Сын Мефистофеля.

Мы шли через лавовые потоки, иногда перепрыгивая с камня на камень. Мои босые пятки горели, было очень жарко, с виска то и дело стекали капли пота, а в глазах мутнело. Ощущение было, будто я нахожусь в какой-нибудь хорошенькой бане, причем хорошенькой вовсе не в лучшем смысле. Воздух был душным, постепенно перепрыгивать с камня на камень становилось сложнее. Я всё чаще закрывал глаза и останавливался передохнуть. И вот, не выдержав, я согнулся пополам, опершись руками на собственные ноги и восстанавливая дыхание, или просто пытаясь схватить больше воздуха, для пущего эффекта закрыв глаза. Неожиданно всё вокруг затихло, и я почувствовал легкое дуновение ветра, а воздух стал более чистым и не таким душным. "Ну вот, опять, стоит только глаза закрыть, бесит уже", - разогнувшись, устало разомкнул веки и осмотрелся. Я стоял на дороге, на самой обычной каменистой дороге. Передо мной открывался вид на чудесную усадьбу с пышными садами, где росли яблони и самые разнообразные цветы, но почему-то только красные. На голубом небе, усеянном небольшими облаками, ярко светило солнце, слепя глаза. Усадьба располагалась посреди поляны, от неё шли две дороги, указатели которых показывали, что обе дороги ведут в разные города. Я не верил своим глазам, неужели весь кошмар кончился? Я пошел по каменистой дорожке к усадьбе, оформление которой мне показалось знакомым. Подойдя к двери, я постучался, но мне никто не открыл ни через пять минут, ни через полчаса. Решив, что никто и не заметил, я обошел усадьбу в поисках открытого окна и я не удивился, когда нашел таковое только на втором этаже. Благо, к нему росла яблоня. Забравшись на дерево, я только было хотел влезть в окно, как увидел... отца и сестер. Я не слышал, о чем они говорили, но увидел, как отец подошел к одной из сестер, Юзу, и, крепко ухватив ту за хрупкие плечи, повалил её на кровать, что стояла в его комнате, за первой сестрой последовала вторая, Карин. Дальше он начал их раздевать, при этом его взгляд явно показывал, что он хочет сделать с невинными девушками. Я не верил своим глазам. Как? Отец? Мы ведь были одной семьей, почему он делает это? Почему он делает это с ними?! Я хотел поскорее влезть в окно и прервать всё это безумие, но чуть было не упал с ветки, на которой сидел, от неожиданного голоса. - Блуд, разврат, инцест, измена жене и мужьям, - Хичиго как ни в чем не бывало сидел на другой ветке, закинув ногу на ногу, на этот раз у него наряд был в красных цветах, а на бордовой мантии был мех. - Ты когда-нибудь кончишь меня пугать?! Не видишь, что они творят?! Я должен этому помешать! - но окно предо мной неожиданно закрылось. - Успокойся, герой, они давно мертвы, - альбинос ловко спрыгнул с ветки на землю. - То есть... как это... мертвы? Их нет?... - я соскользнул с ветки и упал, но посадка оказалась мягкой, потому что упал я прямо в руки довольному альбиносу. - Ты же умный парень, Ичиго. Ты должен понимать с первого раза, что значит умерли, - Хичиго поставил меня на землю. То я не верю своим глазам, то я не верю своим ушам. Как такое возможно? - Отца твоего казнили за долги, - словно прочитав мои мысли, ответил альбинос, - А твои сестренки сгорели в собственном доме во время пожара вместе со своими детьми, - у меня ёкнуло сердце, когда я услышал про детей, но тут же мне стало противно, когда Хичиго закончил свою речь, - Которые, кстати, вовсе не от их мужей, а от твоего отца, - я развернулся и пошел прочь от альбиноса, словам которого я просто не хотел верить. Моя семья... мало того, что они оставили меня, так ещё и это. - Твои сестры всё же попали в Рай. После того случая... - я остановился и услышал, как Хичиго размеренным шагом приближается ко мне, - ...