Ты никому не достанешься, кроме меня.

Когда через несколько часов успокоившийся Билл сидел на диване в зале и переключал каналы, глядя сквозь телевизор, явно о чём-то задумавшись, Том бесшумно прокрался в его комнату и сел за компьютер. После случая его внезапно охватило любопытство узнать обо всём поподробнее. Он считал это таким необычным и приятным одновременно: чувствовать рядом тело близнеца, полностью отдающееся и отвечающее на прикосновения, выбрасывая новые вспышки безумного наслаждения. Пробегаться пальцами по коже, сразу покрывающейся мурашками, и задавать сумасшедший ритм движения. Разве это не прекрасно? А Билл в это время сидел и думал, принял ли Том его слова о смерти за правду. Надеялся, что да. И, выключив совсем не нужный телевизор, свернулся калачиком, как это делают одинокие замёрзшие псы где-нибудь в укромном местечке, где их никто не заметил бы. Bill’s Pov. Задумывался ли я когда-нибудь о том, что будет со мной и с другими после того, как меня не станет? Раньше я никогда не задавал себе этот вопрос. Разве что в детстве, когда очень чего-то боялся или попадал в какие-нибудь неприятности. Кстати, о боязни. Страшно ли вообще умирать? Я думаю, с какой стороны посмотреть на это. Если твоё тело бьётся в предсмертных конвульсиях от недостатка кислорода, да так, что глаза наружу вылезают, то это страшно. И невыносимо больно внутри, наверное. Если снится какой-нибудь сон и умираешь в это время, то это вполне безобидно. Но самое лучшее, на мой взгляд – умереть, испытывая сильнейшее наслаждение. Знаешь, что вот-вот умрёшь, и от этого всё ещё больше обостряется, что тело трясётся с неимоверной силой и излучает в себя огромные волны эйфории. Но сейчас я не знаю, что делать. Не старый, а ощущаю себя как дряхлый, ненужный. И что тогда? Просто сидеть и ничего не делать? Ведь это не освобождает тебя от обязанностей. Освобождает от этого только несуществование на физическом уровне. Значит, нужно сделать себя несуществующим. Только хочу попросить об одном кое кого.. Вторая половинка моей души, пожалуйста, не делай мне больно, когда будешь стирать меня с лица планеты. Я этого не переживу.. Author’s Pov. Билл прикрыл глаза и накрыл уши ладонями, пытаясь заглушить свои мысли, не замечая, как из-за вдоволь вымотанных нервов его тело и сознание постепенно отключались. … Билл почувствовал, что кто-то старательно, но аккуратно теребил его за плечи. Это был Том. - Вставай, ну же. Давай! Билл! - Что? – не выдержал тот. – Сколько? Время сколько? Том немного успокоился и затем тихо произнёс: - Пять часов, вроде. - Ооооо.. – пробубнил близнец, пытаясь сесть. Ноги с руками затекли, находясь в одном и том же положении несколько часов, и Билл поспешно потянулся, вальяжно раскидываясь по всему дивану. Том сдвинул его ноги в сторону, уселся рядом с братом и прикоснулся своими пальцами открывшейся части низа живота. Билл, почувствовав это, зажмурился и вновь раскрыл глаза, из-за чего всё пространство начало синеть, а в голове громко просвистел какой-то шум. Он сжал виски руками, приходя в себя. Затем накрыл ладонью ладонь брата, сползшую на бедро и, повернувшись, кивнул. - Мне в магазин надо. - В чём, собственно, проблема? - В аптеку. - Зачем? – Билл наигранно поднял бровь. - И не надо возмущаться. Не скажу, - Том нахмурился, встал и пошёл по направлению к входу. – Собирайся, я буду ждать тебя на улице, - и вышел из дома. Билл пожал плечами и пошёл собираться. - Не особо-то меня и волнует, что ты там собрался покупать, - пропищал он и подошёл к зеркалу. Достал из шкафчика тёмные брюки, чёрный свитер с высоким воротником и начал одеваться. Надевая тёмные очки, так же, как тускнеет свет, тускнел и Билл. Через несколько минут он торопливыми шагами вышел из дома, громко хлопая дверью. Он нашёл Тома, тихонько покачивающегося на старой качеле, которая, как на зло, громко издавала скрипучие звуки. Билл окликнул близнеца и поднял руку, а Том, ища глазами брата, отправился к нему. - Зачем ты очки одел? На улице пасмурно, - Том был удивлён. - Отстань. Захотел и всё. Какая разница вообще? И зачем ты меня разбудил? Сам что ли до аптеки