Как удержать любовь

Джон пришел в себя. Голова кружилась и была тяжёлой, все тело было чужим. С трудом разлепив веки, он огляделся. Комната Шерлока, кровать Шерлока, рука Шерлока на его груди, его темные кудрявые пряди на подушке рядом. Джон оцепенел. «Что происходит?» - единственная мысль стучалась внутри черепа, заполняя все пространство мозга паникой. Невероятным усилием воли Джон подавил панику и желание вскочить и сбежать. «Вспомни, вспомни, вспомни!!!» - твердил он себе. Зажмурившись, он постарался расслабиться... Вчера, нет, позавчера, у него была ночная смена. Вчера он закончил поздно. Да, Шерлок послал ему немыслимое количество смсок, требуя скорее закончить работу, и сам приехал к нему, ждал его в кабинете, поставив на стол кофе и удерживая в руках костюм на вешалке. Джон помнил, как почти залпом выпил кофе, а дальше все было как в тумане. Ему было хорошо и весело. Все вокруг радовало и сияло. «Шерлок опять опоил меня наркотиком» - наконец-то дошло до доктора, - «Боже, что же было дальше? Что я сделал?» Так, Шерлок заставил его надеть новый костюм и галстук, они вышли, их почему-то ждал каделак, они сели, куда-то ехали. Джон все время поездки смеялся, ему все казалось невообразимо прекрасным и солнечным. Они приехали, их встречал Майкрофт, который почему-то ругался с Шерлоком, а Джон его успокаивал и лепетал что-то про братские чувства. Наконец они прошли в зал, где их ждала уйма народа. Его что-то спрашивал мужчина в смокинге, он смеялся и соглашался со всем, потом он что-то подписал, потом что-то смутное, как выражение страха на лице Шерлока и его нежное касание губ. А затем нахлынувший водоворот людей, цветов и шампанского. Все пили, его и Шерлока поздравляли с чем-то, а он тоже кивал всем и обнимался, и целовался. Ой, похоже, он со дня рождения столько не обнимался и не..., гм, так. Он припомнил: восторженного Лестрейда, саркастичную Салли, плачущую от счастья Гарри с какой-то милой девушкой под ручку, Майкла Берроу, круглые глаза Стенфорда, который все время чему-то удивлялся... И, Бог мой, он, похоже, обнимался и целовался с Майкрофтом и даже с Антеей. Кажется, там были еще какие-то люди, пожилые и молодые, но все слились в одно воспоминание об объятиях, гомоне, улыбках. Шерлок в растерянности, пытается с трудом оторвать его от толпящихся и кричащих людей, усадить в машину Майкрофта. Они приехали домой. Все... дальше провал. Пустота. Ничего не помню. Руки и шея затекли и их стало противно покалывать иголочками. Он пошевелил пальцами и обнаружил, что на руке что-то мешается. Он поднял руку и тупо разглядывал кольцо на пальце. И тут его окатило волной жара. Шерлок силком женил его на себе. Джон аж подпрыгнул на кровати. Немыслимо, асексуальный социопат сотворил такое с гомофобом, да за это убивать надо! Но убивать Джону почему-то расхотелось. От резких движений на кровати детектив проснулся. Глаза Шерлока смотрели на недоумевающего и угрюмого Джона виновато, нежно и растерянно. Вся его спесь и ирония куда-то испарились, а самоуверенность поспешила спрятаться под кроватью, куда и хотелось спрятаться самому детективу. Джон приветствовал новоиспеченного суженого: -Ну, с добрым утром! - причем звук его голоса более напоминающий рык, чем нежное приветствие. Шерлок отшатнулся на край кровати, помня, что доктор, хотя и гуманист, но у него бывают «плохие дни». -Ппривет, Джон... -Зачем? - снова прорычал Ватсон, - зачем ты это сделал? Шерлок постарался взять себя в руки и как можно более спокойно