал турианец, нарушив тишину.

- Это огромная потеря для нас всех, Гаррус, - синекожая азари положила руку на плечо своего товарища, пытаясь ободрить его. - Она хотела, как лучше. И у нее это получилось.

Тяжело вздохнув, Гаррус посмотрел на монумент с именами тех, кто сражался в этой войне, но погиб. Самыми важными для команды "Нормандии" были Ричард Дженкинс, Эшли Уильямс, Тейн Криос, адмирал Дэвид Андерсон... Теперь на этом монументе должно быть имя капитана Хизер Шепард. Гаррус сжимал в руках длинную табличку на которой было гордо написано имя капитана "Нормандии". Подойдя к монументу, турианец несколько секунд колебался, вглядываясь в буквы имени. Неожиданно он услышал странный шум, похожий на помехи во время разговора по телефону или радиопередатчику. Обернувшись и увидев только удивление на лицах товарищей, турианец понял, что это кто-то пытается достучаться до него через встроенный в визор радиопередатчик. Постояв так еще несколько минут, он услышал знакомый голос, искажаемый посторонним шумом. От шока турианец чуть не выронил табличку с именем капитана Шепард. Гаррус поднял голову и произнес:

- Она жива.

* * *



Вздох. Внутренний голос пытался пробудить ее с самого начала, но она его не слышала. Прислушиваясь только к боли во всем теле, женщина медленно открыла глаза и увидела над собой ничего, кроме темного неба, полного звезд, и часть почти разрушенной Цитадели. Она хотела бы повернуть голову, но была уверена, что это будет слишком больно. Однако, ей ли не делать что-то вопреки всяким болезненным ощущениям? Повернув голову влево, женщина увидела только развалины. Это было похоже на какой-то разрушенный город. Но она точно помнила, где провела свои последние минуты. Хотя разве стоит так говорить сейчас? Раз ей так больно, значит, она живее всех живых. От этой мысли женщина улыбнулась и боль пронзила все тело. Ей бы хотелось засмеяться, но даже простые вдохи и выдохи даются ей с большим трудом.

У нее все еще оставался ее визор. Тот самый, который когда-то ей подарил Гаррус. Одна мысль о любимом, своих друзьях, корабле заставила бы ее заплакать сейчас, но Шепард понимала, что у нее нет времени для этого. Кое-как сняв визор с головы, она попыталась его включить. Катализатор, та самая голограмма мальчика, сказал ей, что Жнецы и прочие синтетики на самом деле будут отключены, но в отличии от остальных машин для Жнецов потребуется мощный заряд энергии, чтобы снова пробудить их к жизни. Шепард искренни надеялась, что никто не додумается до этого, но Катализатор был прав в своей мысли - органики создадут синтетиков, и хаос вернется. Правда в данном случае органики просто включат все машины и продолжат жить, как-будто этого ничего и не было. Пожалуй, эта мысль в обычное время обеспокоила бы ее, но явно не сейчас. В данный момент от нее лишь требовалось привести свое устройство в порядок. Это была единственная ее надежда.

Шум. Недобрый шум, помехи. Но Шепард была не из тех, кто мог просто так потерять всякую надежду. Вопреки ожиданиям остальных и явному пессимизму, они ведь смогли одолеть Жнецов и спасти Землю. Так почему сейчас она должна просто взять и погибнуть? Эта мысль снова заставила ее улыбнуться и попытаться еще раз связаться со своей командой. Наконец шумы исчезли и единственное, что Шепард смогла произнести, было: "Цитадель".

Забыв об адской боли, которая с каждой секундой пронизывала тело Шепард, женщина поднялась на ноги и оглянулась.

