Отец меня убьет...

Я негодовала, каждую ночь стирая в кровь ладони на этом ебаном турнике, подтягивалась хер знает сколько раз - столько, что такое число не снилось в самых радужных снах не только возгордившемуся Рафу, но и тем более безрукой слабачке Чо. Ни одного падения! Но успокоение не приходило. Что значили все эти ночные подвиги по сравнению с тем, что было тогда днем! Что?! Даже окончательно вымотавшаяся, я не могла сомкнуть глаз. Ничто не занимало меня, ни начатое расследование, ни, разумеется, прочие учебные занятия. Проклиная все на свете, сжимала кулаки и бежала прочь от телефонов-автоматов, до того мне хотелось позвонить отцу и, рассказав ему все, расплакаться прямо в трубку. Но я же Ороку Харуко, а потому во избежание глупостей нельзя поддаваться тоске, надо предпринимать решительные действия. *** - Харуко, как ты? - шепотом спросила Неоко, судя по приблизившемуся голосу, опустившаяся на колени рядом с кроватью. - Пока жива, - буркнула я из-под одеяла, не собираясь показываться наружу. - Пойдем в коридор, ты же все равно не спишь. Я не собиралась соглашаться, но шаги подруги уже отдалялись, тогда пришлось подниматься и, не спуская с плеч одеяло, тащиться в коридор. - Поговори со мной, - предложила Неоко, когда мы остались одни, мутантов-помощников, к счастью, тоже нигде не наблюдалось. - О чем? - я хмуро исподлобья взглянула на нее. - Покажи свои руки. На открытых ладонях не осталось живого места, и ныне доступная обозрению подруги фигурка отца, до того зажатая в пальцах, причиняла неимоверную боль. - Почему ты не хочешь поговорить с отцом? Позвони ему. - Зачем? Совсем скоро родительский день, возможно, он приедет и увидит все своими глазами. Факультет светлых, отвратительную аттестацию. Этот праздник правды не могут же откладывать вечно! Да, его передвинули на несколько дней, но везение не может продолжаться постоянно. - И поэтому, чтобы господин Ороку ничего не узнал, ты решила сбежать. Я вздрогнула - Неоко умела читать сокровенные мысли?! Да, я готовила побег, а тут еще так удачно перенесли день визитов - было бы глупо не воспользоваться отсрочкой и не унестись домой. Пусть я бы и получила выговор от отца за самоуправство, но зато не оскорбила бы его позорным распределением и плохой аттестацией. - Значит, это ты вытащила мои вещи, которые я успела собрать? - а я все гадала, кто так похозяйничал. - Которые ты набросала и затолкала в чемодан, когда прогуливала математику, - довольно улыбнулась Неоко. - И зачем тебе это надо? - Тебе это надо. Почему ты хочешь сбежать? Потому что тебя обидели, отомстить все никак не удается - некому. Столько тех, кто слабее и бездарнее, но учителя отмечают именно их, а не тебя. А почему? Чо ходит в любимчиках у Куро, Миэми силен в технических науках, Ари в духовных практиках, но не более того. Только человек, который превосходит талантами их всех, но на эмоциях не видит этого, мечтает о том, чтобы покинуть школу. - Ты несешь чушь! Я ни хрена не смыслю в математике. - А кто на последнем занятии придумал решение сложной задачи? Одна из класса. - И что мне в итоге поставили? - Ты ошиблась в подсчетах, с кем не бывает. - Со мной только это постоянно и бывает! Какая из меня куноити? Мастер направит на выполнении ответственной миссии, а я перепутаю время, адреса и все, что угодно! - Ты работаешь над собой. После низких отметок на аттестации кто усиленно тренировал свое тело, исправляя ошибки? Кто? Неужели Чо, которая на самом деле опозорилась больше всех? Она даже не поняла этого! Кому надо уходить из школы? Уж никак не тебе! Кто тут тогда останется? - Ты. - Харуко, - она смерила меня взглядом, - ты же знаешь, я не обладаю врожденными способностями к ниндзюцу, а у тебя дар. Твой отец гордится тобой, несмотря ни на что, и ни факультет светлых, ни временные трудности не помешают ему в этом. Позвони ему, сознайся во