дойти не мог? – буркнул Билл и неспеша пошёл по направлению к магазину. - Истеричка. - Идиот. Том целенаправленно обогнал его и пошёл вперёд, показывая всем своим видом, что обижен. [прошло 5 минут] - Тоом.. – тихо посмеиваясь, заскулил Билл. Ноль внимания. - Отлично, - он прибавил шагу и догнал брата. Развернул его к себе и посмотрел в глаза. – Извини. Я.. Настроения нет просто.. - «Просто» звучит как оправдание, Билл, - но Том обнял его и так же внезапно, отстранившись, пошёл дальше, оставляя удивлённого близнеца. - Эй, подожди ты! – Билл опомнился, когда тот был уже в десяти метрах от него. - Постой тут, - остановил брата Том, когда тот вместе с ним хотел подойти к кассе. Билл пожал плечами и кивнул, сразу же принимаясь читать названия различных лекарств, чтобы хоть чем-то себя завлечь. Захотелось домой, так как даже пару секунд в такой обстановке его не прельщали. Поэтому, немного потоптавшись у выхода, он, ни слова не проронив, направился на улицу. Вдыхая полной грудью прохладный свежий воздух, становилось намного легче и спокойнее, захотелось спеть. И Билл напевал какую-то мелодию, постепенно расслабляясь. Минуты через три рядом с ним возник Том, весь красный и смущенный. - Ты чего такой красный? – шёпотом спросил Билл, снова напевая песню. Тот в ответ лишь помотал головой. - Ну-ну, - подмигнул близнец и плавной походной, немного покачиваясь в разные стороны, словно пританцовывая, направился домой. Том только и шёл рядом, затем прибавив шагу и ухватив брата за собой, который тихо посмеивался и покорно ступал за ним. Где-то в час ночи Билл задремал у себя в комнате, а Том, рядом лежащий на кровати, ждал. Находясь в одной и той же позе ещё около получаса, он повернулся лицом к брату и придвинулся ближе. Спустя некоторое время Том уже мог ощущать тепло близнеца. Он сдвинул чужое одеяло на ноги и увидел худое тело с немного полноватым животом, который медленно поднимался и опускался. Билл лежал в «объятиях» большой подушки чёрного цвета. От этого его кожа казалась необычной, белой, но при тусклом свете включённой лампочки отливала чем-то золотистым. - Главное шоу моего «музея», - тихо проговорил Том и прикоснулся к этой самой коже, как прикасалась к ней простынь или большое одеяло. С замиранием сердца он «пробежался» кончиками ногтей по боку, где сразу же появились мурашки. Билл поёжился и медленно открыл глаза, а Том опустился с небес на землю. Будто его прошибло током. «О, Господи», - только и пронеслось в голове. Но Билл только оглядел себя, улыбнулся и сам придвинулся ближе, сокращая всякое расстояние. А Тому стало жарко. Очень сильно. Он пытался сдерживать себя, но жар всё никак не проходил, становясь всё сильнее и ощутимее. - Ты не мог бы отодвинуться? – прошипел он и оттолкнул от себя близнеца, который непонимающе посмотрел ему в глаза. Но когда Билл случайно прошёлся рукой по животу Тома, того переклинило. Он рывком подскочил и «вдавил» Билла в кровать, но не для того, чтобы закричать. В нём проснулась жажда. Жажда самому прикоснуться губами к этому телу, к этой коже. Как сильно хотелось. И он это сделал. Висок, щека, уголок губ. Руки скользили по плечам, локтям и кистям, вдавливая ладони, переплетая дрожащие пальцы. Глаза в глаза, а дальше «удар» по губам от резкого прикосновения, что их начало покалывать. Это было слишком приятно. - Ужас, - с придыханием прошептал Билл, когда Том, оторвавшись от уже красных губ, «впился» в шею и развёл их руки ещё шире, что тела будто слиплись и приклеились друг к другу. Ощущения усилились в тысячи раз. Обоих бросало то в холод, то в жар, и понять, где они, что они и как они было просто невозможно. Когда за окном вставало солнце, и свет ударил по глазам Билла, и тот проснулся, то сразу же ощутил, как у него раскалывалась голова. - Ооо, - он схватился рукой за болеющую макушку и нащупал там шишку, которая неприятно пульсировала. Приняв сидячее положение, он сразу же забыл о боли, увидев следующую картину: подушки валялись на полу, простынь наполовину свисала с кровати, а одеяло оказалось где-то в районе головы. Немного отойдя от потрясения, он привстал: - Козёл, - сзади