произнес: - Джон, я знаю, что ты ко мне неравнодушен, это мне было ясно уже давно. Ты был подавлен последнее время и я хотел, чтобы ты понял, что и я тебя тоже... люблю, но сам бы ты не решился, вот мне пришлось взять на себя ответственность... -А я по-твоему безответственный? Почему ты меня не спросил? Что за игра или это твои шутки? Ты, гений, ведь вроде девственник и асексуал? -Нет, это не шутка, серьезно, я хотел подарить тебе себя. Я видел, как ты смотришь на меня, как провожаешь глазами мою … спину. Я не хотел тебя потерять снова. Джон, прости меня, но я не знал, как по-другому тебя заполучить... Я не могу без тебя, я тоже принадлежу тебе. -Это правда? -Да, да, Джон, все было хорошо, не думай, я не хотел..., но не мог по-другому. Ничего не было ночью, Джон, клянусь, я … Если захочешь можешь развестись в любой момент. - дыхание детектива вырывалось с жаром и будто опаляло лицо Джона, Шерлок был взволнован, на его лбу выступили бисерины пота, глаза блестели и умоляли. - Но бракосочетание это для меня важно... Я никого кроме тебя не хотел. Понимаешь? Все эти годы я мечтал и страдал, ревновал. Я бы не смог быть с кем-то еще... Я вообще презирал секс раньше, до встречи с тобой... Я твой, это правда, а ты ведь был моим всегда? Мы принадлежим друг другу. Он протянул другу руку, где красовалось кольцо, и продолжил: - С самого начала... я был влюблен в тебя. Я ждал так долго, а ты не решался, Шерлок опустил глаза, - у нас был долгий путь, дороги сходились и расходились. Я не хочу тебя терять больше. Джон... я весь твой. Прости меня? - Шерлок из-под приопущенных век смотрел с надеждой. Джон вздохнул, поднялся на локоть, подперев голову ладонью и смотрел в эти невероятные глаза цвета моря и звезд, мысленно он уже целовал и ласкал Шерлока, его скулы, подбородок, полные нежные губы, ямочку между ключиц. Сердце доктора выбивало чечетку, как заправский танцор, Джон был расстроен и одновременно счастлив. Прощать такой ужасный обман сразу не стоило. Но он никогда не мог по-настоящему сопротивляться соблазну и притягательности Шерлока. Страх отражался в глазах Шерлока. Этому всезнайке-зазнайке и наглецу было страшно услышать решение Ватсона. Джон усмехнулся и посмотрел на кольцо на руке. Сердце подпрыгнуло еще сильнее. Шерлок, этот невыносимый засранец, не уступающий никому, отдал ему свое сердце и душу, ждал его слова как приговора. Конечно, он простил это немыслимое чудо, разве мог он осудить его за любовь? Он растянулся на кровати и потянулся к Шерлоку, чтобы его обнять, разум ему отказывал, а нежность перетекала через край, но Шерлок вдруг резко отстранился и, изогнув бровь, шутливо спросил: - Джон, надеюсь, в наших отношениях ничто не изменится? Тогда, может, сделаешь кофе? На Джона будто вылили ведро холодной воды. Он встряхнулся как пес, и смотря в эти насмешливые глаза, которые, как ему только что казалось отражали и боль, и теплые чувства, а теперь в них были лед и отстраненность, спросил: - Шерлок, о чем ты думаешь все время? Что ты думаешь обо мне? Шерлок, недолго думая, ответил: - Я? Да у меня тысячи мыслей в голове! Я постоянно ставлю эксперименты. Ну и о тебе я иногда думаю. А что? - Знаешь, не проходит минутки, чтобы я о тебе не думал. Ты прав, я люблю тебя! Я каждое утро просыпаюсь с мыслью о тебе: дома ли ты, спал ли ты, днем я волнуюсь - что с тобой, сыт ли, цел, не ранен? Каждую ночь я мечтаю, как бы я обнимал тебя, нежно или страстно целуя. Летя с работы домой, я прокручиваю в уме сотни рецептов, чтобы