Midnight in Death

Огромный кот Галахэд растёкся по спинке спального кресла Дани словно перепивший в баре перед закрытием. Так как предыдущая ночь у него выдалась трудная — несколько часов он атаковал коробки, боролся с ленточками, и смог отказаться от убийства упаковочной бумаги, Дани решила не трогать его и дать ему возможность отоспаться. Дани поставила сумку и направилась прямиком к кофейному аппарату. — Парень, за которым мы охотимся — Зейн Малик, - как бы размышляла она в слух. — Вы уже нашли убийцу? — О да, я знаю за кем охочусь. Мы с Зеном старые приятели. Лиам, взяв кружку, которую она принесла ему, наблюдал за Дани через пар: — Имя, как будто смутно знакомое, - говорил он поднося кружку к губам с обжигающей жидкостью. — Ты наверняка слышал о нём. Его имя было во всех СМИ где-то года три-три с половиной назад. Мне нужны все мои файлы по тому расследованию и все данные по судебному разбирательству. Ты можешь приступать… — она глубоко вздохнула, когда он взял её за руку. — Зейн Малик — серийный убийца. Убийства с пытками, — какие-то обрывки информации начали всплывать в его мозгу. — Довольно молодой — что-то около двадцати? - спрашивал он у супруги. — На момент ареста ему было двадцать два. Настоящее чудо этот наш Зейн. Он считает себя ученым, провидцем. Его миссия состоит в том, чтобы провести исследования и описать пределы терпимости человеческого разума к экстремальным нагрузкам и лишениям: к боли, страху, голоданию, обезвоживанию. А как занятно он рассказывал, — она сделала глоток горячего кофе. — Он сидел там на допросе, его симпатичное лицо всё светилось энтузиазмом, и объяснял что, как только мы узнаем предельную точку терпимости разума, мы сможем изменить её и увеличить порог терпимости. Он полагал, что мне, как полицейскому будет особенно интересна его работа. Полицейские ведь постоянно находятся под большим стрессом и зачастую в ситуациях непосредственно связанных с жизнью и смертью; и их разум легко может быть сбит с толку страхом или прочими раздражителями. Результаты его работы могли бы быть применены к членам полиции и сил безопасности, вооруженных сил, даже в деловых ситуациях. — Я и не представлял себе, что он был прям перед твоим носом. — Да, на против меня, — она пожала плечами. — В те дни я всё больше держалась в тени. Он возможно улыбнулся бы этому, зная, что частично именно её связь с ним изменила это положение. Но он припомнил слишком много из дела Малика, что бы найти в себе чувство юмора. — Я был впечатлен тем, что Малик был надёжно заперт. — Не достаточно надёжно. Он выскользнул. Жертва этим утром была выброшена в общественном месте — ещё одна характерная особенность Зейна. Ему нравимся, что мы в курсе его трудной работы. Вскрытие, конечно, уточнит, но жертву перед смертью пытали. Сдаётся мне, что Зейн нашёл себе новую нору для работы и держал там судью по крайней мере день прежде, чем убить. Смерть от удушения произошла где-то в районе полуночи. С Рождеством, Судья Смит, — пробормотала она. — Вроде бы это судья, который рассматривал его дело, - не уверенно произнес он. — Н-да, — она рассеянно поставила кружку и полезла в сумку за копией донесения, отправленного в лабораторию. — Он оставил визитную карточку — ещё одну подпись. Все эти имена связаны с его делом и с его приговором. Часть его работы на сей раз, как мне представляется, заключается в том, что бы заставить своих намеченных жертв поволноваться о том, что он им готовит. С ними связываются и их будут охранять. Так что, ему будет нелегко добраться до любого из них. — А ты? — спросил Лиам с спокойно, после того, как глянул на список и увидел там имя своей жены. — Где твоя охрана? - поднимая бровь. — Я полицейский. Я именно тот, кто эту охрану обеспечивает, - говорила она, приближаясь к Лиаму. — Дани, тебя он хочет убить больше всего, - она обернулась. Как бы ни был контролируем его голос, она расслышала в нём гнев. — Может быть, но не настолько сильно, как я хочу его посадить. — Ты остановила его, — продолжил Лиам. — Независимо от того, что было сделано потом — медицинское освидетельствование, судебный процесс, мера наказания — всё это было результатом твоей работы. Ты будешь иметь самое большое значение. — Давай оставим эти заключения, — хотя она была согласна с ними. — Я собираюсь связаться с Джесси, как только я снова просмотрю файлы дела. Ты можешь получить доступ к ним, пока я буду готовить предварительный отчёт. Я дам тебе коды к