Тетрадь Жизни. Новая битва.

В Тетради появилась аккуратная запись – «Ягами Лайт». – Через сорок секунд мы все узнаем, - пробормотала Мизуки, обеспокоенно глядя то на останки, то на бога смерти. Миса стояла чуть позади нее, держась за ее руку. Ей было страшно. Она еще ни разу не видела, чтобы кого-то воскрешали. И девушку пугало напряжение Мизуки – она явно была обеспокоена тем, что в гробу оказался не скелет, а кучка, грубо говоря, мусора. Хотя Миса была этому рада – все-таки не так страшно. Мизуки стояла, мысленно считая секунды. Она не знала, что произойдет по прошествии сорока секунд. Было три варианта: либо все получится, и вместо бога смерти появится обычный двадцатитрехлетний студент; либо ничего не произойдет; либо произойдет, но что-то непоправимое – Ягами Лайт совсем исчезнет, например. Но последний вариант был весьма маловероятен, поэтому девушка не задерживала на нем свое внимание. Время прошло. Смесь песка и ржавчины поднялась из гроба в воздух и окутала бога смерти густым облаком. Миса зажмурилась и уткнулась лицом в плечо Мизуки, которая, чуть прищурившись и затаив дыхание, наблюдала за происходящим. Поднялся ветер. Густое облако рассеялось, и на его месте оказался симпатичный молодой человек с каштановыми волосами и карими глазами – совсем как на фотографии. Он откашлялся и осмотрел себя. – Получилось! – воскликнул он нормальным человеческим голосом. Миса подняла голову и повернула ее в его сторону, а потом с радостным воплем бросилась к нему и повисла у него на шее. – Лаааайт!! Она хотела поцеловать его в губы, но Ягами увернулся, подставив ей щеку, и посмотрел на Мизуки. – Спасибо. Не думал, что все случится так быстро и легко. Но оно и к лучшему. Скоро Кира вновь начнет карать преступников. Новый мир будет создан, и я стану его богом. – Для начала вам нужно найти место для жилья. Никто не должен вас увидеть и узнать. Не стоит привлекать к себе внимание. – Ты права. Да, нужно подыскать подходящее местечко. – Кстати, – вдруг вспомнила что-то Мизуки, – что с вашими глазами? – Мои глаза бога смерти сохранились, – ответила Миса. – Мои, как ни странно, тоже никуда не исчезли, – произнес Лайт. – Возможно, ты вновь станешь богом смерти после повторной гибели. – Все может быть. – И что вы теперь планируете делать? Ну, кроме убийства преступников. Жить-то вам надо, а для этого нужны деньги. – Я найду работу, – произнесла Амане. – Сменю внешность, чтобы никто меня не узнал, и устроюсь куда-нибудь. – Я тоже буду работать. Преступников можно убивать в любое время. – Надеюсь, со мной вы связь не потеряете, – улыбнулась Мизуки. – Нет, конечно! Мы тебе обязаны жизнями, – подошла к ней Миса. – Я рада, что нашла такую подругу. – И я рада. Лайт, я могу быть твоим информатором. Согласись, пока ты работаешь, ты не сможешь смотреть новости. А я могу присылать тебе на электронную почту фотографии и имена преступников. – Было бы замечательно, – кивнул Ягами. – У меня сейчас на руках две Тетради Смерти, одну из них я отдам Мисе, так что можешь присылать информацию и ей. А имена нам не важны – у нас же глаза бога смерти у обоих. – Откуда у тебя две Тетради? Одна из них принадлежала Мисе, да, а вторая чья? – Рюка. Это та самая тетрадь, которую я нашел, пока учился в старшей школе. – А где Рюк? – тут же поинтересовалась Миса. – Он умер. После написания моего имени Рюк больше не продлевал свой жизненный срок и Тетрадь Смерти в мир людей больше не ронял. Ему было скучно. Мы пару раз беседовали с ним в мире богов смерти, и он сказал, что никто больше не сможет его развлечь. Не знаю, узнал ли он меня или нет, но тетрадь завещал мне. Жаль, что тогда я не знал про Тетрадь Жизни. Сейчас я бы смог его развлечь и показал бы ему тот мир, о котором я столько лет мечтал. – Сначала Рем, теперь Рюк... Жаль их обоих, они мне нравились, – произнесла Миса. – И с ними весело было. – Но их отсутствие ничего не меняет. Новый мир будет создан! – выдал Ягами свою коронную фразу.

