Merry Christmas!

We’ll drink till the bars shut us down I think that’s just what Christmas is all about

(All Time Low – Merry Christmas, Kiss My Ass)

*** − Ну сколько можно? – спрашивает Джек уже в третий раз, наблюдая за тем, как Алекс снова наполняет бокал. − Сколько захочу, - бубнит Алекс, опрокидывая в себя стопку коньяка. – Ты мне не мамочка. Стукнув кулаком по барной стойке, он сползает с высокого стула и, нелепо размахивая руками, пошатываясь, пританцовывает к переполненной людьми танцевальной площадке. Толпа поглотила Алекса, словно морские волны. Уже раз в сотый Джек благодарил всех этих людей за то, что они не узнали их с Алексом. Или не знали вообще. Заказав у бармена пиво, Джек старался не упускать из вида танцующего (точнее, конвульсивно дергающегося) под музыку Алекса; но среди такой разномастной, да и не малой, к слову, толпы это делать было довольно трудно. − Эти их ссоры никогда к хорошему не приводят, - процедил Джек, сделав глоток. Сегодня днем произошла очередная ссора между Алексом и Лизой. Из-за чего на сей раз Джек так и не понял. Ни из бурчания Алекса, ни из звонка рыдающей в голос Лизе. В итоге Алекс плюнул на все и пошел в бар. А Джек пошел с ним, "проследить, чтобы не случилось чего". И вот уже второй час подряд они сидят в баре, что был за несколько улиц от дома. Алекс, в стельку пьяный, и Джек – словно на страже. Алекс все танцевал, то и дело прикладываясь к невесть откуда взявшейся в его руках бутылке. Джеку приходилось лишь наблюдать за другом, вокруг которого уже крутилась какая-то блондинка. Вздохнув, Баракат отпил еще немного. Видимо, сегодняшний вечер двадцать четвертого декабря они проведут в этом душном, совсем неуютном и переполненном людьми баре. А ведь хотели погулять все вместе по дышащему Рождеством городу. Выходит, как говорится, не судьба. Достав из кармана телефон, Джек набрал номер Райана, чтобы предупредить, что они задержатся. И, кажется, надолго. − Твою ж… - выдохнул Баракат, убрав телефон. Разливая из бутылки ее содержимое, Алекс просил у одного из играющих на сцене музыкантов гитару. Вскочив со своего места, Джек, расталкивая собравшуюся толпу, пробирался к вконец пьяному другу. − Да я же… ик!.. отдам ее… ну не будь жмотом, а! – бурчал Алекс, качаясь на ногах, пытаясь удержать равновесие. Протягивая свободную руку к отпрянувшему музыканту с гитарой, Алекс опрокинул на себя бутылку. – Ик!.. ‘от блять! На футболке Алекса расползалось большое пятно, источая острый запах какого-то крепкого напитка. Разочарованно надув губы, Алекс отбросил пустую бутылку и полез на небольшую сцену к отпрянувшим музыкантам, которые лишь смеялись, отходя дальше, насколько позволяла сцена. Толпа смеялась, показывая пальцами на Гаскарта, кто-то снимал все на камеру мобильного телефона. − Разойдитесь! Дайте пройти! – расталкивал людей Джек, пробираясь к другу. – Уйди, долба… ой, извините, девушка. Дорогу! Пробившись сквозь плотную толпу, Джек окончательно взбесился. Алекс на четвереньках полз к смеющимся музыкантам в забавных шапочках Санты, требуя гитару. − Неу… ик!.. жели вам так жалко гитару? - бубнил Алекс, отчаянно пытаясь подняться на ноги, опираясь на ладони. – Я же не… ик!.. украду ее. Подавив желание набить Алексу лицо, дабы привести хоть в какое-нибудь более-менее приличное состояние, Джек вскочил на сцену. Взяв Алекса под руки, словно котенка, он поставил его на ноги, закинув одну руку друга себе на плечи, а своей поудобнее перехватил Алекса за талию. − Куда ты… ик!.. меня несешь, мать