всем, он поймет тебя. На мгновение отвернувшись, я дрогнувшим голосом произнесла: - Мой отец пропал. Я звонила ему, но отвечал всегда один и тот же чужой человек... Наверное, если бы неожиданно из-под земли появился сенсей Сплинтер и все его сыновья, это бы не так сильно впечатлило подругу, как мои слова. Она схватилась за стену. - Теперь ты понимаешь, что у меня много веских причин скорее оказаться дома и во всем разобраться на месте, - подытожила я, - ладно, иди спать. А я пока пойду позанимаюсь. Бросив одеяло подруге и спрятав отцовскую фигурку в карман, я выбралась на улицу через окно и в темноте направилась к турнику. Путь изучен, я очень много топтала землю во дворе, дошла бы хоть с закрытыми глазами. Конечно, площадка малость освещалась, вполне подходяще для настоящей куноити, а потому я могла не только услышать, но и увидеть, если бы в округе появился кто-то лишний. Обмотав ставшими жесткими от крови тряпками руки, я забралась на турник и начала упражнения, аккуратно подсчитывая исполненные разы в уме. Негативные мысли отдалились - отец прав, физические упражнения влияли на душевную гармонию, дополнительно способствуя успокоению поглощенного печалью ума. Завершив первый подход, спрыгнула и, отдыхая, немного поболталась без дела. А ведь, если бы не Неоко, мы бы завтра увиделись с отцом или с тем, кто что-то с ним сделал! Но, не давая злости задушить меня, я вновь в ярости набросилась на спортивный снаряд, интенсивно подтягиваясь. Еще одна передышка. Я прогуливалась по площадке, стараясь пока держаться в тени. Только что это за новый звук? Как будто кто-то с кем говорил практически неразличимым шепотом? Или это происходило в корпусе? На всякий случай я прижалась спиной к стене и, прислушиваясь, затихла. Кто бы это ни был, а страха он не испытывал. Даже, скорее, они, ведь не сам с собой он общался. Походка легкая - может, мне уже везде мерещились ниндзя, - но сейчас мне казалось, что это именно они. - Быстрее! - прошипел первый. - Хватит возиться! Мы и так потеряли много времени! - Кто же знал, что в дом нельзя проникнуть, как раньше, - оправдывался второй. - Как раньше! - фыркнули в ответ, - ты бы еще через дверь бы попытался! - Да хватит уже старое вспоминать! О-па, большая рыба сама плыла мне в руки! Это ж те самые, кого я тогда встретила в подвале! Голоса-то очень похожи. Попались! Хорошие отметки мне обеспечены! Ну, или если школьное начальство не при чем, то просто получу удовольствие. Главное, подпустить их поближе. Эй, придурки, вы куда поперлись?! Я же тут! Хорошо быть профессиональной куноити - тебе не замечают, плохо быть профессиональной куноити - тебя не замечают! Ну, ничего, я себя обнаружу, только для вас, мои драгоценные, ни для кого больше. - Что вам здесь надо?! – уперев руки в боки и расставив ноги шире, я заняла позицию на дорожке, которую пришлые люди не могли не миновать. - И кто это тут у нас такой? – темный силуэт двинулся в мою сторону, и я сжала кулаки, готовясь встретить опасность лицом к лицу. Похоже, они избрали иной путь – проникновение через окно, - тот, которым пользовалась я. Но мой голос их отвлек и заставил потратить время на то, чтобы со мной разобраться. Не самое приятное открытие – придется еще и побыть отвлекающим фактором, не давая им оказаться в школе. Тут моя территория, и нечего шляться тем, кого я не жду. - Какая-то малявка не спит ночью, - объявил тот, кто приближался ко мне, видимо, для своего напарника. - Может, она пошла к своему парню? Но раз она нас увидела, то… Он еще не успел договорить, как две здоровенные лапищи чуть не сомкнулись на моих плечах, захватив в кольцо, но я успела не только выскользнуть, но и взвиться на дерево. - Она удрала! – болезненно возопил оставшийся без добычи и со злости пнул ствол даже не дрогнувшего крепкого растения. Я устроилась довольно высоко, чтобы до меня нельзя