Глава VIII Ночной разговор.
11 мая 2011 г., 21:51
Зик угрюмо смотрел на девушек.
— Зик, что ты решил? – не выдержала Мария.
Шаман перевёл свой взгляд на неё. Потом протянул руку, и схватил в кулак прядь её волос.
— Такие похожие и такие разные, — прошептал он. — Так почему именно она?
— О чём ты?
— Не важно, — будто очнулся он. – Я принял решение. Поскольку я ставил перед вами цель, и не говорил, что её нужно достигнуть именно своими силами будем считать, что вы прошли оба тура.
— Ура!! – хор из трёх голосов заставил шамана поморщиться.
— Третье испытание пройдёт не здесь, — продолжил он, когда восторги поутихли. – Завтра с утра мы уезжаем. Куда, скажу в пути. Едут только претендентки. Это понятно?
— Да.
***
Тамаре снился кошмар. Во сне, Зик смог заполучить дух Макото и уничтожить людей. Тамара с ужасом смотрела на мёртвые тела, но ничего не могла сделать. Потом, вдруг, девушка оказалась в кромешной темноте. Боявшаяся мрака шаманка сжалась от страха, но тут в конце тоннеля появился свет. Девушка пошла на него и услышала слова: « Ты ведь знаешь, что нужно сделать, правда?»
— Да, — ответила девушка, открывая глаза.
— Ты проснулась? – услышала она и повернувшись увидела Зика. Он сидел на подоконнике и смотрел на неё.
Тамара села и до подбородка укуталась в одеяло.
— Чего ты хочешь? – враждебно спросила она.
— Если я скажу тебя, что ты сделаешь?
— Пошлю тебя куда подальше. Впрочем, я в любом случае тебя пошлю. Убирайся из моей комнаты.
— Значит всё ещё сердишься на меня, — вздохнул шаман.
— Зик мне что, закричать?
— Всё ухожу, ухожу, — замахал он руками.
— Зик, — окликнула, собиравшегося уйти парня, Тамара, — зачем ты приходил?
— Стало любопытно? – улыбнулся Зик, оборачиваясь. – Я знал, что ты не выдержишь и спросишь. Я пришёл предупредить тебя, что завтра с утра я вместе с претендентками на мою фамилмию, а так же руку и сердце, уезжаю на место проведения последнего испытания. Думаю нет нужды объяснять, кто эти претендентки?
— Не нужно, — девушка устало прикрыла глаза. – Куда вы едете и что это будет за испытание?
— А вот это малышка, очень большой секрет, — услышала она совсем рядом и изумлённо распахнув глаза, увидела прямо перед собой лицо Зика. Когда хотел, он мог передвигаться совершенно бесшумно. Тамара даже шороха не услышала. Она хотела отшатнуться, но глаза Зика как будто загипнотизировали её, так что она не смогла даже пошевелиться.
— Тами, ты знаешь, что во сне становишься похожей на ангела? Жаль только, что даже в объятьях морфея, твоё лицо не перестаёт выражать беспокойство. Я желаю тебе спокойных снов.
С этими словами шаман склонился ниже, и коснулся губами лба девушки. Тамара с удивлением поняла, что это прикосновение не только не вызывает в ней отвращение, а даже в чем-то приятно. Пока она размышляла о причине такой странной реакции, на поцелуй человека, которого она презирала, Зик успел снова подойти к окну.
— Я еду с вами, — очнулась она.
— Зачем? Ты же не хочешь стать моей женой, не так ли? – шаман вновь повернулся к девушке.
— Конечно нет. Но я так же не доверяю тебе, и не собираюсь отпускать свою сестру без присмотра.
— Прости девочка, но в это путешествие я даже своих людей не беру. Так почему же я должен взять тебя?
— У тебя нет другого выхода. Я всё равно пойду за вами.
— Тами, но ты же понимаешь, если я захочу, ты не сможешь нас отыскать.
— Зачем тебе тратить фурёку…
— Фурёку у меня достаточно, что бы скрыть даже целый город, что уж говорить о четырёх шаманах.
— Но зачем?
— Мне так хочется. Ещё не хватало, что бы за нами увязался весь этот табор из непрошедших шаманок. Правда есть один вариант. – задумался он.
— Какой?
— как я уже говорил, со мной могут пойти только претендентки на роль моей жены. Те кто прошёл первые два испытания. Те, что ты прошла за сестру, помнишь?
— Помню, и что?
— Малышка, ты ведь и сама всё прекрасно понимаешь. Если я просто так возьму тебя с собой, кто-нибудь ещё, обязательно увяжется следом. А поскольку мне этого не хотелось бы, я предлагаю тебе стать одной из претенденток на моё сердце, и на законных основаниях последовать за сестрой.
— Ты шутишь? – ужастнулась девушка.
— Или так, или никак, — твёрдо ответил Зик.
— Хорошо, — вздохнула Тамара, — я согласна. Пускай считают, что я решила поучавствовать в этой дурацкой затее. Мария будет долго смеяться над твоей идеей.
— Э нет, девочка, ты кажется меня не поняла. Для Марии и других претенденток, ты станешь соперницей. Они не должны узнать правду.
— Ты в своём уме! — сорвалась девушка, повышая голос и вскакивая с кровати.
— Тише, — Зик мгновенно оказался рядом, и прижал палец к её губам. – Мы же не хотим перебудить весь дом? Не так ли, малышка?
Тамара покраснела.
— Так, и перестань называть меня малышкой.
— Я буду называть тебя так, как захочу. – голос Зика излучал такой холод, что девушка невольно поёжилась. — И запомни, для всех вокруг, после того как я спас тебя из туннеля, ты в меня влюбилась и решила во что бы то ни стало добиться взаимности.
— Я не понимаю, зачем тебе это.
— Тебе и не надо понимать, просто скажи да.
— Но…
— Тами, я не буду торговаться с тобой. Или ты соглашаешься на все мои условия, или остаешься здесь. Решать тебе.
— Зачем тебе это?
— Считай это моей маленькой местью, за все те гадости, что ты мне наговорила.
Тамара вспыхнула.
— Очаровательна, — засмеялся Зик.
— Что?
— Ты. Ты совершенно очаровательна, когда краснеешь. Тами, скажи «да». Ведь в дороге может всякое случиться. Вдруг Марии понадобится помощь, а тебя не будет рядом. Ты же потом, себе этого ни за что не простишь.
Тамара медлила, никак не решаясь ответить.
— Мне некогда ждать, когда ты решишься, — равнодушно заметил Зик, в который раз оборачиваясь к окну. – Завтра рано вставать, так что пойду посплю.
Тамара схватила его за руку, не позволяя уйти.
— Я согласна.
На его губах заиграла победная улыбка. Он мог себе это позволить, ведь всё ещё стоял к девушке спиной.
— Мы уезжаем в семь утра. Не проспи.
Легко высвободив руку, он перемахнул через окно и растворился в ночи. Тамара долго смотрела ему в след.
— На что же ты подписалась? – прошептала она.
***
Зик шел к себе и довольно улыбался.
— Пьеса сыгранна как по нотам. Тамара, иногда ты бываешь до ужаса предсказуема. Но тебе даже эта черта к лицу.