***

Обменявшись телефонами и электронными адресами со своими новыми знакомыми, Мизуки отправилась домой, по пути размышляя о произошедшем. «Все прошло как по маслу. Оба Киры теперь живы и возобновят свою деятельность. Новый мир, как говорит Лайт, будет создан. Это здорово. Но почему все так скучно? Никто не будет искать их и пытаться поймать, это очевидно. Все страны давно согласились плясать под дудку Киры. Люди заметили, что жизнь стала меняться в лучшую сторону, и начали боготворить карателя преступников. Будет слишком скучно: одни будут радоваться многочисленным смертям, а другие будут трястись от страха. Нет, когда шла битва между L и Кирой, было определенно интереснее. Потом еще и Ниа с Мелло появились. А сейчас что? Ничего подобного не будет. Нет, я не могу этого допустить. Я хочу повеселиться. Да, битва еще предстоит...» Девушка стала обдумывать многочисленные планы, родившиеся в ее голове.

***

Через три дня от сердечных приступов погибло четырнадцать преступников. Журналисты и ведущие выпусков новостей оживились. Газетные и интернетные статьи пестрели всевозможными заголовками: «Кира вернулся?», «Преступники снова стали умирать, неужели Кира решил продолжить начатое?», «Он вернулся спустя три года! Что же будет дальше?» и так далее и тому подобное. Все сразу оживились, повсюду стали появляться миллионы комментариев и сообщений. Миру нужна была встряска, и он ее получил со смертью четырнадцати воров и убийц. Мизуки бегло просматривала статьи, мысленно усмехаясь. Она фактически была организатором происходящего. Это она вернула Киру к жизни, она стала зачинщиком шумихи, но об этом знали только трое. Организатор, как и положено, находился в тени, забавляясь. «И все-таки первое время будет интересно, я была не права. Но потом, когда все поутихнет, потребуется новая встряска, но уже не только для всего мира, а еще и для Ягами Лайта, для Киры. Чтобы не расслаблялся. Ему кажется, что он победил все, даже саму смерть, и теперь ничто не будет ему мешать. Но не зря Рюк говорил ему, что обладателя Тетради Смерти преследуют всю жизнь неудачи. Ягами Лайту еще придется поломать свою супер умную голову». Мизуки, как и обещала, ежедневно присылала фотографии преступников Лайту и Мисе. За неделю погибло больше сотни человек, вот тогда все окончательно поверили в возвращение Киры. Для пущей убедительности Лайт отправил на «Сакура TV» запись с заставкой «KIRA». «Здравствуйте. Говорит Кира. Да-да, вы не ошибаетесь, я действительно вернулся. На три долгих года я вынужден был оставить свое дело и уйти на покой. Но вернувшись, я обнаружил, что преступления возобновились и в более крупных размерах. Я никак не могу закрыть на это глаза, поэтому продолжу карать всех нарушителей порядка. И если вы хотите сделать наш мир чище, окажите мне помощь и транслируйте фотографии преступников на «Сакура TV» и на сайте телеканала. Я заранее благодарю вас и надеюсь на сотрудничество». – Какая пламенная речь, – усмехнулась Мизуки. Лайт и Миса нашли себе работу и устроились туда под чужими именами. Амане перекрасила волосы, сделала стрижку каре, стала носить цветные линзы, несколько изменила свой стиль одежды, добавив в свои черные вещи яркие цвета. Лайт же не делал в своей внешности никаких кардинальных изменений, он лишь поменял прическу, скрыв часть лица под густой челкой, которая даже шла ему. Сора по выходным навещала их. При встрече они почти не разговаривали о преступниках, ведь все трое были самыми обыкновенными людьми, которым нужны были и отдых, и развлечения. Девушки обменивались последними новостями, болтали на разные темы, втягивая в свои беседы и Лайта. Иногда все вместе они ходили в кино ли просто на прогулку по парку или городу. После своего «очеловечивания» Ягами стал обычным и чуть более общительным парнем. Ведь теперь ему не надо было волноваться из-за L или организации СПК, которая распалась вскоре после смерти Лайта. Так прошло чуть больше двух месяцев, за которые ребята успели получше узнать друг друга и стали хорошей дружной компанией, образовав свою собственную маленькую организацию по созданию нового мира. Все было прекрасно: СМИ предоставляли необходимую информацию, власти и полиция не вмешивались вообще. Лайт отыскал свою семью и изредка издали наблюдал за мамой и сестрой. Он очень хотел сообщить им о том, что он жив, но не хотел навлечь лишние неприятности. Мизуки спрятала свою Тетрадь Жизни, чтобы никто случайно не нашел ее, пусть даже к ней и не привязан бог смерти. Пока что девушка никого не воскрешала, хоть ей и хотелось многих вернуть к жизни. Но это тоже привлекло бы всеобщее внимание. Более того, власти различных стран захотели бы заполучить Тетрадь Жизни и использовать ее в своих целях. Но у Мизуки были свои планы на таинственную вещь, поэтому она не собиралась никому говорить или даже просто упоминать о существовании воскрешающей тетради.