Любимый враг

Я находилась в отключке – это единственное, что я осознавала. Постепенно приходя в себя, но всё ещё не открывая глаз, я чувствовала, что меня несут, как тряпку, переброшенную через чьё-то костлявое плечо. Я была не в состоянии сделать ни одного движения. Что-то катилось по моему лицу. Что-то густое и вязкое. Еле открыв свои опухшие глаза, мой взгляд тут же упал на знакомый мне кафель. Я была дома. Тело, которое несло меня, оставляло за собой красные капли моей крови на полу. Кровь шла не с лица, она текла из груди. Осознавая это, и окончательно приходя в себя, я стала чувствовать каждую царапинку на моём избитом теле. Но эта боль и в сравнение не шла с той, что поселилась у меня внутри. Эта была намного сильнее, намного мощнее, и она никак не могла насытиться мной, разрастаясь с каждым моим понимание происходящего. Через секунду я почувствовала холодный пол под оттёкшими ступнями. Внезапно ощущая твёрдую поверхность, мои ноги подкосились, от нехватки сил. Я схватилась за край раковины в ванной. Переставляя руку, за ней оставалась неяркая красно-бордовая дорожка. Подняв голову к зеркалу, я ужаснулась ещё больше. Передо мной стояла безжизненная девушка, у которой из всего кожного покрова в порядке было лишь одно лицо. В отражении, за моим плечом стоял Брайан, как ни в чём не бывало, он улыбался мне, одновременно рассматривая свою уродскую работу над моим телом. – Ну, что скажешь, Аманда? А всего лишь нужно было молчать, и не разговаривать с моим братом. А теперь любуйся, тварь! Помойся.. – он взглянул на меня с отвращением, и вышел из ванны, оставляя меня наедине с собой. Я залезла в ванную, включая воду, я стала нервно, с неимоверно сильным напором тереть себя. Мне было плевать какой температуры вода в душе. Я её не чувствовала. Только боль, и больше ничего человеческого. Я старательно отмывала каждый сантиметр своего тела. Невзирая на раздирающую меня боль, я без жалости к себе, проходила мочалкой по самим глубоким ранам, и ушибам. Хотелось отмыть все его прикосновения, все его касания. Всё это было до ужаса безобразным.. Вымыв себя до скрипа, зайдя в свою комнату, я плюхнулась на кровать. Хотелось рыдать, хотелось всё крушить, ломать, но сил не было даже на то, чтобы залезть под одеяло. Скрип двери, и это чудовище вновь рядом со мной. – Вставай, мразь, я разрешал тебе ложиться? – сурово произнёс Брайан, и схватил меня за локоть, заставляя сесть. Я не вырывалась, послушно сделав его приказание, я села на край кровати, и опустила свои глаза. Не сейчас мне нужно было показывать свой характер, не сейчас я должна была возмущаться. Было слишком поздно. Он обессилил меня, и я не была способна даже на банальное отмахивание от его мерзких рук. – Вот. – он бросил в меня какой-то пакет, я заглянула туда, и увидев там кучу разных кремов, недоумевая посмотрела на него. – Что, неужели такая недогадливая? – насмешливо спросил он. – Это мази, разные тональные крема. – объяснял он. – Думаешь мне нужно, чтобы кто-то видел твои синяки. Будешь замазывать, чтобы не было ни единого намёка на то, что тебя кто-то бил. Ты поняла меня? Ах, подонок! Урод! Ненавижу его! – Завтра мы идём в клуб. Вот эту одежду ты оденешь. – после этих слов, он кинул мне в лицо большую коробку. Там было длинное, красивое платье, закрывающее всё тело, кроме шеи. И туфли на высоком каблуке. Это выглядело омерзительно. Я откинула коробку в сторону, уже не боясь последствий, и улеглась обратно в кровать. Видимо решив, что с меня на сегодня хватит, он ушёл. Я не умерла, а как бы мне этого хотелось.. Сейчас я не живу, я существую. И лучше обрести вечный покой рядом с папой, чем терпеть издевательства над собой.. Усталость тяжёлым облаком окутала меня с ног до головы, и я уснула.