Они ушли в монастырь, после чего заслужили прощение, но твой отец... - я почувствовал чужие руки у меня на глазах, и я уже покорно их закрыл, зная, что сейчас мне все равно нужно будет увидеть что-то ужасное, - Только посмотри на него, жалкое зрелище. Я открыл глаза и чуть вскрикнул от ужаса. Отец был изувечен до неузнаваемости: кожа слезла со всего тела, словно её с помощью скальпеля содрали, в некоторых местах были видны кости, от мышц остались лишь драные клоки, но самое главное - он был заключен в огромную прозрачную глыбу изо льда. Его взгляд был устремлен вверх, как и голова, а всё тело было скованно в одном положении, хотя и видно было, что его грудная клетка едва вздымалась, значит, он дышал. Я долго смотрел на него, всё ещё не в состоянии понять, как он докатился до такого. Хичиго в это время нашел для себя другое увлечение - рассматривать меня голодным взглядом. С одной стороны, мне было жалко отца, а с другой стороны я понимал, что он поступил очень подло и что здесь ему самое и место. Но больше мне было жалко сестер, и какая-то грусть накатила от осознания, что я их больше не увижу, но я был счастлив, они попали в Рай, а не в лапы дьявола. Я опустил голову и закрыл глаза, слеза сама непроизвольно скатилась по щеке, но я почувствовал, как её слизал чей-то влажный язык. Я сразу открыл глаза, но никого перед собой не увидел. Снова я очутился в каком-то темном помещении и, только когда мои глаза привыкли к темноте, я понял, что нахожусь в собственном доме, в гостевой комнате. Я повернул голову в сторону главной двери, когда туда вошла старушка-горничная, моя няня ещё с детства. Она охнула, когда увидела меня, стоящего перед камином. - Ой, Ичиго, что ж ты так неожиданно появляешься-то. Что ты здесь делаешь посреди ночи, мальчик мой? - обрадовавшись наконец тому, что кошмар кончился, я подбежал к старушке и обнял ту. - Ох, Ичиго, что такое? - няня меня тоже обняла, похлопав по спине. - Я так скучал, няня, вы не представляете, что мне пришлось пережить, это был самый настоящий Ад... - старушка немного отошла от меня и осмотрела с ног до головы. - Да, я представляю, но, во-первых, вас надо вымыть, юноша. Где ж вы столько грязи набрали на свои босые пятки?... А дальше старушка ещё долго говорила про мой внешний вид и про то, что я будто из чулана вылез. К утру я уже был чистый и в новой рубашке со штанами, на этот раз даже одетый в сапоги, на всякий случай. Понять, что я окончательно вернулся в реальность мне помогло то, что всё стало идти, как и прежде. Я снова начал жить своей обычной жизнью, хотя в первую неделю меня мучили кошмары, связанные с прошлым, но потом всё обошлось и я даже начал потихоньку забывать произошедшее, что казалось мне теперь просто обычным видением. К сожалению, кое-что из этого видения действительно сбылось, когда я захотел узнать побольше о своем отце и сестрах, однако мне сказали, что точная их смерть была неизвестна. Спустя уже пару лет я поступил в училище. И вроде бы всё было хорошо, я уже даже знал своё будущее и почти планировал его провести с кем-нибудь, кто мог бы меня осчастливить, подарив любовь, заботу, семью и детей, но не тут-то было. Выдался очень пасмурный день, огромные и темные грозовые тучи не предвещали ничего хорошего. Я как обычно возвращался из училища, когда услышал на главной площади какие-то странные звуки. Решив, что это музыканты, которые часто устраивали представления на публике, я пошел на площадь. Выйдя туда, я увидел маленькую сцену, что так и пестрила самым разнообразным декором, играла какая-то шутливая мелодия, скорее всего полька. По сцене ходил высокий мужчина, одетый в разноцветный фрак и с таким же разноцветным цилиндром на