Развалины; чуть ли не вековые руины окружали ее. Это место казалось ей безумно знакомым. Она здесь была, но до того, как Горн стал частью Цитадели, до того, как был произведен победный залп. Кажется, именно здесь она очутилась после прыжка в луч, который так упорно охранял Жнец в Лондоне, на Земле. От одной мысли о том, что у них все получилось, что все ее друзья и любимый живы, на душе Шепард стало тепло. Она облокотилась на стенку и засмеялась, держась за живот, который пронзила острая боль. Но это того стоило.

Медленно двигаясь среди развалин Цитадели, капитан почти споткнулась об чей-то труп. Теперь все встало на свои места. В помещении было темно, только маленькие лампочки освещали красным светом длинный коридор. Судя по всему, обвалилась именно та часть, где она и находилась в решающие минуты. Но на этот раз тут не оказалось Хранителей, которые несмотря ни на что занимались своей работой.

Женщина решительно зашагала в сторону двери, находящуюся справа от капитана. К сожалению, Шепард не знала, что ожидает ее за этим поворотом, но это был единственный шанс заявить о себе теперь.

Тяжелая белая дверь распахнулась с противным скрипом, и яркий свет ударил в глаза капитана. Пошатнувшись, женщина закрыла лицо рукой и закрыла за собой дверь. Помещение было похоже на какой-то склад, подвал: повсюду были большие коробки, надписи на которых Шепард не могла разобрать из-за сильного головокружения. Она пыталась идти вперед, несмотря на боль и плохое самочувствие. Женщина искренне надеялась, что сможет выйти из этого злополучного места и найти кого-нибудь, кто мог бы ей помочь.

В конце концов, капитан вышла к офису СБЦ. Здесь почти никого не было, только пара охранников, которые не сразу ее заметили. Вместе с ними стоял ее старый друг - офицер СБЦ Армандо-Оуэн Бейли. Услышав шаги и тихий, хриплый голос, мужчина обернулся и сразу же бросился к капитану, только успев воскликнуть: "Шепард!".

* * *



Двигатель "Нормандии" работал по полной. Казалось, всеми любимый пилот корабля Джефф Моро превзошел самого себя - даже в бой он не рвался так, как сейчас стремился попасть на Цитадель. Гаррус все время стоял рядом с ним, нервно сжимая пальцами спинку кресла, из-за чего Джокер частенько елозил во время полета. СУЗИ, как это обычно бывало, молча сидела справа от Джеффа, помогая следить за полетом.

Каждый на корабле пытался вести себя нормально, но новость о том, что Шепард выжила, буквально поставила всех на уши. Тали ликовала от радости, Лиара чуть не расплакалась, Явик, с привычным для него спокойным выражением лица, сделал вид, что он чувствовал Шепард на расстоянии и знал заранее, что все хорошо. Однако нельзя было сказать, что он врал. Протеанин сам признался, что из-за сильной дружбы с капитаном, он действительно чувствовал ее на расстоянии, но понять свои ощущения в этот раз, к сожалению, Явик не смог.

"Нормандия", казалось, просто парит в воздухе, а Цитадель сама по себе отдаляется вглубь космоса от нее - таким мучительно долгим был полет для этих людей и инопланетян. В конце концов, их цель была достигнута.

Цитадель, которая была больше похожа на большую звезду, заставляла задуматься всех, кто прилетал сюда. Еще месяц назад она была почти разрушена, а сейчас выглядит даже лучше, чем раньше. И в очередной раз можно было убедиться, что именно Цитадель будет последним оплотом Человечества, если Жнецы вернуться опять. Хотя конечно, никто даже думать не хотел о подобном возвращении.

Получив разрешение на посадку, Джокер, как обычно, уже по привычке, завел "Нормандию" в порт. Оставив за главных несколько солдат, он вместе с остальной командой отправился к офису СБЦ.

Вокруг суетились люди, жизнь шла своим чередом. Кто-то ругался с продавцом по поводу высоких цен, кто-то спорил прямо посреди дороги о чем-то своем, а кто-то просто пытался дозвониться до человека, нежелающего прийти на встречу... И среди всего этого бурного потока двигалась команда "Нормандии" - то еще зрелище. Турианец, пара людей, кварианка, азари, протеанин. Пожалуй, Рекс был прав, сказав когда-то, что "Нормандия" - настоящий цирк уродов, а не космический корабль.