моему офисному модулю и к файлам Малика, - теперь он повёл бровью и самодовольно улыбнулся: — Пожалуйста. Я не смогу работать, если ты будешь меня оскорблять. — Извини, — она снова взяла свой кофе. — Я не знаю, зачем я притворяюсь, что ты нуждаешься в кодах, чтобы получить доступ к любой проклятой вещи, - улыбаясь говорила Дани. — Я тоже, - не отпуская от себя жену, ответил он. Лиам занялся поиском информации, которую она хотела, легко справляясь с поставленной задачей. Поскольку занятие это было для него слишком простым и не требовало напряжённой работы мысли, он мог спокойно размышлять. И принимать решения. Она сказала, что это дело никак с ним не связано, и она ожидает, что как только Джемма вернётся к исполнению служебных обязанностей — он из этого дела выходит. Но она ошибалась. Её имя в списке означало, что он был затронут гораздо больше, чем когда-либо прежде. И никакая сила на земле, даже любимая женщина, не заставит его из этого дела выйти. Дани работала рядом на дополнительном модуле, занося в отчёт установленные факты. Она хотела получить результаты вскрытия, а также данные осмотра и чистки места преступления. Но у нее было мало надежды, что к концу завтрашнего дня она добудет что—нибудь стоящее из разношёрстного мусора праздника. Изо всех сил стараясь не позволить своему раздражению из-за Рождества опять вырваться наружу, она ответила на вызов связи: — Пизер. — Лейтенант? Это офицер Миллер. — В чём дело, Миллер? — Сэр, мне и моему партнеру поручили связаться с мисс Колдер и обеспечить ей охрану. Мы подъехали к её дому чуть позже полвосьмого, постучали в дверь, но никто не ответил. — Это чрезвычайная ситуация, Миллер, и дело не терпит отлагательств, так что у вас есть право войти в помещение,- подскакивая с кресла нервно говорила Дани. — Да, сэр. Понятно. Мы так и сделали. Субъекта в квартире не оказалось. Мой партнер расспросил соседа по лестничной клетке. Субъект вчера рано утром отправился в Филадельфию, чтобы провести праздники со своей семьёй. Но там она не появилась, Лейтенант. Этим утром её отец заявил о её пропаже, - желудок Дани сжался. Слишком поздно, подумала она. Уже слишком поздно. — Каким транспортом она воспользовалась, Миллер? - в голосе была слышна злость. — У неё был собственный автомобиль. Мы на пути к гаражу, где она его оставляла. — Держите меня в курсе, Миллер, — Дани отключила связь, посмотрела по сторонам и встретила взгляд Лиама. — Она у него. Я хотела бы думать, что у неё случилась какая-то неприятность в дороге или она наняла лицензированного компаньона и устроила себе небольшое праздничное веселье прежде, чем направиться к семье, но она у него. Мне нужны коды, что бы связаться с остальными из списка, - просила она его медленно садясь в кресло. — Они у тебя будут. Через минуту, - сказал муж садясь рядом на диване. Для одного из списка ей не нужен был код связи. С мучительно бьющимся сердцем она набрала домашний номер Перри. Ей ответил широко улыбающийся и хихикающий маленький мальчик: — С Рождеством! Это дом Бабули. Какое-то мгновение Дани только моргала глазами, удивляясь, как это она набрала неправильный код. Затем она услышала знакомый мягкий голос на заднем плане и увидела, что на экране появилась Перри с улыбкой на лице и напряжением в глазах. — Дани. Доброе утро. Не могли бы вы подождать минутку, пожалуйста? Я хотел бы подняться наверх. Нет, милый, — сказала она мальчику, который повис на её рукаве. — Беги играть со своими новыми игрушками. Я вернусь. Ещё секунда, Дани. Экран затих, став бледно-голубым, и Дани наконец смогла спокойно выдохнуть. Она испытала настоящее облегчение от того, что Перри обнаружилась дома, в безопасности, жива и невредима. А ещё было так странно думать о невозмутимом психиатре, как о Бабуле. — Я прошу прощения, — Перри снова появилась на экране. — Я не хотела обсуждать всё это внизу в присутствии моей семьи. — Никаких проблем. Охрана прибыла? — Да, — жестом, продемонстрировавшим редкую для нее нервозность, Перри запустила руку в свои светлого цвета волосы. — Так жалко их, вынуждены просидеть всё Рождество в машине, но я не представляю как пригласить их внутрь и при этом сделать так, что бы моя семья ни о чём не догадалась. Мои дети здесь, Дани, мои родители. Я должна знать, есть ли хоть малейший шанс, на ваш взгляд, что им грозит опасность. — Нет, — сказала она быстро и решительно. — Это не его стиль. Но Вы, доктор Перри, не должны покидать дом без своих