были какие-то неприятные ощущения. – Идиот! Кретин!! Слетая с кровати, Билл со всех ног понёсся на поиски блудливого брата, которого не оказалось в комнате. В это время Том сидел на диване в зале и думал о чём-то своём. Через несколько секунд в помещение на трясущихся ногах влетел Билл. Слышались какие-то свисты, видимо, поскользнулся. Том поспешно встал и обернулся, замерев от испуга: трясущийся близнец, стараясь ухватиться за что-нибудь руками, чтобы не упасть, периодически пыхтел и глубоко дышал. Волосы его торчали в разные стороны и были запутаны в какие-то клубки, нижняя губа была красноватой, но лицо сонным не было. Том так увлёкся разглядыванием брата и хихикнул, затем оказавшись прижатым к полу худым тельцем. - Тушка ты, тяжёлая какая, - пропыхтел он, пытаясь привстать, но брат не дал этого сделать. - Что было вчера?! Что мы делали?! – он срывался на крик, тряся головой, что его волосы попадали Тому в рот. - Эй, эй! Ну, да.. Не было ничего, - он бегал глазами по комнате, но затем пристально посмотрел на Билла и спросил: - А что? Память отшибло? Не помнишь ничего? Тот сел и выпрямился, теперь оказавшись на бёдрах Тома. - М-м, - замотал головой, как-то потускнев и успокоившись, затем опять схватился за голову и зашипел, закрыв глаза. - Вообще ничего? – тихо спросил тот. - Нет. Повисло молчание. - Том.. - Что? Бил поджал губы и нахмурился: - Это ты сделал? – он указал пальцем на шишку, а потом на губу. - Не скажу. - Том. - Нет. - Что значит «не скажу», Том? Это не шутка! Том зажмурился и начал невнятно тараторить: - Да, я сделал. Сначала всё было нормально. Дальше как-то хорошо стало. Я подумал, что можно сделать ещё лучше! Я читал, как всё делать правильно, честно! Даже пробовал, сам.. Но когда я вошёл пальцем, ты дёрнулся и чуть не закричал от неожиданности, сделав себе ещё больнее, а я напугался и тебя рукой по голове ударил. Потом убежал. Вот, - Том потянул руку, которая была перевязана эластичным бинтом. - Я ничего не понял, если честно, но догадался, что ты сделать хотел, - еле слышно прошептал Билл. Том открыл глаза и посмотрел на брата. Брюнет слез с близнеца и облокотился о диван, поджав ноги, и уткнулся лбом в колени. - Я поверить не могу.. Том смотрел, как на коже брата образовывались чуть заметные складочки, совсем миниатюрные, а затем они исчезли, и тело начало трястись. Он присел рядом и, уставившись в пол, спросил: - У тебя шишка, да? Сильно больно, Билл? – он повернул голову в сторону брата. – Билл. Ну, не надо плакать, ладно? – он потянул ладонь к щеке близнеца, но тот отвернулся. – Билл..? - Уйди, пожалуйста.. Том повернул пальцами голову Билла к себе и прикоснулся к губам, которые сразу исчезли. - Не надо, уходи.. Прошу. Том помотал головой, но увидев настойчивые и одновременно заплаканные глаза брата, встал. - Я.. - Убирайся! – вновь крикнул Билл и заплакал с большей силой. Том раскрыл рот в немом крике, но дом всё же покинул. - Я не хотел.. Чтоб так.. – прошептал он в уже закрытую дверь и пошёл к себе. Author’s Pov. (Without Bill; окончание дня) Том зашёл в свой дом. Его руки тряслись с такой силой, что хотелось взять ими и сжать чью-нибудь шею, а затем свернуть её. Тело пробивало сильной дрожью, что время от времени какая-нибудь его часть совершала непроизвольные дёргания. Том быстрым шагом направился на кухню и начал искать успокоительное. Глаза бегали по помещению, руки скидывали на пол тот или иной предмет, пытаясь нащупать нужную вещь. Когда успокоительное было найдено, Том налил воду в стакан, кинул туда таблетку, затем торопливо выпивая всё содержимое. В животе царила какая-то буря, а дрожь становилась только сильнее. Тогда парень, охнув, выпил ещё одну таблетку. Стало немного легче. Он устало сел на стул, еле удерживаясь на нём, и навалился на стол, закрывая глаза. Со временем переставало трясти, и до конца расслабленное тело полетело на пол. Том очнулся только тогда, когда его голова приложилась о твёрдую поверхность, распространяя по телу резкую волну боли. Парень медленно встал и, протирая ушибленные места, направился в гостиную, и снова отключился, лёжа на диване.