Стерва, тайно мечтающая о милых отношениях

От автора: Я так рад, что глава большой получилась С: Жду отзывов~ Приятного прочтения ;) - Бек, знаешь... я бы не прощал подобное, если честно, но... это ведь твоё дело и решение, да? - неуверенно пролепетал Лухан, улыбнувшись в конце своих, так сказать, мыслей вслух. - Почему бы не простил? Он ведь, как сказал Сехун, не осознанно это делал... - засомневался над своим уже-принятым-но-скрытым-от-друга-решением Бекхён. - В общем, судя по тому, как что и когда происходило, я решил порыскать в интернете, и я узнал, что... - Лу опустил взгляд, начав играть своими указательными пальчиками, явно сомневаясь, стоит ли рассказывать другу или нет столь нерадостный факт. - Продолжай, - не выдержал омежка, не прождав и минуты неловкого молчания. - Что... флунитразепам действует около двух-четырёх часов, а Чан провёл с тем бетой больше времени, и... - Лу не успел договорить, заметив в лице друга сомнение и боль. Бекхёну же сейчас было трудно поверить в слова Лухана. В сердце будто железо плавится - так больно и горячо одновременно. - Бек, что с т-тобой? - поняв, что что-то не так, заботливо, но более перепугано, спросил Лу, придерживая Бекхёна за плечи - тот начал пошатываться. - Что с ним?! - раздался разъярённый бас родного для Бёна голоса. Раздался и растворился в мнимой тишине, превращаясь в эхо. Бекхён потерял сознание.

***

Проснулся, хотя вернее будет сказано очнулся, Бек от тихого копошения рядом с собой. О словах Лухана Бекхён решил подумать позже. Открыть глаза не осмелился, боясь увидеть нечто плохое. Очень зря боялся, потому что почувствовал рядом со своей тушкой тепло, уже такое родное тепло, исходившее от ни кого иного, как от Пак Чанёля. Тот поцеловал свою омегу в лоб, а Бекхён мило поморщился. - Не спишь? - тихий шёпот почти в самое ухо, от которого по телу старшего пробежала стая мурашек вместе с лёгким напряжением. - Сплю, - не открывая глаз, лепечет Бек, улыбаясь и поворачиваясь лицом к Чану, утыкаясь своим носиком тому в шею, немного щекоча того своим сбитым дыханием. - Сладких снов, Бек~ки, - чмок в макушку и притягивание к себе от самого Чанёля достаётся его парню, отчего внутри того будто бабочки - так щекотно и приятно одновременно.

***

- Пак Чанёль! Живо к декану, - прикрикнула дама, которая зовётся куратором группы Чана. - Иду я, иду, - цокает парень с нескрываемым недовольством, направляясь в кабинет, что в конце коридора. - Что-то случилось? С чего бы он должен из-за этого пару прогуливать?! - по коридору пошли шёпотки, но Ёлю сейчас одно важно - что бы Бекхён не проснулся раньше, чем придёт сам альфа.

***

- Пак Чанёль, какого чёрта?! - едва открыл дверь Чан, декан возмутился. - И тебе привет, дедуль, - усмехнулся Чан, закрывая за собой дверь и присаживаясь на стул напротив стола мужчины. - Если ты мой внук, это ещё не значит, что ты можешь пропускать занятия, когда только пожелаешь, и... закидывать свои палки на мой стол, - цокнул дед, скидывая рукой ноги Чанёля с края стола (и когда тот успел их положить?). - У меня важная причина на то, - обиженно, словно ребёнок, буркнул Ёль. - Омега, предоставленная тебе судьбой, - не такая важная причина. Вот смерть или болезнь - это да! А пообжиматься ты с ним и дома можешь, - отмахивается рукой. - Знания прежде всего, - отчитал, так сказать, декан. - Понял? - Понял я, понял, - всё в том же тоне буркает Чан. - Свободен.