приготовить тебе что-нибудь вкусненькое, какой анекдот рассказать, чтобы увидеть твою улыбку. А ты? Твои мысли далеко от меня, о нас. . . Что ж ты молчишь? Шерлок смотрел сквозь него, задумчиво приоткрыв рот и молчал, не зная, что сказать. Он волновался о Джоне, но не думал постоянно. Джон встал. Шерлок, не отрывая взгляда, приподнялся на локте и закусил губу. Джон кивнул своим мыслям. Его все больше раздражала ситуация, и казалось, что детектив забавляется. - Вот и я думаю, что ты обо мне не думаешь. Поэтому я не знаю, как ты можешь считать, что ты и вдруг принадлежишь мне? Что из тебя принадлежит мне? Явно не твоя голова. Душа? Хм… А что я знаю о твоем сердце? Ничего. Тело? Ты только что меня оттолкнул. Ничего не подтверждает того, что ты отдал мне себя, как положено в браке, и кроме твоих слов, кольца и сегодняшнего фарса у меня ничего нет! Ты ведь был уже женат, помнишь? – Шерлок удивленно распахнул глаза. - На своей работе. Джон еле сдерживался. Он готов был врезать этому активному социопату, прямо в это прекрасное и такое любимое лицо. Поэтому он сжал кулаки и подтянулся. - Джон, я...- Шерлок впервые не знал, как ему оправдаться перед другом. Он ведь уже все объяснил. А Джон, идиот, так и не понял… Джон втянул воздух с силой и выдохнул: - Ну, нет, Шерлок, с меня на сегодня хватит... Шерлок попытался схватить Джона за руку, чтобы притянуть в кровать, но Джон шагнул к двери. - Шерлок, - произнес он с горечью, в глазах у него вдруг заблестело непрошеное отчаянье, - Я и не надеялся, что ты попросишь прощенья за то, что лишил меня радости и счастья понимания, что я присутствую на собственной свадьбе. Ты заставил играть глупую роль перед всеми этими знакомыми и близкими мне людьми. Ты не подумал, как я завтра буду смотреть им в глаза? Ты не спросил, кого бы я хотел видеть на таком событии, не поинтересовался моими желаниями по поводу церемонии и костюма. Может быть, я предпочел бы делать это при меньшей толпе народа или хотел бы купить себе новую красивую рубашку или туфли, или носки, в конце концов? – он перевел дух, и, размахивая сжатой в кулак рукой, продолжил: - И не смотря на весь твой обман, я думал, что ты и вправду питаешь ко мне хоть чуточку нежности, но у тебя хватает лишь наглости ставить мне условия о неизменности нашего быта? Что я, по-прежнему, должен оставаться твоей домработницей, мальчиком на побегушках и объектом для опытов? Ты для этого все оформил? Голос Джона все больше повышался и одновременно хрипел. Он сглотнул несколько раз, словно хотел проглотить ком горечи, что стоял в горле, но никак не мог. Шерлок сел на кровати и сначала с сарказмом следил глазами за размахивающим в воздухе кулаком Джона, но с каждым слетавшим с его губ словом, он все более приходил в отчаянье от происходящего. - Джон, что ты несешь? Шерлок вскочил, обогнул кровать, и хотел броситься к нему, но Джон выставил вперед руку. - Ооо! «Джон, что ты несешь!» Да, других слов у тебя для меня нет. Ты не забыл назвать меня идиотом? Странно, я что-то сегодня еще не слышал этого! - Слушай, - голос Шерлока и глаза потеряли свою самоуверенность, в них снова стала проглядывать боль - я, правда, перегнул палку с этой шуткой про кофе. Извини. Давай забудем, прошу тебя и начнем снова...