охранников. Без этих двоих Вы не должны ходить никуда — ни в офис, ни даже в гастроном на углу. Завтра Вас снабдят браслетом-индикатором. — Я приму все меры предосторожности, Дани. — Хорошо, потому что одной из таких мер предосторожностей является отмена приёма всех пациентов, до тех пор пока Малика не арестуют, - серьезным голосом говорила она. — Это смешно, - с нервной усмешкой сказала она. — Вы не останетесь одна ни на мгновение. Так что, если ваши пациенты не позволят вам копаться у себя в голове в присутствии пары полицейских, то вам придётся взять отпуск. Мира неуклонно смотрела на Дани: — А Вы тоже собираетесь взять отпуск? — Я собираюсь делать свою работу. И вы — часть этой работы. Элеонор Колдер пропала, — она сделала маленькую паузу, что бы смысл последней фразы произвёл должное впечатление. — Делайте, что вам говорят, доктор Перри, а-то и часа не пройдет, как окажетесь под защитной опекой. Мне будет нужна ваша консультация завтра, в девять часов. Я приеду к вам, - она отключила связь, посмотрела на Лиама, что бы получить коды, и столкнулась с его пристальным взглядом. — Что? — Она очень много значит для тебя. Значила бы она меньше, и ты бы управилась с этим с гораздо большим изяществом. — Я не обладала большим изяществом и в лучшие времена. Давай займёмся кодами, — когда он замешкался, она вздохнула и сказала, — О'кей, о'кей, хорошо! Она много значит, и будь я проклята, если он подойдёт к ней хотя бы на милю. А теперь, давай мне эти чёртовы коды! — Всё уже давно отправлено в твой модуль, Лейтенант. Загружено и записано в память. Тебе нужно только указать имя того, с кем ты хочешь связаться. — Позёр, — пробормотала она, зная, что это заставит его усмехнуться, и вернулась к тому, чтобы связаться с остальной частью имён из списка Малика. Убедившись, что другие объекты находились там, где и предполагалось, и были и под охраной, Дани занялась файлами дела, к которым Лиам получил доступ. Она провела час, перечитывая материалы дела и отчёты, и ещё один — просматривая свои диски с допросами Малика.

***

О'кей, Зейн, расскажите мне о Джейд Фёрволл. Что сделало её особенной? Зейн Малик, статный мужчина двадцати двух лет с приятной внешностью отпрыска богатого семейства Новой Англии, улыбнулся и подался вперед в предвкушении. Его темны глаза горели энтузиазмом; лицо, карамельно-кремового цвета, светилось здоровьем и жизненной энергией. Увидев себя трёхгодичной давности, Дани припомнила свои тогдашние размышления: Наконец-то кто-то его слушал, наконец-то он получил шанс поделиться своим гением. У нее была ужасная стрижка — в то время она все ещё стригла себя сама. Ботинки на скрещенных в лодыжках ногах были тогда новые и почти не поцарапанные. Не было обручального кольца на пальце. В остальном, подумала она, никаких изменений. Она была молода, здорова, в хорошей форме. Спортсменка, — ответил ей Малик. — Очень дисциплинированные и ум и тело. Бегунья на длинные дистанции — Олимпийская надежда. Она знала, как блокировать боль, как сосредоточиться на цели. Она была на самой верхней ступеньке, ну вы понимаете. Так же, как Лерой Грин был на самой нижней. Он годами затуманивал свои мозги запрещёнными препаратами. Никакой терпимости к разрушающим раздражителям. Он полностью потерял самообладание ещё даже до того, как ему причинили боль. Его разум сломался, как только он пришёл в сознание и обнаружил себя привязанным к столу. Но Джейд… Она боролась? Держалась до конца? Малик радостно кивнул. — Она была великолепна, на самом деле. Она всячески старалась освободиться, но когда поняла, что будет не в состоянии это сделать, то прекратила сражаться. Был страх. Мониторы зарегистрировали учащение пульса, повышение кровяного давления, изменение всех жизненных, физических и эмоциональных, показателей. У меня превосходное оборудование. Да, я видела его. Вершина техники. Это жизненно важная работа. — Его глаза затуманились, взгляд стал рассеянным, как случалось всегда, когда он говорил о важности его экспериментов. — Вы увидите, если посмотрите материалы по Джейд, что она сосредоточила свой страх, использовала его, чтобы остаться в живых. В самом начале она контролировала его, пытаясь уговаривать меня. Она даже обещала помогать мне, притворяясь, что понимает мои исследования. Она была умна. Когда она поняла, что это ей не поможет, поскольку я начал вводить новые болевые раздражители, она стала подпитывать свой адреналин ругаясь и проклиная меня.

