Море, в котором все виды рыб

- У всех мечта, но у тебя самая странная. На палубе шумит ветер. Шлюпка с Мугиварами движется к острову по мели и на фоне раскидистых лесов превращается в размытую тень. - Луффи станет Королем Пиратов, Усопп – Смелейшим Воином Морей,и даже Нами нарисует свою карту и непременно прославится. Дым сигареты – маленькое облако, оно рождается у губ кока, но ветер тушит ее огонек, и Санджи ругается матом и зажигает ее вновь и вновь. - А что даст тебе твое море? У кока кристальной воды – глаза. - Я докажу, что оно существует. - Кому? - Всем. Зоро фыркает: - На корабле тебе и так верят. - Значит себе, – кок угловато пожимает плечами, и его сигарета гаснет опять. Зоро смотрит вдаль. На палубе и целом корабле они совершенно одни. - Ну и найдешь, а что потом? – он спрашивает, потому что действительно не понимает. - Рыбачить будешь? Бровь Санджи с завитушкой – изгиб моста. - Зачем? – удивляется, но на его губах – смех. – Ведь у меня же есть личная водоросль. Ты и будешь рыбу ловить. Он замолкает, думает недолго, а потом уточняет: - Ты же будешь? Зоро хмурится: блондин спрашивает совсем другое. «Иначе к чему эта верность команде и Луффи?». - Когда стану самым великим мечником в мире, почему бы и нет? – басит неуверенно, а Санджи чуть подается вперед, и его дыхание на шее мечника – теплый бриз. – Если стану и не погибну, почему бы и нет? - Ты не погибнешь, пока тебя ждут, - признается Санджи и тупит глаза – его язык честнее его самого. Ророноа проталкивает два пальца ему в рот, и блондин послушно размыкает губы. Под ладонью Зоро в груди блондина плещется – сердце пирата - море тоже. У него на руках линии вен – извитые реки. А по ним алая кровь от кончиков пальцев течет. До самого сердца. И целуя костяшки на руках блондина, Зоро думает, что так его губы донесут эти чувства намного быстрее. Санджи выгибается под ним, вскидывает бедра, морщится от проникновения. И целуется. Влажно. Жадно прикусывает загорелую кожу над мечниковой ключицей, остается рубиново-красным следом, а они потом цветут фиолетовыми цветами, и за белой майкой без ворота никак не скрыть. И когда Зоро в нем, дыхание у них обоих срывается. Они дышат так неуверенно и прерывисто, что Зоро сбивается ритма. Его член в блондине пульсирует, а Санджи не успевает сглатывать слюну, и она течет по его подбородку, стекает из уголка рта, будто кровь из разбитых губ, и Зоро целует его глубоко. Он в нем глубоко. А повар цепляется за него пальцами, ладонями за плечи, и приникает к губам губами, чтобы не кричать. Он кричит всегда, и обычно без повода, но под Зоро молчит. И дышит ему в ухо, но это тоже достаточно громко. Его ноги колются от грубых волос на голенях, но когда он проводит ими по ягодицам Зоро, обнимая, - это почти нежно. Ророноа кончает в кока бурно, и двигается, елозит еще какое-то время обмякшим членом, и его сперма хлюпает в чужом теле, вытекает белыми каплями на пол. Кок закатывает глаза, и содрогается телом, но места дернуться в руках Зоро нет. Они сливаются воедино, врастают друг в друга кожей, мышцами и костями, и Зоро кажется иногда, что однажды их будет нельзя не разлепить. И он хотел бы, потому что кок говорит, что когда они «разъединяются» - это всегда больно. А Зоро никогда не позволит причинить коку боль. Они сидят на палубе потом, уставшие и потные. И Зоро не уверен, что стоит, но все равно мысленно возвращается к этому: - И все-таки? Все достигнут высот, даже Чоппер, и тот хочет стать самым лучшим. Или ты тоже станешь лучшим поваром в мире, когда найдешь свой Олл Блю? - А мне и не нужно, - Санджи говорит почти неслышно, а у мечника тело тоже ватное, и его рука на чужом колене - лениво, не властно, - чтоб просто быть. - Я и так самый лучший! По губам Санджи полуулыбка, ползет, плавится. Его рубашка расстегнута до пупа, и укусы-знаки мечника, алеют бутонами по его телу. - Уж не загордись, - едко подмечает Зоро, - а то скажешь сейчас, вы «никто» и звать вас «никак», а я тут уже «самый лучший». И море никакое тебе надо не станет. На горизонте тлеет закат, блондин отхлебывает саке и передает Зоро – одно горлышко бутылки на двоих. - Я все равно найду его. Море, в котором все виды рыб, – у Санджи в глазах восторг, он вспоминает свою мечту и светится. - Смотри не забудь про «Тупое Маримо»! - Какое же море без Маримо? - удивляется кок. Он подвигается ближе, и его пальцы будто случайно касаются тыльной стороны ладони мечника. - Но только ты тоже… когда станешь этим своим «Величайшим»… Со стороны острова, в оранжевых лучах заката, к кораблю приближается темная точка. - Не забуду, - обрывает блондина Зоро, а кок наспех застегивает рубашку и поправляет манжеты рукавов. - И оставайся, - добавляет Санджи, и прежде, чем подняться на ноги, улыбается мечнику. Его спина на мгновение закрывает слепящий глаза солнечный свет, как потом закроет от взгляда Зоро силуэт страшнейшего врага Мугивар. Как точно так же поднимется перед ним, и, не обернувшись, попрощается, готовый забрать предназначенную старпому боль Капитана. И Зоро остановит его. Сделает ему больно, вырубит и опустит у собственных ног. Чтобы спасти его мечту и легендарное еще никем не найденное море. Чтобы спасти самого «лучшего повара в мире». Чтобы захлебываясь собственным криком и кровью, почти умереть. И вернуться. Зоро останется.