Не теряя времени, Гаррус сразу же пошел в кабинет Бейли, а остальных попросил узнать у офицеров, видели ли они Шепард. Кабинет старого друга был закрыт, из-за чего турианец начал заметно нервничать, однако пытался это всячески скрыть. Столкнувшись на лестнице с одним из офицеров, турианец не сразу понял, что нужно попробовать поговорить с работником СБЦ.

- Вакариан? Серьезно? Я именно вас и ищу!

Молодой мужчина со смуглой кожей и темными глазами начал быстро рассказывать Гаррусу все, что видел сам и то, что его попросили передать. К тому времени остальная команда уже вовсю бежала в сторону больницы, передавая срочное сообщение на визор турианца.

Гаррус поспешил за ними и, на удивление, даже успел прийти быстрее них. Видимо, их задержали на входе - сейчас больницы ломятся от количества больных и раненых пациентов, поэтому входить из посетителей могут только родные и близкие. Гаррус же, поскольку был один, смог незаметно проскочить мимо врачей и охраны, что заставило его тихо рассмеяться про себя.

Турианец двигался быстро, глазами высматривая нужную комнату. Наконец, он нашел ту самую палату, которую искал, но тут его остановил врач.

- Сэр, вам туда нельзя. Пациентка находится в крайне тяжелом состоянии, ей нужен отдых и покой.

- Я обязан быть там!

- Прошу прощения, сэр, но я не могу. Вы кем-то приходитесь ей?

Гаррус секунду колебался, после чего твердо произнес:

- Мужем.

Доктор замешкался, подбирая слова, чтобы все-таки не впускать турианца внутрь, однако Гаррус настоял. К тому моменту остальная команда смогла пробиться через злых охранников к месту назначения.

Дверь открылась и турианец сделал несколько шагов вперед. То, что он увидел, заставило его сердце забиться еще сильнее, чем прежде. Шепард лежала на кровати, которая больше походила на носилки на ножках своим видом. Голова ее была повернута к окну, но даже с такого ракурса Гаррус видел все раны на ее лице, которые тщательно скрывали под пластырями. Турианец подошел ближе к ней и, стоя рядом с кроватью, взял ее за руку. Она была теплой, живой, и для него - самой любимой и прекрасной женщиной во всей Галактике.

- Хизер...

Он так редко называл ее по имени. Как-то раз Гаррус сам признался, что, впервые ее встретив, думал, будто ее полное имя - Хизер Шепард - это на самом деле двойная фамилия, а ее имя просто держат в тайне. Однако какое-то время спустя он полюбил это имя, даже обещал ей, что когда эта война закончится, они вернутся на Землю, и она покажет ему вересковые поля. Вообще, они много чего друг другу обещали, но самым важным обещанием для них обоих было возвращение с этой войны, бойни здоровым и невредимым.

- Если бы не ты, мы бы все погибли. - турианец наклонился над ухом женщины. - Возвращайся, Хизер. Ради меня, ради команды, ради Галактики. Ты нужна нам. Ты нужна мне.

Постояв несколько минут рядом со своей возлюбленной и все это время держа ее за руку, Гаррус не желал уходить. Один только вид Шепард придавал ему сил и терпения ждать, сколько потребуется. Но как только он думал о том, что придется ее покинуть, на душе становилось тяжело. В конце концов, преодолев себя, турианец аккуратно, как мог, поцеловал женщину в щеку и вышел из палаты.

За дверью уже во всю развивался конфликт между Джокером и другими членами команды.