- Шерлок никогда не видел Джона таким решительным и взвинченным. - Что начнем снова? Что, Шерлок? Что начнем? – Джон закипал, гневно продолжая, - Не подходи ко мне, иначе я ударю тебя! Потому, что нет сил терпеть... Не подходи! Дай мне сказать. Шерлок замер на полушаге в сторону Джона, его глаза были серьезны и почти больны, он порывался вставить хоть слово в этот монолог, но впервые Джон не давал ему такой возможности. И Шерлок решил дать ему выговорится, он смотрел в лицо доктора и ужасался его состоянию, и ему казалось, что в груди ворочается горячий ком. Он виноват, виноват во всем, но он же только что извинился… Джон стоял, тяжело дыша и сжав кулаки так, что побелели суставы кистей рук. Он был весь напряжен, как струна, его щеки алели румянцем досады, и он смотрел на Шерлока так, словно прощался с ним навсегда и говорил с придыханием: - Нет, стой там. Не хочу портить сегодняшний день еще и дракой. Просто выслушай. Да, я говорил тебе, что не гей, но ты решил, что я тебя люблю. Да. Я! ТЕБЯ! ЛЮБЛЮ! Ты прав... Но ТЫ! ТЫ остался ЖЕНАТ на работе, и не развелся, прежде чем жениться на мне. Ты не сказал мне ни слова любви, даже не намекнул на нее. – он ткнул в сторону Шерлока указательным пальцем, - Я для тебя всего лишь инструмент, удобная лабораторная крыса. Всегда под рукой. - Не правда!!- Шерлок готов был провалиться сквозь всю планету, его бледное лицо начало гореть и покрываться красными пятнами. - Нет, правда! – Джон буквально кинул эти слова ему в лицо, - Да-а!! Но имеется опасность, если вдруг на горизонте возникнет какая-то Сара или Джейн, а тебе со мной сейчас так удобно. «Единственный, любимый»... разве этим шутят? Вот, сейчас, я страстно хотел поцеловать тебя, ты отшатнулся и сказал, что в наших отношениях ничего не изменится. Но раньше мы ведь и не целовались?! Я обнял тебя, но не ты! - Джон почти кричал, - Я так хотел приласкать тебя, когда ты сказал, что ты — мой! МОЙ! Боже...я...я думал, что сойду с ума от счастья! А ты приказал принести кофе!!! Конечно, ты же гений! Активный социопат! Куда нам всем идиотам! Так кто кого кому подарил? Тело, душу? Да, это я давно был весь твой, а ты только устроил маскарад из этого! Для тебя это только слова, Шерлок, одни слова, и ничего за душой. Джон прикрыл на секунду глаза, а когда открыл, в них была настоящая всепронизывающая боль. Предупреждая движение Шерлока, отчаянно качнувшегося в его сторону, Джон сделал еще шаг назад, и снова выставил ладонь вперед: - Но как ты серьезно это сказал, и я, дурак, поверил. Да!! Как тогда, в твою геройскую смерть. Да это Я умер там! Я, а не ты! Умер вместе с тобой! Там, на асфальте, моя душа разбилась на крошечные осколки, там, рядом с тобой... А ты, ты не посчитал нужным послать мне даже смс, что ты жив. Просто возник через пару лет, как фокусник. Вот я, давай Джон, собирай все, что осталось от своей души, привыкай снова! И я, как брошенный пес, простил, привязался снова, жил тобой, не мог надышаться, - на лице Джона заблестели две мокрые дорожки, - а ты решил, что можешь снова со мной играть... - Нет, Джон, нет, прошу тебя, выслушай, это серьезно. Я не хотел так! Я не хотел тебя обижать ...- Шерлок дернулся, но Джон отступил за порог комнаты. - Не хотел? А что же ты сделал? Нет, Шерлок, не подходи ко мне, - Джон смотрел на него сквозь слезы, но лицо было почти суровым, - Я … Нам надо поразмышлять, особенно тебе, Шерлок. Я пойду, наверное. Вернусь, потом, выслушаю тебя и решу что делать дальше. Извини, мне нужно побыть одному. Джон резко захлопнул дверь спальни перед Шерлоком, развернулся и быстро побежал к выходу, мгновенно скатился по лестнице, на ходу хватая куртку, и исчез в вечернем туманном воздухе. Входная дверь за ним оглушительно хлопнула.