было дотянуться, и одновременно подходяще низко, чтобы быстро спуститься. Свесив ноги вниз, довольно, показывая кто тут хозяйка, сплюнула на неудачника – они явно не знали, с кем имели дело. Победа за мной. - Маленькая тварь! – обиженный девочкой мужчина решил штурмовать дерево и, схватившись руками за нижнюю ветку, упер ногу в ствол, я же на всякий случай перебралась повыше. - Что ты задумал?! – выкрикнул из темноты его товарищ. - Сейчас сниму ее оттуда! Вопреки моим ожиданиям, второй не принялся ругаться на нелогичную трату времени, а одобрил действия напарника: - Правильно. Свидетели нам ни к чему, снимай, только не так. - А ведь точно, ты – гений. Чуть свесившись вниз, отыскивая наилучшую точку обзора среди веток, я рассмотрела, как дерево было оставлено в покое, а рука моего преследователя опустилась за пазуху и сразу показалась вновь. В ней был пистолет. А вот это совсем не вовремя. Похоже, с земли в темноте и прикрываемую ветвями, меня все-таки плохо видно, иначе выстрел прогремел бы сразу. Но уж больно долго обладатель оружия собирался с силами, пока наконец не спустил курок. Хорошо, что он решил не возиться, а сразу пробить мне голову. Только благодаря своему верному, подтвердившемуся предположению, я спаслась – перекувырнувшись на ветке и теперь повиснув вниз головой. В ту же секунду, как я подумала о возможности второго выстрела, как безумная, захлебываясь, завыла школьная сирена – не знала о ее существовании. Мужчины сломя голову бросились прочь со двора, я рухнула с дерева и понеслась к школе, впрыгнула на подоконник и забралась в окно. Только бы успеть вернуться в общую спальню до того, как в ней окажутся взрослые. *** Черт, я даже не догадывалась, что необходимо делать в критических ситуациях! Вернее, знала, но только не в школьных стенах. Когда я оказалась в комнате, все девчонки быстро одевались и строились парами в коридоре, меня же схватила руку и поставила рядом с собой уже готовая Неоко. Мы организовано дождались прибежавшего за нами Лео и стройными рядами направились в большой зал, где обычно проходили какие-то грандиозные мероприятия, рассчитанные на большое количество людей. Но это помещение, пусть и впечатляло, не шло ни в какое сравнение с отцовским залом для аудиенций, сильно проигрывало ему и в размере, и в красоте. Строгое мрачное убранство, высокие потолки, поддерживаемые деревянными балками – вызванный к мастеру, сидевшему на возвышении у стены, должен был с порога ощутить свое ничтожество и бессмысленность собственного существования. Мальчики тоже на месте. На приподнятой над полом сцене собрались учителя и директор. Первым взял слово именно он: - Ввиду опасного положения, сложившегося в мире воинов тени, ваша дальнейшая учеба приостановлена. Шаткое равновесие нарушено. Внутренним постановлением школы родительский день отменен, ваши родные сегодня же будут оповещены о необходимости как можно скорее забрать вас домой. За время вашего отсутствия в школе будет полностью изменена охранная система, чтобы сделать дальнейшее прохождение занятий более безопасным, чем есть сейчас. Прошу учителей сопровождать учеников все оставшееся время. *** Ого-го, что творилось-то! Есть справедливость на свете! Я хотела домой, и я туда попаду уже завтра! Если попаду… Потому что ведь за мной может и не быть машины, от моего отца ни слуху, ни духу. Где он, неясно, что мне делать – непонятно. Как только выяснится, что меня никто не заберет, придется оставаться в школе, отбиваться от врагов, от тех, кто пошатнул равновесие. Нет сомнений, начиналась новая война темных и светлых. И дочери Ороку Саки меньше всего хотелось выступать на стороне последних. Я, как мой отец и мастер, украсив себя символикой клана Фут, буду против наших белых и чистых – не предам свои идеалы и своей семьи. Мы встанем рядом, я и Караи, плечо к плечу, под предводительством великого