***

Бекхён, едва Чанёль куда-то ушёл, тут же почувствовал исчезание этого неимоверного, такого любимого тепла рядом, отчего проснулся. Бек сел на кровати, натягивая тапочки, которые такие милые - точно, Чанёля. От этой мысли омега улыбнулся. С первым он хорошо справился, а вот второй... Бён упал с кровати, перевернувшись кувырком, но надел этот чёртов тапочек. Поднявшись с пола, громко смеясь над собой, что несомненно впервые у него, Бек потёр глаза кулачком, направляясь на кухню, как его вдруг перехватили у прихожей, обняв сзади за талию холодными, большими, неуклюжими лапищами Чанёля. Бекхён наклонил голову назад, прильнув макушкой к шее. - Куда это мы собрались, сонное чудо? - легко чмокает в макушку, одним движением, поддевая носком одного кроссовка о другой, снимает Чан. - Я голодный, - протягивает тот, в то время как его желудок заурчал. Парни одновременно хихикнули, а Чанёль сделал немного по-хитрому - он опустил одну руку до колен, чуть наклонившись, и поднял омегу. В итоге, Ёль взял парня к себе на руки, отчего Бек снаружи смутился, внутри - ликовал, а ещё и своими хрупкими ручками обхватил паковскую шею, скрепив свои ладони за ней, прижимаясь ближе, явно боясь упасть, хотя... Возможно, не только боязнь высоты его к этому подтолкнула. - Что ты хочешь? - спросил Чан, добравшись до кухни и усадив свою омежку на диванчик. - Тебя, - себе под нос шепнул Бекхён, но у Чанёля хороший слух... - Повтори. - Риса хочу, говорю, - краснея, буркнул Бён, на что альфа лишь улыбнулся и поцеловал в лоб парня. Альфа начал искать пачку с рисом и всё тому подобное, а Бек в это время нервничал, сжимая ткань своей футболки и прикусывая свои и без того пухлые губы. - Если ты не прекратишь кусать свои губы, это сделаю я, - не поворачиваясь, пролепетал Чан, насыпая крупу в кастрюльку с водой. - Давай, - так легко согласился Бек. - Бекхён~ни, что с тобой такое? Я не могу понять: ты смеёшься надо мной или действительно так сильно хочешь этого? - повернулся Ёль, рассуждая. - Второе, - теперь Бён был похож на помидорку. - Попробуем вечером... - через пару минут ответил Чанёль, включая газ, отчего Бекхён удивился то ли согласию, то ли тому, что Пак так и не включил газ. - А сейчас обед! - радостно воскликнул Чан, тепло улыбаясь.