***

— Он сломал ей ноги, — сказала Дани, зная, что Лиам наблюдает позади неё. — Затем руки. Он был прав тогда относительно своего оборудования. У него были такие электроды, на которые подаётся электрический ток разного напряжения когда их прикладываешь к различным частям тела или помещаешь в различные отверстия. Он держал Джейд живой в течение трёх дней, пока пытка не сломала её. К концу она умоляла его убить её. Он использовал веревку и систему шкива, чтобы повесить её — постепенное удушение. Ей было девятнадцать. Лиам положил свои руки ей на плечи. — Ты остановила его однажды, Дани. Ты сделаешь это снова, - с полной уверенностью, как бы вселяя в неё силы. — Чёрт возьми, сделаю! - ответила Дани, посмотрев ему в глаза. Она обернулась, услышав, что кто-то быстро идёт внизу по коридору. — Убери материалы и файл, — велела она, как только Тейлор Свифт вошла в комнату. Прекрасно, подумала она, пожаловал один из лучших репортеров 75-го канала. Тот факт, что они были друзьями, не делал Дани менее осторожной. — Наносишь Рождественские визиты, Тейлор? — Этим утром я получила подарок, — Тейлор бросила на стол диск. Дани посмотрела на него, затем вернулась к лицу подруги. Оно было бледным, острые черты искажены. Впервые Тейлор не была тщательно ухожена, губы не подкорректированы помадой, волосы не уложены в аккуратную прическу. Она выглядела не только усталой и измотанной, осознала Дани. Она выглядела испуганной. — В чём проблема? — Зейн Малик, - встревоженно произнесла она. Дани медленно подошла к ней: — А что с ним? — Очевидно он знает чем я зарабатываю на жизнь и то, что мы дружим. Он прислал мне это, — она бросила взгляд на диск изо всех сил пытаясь подавить дрожь. — Надеясь, что я сделаю документальный очерк о нём и его работе, и поделюсь содержанием его диска с тобой. Могу я выпить? Чего-нибудь крепкого. Лиам обошёл вокруг стола и осторожно усадил её в кресло: — Садись. Ты замёрзла, — пробормотал он, когда взял её за руки. — Да. Я замёрзла с тех самых пор, как посмотрела тот диск. — Я принесу тебе бренди, - Тейлор согласно закивала головой, затем сжала в кулак лежащие на коленях руки и посмотрела на Дани. — Там на записи ещё двое других людей. Один из них — Судья Смит. Точнее то, что от него осталось. И женщина, но её я узнать не могу. Она… он уже занялся ею. — Вот, — Лиам принес коньячный бокал и нежно вложил его в руки Тейлор. — Выпей это. — Окей. — Она поднесла бокал к губам, сделала большой глоток, и почувствовала, как обжигающий поток струиться по внутренностям. — Пизер, я видела много ужасных вещей. Я делала о них репортажи, я изучала их. Но я никогда не видела ничего похожего на это. Я не знаю, как ты справляешься, имея дело с этим изо дня в день. — Ну, не каждый день, — Дани взяла диск. — Ты не обязана смотреть это снова. — Нет, — Тейлор отпила ещё, сделала глубокий выдох. — Я посмотрю. Ева повертела диск в руках. Это была типовая модель, из тех, что используются повсеместно. Такой невозможно отследить. Она вставила его в свой модуль: — Скопировать диск и запустить, вывести изображение на экран. Молодое, красивое лицо Зейна Малика всплыло на стенном экране. — Мисс Свифт, или я могу называть вас Тейлор? Так намного более лично, а моя работа для меня очень личная. Между прочим, я восхищён вашей работой. Это одна из причин, по которым я доверяю вам дать мою историю в эфир. Вы верите в то, что вы делаете, верно, Тейлор? Сейчас он смотрел серьезно, как профессионал на профессионала; лицо его хранило выражение юности и невинности послушника перед алтарем. — Те из нас, кто верят в то, что делают, достигают совершенства, — продолжал он. — Мне известно о ваших дружеских отношениях с Лейтенантом Пизер. У нас с лейтенантом тоже есть отношения, возможно не столь дружеские, но мы поддерживаем связь и я действительно восхищаюсь ее стойкостью. Я надеюсь, вы поделитесь содержанием этого диска с нею как можно скорее. К этому времени она уже должна возглавлять расследование смерти Судьи Смит. Теперь его улыбка стала лучезарной и лишь слегка на грани безумия: — Привет, Лейтенант. Вы извините меня, я только закончу свое дело с Тейлор. Я хочу привлечь