твою? – вопросил Гаскарт, безуспешно пытаясь поднять голову. − В отрезвитель, милый, - пропел Джек, - ты же был там год назад. Еще раз, видимо, хочешь. − Э-э-э… ни-ни-ни! – замотал головой Алекс. Поудобнее перехватив друга, Джек понес того к выходу из бара. − Счастливого Рождества всем! – крикнул Джек через плечо смеющейся толпе. *** − Зак! – крикнул Джек, чувствуя, как кружится голова. – Райан! Квартира откликнулась тишиной, отчего Джек выругался. Повисший на его плече мертвым грузом Алекс тянул вниз, и Джек каждый раз по пути домой старался не упасть. Им, точнее ему, Джеку, пришлось идти домой пешком, поскольку все такси были заняты, а машину им поймать не удалось. Еле сняв с себя и Алекса одежду и обувь, Джек поволок друга в гостиную, уложив его на диван. Устало плетясь на кухню, Джек зацепил настенное украшение, которое с легким шорохом упало на пол. Он не стал его поднимать. Рождество. В этом году они хотели провести его все вместе. Только они вчетвером. Но не получилось. И виной всему хотелось, конечно же, сделать ссору Алекса и Лизы. Но что-то подсказывало Джеку, что это глупо. Нажав на кнопку электрического чайника, Джек достал из кармана телефон и набрал номер Райана. После долгих гудков на том конце, наконец, ответили. − Райан, что за фигня? Ушли и не предупредили. − Прости, Джек, но мы вас полтора часа ждали, - перекрикивая громкую музыку и голоса, сказал Райан. - Ты тоже не предупредил, что задержишься. − Блин, - Джек прикрыл глаза. – Я хотел, да… - он махнул рукой. – В общем, как обычно. − Мы будем через час, - пообещал Райан. – Как Алекс? − Напился. Лежит сейчас на диване. – Джек помолчал. – Хотя, знаешь, не торопитесь домой. Я сам с ним управлюсь. − Уверен? − На все сто, - твердо ответил Джек, а потом попрощался. Щелкнула кнопка чайника, оповестив о том, что вода в нем уже вскипела. Достав из шкафа две кружки, Джек налил в одну кипяток, а в другую холодной воды. Из гостиной послышались бурчание Алекса, проклятья в адрес Лизы и тому подобное. Произнеся тихое "Господи", Джек бросил в свою кружку чайный пакетик, а другую понес Алексу. Алекс лежал с приоткрытыми глазами, закинув одну руку за голову, а другой прикрыл рот. Маленький диванчик был не по размеру Алексу и заканчивался на уровне его лодыжек. − Совсем хреново? – Джек протянул ему кружку с водой. Алекс лишь слабо кивнул, дрожащей рукой взяв стакан и осушив его в пару глотков, откинулся на подушку. Джек не стал включать свет в гостиной. Неяркий желтый свет, лившийся из коридора, освещал малую часть гостиной, в том числе и лицо Алекса, нездорового бледного оттенка. − Что случилось? – тихо спросил Джек, присев на край дивана. Алекс вздохнул, раскрыв глаза. − Лиза, - ответил он, - по-моему, это и так ясно. − Ладно, - кивнул Джек, - тогда, что случилось у вас с Лизой? На сей раз. Гаскарт фыркнул, словно говоря "сам что ли не догадываешься?". Повернув голову к спинке дивана, он снова прикрыл глаза, говоря этим, что разговор окончен. Джек поднялся с дивана и подошел к окну. За стеклом сыпал крупный, словно хлопья, снег. Машины сплошным потоком двигались по переполненным дорогам. Яркие праздничные вывески мигали разноцветными огоньками гирлянд. Магазины рано закрывались сегодня. Рождество. Джек кинул взгляд на часы, висящие на стене. Половина десятого. − Зачем же ты напился в баре? – проронил Джек, думая, что Алекс его не услышит. − А разве не для этого придумали Рождество? − Баракат обернулся на голос. Алекс сидел на диване, чуть покачиваясь, глядя на Джека усталыми