***

- Повар из меня не лучший... - хмыкнул Чанёль, попробовав свою стряпню. - Это да, - вяло согласился Бекхён, отодвигая от себя тарелку. - Может, тогда я что-нибудь сделаю? - неуверенно спросил омега. Внутри парень уже ликовал только от одной мысли, что будет готовить своему альфе. - Давай вместе? - воодушевился Ёль, широко улыбаясь, на что Бён лишь смущённо кивнул. - Для начала достанем муку - я хочу блинчики, - хихикнул Бек, ища в шкафчиках нужную вещь. Чанёль лишь усмехнулся, когда старший потянулся к высоким шкафчикам, не доставая, а лишь подпрыгивая на месте, чтоб достать. - Вот надо же самому мучиться! Нет, чтоб парня своего попросить, - хмыкнул Ёль с улыбкой на лице, не выдержав этих милых попыток. - Маленький мой, - легко чмокает в лоб свою омежку. - Ничего я не маленький! Это ты просто башня Намсан, - хихикнул Бекхён. - Йа! Бекхён~ни, я же любя, а ты... - начал было Чанёль, но мука вдруг ни с того ни с сего из хрупких кулачков старшего полетела в лицо донсена. - А вот это уже нечестно, - усмехнулся Пак, сделав тоже самое. Личико его чуда стало безумно белым, всё в муке. Тот начал потирать глаза кулачками, тихо хныча. - Бек~ки, ты чего?.. - тихо спросил альфа, приобняв парня за эти хрупкие плечи. Казалось, едва не рассчитаешь силу и они сломаются, словно хрусталь, настолько они казались хрупкими. - Я тебе немного, а ты мне всё лицо... - между всхлипами произнёс Бек. - Ну же, не плачь! - положив свои ладони на щёки парня, начал вытирать большими пальцами слёзки Чан. - Ты же знаешь, какие у меня лапища огромные, так получилось, - грустно улыбнулся Чанёль, привлекая внимание Бекхёна своим басом. - Я голодный, поэтому и заплакал. Не думай, что из-за тебя, - слабо отпихнул Чана омежка, пробегая к кастрюлькам и сковородкам, что на подоконнике. - Я-то знаю, что из-за меня, - улыбнулся Ёль, доставая из холодильника пару яиц. В душе он был безумно рад, что его чудо такое милое, даже когда пытается съязвить. А всё ради Чаньки. Пока парни готовили, Бек отчего-то начал напевать какую-то песню. Чанёль не мог понять, что это за песня, присаживаясь за диванчик и застыв, будучи завороженным сим зрелищем. Как сказал бы его бывший одноклассник, Пак стал Исинить. Дело в том, что учился в их классе китаец, Исином звали. Он постоянно зависал. Отсюда и пошло это выражение. Поняв, что это всё же Journey – Open Arms, он широко улыбнулся, подперев голову рукой, начал осознавать, что всё-таки его парень очень хорошо поёт, что не может не радовать. Не осознанно альфа представил Бека, стонущего своим чудесным голосом. Чанёль помотал головой, отгоняя подобные мысли. Хотя бы сейчас... - Ты чего застыл? - допевая последнее слово и эротично, как посчитал Чанька, облизав пальчик от масла, изумился Бекхён. - Н-ничего, - быстро смутился Ёль, отвечая. - Неужто что-то пошлое представил? - подмигивая, усмехнулся омежка, слабо качнув бёдрами, отчего альфа сглотнул. - Я? Нет! Да. Ну, может... немного. Н-нет, но и да, но, в целом, нет... я просто, - пролепетал Чан, отрицая и жестикулируя руками. - Значит, да, - буркнул себе под нос Бён и чему-то в своей голове улыбнулся. Видимо, его радовало, что его парень думает о подобном и... возбуждается, судя по видневшемуся большому (!) бугорку на домашних штанах, только от его пения. - Пробуй, - улыбнулся Бекхён, неуверенно подталкивая тарелку к парню. Сейчас ему больше всего важно мнение альфы об его готовке. Попробовав один блинчик, Ёль почувствовал на себе взгляд. Искренно удивление отражалось в глазах Бека только тогда, когда с набитым ртом альфа сказал, что вкусно. - Что? - не понял Чан, когда омежка пристально смотрел на того. - Я... просто пробовал сам, и понял, что... плохо вышло, - грустно усмехнулся Бек, неловко почесывая затылок. - Так ты знал, что у тебя плохо вышло, и заставил меня испытывать мучение, когда я врал, что вкусно? - хихикнул Ёль, а Бекхён лишь смущённо кивнул, прыская вместе с ним. Дожевав, Чанёль чмокнул своё чудо, уже усевшееся на колени младшего, специально ёрзая. Ни с того ни с сего, Бек поцеловал парня, после чего выжидающе посмотрел. Ёль не понял, чего от него хотят, пока омежка не уткнулся носиком в шею младшего, вдыхая приятный аромат мандаринов и шепча, обжигая своим дыханием: - Чан~ни, просто грубо трахни меня. А Ёлю хотелось выполнить просьбу любимого, однако он боялся причинить тому боль. Бекхён поник, пока ждал хоть какого-то движения или звука. - Ну же, чудо моё, улыбнись. Жизнь - прекрасная вещь и есть много причин для улыбок. Я, например, - широко улыбаясь, пролепетал Чан, отчего Бек ну не мог не улыбнуться. - Молодчинка, - целует в висок омеги. - А теперь в кровать. - Но я не хочу спать! - А кто сказал, что мы будем спать?