- Вот видишь, она жива! Я знал, что она выживет! Мы должны были вернуться за ней, но ты, - Джефф подошел к Кайдену и ткнул его пальцем в грудь. - Ты меня переубедил. И посмотри, что из этого вышло! - мужчина повернул голову и увидел турианца, который тут же привлек его внимание одним своим присутствием. - Вот, Гаррус! Ты обязан со мной согласиться.

- Извини, Джефф... - Гаррус потер рукой шею, про себя подбирая слова. - Если бы мы вернулись за ней, мы могли бы погибнуть. Ударная волна была очень мощной и, как ты знаешь, из-за того, что сделала Шеп, отключились все синтетики, вся техника вышла из строя. - турианец скрестил руки на груди, чувствуя свою правоту. - "Нормандия" могла бы просто рухнуть прям там, и это вряд ли бы помогло Шепард.

- Я согласен с турианцем. К тому же, сама капитан скажет тебе, что ты поступил правильно, вот увидишь.

С этими словами Явик отошел от них к двери, за которой находилась Хизер Шепард. Джокер расстроенно опустил голову, Гаррус решил его поддержать дружеским похлопыванием по плечу.

- Ты все сделал правильно. И Шепард точно будет рада узнать, как ее команда и корабль чудом уцелели.

Если бы не пластины на лице турианца, он бы, скорее всего, улыбнулся, чтобы хоть как-то ободрить друга. Джефф, казалось, это понял и поэтому заставил уже улыбнуться себя. Спор замяли, как и этот разговор, хотя было видно, что все переживают за судьбу своего капитана. И один только Явик молча стоял напротив двери, не выражая никаких эмоций. Гаррус секунду колебался, но все-таки решил с ним заговорить.

- Она справляется?

- У капитана сильная воля и желание жить. Она могла погибнуть в любой момент с момента начала вторжения Жнецов, но ее стремление к победе побеждало смерть. И сейчас происходит примерно то же самое. Твое присутствие заставляет ее бороться со смертью. - протеанин повернулся к Гаррусу. - Подожди, пока она очнется. Без тебя она будет чувствовать себя потерянной.

Гаррус несколько секунд постоял рядом с Явиком, но потом решил отойти и присесть на лавочку, находящуюся напротив палаты. Турианец расставил ноги в стороны, оперевшись локтями на колени. Пальцы скрепил в замок, а взглядом нервно провожал входящих и выходящих из палаты врачей.

* * *



Двое врачей стояли в углу зала и косо посматривали на протеанина.

- Он вообще когда-нибудь отходил от двери?

- Ну, когда туда заходила Мишель, вроде бы отошел... А потом опять встал на место, как часовой.

- Странные же друзья у капитана Шепард...

Молодая женщина направилась в сторону кабинета, не сводя глаз с пришельца. Явик, явно почувствовав всю силу этого взгляда и страх девушки перед ним, повернулся и прищурился всеми четырьмя глазами. Женщина-врач тут же покраснела и, отвернувшись, быстрее прибавила шагу. Явик что-то пробубнил себе под нос и вернулся в привычное положение.

Закрыв глаза, он протянул руку и коснулся холодной поверхности белой двери. Через несколько секунд протеанин отошел на пару шагов назад, не скрывая своего удивления. Он обернулся и подозвал к себе Гарруса.

- Шепард. Она.., очнулась.

Гаррус, немедля, ворвался внутрь, пристально смотря на свою возлюбленную. Женщина медленно открыла глаза и схватилась за голову рукой. В палату тут же вбежал взволнованный врач, чтобы проверить состояние своего пациента. Мужчина вздохнул с облегчением, увидев, что показатели на приборах жизнеобеспечения в норме, а сама Шепард потихоньку приходит в себя. Решив оставить влюбленных наедине, он вышел из комнатки, записывая некоторые сведения в базу данных с помощью своего уни-инструмента.