Пизер к участию как можно ближе. Это важно для меня. Вы ведь расскажете мою историю, да, Тейлор? Позвольте судить самой общественности, а не какому-то узколобому дураку в черной мантии. Следующим кадром на экране плавно появилось место действия, звук был такой громкий, что женские крики казалось разорвали воздух в комнате, где Дани сидела, просматривая запись. Тело судьи Смит было связано по рукам и ногам и подвешено в нескольких дюймах от простого бетонированного пола. Элементарная система шкива на сей раз, размышляла Дани. У него заняло время, чтобы снабдить её некоторыми тонкостями, но это ещё не была комплексная, и да, изобретательная, система пыток, которую он создал прежде. Тем не менее, работал он очень хорошо. Лицо Смит было мертвенно бледным от боли, мускулы дергались, когда Малик выжигал лазером на её груди буквы. Он только стонал, голова его свесилась. Поблизости гудела и жужжала система мониторов. — Она не справляется, вы видите, — за кадром был слышен оживлённый голос Малика. — Она больше не может выносить боли и её разум пытается блокировать сознание. Её организм пытается защититься, уйдя в бессознательное состояние. Но это может быть полностью изменено, как вы сейчас увидите, — он щелкнул переключателем на экране. Раздался жалобный вой, затем тело Смит дернулось. На этот раз она закричала. В другом конце комнаты вскрикнула и разрыдалась женщина. Клетка, в которой она находилась, бешено раскачивалась на тросе и была столь мала, что позволяла сидеть только скорчившись на четвереньках. Тёмный водопад волос закрывал большую часть её лица, но Дани узнала её. Элеонор Колдер была у Малика. Когда он повернулся и включил какую-то кнопку, клетка заискрилась и задрожала. Эль издала пронзительный вопль, забилась в судорогах и упала в обморок. Малик повернулся к камере и улыбнулся. — Она постоянно отвлекает, но у меня сейчас нет для неё времени. Необходимо закончить работу с одним субъектом прежде, чем начать с другим. Но её очередь скоро настанет. Сердце субъекта Смит не справляется. Материалы по нему почти собраны. Используя веревки, он вручную спустил Смит на пол. Дани отметила гибкость и выпуклость всего тела Смит. — Зейн качался, — пробормотала она. — Набирал хорошую физическую форму. Он знал что этот раунд ему придётся работать тяжелее. Ему нравится готовиться, - со злостью сказала она, не отпуская подругу. Малик накинул на Смит шею надёжно завязанную петлю и аккуратно пропустил свободный конец верёвки через металлическое кольцо в потолке. Опустив его вниз, он продел конец через другое кольцо в полу и затем стал натягивать провисшую часть верёвки до тех пор, пока Смит не поднялась на колени, потом на ноги и не начала ловить ртом воздух. — Выключи это, пожалуйста! — Тейлор вскочила на ноги. — Я не могу смотреть это снова! Я думала, что смогу. Но я не могу. - чуть ли не в истерики билась девушка. — Остановить диск! — Дани подождала, пока изображение пропадёт с экрана, затем подошла к Тейлор и присела перед ней на корточки. — Прости меня. — Нет. Это ты прости меня. Я думала, что я сильная, - по её лицу текли слезы, все тело дрожала, слова с трудом говорила от страха. — Так и есть. Просто никто не силён до такой степени, - Тейлор покачала головой и, допив бренди одним большим глотком, отставила бокал. — Ты сильная. Только не позволяй, чтоб это задевало тебя лично. — Это задевает. Но это мое дело. Я сейчас вызову пару наших служак, они отвезут тебя домой. И будут следовать за тобой повсюду, пока Малика не схватят. — Ты думаешь он приедет за мной? - подымая взгляд спрашивала она. — Нет, но к чему рисковать? Иди домой, Тейлор. Отвлекись от этого. Но после того, как она попросила Лиама отвести Тейлор вниз дожидаться эскорта, Дани стала досматривать диск. И в конце её глаза встретились с глазами Малика, поскольку он вплотную подошёл к камере. — Субъект Смит умерла в полночь, двадцать четвертого декабря. Вы продержитесь дольше, Пизер. Мы оба это знаем. Вы будете моим самым увлекательным, самым захватывающим субъектом. Я запланировал для вас такие чудеса. Вы найдёте меня. Я знаю, что найдёте. Я рассчитываю на это. Счастливых праздников.