глазами. – А, Джек? Джек нахмурился. − Нет, не для этого. Алекс негромко рассмеялся, качнувшись назад, взъерошив отросшие волосы. − Неужели ты все еще такой наивный, - проговорил он, - раз думаешь, что Рождество − это семейный праздник, и отмечать его нужно с кем-то? – Джек промолчал, а Алекс вновь рассмеялся: - Наивный маленький Джек. Но эти слова не были насмешкой. Они были произнесены ласково, словно Алекс добродушно улыбался в этот момент. Испустив смешок, он тяжело поднялся с дивана, и, пошатываясь, направился к Джеку. Опустив голову на плечо друга, Алекс обнял его со спины, касаясь ладонями боков. Сердце Джека стало биться чаще. Конечно, у них с Алексом не раз были подобные объятия, но почему-то от этого у Джека дыхание перехватило. Дыхание Гаскарта колыхало волосы на затылке, а горячие ладони скользнули по бокам Джека. − Мой наивный маленький Джек, - усмехнулся Алекс, запустив ладони под футболку Джека. Баракат резко выдохнул, словно весь воздух из него выбили, а кожа покрылась мурашками. Он чувствовал горячее дыхание Алекса над ухом. Гаскарт осторожно оттянул мочку зубами, а потом поцеловал место за ухом, спускаясь легкими прикосновениями губ по шее. Джек вцепился руками в подоконник, тяжело дыша. Ладони Алекса блуждали по торсу, касаясь самыми кончиками пальцев живота и груди. Сердце, казалось, билось где-то в горле, не давая сделать глотка воздуха. − Твое сердце… - прошептал Алекс, положив горячую ладонь на то место, где заходилось в бешеном ритме сердце. – Так сильно бьется. Проведя языком по выпирающей ключице Джека, Алекс запустил свою ладонь под пояс джинсов и нижнего белья. Джеку казалось, что он сейчас задохнется, когда рука Алекса слегка сжала его член. Баракат сильнее вцепился пальцами в край подоконника. Сделав рукой пару движений взад-вперед, Алекс куснул Джека за ухо, чуть оттянув его. Сжав зубы, Джек сдержал стон. Ловкие пальцы Алекса, казалось, были везде. Одна рука повернула голову Джека, и Гаскарт коснулся его губ. Другая орудовала в штанах так быстро и ловко, что Джек случайно прикусил губу Алекса. Второй рукой Алекс справился с ремнем и молнией джинсов, слегка приспустив джинсы, дав этим немного свободы Джеку. Руки его дрожали, а пальцы, вцепившиеся в подоконник, немилосердно болели. − Мой маленький Джек, - прошептал Алекс, продолжая водить по члену Джека. Он уже не сдерживал рычания, двигая бедрами навстречу руке Алекса. Последнее движение и перед глазами Джека все расплылось, ноги грозили подкоситься, и в ладонь Алекса брызнула горячая липкая струя. Руки Алекса, как и он сам, вскоре исчезли, заставив Джека разочарованно застонать. Дрожащими пальцами застегнув штаны, Джек развернулся. Улыбающийся Алекс смотрел на него, склонив голову на бок. Взгляд Гаскарта был затуманен алкоголем, улыбка не сходила с губ. Джек же не знал, что ему сказать. Он чувствовал себя странно. Вроде бы и хотел и не хотел этого. Дурацкое чувство. Алекс, словно почувствовав это, засмеялся, поцеловав Джека в губы тягуче и нежно. − Мой наивный маленький Джек, - проговорил Алекс, заглядывая Джеку в глаза. – Мой Джек. А в груди Джека все сжалось. Ведь к утру Алекс все забудет, как только протрезвеет. С одной стороны это было хорошо, но вот с другой… А утром будет Рождество… Алекс как-то спросил Джека, что ему подарить. Баракат тогда не ответил, потому что не знал. Сейчас же он понял, что получил подарок. Хоть довольно-таки странный и неожиданный, но все же. И только сейчас Джек вспомнил, что на кухне все еще стоит его кружка с чаем.