Шепард, приподнимаясь с помощью рук и тут же падая, пыталась окончательно отойти от состояния сна, однако у нее это плохо получалось. Турианец взял ее за руку и просто попросил ее не делать резких движений. Казалось, именно в эту секунду женщина окончательно проснулась, и по ее щекам потекли слезы.

Гаррус провел рукой по ее щеке, что заставило Шепард улыбнуться, хотя слезы стали более частыми, а грусть, вперемешку с радостью, более сильной.

- Гаррус, - наконец сказала она. - Я так боялась, что ты погиб.

Приподнимаясь изо всех сил, она протянула руки в его сторону, и турианец не удержался от того, чтобы ее обнять. Он чувствовал, как Шепард сильно прижимается к нему, поэтому ответил ей тем же. Ее слезы медленно скатывались по щекам, по подбородку и в конце концов попадали на одежду Гарруса, оставляя после себя темные пятна.

Именно в этот момент турианец спустил свои эмоции с поводка, наплевав на субординацию и все правила. Гаррус поцеловал девушку в обе щеки, потом в шею, а потом в губы, по которым он так скучал все это время. Только после этого Шепард более-менее успокоилась, не обращая внимание на боль от поцелуев.

- Хизер... Я...

- Ты дал мне приказ, Гаррус. И я его выполнила. - женщина улыбнулась, взяв Гарруса за руки. - Разве могла я оставить того, ради кого я живу? Ты сам мне говорил, что каждый наш бой мог стать последним, а каждая пуля, миновавшая нас, могла быть смертельной. - женщина закашлялась, но все-таки решила продолжить свою мысль. - Но мы выжили. И это еще раз доказывает, что ни один Жнец не сможет помешать нам. Нет Шепард без Вакариана. - превозмогая боль, женщина поднялась с койки, коснулась пластин Гарруса на месте щеки и посмотрела ему прямо в глаза. - Не знаю, что бы я делала без тебя.

- Я люблю тебя, Хизер.

Турианец наклонился и поцеловал женщину в губы. Этот поцелуй был по-настоящему долгим, они даже не заметили, как в палату зашел доктор, чтобы проверить состояние Шепард как это полагается. Наверное, если бы Гаррус мог, он бы сейчас смутился еще сильнее, чем сама Шепард. Чувствуя всю неловкость ситуации, турианец вышел за дверь, успев послать возлюбленной воздушный поцелуй - все ради того, чтобы увидеть ее улыбку. Даже сейчас, будучи в таком состоянии - с ужасными ранами, гематомами на лице и на теле - она все равно оставалась его красавицей.

Доктор спокойно достал свой уни-инструмент, просканировал тело Шепард, не найдя ничего особо страшного, кроме пары синяков и довольно серьезных ран, которые уже почти зажили.

- Могут остаться шрамы на месте ран, особенно на животе, выше пупка. Но вы не переживайте, мы их запросто уберем, если попросите.

- Спасибо, док. Не стоит. - Шеп улыбнулась. - Пусть это будет как память.

- Ну, - мужчина пожал плечами. - Как знаете. Кстати, у вас там не один посетитель.

- Да, хорошо. - женщина выдерживала паузу, стараясь правильно подобрать слова. Но в больную голову почти не шла никакая информация, поэтому она решила спросить напрямую. - Док, скажите, к вам не поступало тело.., адмирала Дэвида Андерсона?

Мужчина обернулся и заметно встревожился. Возможно, он знал, что такой вопрос следует ожидать от знаменитого капитана Шепард, которая была не просто спасительницей Галактики, но еще и другом известного адмирала. Врач подошел к женщине, взяв ее за руку. Шепард нахмурилась, готовясь к худшему.

- Я сожалею...

Шепард убрала руку и отвернулась к окну. Стиснув зубы, она вдруг поняла, как мало времени проводила рядом с этим человеком и как дорог он ей был на самом деле. Три года и еще несколько месяцев она знала его, и этого ни разу не хватило, чтобы полностью понять Дэвида Андерсона.