Ороку Саки. - Ку-ку? Харуко, ты о чем задумалась? Вечно этот Раф является в самый неподходящий момент! Что ему на этот раз надо? - Радуюсь, что наконец-то от вас от всех избавлюсь, - мрачно оскалилась я, стараясь не дать завладеть собой тяжелым мыслям о неизвестной участи отца. - Только на время, - парировал мутант и вдруг вытащил из-за спины небольшую глиняную бутылочку, - у меня кое-что есть. - Что-то совсем не похоже ни на кислоту, ни на краску. - Это саке, - снисходительно заметил парень, давая пояснения с таким видом, как будто он жутко взрослый, а я – маленькая глупая девочка, - есть повод. - Такой: ты спер у отца или братьев бутылку? Раф возмущенно зыркнул на меня – значит, правда, - и мотнул головой: - Нет. Конец учебы. - Ладно, уговорил, за это я выпью. Надеюсь, у тебя есть из чего? Глупейший вопрос! Раф же далеко не мой отец, собранный и готовый ко всему, у кого всегда все находилось под контролем, а что можно ожидать от недалекого парня-мутанта?! Нет, наш темпераментный черепашка не развел руками, он громко засопел и выдал: - Вечно ты все портишь! - Это ты ни к чему нормально подготовиться не можешь! Что бы ты вообще без меня делал? - Жил бы спокойно, - проворчал парень, разочарованно пряча бутылку под кофту и, видимо, собираясь уходить. Школа, - что только в ней не могло произойти под покровом ночной темноты. Пока все нормальные ученики испуганно забились в свои постели, мы, как последние идиоты, ломали голову, стоя в коридоре, где бы нам достать хоть какую-то посуду. Пойти в столовую – там обычно закрыто в неурочное время, пить из горлышка – негигиенично, да я и не собиралась касаться с Рафом губами одного предмета. Есть идея получше. Уверена, забывчивый гений опять не запер свою лабораторию, следовательно, в нашем распоряжении оказывалась гора разнообразных пробирок на любой вкус. Да, как и следовало ожидать, дверь открыта, а Донни за ней нет. Но, похоже, одному придирчивому мутанту моя идея не понравилась. - Ты что, серьезно?! – Раф крепко перехватил мою руку, уже протянутую к подставке. - Послушай, ты, если передумал и теперь не хочешь вино, так и скажи: «Харуко, я струсил», тогда все сразу будет понятно. Значит, струсил, но признаваться не собирался, - парень не стал продолжать начатый разговор, а перевел его на другую тему: - Ты когда-нибудь пробовала саке? - Странный вопрос. Конечно. Разве отец не давал вам с братьями его на какой-нибудь праздник? Например, на Новый год? После этих слов в моей душе разлилось небывалое тепло. Первый раз, когда я попробовала алкоголь… Новый год – мой любимый праздник, когда останавливалась деловая жизнь, и отец практически все дни напролет проводил вместе с нами. Украшенный дом – это мы трудились с Караи, мастер нам практически и не помогал. Когда необходимо было забраться куда-то повыше, работы выполнялась слугами или кем-нибудь из нашей охраны. Потом уже подросшей сестрой. Сам отец появлялся в особняке ближе к ужину, тихому, по-настоящему семейному, без шумных бесед. Мы усаживались у стола и думали о будущем, что принесет нам следующий год, каким он будет. Сестра считалась достаточно взрослой, а потому ей дозволялась небольшая доза саке, равнодушный к алкоголю отец тоже выпивал в честь праздника. А я, тогда еще маленькая, обнаруживала в своей чашке только чай. Да, вкусный, но ведь с каждым годом я становилась старше, а соответственно, пора бы мне уже все делать по-взрослому. Однажды нагло подцепив отцовскую пиалу и подтянув ее к себе поближе, я осторожно взяла посудину и хотела было поднести к губам, как он меня остановил. Демонстративно скорчив плаксивую физиономию, решила раскапризничаться – я взрослая, а они, мастер и Караи, не хотели этого замечать! Но отец, вопреки всему не просто отобрал пиалу, оставив под запретом надежду попробовать саке, а, усадив к себе на колени, сам вернул мне ее в