голове и собирал деньги с тех, кто смотрел столь поразительное представление. Люди вокруг смеялись и аплодировали, попутно кидая мужчине в красный мешочек деньги, кто мелочь, кто сразу бумажки, перед ними собирающий слегка приподнимал шляпу. Я подошел ближе, решая, что даже тучи не испортят мне удовольствие послушать. Да вот только я приблизился, как заметил, что из-под цветного цилиндра сверкнули желтые глаза, а на лице мужчины растянута на полрта ухмылка. - Дамы и господа! - я узнал его голос, но не хотел верить, что снова вернется этот кошмар, и начал отходить назад. - Главный гость нашей программы - Ичиго Куросаки! - мужчина показал на меня, и свои головы повернули в мою сторону те, кто стояли возле сценки. Я опять увидел мертвецов с пустыми глазницами и прогнившей кожей. Неожиданно дома на площади начали "облезать": с них начали спадать кирпичи и штукатурка, небо закрутилось волчком, а тучи становились всё чернее, постепенно напоминая уже знакомую черную смолу, которая засасывала в себя дома, которые вырывались, словно деревья с корнем. Я не знал куда бежать, ведь постепенно площадь превращалась в знакомую картину вулкановых гор. Все мертвецы провалились сквозь землю неизвестно куда. Площадь, подобно им, вскоре исчезла, оставляя от себя лишь сценку, но на этот раз там уже стоял знакомый белый силуэт в красной мантии с мехом. Позади него сами собой играли инструменты, издавая едва слышимые звуки той же польки. Смольное небо вскоре прекратило представлять собой ураган и опять стояло "кипеть" смолой. Хичиго сошел со сценки, подходя ко мне и широко ухмыляясь. Про себя я уже взмолился, желая возвратиться домой, но я знал, что эти мысли бесполезны, пока не захочет этого он. - Скучал по мне? - альбинос наклонил голову набок, осматривая меня. - По тебе не соскучишься, - я как-то печально вздохнул. - Опять меня мучить будешь? - Зачем мне тебя мучить? Я тебя сюда привел поиграааать, - он наклонился ко мне и провел языком за ухом, спускаясь к шее, что вызвало у меня сначала недовольство, а потом мурашки по всему телу и смущение. - В прошлый раз ты тоже меня сюда поиграть притащил? - опомнившись, я возмущенно оттолкнул от себя альбиноса и нахмурился. - Хм... да, но в этот раз у меня более серьезные намерения, - его ухмылка стала ещё шире, глаза почернели, а ободранные мышиные крылья с треском разорвали кожу на спине в районе лопаток, вырываясь наружу, - Иди сюда, Ичиго, - его голос звучал так, словно говорили сразу несколько. Он протянул ко мне бледную руку, которую я с неуверенностью взял, за что сразу был притянут к нему. Вторая его рука легла мне на талию, обняв и собственнически прижимая к себе. Я покраснел, но знал, что вырываться все равно бесполезно. Один взмах огромных крыльев и мы уже летим по воздуху. Закрыл глаза. Уж очень не хотелось снова видеть мучения грешников. Я слышал над своим ухом размеренное дыхание альбиноса, словно он всегда был спокоен. Как бы я не хотел, все равно знал, что за это время все-таки соскучился по Хичиго, уж очень он мне одолжений сделал... в Аду... но это неважно... он здесь и я не одинок. Открыл глаза и увидел ту же просторную комнату, Хичиго уже принял обычный свой вид, но по-прежнему обнимал меня за талию. - Может, отпустишь? - я первым неуверенно подал голос и отвел взгляд, как-будто сказал что-то оскорбительное. На мои слова альбинос рассмеялся и, взяв меня за руку, раскружил по комнате, как тогда, в том вальсе, вот только последний поворот получился неудачно и я поскользнулся, упав на кровать и утянув за собой Хичиго. Он, рухнув на меня и прижав к кровати, похоже, был совсем не против и даже слезать не хотел, а наоборот устроился поудобнее. - Ну что? Повеселимся, ягодка?