Свобода выбора? Нет, не слышали

Диана Аллерс, счастливая обладательница жестокого компромата, возвращалась в свою каюту, волоча на закорках Саманту. Саманта была бледно-зелёного оттенка, тяжело дышала и заливалась холодным потом, что не мешало журналистке бурно радоваться жизни: - Ты не представляешь, как нам повезло! - летящий следом новостной дрон моргал, сигнализируя о наличии в базе новых снимков. - Одним выстрелом двух зайцев! У меня появилось, чем полюбоваться на ночь... только тебя придётся вырезать. А если когда-нибудь станет туго с финансами, будем шантажировать офицера Вакариана, пригрозим, что выложим кадры в экстранет! Только представь, высокопоставленный турианец без штанов. А перед ним ползает на коленях пьяная в стельку девица. Сенсация! - Аллерс... - Что? - Если не хочешь, чтобы меня стошнило на твою отвратительную пижаму... просто... заткнись. --- Явик чувствовал, как тщательно хранимый контроль покидал его с каждой секундой. Пальцы всё сильнее сжимались на тонком, таком хрупком горлышке азари. Она неловко ёрзала, пыталась балансировать на цыпочках, чтобы не повиснуть в стальной хватке протеанина. Ловила свои последние глотки воздуха. Тщетно. На корабле не осталось никого, кто мог бы помешать, бесцеремонно зайти и парой фраз погасить их гнев. Шепард мертва. Капитан была единственной среди этих примитивов, кого Явик хоть немного уважал. Она умела сражаться. Умела вести за собой своих людей. Была сильной. Кто в сравнении с ней эта выскочка азари? Какое право она имеет говорить о Шепард так, будто хоть немного понимает, каково той было? И неужели Шепард действительно избавилась именно от этих воспоминаний?.. Явик не хотел знать. Всё, чего он хотел, - сжать пальцы ещё сильнее, услышать, как приятно хрустнет сминаемая гортань, как следом за ней сломается тонкий хребет этой маленькой азари. В её глазах он видел мольбу, которая не вызывала в душе никакого отклика. Он слушал хриплые вдохи и знал, что в любой момент сможет их прервать - безграничная власть доставляла смутно забытое удовольствие. Жаль, что азари не может как следует сопротивляться. Это даже не битва. Это - просто наказание за наглость. Её рука судорожно поднялась, но вместо того, чтобы пытаться отодрать от горла чужие пальцы, дотронулась до лица протеанина. Уверенно, нежно. Странно. Или это была не мольба в её глазах, а что-то совсем другое? Теперь уже не понять - они стали полностью чёрными. Холодные тонкие пальцы коснулись его виска, а сдавленных хриплый голос произнёс: - Расслабься, Явик. Обними вечность. И мир вокруг исчез.