руки, правда, продолжил поддерживать чашку в моих пальцах. - Давай, Харуко, с Новым годом, - проговорил мастер, положив вторую руку мне на пояс. И я, подбодренная поздравлением, удобно устроившаяся в объятиях самого дорогого в моей жизни человека, прижалась спиной к его груди и глотнула вино… Правильно, что мастер придерживал пиалу, иначе бы одной чашкой в нашем доме стало меньше, а татами было бы испорчено. Закашлявшись, я чуть не уронила посуду и сама не упала с отцовских колен, но он остановил и меня. Когда мерзкий приступ под хихиканье Караи наконец прекратился, а огонь в обожженном горле несколько поутих, отец дал мне в рот ролл и утер выступившие на глазах слезы. - Еще саке? – как ни в чем не бывало поинтересовался он, мне оставалось только обиженно надуться. Какую же гадость пили эти взрослые! После традиционных ста восьми ударов колокола, донесшихся из храма, мастер отправил нас с сестрой спать, а я все не могла уснуть: с одной стороны, саке – не самый приятный напиток, но с другой, что-то в нем все-таки есть. И на следующий праздник я уже упросила отца разрешить слугам поставить для меня на стол отдельную пиалу. Раф же наверняка еще не пробовал алкоголь. Вот наступила и моя очередь позлорадствовать над чьим-нибудь кашлем. Ой, какие мы, видите ли, эстеты, не желали пить из пробирок, но все же отступать мутанту было некуда, и его «бокал» наполнился алкоголем. - За то, чтобы мы вернулись к учебе, - провозгласил черепашка, подозрительно косясь на стеклянную тару, которую медленно подносил к губам. Сомнительный тост – мне-то не очень приятно за такое пить, но шоу, что должно было начаться дальше, того стоило. Быстро пригубив вино (у отца намного вкуснее!), боясь пропустить то, что будет дальше, я во все глаза уставилась на Рафа. Жаль, что он зеленый, сейчас бы менял цвета, как заправский хамелеон. Сначала черепашка, старательно сдерживая кашель, дабы не облажаться перед опытной девушкой, надулся подобно шарику, вены на шее так же забугрились, губы выдались вперед, - но Раф держался в меру успешно. Дышать он перестал, прилагая все возможные усилия оставить саке внутри себя, но было видно, как активно оно просилось наружу. Я, открывши рот, не отводила от него взор; вдруг вспомнив, что в любой момент, если парень проиграет в борьбе с собой, моя одежда могла быть испорчена. Надо успеть отскочить в сторону. Но черепашка не дал мне самого главного повода посмеяться над собой, - сделал решительный глоток, позволяя саке пройти дальше. Победоносно (как всегда) мутант, чьи глаза еще туманились выступившими слезами, взглянул на меня. Вместо лунного, подходящего ниндзя света, властвовавшему в лаборатории, вдруг вспыхнул электрический, и практически рядом с нами, настолько увлеченными саке и желанием переплюнуть друг друга в своих возможностях, что забыли о безопасности, как из-под земли вырос Дон. - Все ученики в этот час должны находиться в своих комнатах, - веско произнес он, - что вы здесь делаете? Видимо, Раф обжег горло, хоть и не подал виду, но произнести ответ ему не удавалось, выдавливая из себя какое-то судорожное хрипение. - Мы… э-э-э… - как назло, в голову ничего не приходило, как объяснить, что я стою с пробиркой и бутылкой в руках, - мы как раз проводили сравнительный анализ одной вещицы; учитель Донателло, может быть, вы присоединитесь к нам? - Боюсь, ваш эксперимент приведет только к одному результату – промыванию желудка. Не стоило хватать первые попавшие пробирки. Что?! Я думала, Донни будет ругать нас за употребление алкоголя, на котором мы попались, а он вообще о другом. Услышав не аппетитные перспективы, Раф пошатнулся и ухватился рукой за стол, чтобы не упасть, а я прямо из горлышка глотнула еще саке – для дезинфекции организма. Отец говорил, что в нужном случае это оказывалось очень действенно и полезно, по-моему, он как раз сейчас и наступил.