- Можно моя команда зайдет ко мне?

- Да, конечно.

Мужчина чувствовал себя крайне неловко после того, что сказал ей. Хотя он сам понимал, что у него не было выбора, да и врать было ни к чему. Он просто сделал то, что должен был, хоть и принес много боли капитану легендарной "Нормандии".

Однако всю грусть из палаты вскоре вынесли на руках и буквально выкинули в черную дыру, когда к Шепард зашли ее верные друзья и возлюбленный. Почти каждый посчитал своим долгом обнять ее и поцеловать в щеку, и только Явик молча протянул ей руку. Шеп ухмыльнулась и сама обняла его, из-за чего протеанин сначала растерялся, но, видя одобрение на лицах товарищей, обнял капитана в ответ.

- Я очень рад, что вы живы, капитан. Однако в мое время не было принято обнимать друг друга, даже после долгих расставаний.

- Привыкай, Явик. Тебе еще не раз предстоит обнять кого-то из нас.

Кажется, это был первый раз, когда Явик улыбнулся, показывая всем свои ровные белоснежные зубы. Шепард даже сначала удивилась, но потом поняла, что победа над Жнецами стоила этого.

Да и не только этого. Улыбки друзей, объятия, поцелуи самого любимого для нее турианца - это то, ради чего она так старалась. По сути, да, она сражалась не за их маленький мирок спокойствия, но за всю Галактику. Однако если бы кто-нибудь погиб тогда, в Лондоне, это бы очень сильно подорвало дух Шепард. Только вместе мы становимся сильнее, и именно поэтому для Шепард важен каждый из ее команды; даже тот, с кем она практически не виделась за пределами "Нормандии".

* * *



- Мама! Ма-а-ам! - маленькая турианка быстро бежала по гостиной, чуть ли не спотыкаясь на ходу. - Мама! - наконец она достигла своей цели. Женщина взяла малышку на руки и прижала к груди, широко улыбаясь. - Там папа пришел!

Турианка буквально светилась от счастья, как и ее мать. Женщина опустила на пол девочку и пошла за ней к двери квартиры, где уже вовсю их ждал красавец-турианец - муж этой женщины и отец их детей, а еще такой же спаситель Галактики, как и она сама. Шепард игриво улыбнулась, медленно подошла к Гаррусу и поцеловала его в щеку. Турианец обнял ее за талию, прижимая к себе и целуя в губы. Малышка-турианка стояла рядом, тихо посмеиваясь.

С момента полного выздоровления Шепард прошло уже несколько месяцев. Уже через несколько дней после выписки из больницы Хизер и Гаррус официально вступили в брак, а еще через месяц - удочерили эту девочку, хотя Шеп всегда мечтала стать полноценной матерью, именно родив ребенка от своего возлюбленного, но биология была не на их стороне. Однако от этого Шепард не стала меньше любить этого ребенка. Она чувствовала, что это плод их любви.

Они назвали девочку Нено. Она действительно чем-то напоминала Гарруса - не столько внешне, сколько своим характером. Уже на первом году ее жизни они сделали ей татуировку, как у Гарруса, тем самым причисляя ее к семье, клану Вакариан. Шепард и сама хотела сделать такую себе, но Гаррус сказал, что ее не так поймут, хотя он будет очень польщен. Так или иначе, Шепард все еще лелеет эту идею в своей светлой головушке и, скорее всего, скоро сделает так, как ей хотелось с самого начала.

Наконец женщина отошла от своего возлюбленного, глядя на малышку-турианку. Нено, смущенно улыбаясь, взяла своего отца за руку и увела в комнату. Гаррус только успел еще раз взглянуть на Шеп, которая скрестила руки на груди и смотрела на это.

"Теперь я понимаю, ради чего мы спасали Галактику." - с этой мыслью Хизер пошла следом за Нено и Гаррусом, не желая расставаться с ними больше ни на секунду.

Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.